DESIRE-D2

      Ситуация весьма неловкая: ночь, Логан лежит на кровати с измазанной в сперме руке, а силуэт Уэйда загадочно стоит в проеме двери. Он находился здесь с самого начала или появился под конец? Логану кажется что с начала. Было ли преступлением выступать в «веселой сказке» вуайеристом или, может, мастурбировать под каждым столом, просиживая зад в Макдональдсе? К счастью, или к огорчению Уэйда — без него самого. Но, они друг друга стоят.       Логан вытирает руку об простынь, заправляет член в боксёры и протяжно смотрит на чужой силуэт, осознавая, что явно проигрывает в позициях. Луна этой ночью очень яркая, да так, что Логан уверен — его видно во всей красе. Уэйд скорее не загадочно, а пугливо поглядывает с тени, так, как поглядывает человек который не уверен в том стоит ли ему делать серьезный шаг. И Логану хочется признать — он сам является крайне капризным ублюдком, если будучи на изнеможении от желания, отказывается от желающего. Это даёт лучше понять Уэйда, который только и делает что шутит над ним, но где-то внутренне тянется помочь. Вот только Логан — не любит когда ему помогают.       Логан любит когда его берут силой.       И он, черт возьми, ее получает. Уэйд находит решимость выйти с тени, и только от этого уверенного шага — у Логана набухает член. В голове тысячу картинок сменяющих одна-другую — и не одной возможности сфокусироваться на реальности, где с него снимают боксеры. Пусть он сам раздетый — ему очень жарко. Рука Уэйда стискивающая грудь каждый раз цепляет соски, а Логан на это довольно стонет, ведь ему неимоверно хорошо от Уэйда под собственным боком: целующего его шею и посасывающего мочку уха. Чужая рука скитается по прессу, когда Логану шепчут:       — Ты чей малыш?       Твой.       — Ты всё время возбуждённый, чего тебе хочется?       Тебя.       — О чем ты думаешь?       О тебе.       Уэйд вредно щипает Логана за сосок, говоря:       — Молчишь? Хорошо, киса.       И принимается ласкать все тело.       Логан, честно говоря, никогда не думал, что это ему так нужно. Так хорошо на секунду забыться и позволить чужой ладошке обхватывать собственный член, а руке чесать мокрый затылок. Позволить себе стонать в плечо Уэйда, зажмурив глаза от острого возбуждения на слепую ткнуться губами в чужие. И Уэйд подозрительно молчалив, потому что — сходит с ума не меньше. Под его руками разгоряченный Логан: жаждущий и желающий, такой… румяный; громкий, когда Уэйд медленно скользит кольцом из пальцев по всей длине. Единственное, что выводит Уэйда с транса, это его хриплый голос:       — Уэйд, я хочу чтобы ты меня трахнул.       Логан напрягается, чувствуя, что Уэйд хочет встать с кровати — впервые напрягается за уже очень много лет. Рука импульсивно ложится на чужую грудь в попытке остановить. Уэйд, не уходи, пожалуйста. Я, впервые за всю свою жизнь, встретил бессмертного уёбка и мне не придется тебя хоронить как всех остальных, не отказывайся от меня. Тревожная мысль — это змея, что сковывает тело ядом, заставляющая Логана выглядеть так, словно он человек пробудившийся после кошмара. Уэйд вопросительно поглядывает на мужчину и чужой вид даже его заставляет напрячься, что слышно в голосе:       — Я хотел тебя оседлать. — обеспокоенно.       Логан выдыхает, ещё сильнее прижимает руку к чужой груди, пока Уэйд не ляжет обратно набок, пока они вдвоем не успокоятся, пока возбуждение, а за ним и застенчивость — не вернутся обратно.       — Ты меня не понял… я хочу тебя внутри.       Уэйд сглатывает комок в горле, потому что это пошло. Такое новое в образе Логана… и, блять, горячее. С этим тянется привычное ощущение члена: болезненно натягивающего ткань трусов. И какой-то, мать его, теплой, человеческой заботы.       — Ты ведь…       — Не знаю… Не помню, точнее.       Уэйд по-глупому теряется, но Логан успокоительно целует его в щеку:       — Я этого хочу.       Уэйд срывается с кровати в попытке найти все нужное, а Логан с обреченно-возбужденным вздохом поворачивается на бок и обхватывает себя. Трогает себя до тех пор, пока Уэйд, уже будучи без трусов, не прижмётся к его спине грудью. Не пытаясь куда либо спешить, Уэйд будет тискать руками где только можно, лишь бы ощутить, что Логан окончательно расслабился. Этого эффекта добиться получается. Уэйд сжимает чужие ягодицы, предварительно нанеся на руки огромное количество смазки, пальцем проникает в мужчину — чуточку легче, чем он себе представлял. Пусть мужчина совсем немного шипит, по итогу все равно удовлетворительно стонет, когда Уэйд целует в затылок — россыпью по Логану бегут мурашки. Да, нужно приличное терпение, чтобы растянуть его до двух пальцев, пока Логан сам себе помогает рукой, но, у Уэйда получается попасть прямиком в излюбленную простату: Логана от неожиданности дёргает, пальцы на ногах сжимаются и он вздрагивает в бедрах.       Такого смачного блять — Уэйд никогда не слышал.       Ускоряя движение пальцами, он старается попасть в ту же точку — отвлечь Логана на вздрагивание от приятных ощущений, пока разводит пальцы и добавляет к ним третий. Без дискомфорта не обходится, но он не перерастает в боль: с таким внимательным любовником как Уэйд — он мало заметен, ведь тот только и делает, что шепчет на ухо все влажные фантазии Логана. Чёрт.       — Ты ведь представлял, как мы трахаемся в той машине, да?       Совсем хриплое, непринужденное я дрочил.       — Блять, и где я был в этот момент?       — Спал рядом.       — Блять.       Уэйд входит глубоко, по самые костяшки пальцев, быстро — словно в попытке наказать. И вскоре, в Логана входят все четыре, пока Уэйд расцеловывает лопатки и прикусывает загривок. В поясницу Логана упирается колом стоящий член, собственный прижимается к животу. Да, он хочет.       — Уэйд.       — Да?       — Да.       Много слов не нужно, чтобы Уэйд спохватился разорвать упаковку с презервативом, вздрочнуть свой член и натянуть на него резинку, вылить огромное количество смазки на член, руки, пальцы — этими же пальцами последний раз войти внутрь, а потом будучи уверенным: прижаться головкой к входу. Логан приподнял ногу, когда Уэйд начал проникать, а так же чувствовал как мужчина вжимается в него всей своей душой, помимо тела: целует, рвано дышит в шею, ощущение что ещё немного и — признается в любви. Много кто может сказать, что «между ними её нет», но это только для тех, кто не понимает дальше слов. Логана никогда не желал много говорить, близко подпускать, но только потому что — устал терять любимых. И, впервые, в нем не умирает надежда, что переживут именно его.       Уэйд насаживает Логана на член под их общее возбуждённое дыхание.       Потирание головкой о простату заканчивается для Логана дрожащими ногами с трудом удерживаемыми на весу. Уэйд подхватывает рукой чужое бедро: раскрывает ещё выше, сильнее, вжимается членом плотнее и трётся до скулящих стонов. Бедро в руке импульсивно дрожит, а Логан прикусывает скомканную ткань, когда Уэйд размеренно начинает толкаться — вытрахивая с него всю дурь. Логан привыкает, а Уэйд постепенно увеличивает темп: глубже и быстрее, пока не начинает трахать так быстро, что под зубами Логана рвётся простынь. И мычание Логана скорее подобает на рык — Уэйду приходится завести свою руку под чужую голову, чтобы убрать мешающую стонам деталь, и, как бы ему не хотелось слушать их вечно — дать Логану свои пальцы в рот.       — Мой.       Мужчина никак не ожидает, что Уэйд подхватит его и одним рывком они сменят позицию, в которой Логан лежит на груди Уэйда. Пальцы покинули рот, а руки уверенно легли под чужие бедра чтобы поднять их. Уэйд и Логан в этой позе щекой к щеке прижимаются друг к другу, оба думая, что это — мило. Конечно же, до того момента как начинают утопать в экстазе, когда Уэйд втрахивает Логана будучи снизу: активно, умело двигаясь и попадая в нужную точку. Раскачивающийся на животе член Логана в какой-то момент отзывается влажным оргазмом заляпывая грудь; а сжимающиеся вокруг Уэйда мышцы доводят его до оргазма следом.       Логан обессиленно скатывается с Уэйда — сонный, трахнутый и довольный.       Уэйд следит за этим с особенным удовлетворением — потому что мужчина редко мирно засыпает.