Свеча

      Куда я попала? Это не то место. Прошлый раз была беспросветная чернота, а теперь — ослепительная белизна. От чего зависит? Непонятно. Ноги несли меня, в ушах стоял невыносимый гул — то монотонный, то нарастающий, а иногда стихающий. Сквозь него я уловила другой звук и попыталась прислушаться, но внезапно столкнулась с кем-то. От неожиданности вздрогнула. Передо мной стояла ... я сама, но в детском возрасте. Маленького роста девочка, горящая золотым светом. Детство. Так её звали. — Прости, не заметила тебя, — неловко почесала я затылок, — Не знаешь, почему я здесь? Над её головой появились золотисто-жёлтые слова: «Да. Я отведу тебя назад. Дай мне руку». Я потянулась к её ладони, но резко отдёрнула. От неё веяло ледяным холодом. Касания Детства всегда были тёплыми. По коже пошли муражки. Передо мной та, кто желает моей смерти. Копия или же Прототип, вечно мешающий своими покушениями.       Внезапно пронзительный звук, похожий на писк, прорезал гул. Звук был высоким и ровным, как сигнал кардиомонитора. Но ведь пищит только при остановке сердца. Я умерла? Если нахожусь здесь — значит не до конца. Шанс есть. Надо просто найти выход! Я резко развернулась и бросилась бежать в противоположную сторону, но через мгновение почувствовала тяжесть на лодыжках и рухнула. Только не сейчас! Почему это всегда происходит в самый неподходящий момент? Поднявшись на руках, я посмотрела на ноги. Железные оковы. Неужели они сковывали меня всё это время? — Если тебе дали шанс, то это не значит, что ты достойна воскрешения! — прогремел вокруг искажённый, резкий голос. — Ты в другом мире, и это недозволенно! Нарушаешь все границы! Тебе здесь не место. — Я знаю, что мне здесь не место, — медленно поднимаясь, ощутила дрожь ног, как будто они были ватными, - Знаю, что явилась сюда ни с чем. Но что может помешать мне жить? Правила созданы для того, чтобы их нарушать и становиться исключением. Неважно, в каком ты мире. Важно - где ты можешь быть счастлива!       Собрав последние силы, рванула вперёд и услышала оглушительный треск. Тяжесть в ногах исчезла, оковы рассыпались на части. Побежала, не оглядываясь. Чувство свободы окрыляло. Ничто больше не держало! За спиной трескался и распадался пол, но это не имело значения. Внезапно разверзлась пропасть. Я ждала этого. На другом краю стояла настоящая Детство и протягивала руку. Только её прикосновение может вернуть меня обратно. Разбежавшись, я прыгнула...

***

      Жизнь может быть смешной и непредсказуемой. Это правда, что у одного человека может быть жизнь, полная сладости, в то время как у второго — терпимый опыт, а у третьего — сущий ад. Иногда людям всё даётся легко, а для других это всё не более, чем борьба. Кто я? С кем разговариваю? Сама не знаю. Но одно понимаю точно - у каждой истории есть начало и конец. Начало у всех одинаковое - мы рождаемся, но именно жизнь и судьба определяют наш путь. Наш конец. Моя жизнь, конечно, провела меня через мясорубку. Всё началось просто, или же мне так казалось. Я была молодой и ещё не до конца понимала, что такое жизнь. Возможно, тогда это была моя невинная точка зрения. Подростковые годы, время быстрого перехода от детства к взрослой жизни. Я мечтала стать взрослой, как и все остальные, но теперь понимаю. Не всё так весело, как когда-то считала. Обязанности и сложности жизни часто превосходят невинность и беззаботность детства. Это суровая проверка от реальности, но также возможность для личностного роста и понимания. Теперь я – другой человек. Не тот, которым была раньше. Но кем я была? Позвольте поделиться с вами историей. С чего начать? Полагаю, мне следует начать с того дня, когда всё изменилось...

***

      Яркие лучи солнечного света проникали в мою комнату сквозь прозрачные занавески, мягко касаясь моих сонных век. Медленно перевернувшись на другой бок, я надеялась снова заснуть, но, к сожалению, сон уже исчез. В костях, особенно в рёбрах и бёдрах, ныла знакомая, глухая ломота. Мне не оставалось другого выбора, кроме как встать с кровати. Потребовалось две попытки, чтобы полностью подняться – первая была неудачной из-за острой боли в голове, что вызвана недостатком сна. Со второй мне удалось перейти в сидячее положение. Голова продолжала раскалываться, как будто накануне вечером я сильно выпила, хотя на самом деле это не так. Боль была постоянной и сильной, из-за чего трудно даже слегка собраться с мыслями. В такие моменты я ловила себя на мысли, что даже солнце за окном казалось слишком ярким, почти агрессивным. Будто свет бил прямо по воспалённым сосудам.       Я собрала все силы, чтобы подняться с кровати и ступить на мягкий ковёр. Подойдя к зеркалу, начала расчёсывать огненно-рыжие волнистые волосы. Усмирив их и собрав в аккуратный хвост, стараясь не дёрнуть случайно и без того хрупкие волосы, переоделась в чёрную футболку и спортивные штаны. Вновь рухнула на кровать и взяла телефон, чтобы проверить пропущенные сообщения. Смахнула уведомление от приложения, где красовался график с тромбоцитами и лейкоцитами, больше похожий на падающий с обрыва поезд. Я редко проводила время в социальных сетях, не вела блог, не снимала видео и не делилась фотографиями своей жизни. Я находила всё это довольно бессмысленным. В ней не хватает ярких красок; она окрашена только в оттенки чёрного и белого. Моя мать бросила меня в прошлом году и никогда не навещала; мой отец — алкоголик в долгах, и ожидающий, что я оплачу счета, потому что контролирую наши расходы; старший брат тоже влез в долги, как и мать. Вот такая семья. Ирония в том, что самая тяжёлая моя ноша даже не в их долгах, а в другом, невидимом счете, который предъявил мне мой собственный организм.       Я пролистала ещё несколько постов в Telegram канале, прежде чем выключить телефон и положить обратно на тумбочку. Продолжила лежать на кровати, уставившись в потолок. Что мне ещё делать? Друзей, с которыми можно было бы проводить время, нет. Общество отвергло меня, посчитав не такой, как все. От этих мыслей мне хочется плакать, но так устала. Я устала делать счастливое лицо, но если этого не сделаю - всё станет ещё хуже. Глубоко вздохнула, поднялась и вышла из комнаты, чтобы пойти на кухню и приготовить что-нибудь поесть. Яичница была самым быстрым вариантом, не требующим особых усилий. Я всегда могла приготовить что-нибудь ещё, учитывая мою ловкость, но это заняло бы больше времени, да и уже чувствовала голод. Достала сковороду и поставила её на плиту, добавив масла, прежде чем разбить в неё два яйца. Приготовление пищи также могло помочь мне отвлечься от этих надоедливых мыслей о паршивой жалкой жизни.       Я терпеливо жду, пока поджарятся яйца, наблюдая, как они шипят в горячем масле. Несмотря на простоту еды, предпочитаю её именно так. Чем меньше времени потрачено, тем больше времени на отдых. Но пока смотрю, как готовятся яйца, тяжесть одиночества начинает давить на меня. Смотрю на завтрак, который уже готов. Два желтка уставились на меня в ответ, словно насмехаясь над моим одиночеством. Я не могу не почувствовать укол грусти, когда беру сковороду и перекладываю яйца на тарелку. В этом доме так чертовски тихо. Сажусь за стол, чувствуя, как меня окружает пустая тишина. Одиночество оглушает, а гнетущее безмолвие только подчёркивает мою изоляцию. Я пытаюсь заглушить пустоту внутри и вокруг себя поглощением еды, сосредоточившись исключительно на ней.       Закончив завтрак и помыв посуду, вернулась в свою комнату и закрыла за собой дверь. Я снова легла на кровать и уставилась в потолок. Мои веки отяжелели и, в конце концов, закрылись. В мгновение ока обнаружила, что размышляю о жизни, которую прожила. Моя мать поставила себя на первое место, в то время как мы были всего лишь второстепенными персонажами в её жизни. Мой отец растратил все наши деньги, а брат переехал к нашей бабушке. Как я не сошла с ума? Неужели действительно верила, что всё станет лучше? Нет. Всё стало только хуже. Я тоже переехала жить к бабушке, но она только добавила мне проблем, постоянно критикуя... — «Ты же девчонка! Почему тебя ничего не интересует? Нет друзей из-за телефона, одеваешься дряно! Посмотри, как одеваются другие! Зачем ты рисуешь всякую ерунду?» — слова эхом отдавались в моей голове. Даже сейчас вызывая жгучие слёзы на глазах, медленно стекающие по моей щеке к подбородку.       Я уткнулась лицом в подушку, пытаясь сдержать набежавшие слёзы, которые грозили пролиться. Слова продолжали звучать в моей голове, как заезженная пластинка. Каждый слог врезался в меня, как острое лезвие. — «Почему тебя ничего не интересует? Почему у тебя нет друзей? Зачем ты рисуешь ерунду?» — я повторяла эти слова про себя. Каждая критика, каждый комментарий отдавали болью, как свежая рана. Я сжимала подушку крепче, словно пытаясь заглушить слова плюшевой тканью. Знала, что не смогу угодить всем, но боль от критики со стороны близких была невыносимой.       Я села, сгорбившись, на край кровати. По моим щекам бежали слёзы и капали на ковёр, оставляя на нём тёмные мокрые пятна. Каждая слезинка была физическим отражением моей внутренней боли, оставляющая влажный след на предмете интерьера. Почувствовала, как волна ненависти к себе нахлынула на меня, а слёзы продолжали литься. Теперь ковёр запятнан моей грустью – визуальным представлением эмоционального потрясения, которое переживала. Встала и вышла из дома, натянув толстовку и спрятав под капюшоном заплаканное лицо. Не хотела, чтобы кто-то видел мои эмоции или чтобы мир увидел меня в этом жалком состоянии. Я шла по улице, низко опустив голову. Мир вокруг меня стал размытым, окружение стало всего лишь фоном для внутреннего смятения. Люди проходили мимо, но не могла заставить себя поднять глаза. Просто сосредоточилась на том, чтобы ставить одну ногу перед другой. Я шла без цели. Мой разум был вихрем мыслей и эмоций. Внешний мир продолжал существовать вокруг меня, но чувствовала себя полностью оторванной от него. Шум машин, разговоры людей... всё это отошло на второй план, пока я бесцельно бродила по улицам. Мне было всё равно на мнение других, но боль от шёпота за спиной слишком сильная. Каждое слово ощущалось, как кинжал, пронзающий моё сердце и впрыскивающий яд в вены. Каждый тихий комментарий воспринимался, как прямое нападение, напоминание о моих неуверенностях и слабостях. Как будто мир постоянно судил меня. Их молчаливые мысли и суждения глубоко врезались в мою душу.       Понятия не имела, куда меня ведут ноги. Позволяя им вести туда, куда они хотят. Прохожие бросали на меня неодобрительные взгляды, но мне всё равно. В моём сознании их мнения не имели веса. Я была просто бесцельно бродившей оболочкой человека. Чувствовала, как взгляды незнакомцев жгут спину, словно горячие угли. Но не обращала на них внимания, словно возвела вокруг себя защитный барьер, отгораживающий от внешнего мира. Мой разум был где-то в другом месте, потерянный в лабиринте собственных мыслей.       Я приблизилась к мосту. Его плачевное состояние было заметно не вооружённым взглядом, но продолжила идти вперёд. Трещины и износ на поверхности моста напомнили мне о собственных внутренних переломах. Моя душа была сломанной, разбитой. Боролась, чтобы почувствовать себя живой, но в итоге сдалась. Мост отражал моё состояние. Его вид с ветхим состоянием и трещинами как состояние моих эмоций. Изношенная поверхность как зеркало, показывающее бесчисленные трещины в моём сердце. Продолжала идти, всё ближе и ближе к краю. Как будто меня влекло к нему невысказанное побуждение.       Встав на край моста, наклонилась немного вперёд и вгляделась в реку, бушевавшую внизу. Вода бурлила и билась о скалистые берега, её волны создавали завораживающий танец. С этой высоты казалось, что далеко внизу вода такая глубокая. Вид реки наполнил меня странным очарованием. Её тёмные и неспокойные глубины, казалось, взывали ко мне. Манили в свои объятия. Вода в ночи была почти чёрной, резко контрастируя с белой пеной на поверхности, которая образовывалась разбивающимися о скалы волнами. — Как там пелось? «И издав дикий крик, камнем брошусь вниз?» — усмехнулась я. Тело подрагивало от того, что сейчас должно произойти. «Ну, вот и всё. Никто обо мне не вспомнит» — эта мысль эхом отдалась в сознании, когда осознала реальность ситуации. Я была всего лишь мимолётным присутствием, которое вскоре будет забыто. Это горькое осознание того, что я была настолько ненужной, что даже мой уход будет легко забыт. Мысль о том, что мир выбросит меня, как потрёпанную игрушку, была суровым напоминанием о своей воспринимаемой никчёмности. Холодная, суровая реальность моего положения тяжело давила на сердце, как свинцовый груз в груди.       Я развернулась, встав спиной к краю, и сделала решительный шаг назад. Равновесие пошатнулось. Падение вниз. Мост всё больше и больше отдалялся от меня. Ветер гудел в ушах, а волосы развевались в воздухе. Я ощутила чувство невесомости, как будто время замедлилось, а мир вокруг стал размытым. И впервые за долгое время почувствовала... вкус свободы? Наконец всё закончится? Ветер проносился мимо, а его оглушительный рёв наполнял мои уши. Единственное, на чём могла сосредоточиться - последние проблески моста, медленно исчезающего из виду...

Эта история о том, как я убила себя.

      Холодная вода просачивается в мои поры, заполняя каждую трещину ледяными объятиями. Я чувствую металлический привкус крови во рту. Горькое напоминание о жестоком столкновении с реальностью и цена за освобождение от оков. С каждым мгновением вода вторгается в мои лёгкие, прорывается через ноздри и рот. Моя грудь кажется тяжёлой, отягощённой притоком жидкости, что затрудняет возможность сделать хотя бы один вдох. Но я остаюсь неподвижной, сдавшись неизбежному. Когда сознание начинает ускользать, удаётся в последний раз моргнуть и открыть глаза. Встретив тёмный, неумолимый взгляд бездны. В эти последние секунды я шепчу безмолвное прощание миру наверху, прежде чем чернота сомкнётся и заявит, что я принадлежу ей.

      ...Моя жизнь угасла, словно погасшее пламя свечи...

***

      То, что случилось со мной, больше не имело значения. Я сделала то, чего всегда боялась, но теперь... Теперь почувствовала облегчение. Тяжёлый груз свалился с моих плеч прямо в черную бездну. Я была сумасшедшей, радуясь собственной смерти? Возможно... Однако боль утихла, сменившись новым ощущением — свободой. Мучительные мысли и эмоции, которые раньше преследовали меня, теперь затихли. Было странное чувство комфорта в новообретённой тишине, как будто тяжесть мира снята с моих плеч. Боль, когда-то пожирающая меня, исчезла. Оставив после себя только чувство спокойствия... Внезапно почувствовала что-то твёрдое подо мной, что прервало моё падение. Я попыталась встать, но тело отказывалось двигаться. Как будто онемело. Несмотря на это, мне удалось обрести контроль над конечностями, и я медленно поднялась на ноги. Когда огляделась, то увидела... Ничего. Пустое пространство; лишь бескрайняя пустота, окружающая меня.       Пустота была всепоглощающей, ужасающей и завораживающей одновременно. Я знала, что больше не жива. По крайней мере, не в физическом смысле. Это странное царство ощущалось, как лиминальное пространство, зажатое между мирами жизни и смерти. Лимбо? Где белый коридор, эскалатор в небеса? Где старик, который должен был меня встретить? Где врата Рая? Где котёл Ада? Хотя этого не надо.       Где я? Огляделась в замешательстве, растущее чувство страха охватывало меня. Такое чувство, будто снова ожила, а душа вернулась в тело. Странно, но теперь снова могла ощущать, что я жива. Затем обернулась и увидела вдалеке фигуру. Я осторожно начала приближаться к силуэту, не зная, чего ожидать. Каждый шаг казался тяжёлым, как будто вес неуверенности и страха давил на меня. Когда приблизилась, то увидела фигуру более отчетливо. Это человек, но его черты туманные и нечёткие. Словно окутанные мягким, эфирным свечением. — Эй? Т... ты меня слышишь? — спросила я, пытаясь казаться уверенной, но голос дрожал от неуверенности, выдавая меня. — Ты знаешь, где я? И ч... что это за место? — силуэт не ответил на мои вопросы.       Наступившая тишина была оглушительной. Единственным звуком, который я могла слышать, было биение моего собственного сердца - быстрое и беспорядочное. Фигура продолжала неподвижно стоять, будто чего-то ожидая. Я почувствовала странное желание приблизиться и вступить в контакт с этим таинственным существом. Осторожно подошла и протянула руку, чтобы коснуться плеча фигуры. Но резко электрический разряд пробежал по мне. Я дернулась и отступила назад с удивлением.       Силуэт повернулся ко мне. Открыв вид, от которого у меня застыла кровь в жилах. Это была девочка, чьё лицо жутко похоже на моё. — К... кто т... ты? — спросила я. Мой голос дрожал от страха. Но девочка ничего не ответила. Разочарование и отчаяние смешались в моём сердце. — Я хочу знать, как здесь оказалась! Пожалуйста! — я, вероятно, выгляжу столь же жалко, как и себя чувствовала. Но ответа так и не последовало.       Девочка вдруг медленно подошла ко мне и взяла за руку. Я удивленно посмотрела на неё и почувствовала странное ощущение. Тело внезапно стало распадаться на мелкие частицы. Зрение стало расплываться. - Ах, ты..., - голос стал слабее. Девочка с окружением стали темнеть. Я потеряла сознание. Так вот что происходит после смерти...

***

Но это было только началом кошмара.