Семь лет спустя (прод. Семикурсники)

      Начавшийся было дождь к вечеру сошел на нет, и, к тому моменту, когда она приблизилась к светящемуся огнями небоскребу, лишь одинокие капельки долетали до тонкой ткани плаща. Зайдя в холл, она откинула капюшон и прошла к стойке администратора.       - Добрый вечер, - поприветствовал ее молодой юноша с внешностью супермодели. - Чем могу помочь?       - Добрый, - ответила она. - Мне нужен мистер Энеску.       Юноша за стойкой не стал смотреть журнал, лишь понимающе улыбнулся и промолвил:       - Ах, да, он предупреждал, что ждет визитера. Номер девятьсот семьдесят девять.       - Спасибо, - поблагодарила она и направилась к противоположной стороне вестибюля. Непривычный стук туфель на каблуке и любопытный взгляд паренька проводил ее до открывшегося лифта, после чего она нажала самую верхнюю кнопку и скрылась за его дверями.       Пока она поднималась, одна мысль сменялась другой. Едва ли мог кто-то представить, что обителью одного из них станет фешенебельный отель в самом центре столицы. Мрачный замок в дремучем лесу - да, но никак не искрящаяся дорогой плиткой и хрустальными люстрами гостиница.       Длинный коридор привел ее к искомому номеру. Едва она подошла к двери, как та распахнулась. Вопреки ожиданиям, внутри не царил полумрак, наоборот - все блистало и сверкало. Мебель в номере была белой и в ее глянцевой поверхности отражались огни дюжины ярких светильников. Французские окна в пол были занавешены полупрозрачной серебристой тканью. В центре комнаты стояла роскошная кровать с пологом, постель была застелена белоснежным покрывалом, вышитым все той же серебряной нитью.       - Рад тебя видеть, - послышался нежный и одновременно властный голос, - Мэри.       Она обернулась. Он стоял у бара, с бокалом в руке, как всегда - изысканно одетый, с печальным взором голубых глаз. Волосы аккуратными платиновыми локонами лежали на плечах и струились до самой груди.       - Здравствуй, - промолвила она.       Он поставил бокал на стойку и медленно приблизился. Аура очарования и едва контролируемого восторга тут же окутала ее. Он не просто был обаятельным, он не просто располагал к себе людей. Он заставлял забывать обо всем и обо всех на свете, концентрируя на себе все чувства и эмоции потенциальной жертвы. И делал это он тоже не просто так. Это было в самой его природе, его единственным оружием. Аккуратный длинный палец дотронулся до ее лица и стер капельку дождя, застывшую на коже. Прикосновение вышло едва уловимым, но она все же ощутила холод.       - Я скучал, - томный, выразительный взгляд был призван окончательно поработить ее разум, едва слышимый шепот - лишить ее последних сомнений и страхов.       Да и было ли то, чего стоило опасаться? Несомненно.       - Иммобилус! - короткий взмах палочкой. - Мобиликорпус! - медленный взмах в сторону кровати. - Инкарцеро, - тугие веревки скрутили мраморное тело, плавно опустившееся на постель.       Он боролся с заклятием с неожиданной мощью и остервенением. В конце концов все, чего ему удалось добиться - это спавшие с лица парализующие чары.       - Аврорская ищейка?! - в его восклицании было не столько злости, сколько удивления. - Мы ведь познакомились только вчера!       Гермиона подошла к одному из окон, сдвинула тюль, окинула взглядом открывшийся город. Восхитительное полотно из переплетающихся огней - движущихся и недвижимых - укрыло все вокруг, куда бы ни падал взгляд.       - Не совсем, - промолвила она, не уточняя, к чему это относилось.       Больше полугода она искала его, выслеживала по обрывкам воспоминаний, по лоскуткам оставленных им следов, по шлейфу его пленительной силы. Он был крайне разборчив во всем, что в свою очередь не могло утаиться от окружающих, чем те впоследствии с большей охотой делились – не с представителями власти, а с одной обаятельной женщиной лет тридцати семи. Она познакомилась с ним гораздо раньше, но встретилась - да, лишь вчера.       Они оба молчали какое-то время, он безуспешно пытался ослабить веревки, она - любовалась видом из окна.       - У меня не было выбора, - в итоге изрек он.       «Все вы так говорите», - подумалось ей.       - То, что вы предлагаете - это не жизнь, - продолжил он, - это жалкое, искусственное ее подобие. Все эти банки крови, контроль и учет, необходимость выдавать себя за человека, - лицо его скривилось от брезгливости, впрочем, не утратив очарования. - Это насмешка над самой нашей природой. Мы не комнатные собачки, терпеливо ожидающие, когда «хозяева» соизволят покормить нас своей второсортной едой.       Дору Энеску был одним из последних незарегистрированных вампиров. Одним из тех, кто не пожелал обменять свободу на законное существование и стабильное пропитание; кто не хотел даже попытаться обойтись без так любимой ими охоты и неминуемых жертв. Гермиона как наяву видела эти снимки - окровавленные тела магов и магглов, без различия пола и возраста.       - Ах, ну да, вы же хищники, - с издевкой сказала она, - а окружающие нужны лишь для того, чтобы утолить ваш голод.       Она не видела его лица, но по воцарившемуся молчанию поняла, что попала в точку. В той или иной вариации, но именно к этому сводилась демагогия подобных Энеску.       - Мэри, а ты могла бы довольствоваться малым? - вдруг спросил он ее. - На тебя не действуют мои чары, а это значит только одно.       Гермиона оглянулась и он, мрачно посмотрев на нее, добавил:       - Ты не готова променять его ни на кого другого, не так ли? Я встречал таких, как ты. Неподдающихся.       Окинув его в ответ презрительным взглядом, она вновь отвернулась к окну. Сравнивать несравнимое и выдергивать слова из контекста, искажая первоначальный смысл, - в попытке оправдаться вампиры были горазды на многое. Впрочем, все это она уже слышала.       Его вопрос так и остался без ответа, а спустя десять минут прибыли местные авроры. На этот раз они опоздали всего на пару минут оговоренного времени.       - Мисс МакДональд. Или миссис, - почесал голову старший из них, - благодарим за содействие.       Гермиона кивнула, не считая необходимым поправить его. Она молча наблюдала за тем, как вампира поместили в наколдованный кокон, наверняка с множеством противодействующих побегу чар, а затем вся команда исчезла в вихре аппарации.       Смит познакомил ее с этим делом год назад. Тогда она не рискнула взяться за него - и не потому, что предыдущий аврор серьезно пострадал, и она боялась его участи, а потому что сомневалась в своем опыте и не хотела спугнуть вампира. На тот момент Энеску разъезжал по всему миру, оставляя повсюду отпечатки своего пребывания - побочный эффект его привычки к роскошной жизни. Тем не менее, обнаружив слежку, он вполне мог затаиться - найти глухую деревушку и промышлять убийством местных жителей, которые в таких случаях благополучно списывали все происходящее на диких зверей и несчастные случаи. Ей казалось, что у других агентов гораздо больше опыта с такими делами.       Но спустя полгода, совершенно разбитый, Смит сказал то, что до сих пор звенело в ее голове:       - Погибла румынская шпионка. И они снова вынуждены обратиться к нам. Гермиона, ты ведь знаешь, почему?       А потом он озвучил то, что несколькими минутами ранее было сказано самим Энеску - в отличие от многих других своих коллег, она почти не была подвержена вампирским чарам.       Смит редко называл ее настоящим именем, лишь в тех случаях, когда речь шла о чем-то крайне серьезном. И она взялась за это дело.       Гермиона задернула занавеску, вновь оглядела комнату. Потушив ослепляющие светильники, она подошла к зеркалу в резной раме, что висело неподалеку. На нее смотрело уже ставшее привычным лицо симпатичной, но не более того, брюнетки. Хотя ради знакомства с Энеску ей пришлось освежить знания в чарах прихорашивания. Поэтому сейчас темно-карие глаза обрамляли ресницы, достаточно длинные, чтобы это притягивало взгляд, но не настолько, чтобы обнаружить искусственность их происхождения. Ресницы отбрасывали заметные тени на идеально гладкую и ровную цветом кожу лица. Губы лишь слегка увлажнены - было бы глупо смутить вампира вульгарным макияжем. Черные, прямые волосы - ее мечта - блестели даже в неярком свете, льющемся из окон.       Что бы подумал Энеску, увидь он ее в естественном обличье?       Отойдя от зеркала, она в последний раз окинула взглядом помпезный номер и активировала портал.       Кабинет встретил ее холодным сумраком и безупречным порядком. Книжные шкафы с аккуратными рядами папок, полупустой стол и пара кресел. Аскетизм обстановке добавляли и глухие стены - поскольку эта часть здания располагалась ниже атриума, здесь в принципе не было окон.       Выйдя в коридор, она столкнулась с парой коллег - те кивками поприветствовали ее - и двинулась в сторону лифтов. Представители их Отдела никогда не отличались болтливостью и эмоциональностью - чаще всего на их уровне царила тишина. Частично это объяснялось тем, что многие сотрудники, наравне с ней самой, редко бывали в офисе, проводя большую часть времени на заданиях и слежках.       Вскоре спустился один из лифтов, она зашла внутрь, дождалась, когда решетки сомкнутся, и после того, как кабина пришла в движение, повернула на пальце кольцо. Спустя миг вместо Мэри МакДональд отражение хромированной стены явило ее саму. Привычным движением она взмахнула палочкой, и по левой стороне лица побежали знакомые мурашки.       - Привет, Гермиона, - веселый оклик был полной противоположностью холодного приветствия коллег несколькими минутами ранее. - Как удачно, что мы не разминулись - тебя Деннис искал.       - Привет, Орла, - ответила она. - Что на этот раз? Не хотелось бы сегодня задерживаться.       Часы в коридоре показывали начало восьми - рабочая неделя большинства министерских служащих была окончена.       - Ну, мне он не посчитал нужным сообщить, - хмыкнула та, запирая заклятием свой кабинет. - Но просил передать при встрече, чтобы ты с ним связалась.       Гермиона подошла к двери своего кабинета и кивнула:       - Хорошо, спасибо Орла. Удачных выходных.       - До скорого! - улыбнулась та и направилась к лифту.       Закрыв дверь за собой, Гермиона привалилась к ней спиной и устало вздохнула.       Деннис устроился в Департамент международного магического сотрудничества пять лет назад, сразу после окончания Хогвартса. Сначала он был мелким клерком, затем - ассистентом Шафика, тогдашнего главы Международного бюро магического законодательства, с которым Гермионе частенько приходилось сталкиваться по долгу службы. С прекрасными знаниями в области права, и не лишенный амбиций, спустя три года Деннис сам возглавил бюро - по словам Шафика, тот был единственным кандидатом, кого он мог со спокойной совестью поставить на свой пост, прежде чем уйти на пенсию. Возможно, в пользу этого назначения сыграл и тот факт, что аналогично Гермионе, Деннис был магглорожденным волшебником, а магическая общественность, пресыщенная идеологией «чистой крови», невольно способствовала тому, что руководящие должности теперь с большей охотой отдавались магам нечистокровного происхождения.       Тогда, два года назад, он все еще казался ей перепуганным мальчишкой, оставшимся после войны почти сиротой, мальчишкой, о котором она почти ничего не знала. Но магическое законодательство надежно связало их, ведь стоило ей добиться выхода очередного положения, как начиналась долгая кропотливая работа по урегулированию нововведений с Международной конфедерацией магов, а тут без Денниса - как и ранее без Шафика - было не обойтись. И из малознакомого мальчишки он превратился в верного соратника и единомышленника. Он и Орла стали ее опорой на правовом поприще - оба поддерживали, помогали и сопереживали, всегда искренне выступая в защиту ее идей.       Гермиона подошла к окну, в атриуме в это время все еще было достаточно оживленно - далеко внизу сновали волшебники, не успевшие вовремя отправиться домой. В отличие от большинства обитателей Министерства, она не стала заколдовывать окно кабинета. Иллюзий в ее жизни и без того было достаточно. К тому же иногда, как сейчас, ей нравилось стоять и смотреть на то, как мерцают очаги каминов, отправляя магов по домам, как распахиваются золотые решетки лифтов, как соединяют маггловский и магический мир телефонные будки.       Открыв одну из оконных створок, она прошла к столу. Тот был завален множеством документов, которые ей пришлось наспех сдвинуть в бесформенную кучу, чтобы освободить место. Не сомневаясь, что Деннис еще на работе, Гермиона черкнула записку, взмахнула палочкой, и бумажный самолетик выпорхнул в окно.       - Привет, - он появился спустя минут десять, весь с иголочки и при галстуке. - Не сильно отвлекаю? Выглядишь усталой.       Она про себя лишь улыбнулась: знал бы он, что после обеда, за которым они виделись несколько часов назад, она успела посетить Румынию и поймать опасного преступника, у него не возник бы этот вопрос.       - Рассказывай, раз уж пришел, - ответила она с полуулыбкой и опустилась за стол.       Этот ее кабинет был гораздо комфортабельнее того, другого, и тело приятно расслабилось в глубоком кресле.       - Ты как всегда, сама любезность, - с ухмылкой подколол он ее. - Если кратко, то в ближайшую неделю нам предстоит подготовить законопроект о возрастных ограничениях участвующих в турнире.       Гермиона потерла виски - с этим Турниром все словно с ума посходили. В какой бы уголок Министерства она не направилась, всюду только и раздавалось: «Турнир! Дурмстранг! Безопасность учеников!». Вероятно, последнее всерьез вызывало опасения ввиду предпоследнего.       - На этот раз Конфедерация требует корректировки на уровне контракта, - меж тем продолжал Деннис, - чтобы в случае повторения инцидента этот факт не имел ни юридической, ни, тем более, магической силы.       Разумеется, речь шла о том случае, когда на прошлом Турнире в Кубок было подброшено имя Гарри. Тогда Деннис как раз поступил в Хогвартс и сам был тому свидетелем. Вот только упоминать он об этом не любил - ни о школе, ни о Колине, ни о Гарри.       - Давно пора, - вставила она, - но почему этим занимаемся мы?       - Ну, это же Дурмстранг, - Деннис закатил глаза. - У них все сверхсекретно.       - Ясно, - ответила Гермиона. - Значит теперь все операции с Кубком огня под нашей юрисдикцией?       - Совместно с французским Министерством, - уточнил он, - я связывался с их представителем час назад. Кубок прибудет через пару недель, именно поэтому нам необходимо заранее все подготовить.       Сказав это, Деннис подошел к окну и посмотрел вниз.       - Что ж, - она поднялась и встала рядом. - Предлагаю приступить к этому в понедельник.       Они молчали какое-то время, наблюдая за неторопливой жизнью атриума.       - Красивый у тебя вид из окна, - заметил он.       - Переходи в наш департамент, - предложила она, - он и уровнем выше, и раскрыть свои таланты ты сможешь здесь в полной мере.       - Тогда уж сразу к министру, - ухмыльнулся Деннис. - Хотя Кингсли мне хватает и на пятом уровне.       Он хотел сказать что-то еще, но увидев, как Гермиона зевнула, посмотрел на часы.       - Кажется, кому-то пора отдыхать. Не засиживайся.       - И ты.       Он кивнул, направился к выходу из кабинета, и уже у самой двери, помявшись, спросил:       - Может поужинаем вместе? В выходные.       - Они уже распланированы, Деннис, - поспешно ответила Гермиона. Запоздало пришла мысль, что надо было выдержать паузу приличия, хотя бы сделать вид, что рассмотрела его предложение.       - Тогда увидимся в понедельник, - бодро отчеканил он и вышел.

***

      Время перевалило за полночь, когда она, наконец, оторвалась от бумаг. Впрочем, кипа едва ли уменьшилась - за один день их скопилось столько, что разгребать впору было все выходные. Размяв шею, она поднялась, еще раз выглянула в окно - на этот раз внизу было совершенно пусто - и, взяв с собой несколько папок, покинула кабинет.       В служебной квартире было зябко. Люмос вырвал из темноты очертания кушетки и прикроватного столика с остывшим утренним кофе. Водрузив туда же документы, она разожгла камин. Хоть Смит в шутку и называл это место кельей, непосредственная близость к их департаменту перечеркивала нюансы эстетики и комфорта.       Утром ее разбудил Патронус Джастина.       - Гермиона, если сегодня будешь в Министерстве, заскочи к нам, - озвучил просьбу огромный лось, занявший все пространство комнатки, и растворился в воздухе.       Часы показывали начало седьмого, с привычным ощущением насыпанного в глаза песка она поднялась, захватила кофейную кружку и отправилась наполнять ее современным эликсиром жизни.       Кабинет Джастина находился на третьем уровне, и, судя по виду из окна, был расположен аккурат под кабинетом Сэвиджа. Сэвидж возглавил Департамент магического правопорядка сразу после известных событий, Джастин же на своей нынешней должности оказался всего год назад. И, судя по утомленному виду, руководство собственным подразделением давалось ему нелегко.       - Ох, спасибо, Гермиона, - благодарно улыбнулся он, когда на его стол опустился большой стакан фирменного министерского кофе и пара пончиков, - располагайся.       В отличие от строгого кабинета ее непосредственного начальника, здесь стеллажи были заполнены не книгами и юридическими каталогами, а свитками: они свешивались с каждой полки, теснились на подоконнике и торопились скрутиться на столе самого Джастина. Прижав угол особо непокорного свертка чернильницей, он отхлебнул кофе и блаженно потянулся в кресле.       - Рабочее утро субботы, - усмехнулась Гермиона, опустившись в кресло напротив. Стол с этой стороны был завален рукописными заявлениями, почерк которых, по словам Орлы, порой невозможно было разобрать. – Опять дети шалят?       Равно как и департаменту Сэвиджа, Джастину доставалась существенная часть обращений, связанных с просыпающейся в юных волшебниках магией.       - Да, как обычно. Мои работают без устали. Кстати, спасибо Орле за помощь в расшифровке, ее предшественница Муфалда такими талантами не отличалась.       Орла была коллегой Гермионы в департаменте правопорядка и специализировалась на приеме и обработке заявлений о неправомерном использовании магии. С последствиями же разбирались сотрудники Департамента магических происшествий и катастроф.       - Ханне в прошлом месяце пришлось трижды сводить бородавки с носов невезучих родственников одного магглорожденного. Хотя нет, третья была уже не на носу, - посмеялся Джастин. А затем, сменив тему, заметил: - Читал твой труд, посвященный русалкам и кентаврам – удивительно логичное и понятное обоснование для пересмотра классификации.       - Спасибо, Джастин, но Амос до сих пор со мной не здоровается, - пожала плечами Гермиона.       Амос Диггори возглавлял Департамент магических популяций уже больше восьми лет и каждый раз после ее очередных изысканий и их отражения в правовых актах, вынужден был реорганизовывать работу собственного отдела.       - Слышал, Парвати только обрадовалась, что Секция учета оборотней теперь стала подотчетна ее подразделению. Говорят, она с них глаз не спускает.       - С ними у нее свои счеты, - подтвердила Гермиона, вспоминая лучшую подругу Парвати - Лаванду. – Зато Управление по связям с кентаврами получили в свое распоряжение самого лояльного куратора.       - В Зверинце тоже все довольны Луной, - добавил Джастин, - Амосу вообще не на что жаловаться с такими сотрудниками. Ты все делаешь правильно.       - Спасибо, - еще раз поблагодарила Гермиона его за поддержку. – Ну а теперь рассказывай, что у вас случилось.       Тяжело вздохнув, Джастин отставил кофе и достал из-под кипы рукописей газету с подозрительно неподвижными изображениями. Долистав до нужной страницы, он повернул ее к Гермионе. Ровно напечатанный текст в обведенном абзаце гласил: «Вам тоже кажется, что вокруг снуют появляющиеся из ниоткуда подозрительные личности, в вашей памяти возникают белые пятна, а предметы вокруг обладают странными свойствами? Разоблачим же тайный мир и выведем на чистую воду тех, кто его скрывает!».       В контактах была указан некто Пол Робсон и номер телефона.       Озадаченно перечитав объявление, по стилистике больше похожее на бред сумасшедшего, Гермиона спросила:       - Сколько раз уже стирали память?             - Эрни – пять раз за последние два года. Сколько раз до него, - Джастин развел руками. - Миргуд утверждает, что это новый «кадр».       Гермиона нахмурилась. В штаб-квартире стирателей памяти Эрни был лучшим. Видимо, есть что-то в Робсоне, о чем они не знают.       - Вряд ли я лучше Эрни накладываю Обливиэйт, - сказала она.       - Зато ты выросла с магглами. Я бы сам занялся расследованием, да только если дело дойдет до заклятья забвения, я не смогу.       Насколько знала Гермиона, мало кто готов был взять на себя такую ответственность. Во всем Министерстве специалистов памяти можно было сосчитать по пальцам.       - Согласуешь c Сэвиджем? Как никак под угрозой Статут о секретности, - все еще хмурилась она, обдумывая посетившую ее мысль.       - Вчера говорил с ним, - кивнул Джастин. – Он то мне и порекомендовал обратиться к тебе, сказал, не хочет взваливать на тебя дополнительную работу. Дескать, только если ты сама заинтересуешься.       - Что есть об этом Робсоне?

***

      В понедельник с самого утра они с Деннисом засели в министерской библиотеке. Последняя версия контракта была сплошь в логических и правовых нестыковках. Рядом с Криви возвышались фолианты по магической юриспруденции, вокруг Гермионы – горы ярких журналов, посвященных прошлым Турнирам, чемпионатам по квиддичу и прочим спортивным состязаниям.       - Надо будет отправить черновик Джордану, – заметила она, выделяя цветом отдельные пункты договора, - на вычитку.       - Ли я передам, только он сейчас на очередной игре, - пробормотал Деннис, удерживая на коленях сразу два тома литературы.       Когда один из них шумно упал, взметнув в воздух столп пыли, Гермиона отложила массивную историческую хронику и посмотрела на часы.       - Деннис, предлагаю прерваться на обед.       В скромном маггловском кафе Криви напряженно обдумывал раздел форс-мажорных обстоятельств, вслух рассуждая о том, что можно к ним отнести в магическом мире как таковом.       - Даже ТОТ, КОГО НЕЛЬЗЯ…       - Прекрати Деннис, - перебила его Гермиона, витая в собственных мыслях, - его звали Волдеморт. Или…       - Или Том, да, я помню, - проворчал тот, делая заметки на листе блокнота, с которым никогда не расставался. – Так вот, даже его не рассматривали как обстоятельство непреодолимой силы. Хотя в тот раз все уже знали, на что он способен.       - С другой стороны, - заметила Гермиона, - сила все же оказалась преодолимая.       На это Деннис только покачал головой.       Прервать работу вовремя им удалось только благодаря Перси, вызвавшему Денниса по срочному делу. Договорившись продолжить назавтра, они разошлись по разным уровням. На этот раз путь ее лежал не в Отдел правопорядка.       - Добрый вечер, Мэри.       - Здравствуй, Смит.       Расположившись на стуле напротив, она устало потерла переносицу. Алекс был сегодня в привычном облике. За последние годы он разве что отрастил в придачу к усам бороду. И лысина его теперь простиралась до самого затылка.       - Как все прошло? – спросили они одновременно.       Гермиона криво улыбнулась:       - Его сгубила самонадеянность и глупость.       - Как прозаично, - сказал Смит. – Отвечая на твой вопрос – румынские власти не перестают рассыпаться в благодарностях.       - Я не об этом, - перебила Гермиона, - он в надежном месте? Ты его видел?       - Да, в Аврорате Бухареста. Был свидетелем его пламенного монолога.       Гермиона понимающе кивнула и засмеялась:       - Опять разглагольствовал про вершину пищевой цепочки, что такова жизнь, и мы не имеем права идти против природы?       Алекс позволил себе лишь ухмылку.       - Да, и как обычно, все красноречие улетучилось, стоило напомнить о тех вампирах, что нашли в себе силы отказаться от насилия.       Этот нелицеприятный факт такими как Энеску в лучшем случае игнорировался, но чаще рождал агрессию. Впрочем, все это давно было известно и Гермионе, и Смиту.       - Есть еще дела? – буднично спросила она.       За этим скромным термином скрывались не только операции по слежке, поимке и обезвреживанию. Были процессы, в которых даже им приходилось обращаться за помощью. Отдернув потянувшуюся к щеке руку, Гермиона вспомнила о ликвидаторах заклятий и о Гарри, который бы точно не был в восторге, если бы узнал. Об их делах.       Смит хотел что-то сказать, но передумал.       - Пока – нет, увидимся в пятницу. 𝄞 Eivør - This city