Код "Матильда"

      Отряд полиции Пёрлгрейв окружил здание на окраине города. Сорок минут тому назад поступил анонимный звонок, в котором неизвестный утверждал, что видел, как странный мужчина оглушил и уволок местную девушку в тонированный внедорожник, напоминающий Гелендваген. Марку по описанию определили довольно быстро — «третий» Mercedes-Benz G-class, и, на удачу полиции, такой в городе лишь один. Поиски машины также не заняли много времени, вычислить расположение потенциального серийного маньяка ещё никогда не было так легко.       За ним гонялись вот уже третий месяц, не имея ни малейшей улики. Этот психопат похищал, пытал и убивал девушек в возрасте от 14 до 18 лет, и многие родители буквально с ума посходили, пытаясь уберечь собственных чад. Ни комендантский час, ни усиленное патрулирование так и не помогло найти маньяка. А тут такой прокол.       Заведующий операцией шериф Уэсли Стоунбридж и его личный помощник и заместитель в одном лице Джек Риверс первыми ворвались на заброшенный склад. В самом центре помещения обнаружилась бессознательная девушка. Оставив её на попечительство помощника, шериф метнулся следом за проскользнувшей у дальней стены тенью. Благодаря поджидающим у чёрного входа сотрудникам, преступника удалось поймать и доставить в отделение полиции.       Несмотря на отсутствие явных улик на этого человека, его задержали за подозрение в серии убийств. Но никто и не догадывался, что причитающийся задержанному один звонок может так изменить жизнь жителей всего города.

***

      — Не думал, что тебя так быстро и легко поймают.       Максвелл Кроуфорд одним слитным движением снимает пиджак и закидывает на спинку стула. Человек напротив улыбается, наблюдая, как тот садится, а затем поднимает руки, звеня цепью, пристёгнутой к столу между ними.       — Модный аксессуар, — комментирует Максвелл.       — Недавно обзавёлся, — хмыкают в ответ.       — И всё же, — он не выглядит напряжённым, но тон голоса выдаёт нетерпеливость, — ты успел?       — Успел что? — вскидывает вопросительно бровь собеседник, нарочито играя на нервах.       — Ты прекрасно знаешь о чём я, Винс.       — Мне нужно больше времени, — старший из четы Кроуфорд-Хейлман кривит губы.       — И оно бы у тебя было, не убивай ты этих девушек, — отзывается младший.       — Стало скучно, — Винсент выглядит расслабленным и вовсе не кажется озабоченным своим положением.       — Сколько ещё раз мне придётся выпутывать тебя из очередных проблем, — теперь в голосе Максвелла явно читается раздражение.       — Столько, сколько потребуется, — склабится в ответ Винсент, — если ты хочешь, чтобы я продолжил поиски.       Максвелл задумчиво постукивает пальцами по столу, вглядываясь куда-то за спину родственника. Ситуация сложная, но не сказать, что безвыходная. Им и не из такого приходилось выбираться. К счастью самого Винсента, велика вероятность, что последняя жертва умрёт, не приходя в сознание, а с остальным они справятся. Но если она очнётся… Максвелл снова переводит взгляд на своего родного дядю.       — В следующий раз постарайся не облажаться.       Винсент пожимает безразлично плечами и снова улыбается отстранённо. Наблюдает, как племянник поднимается с места, подхватывает пиджак и идёт к выходу. Хоть он и знает, что этот разговор конфиденциален, — у местного управления нет ни денег, ни должного оборудования для подобной слежки, — но всё равно говорит максимально завуалированно.       — Я уверен, — и в его голосе ни тени сомнения, — это то место.       Максвелл на мгновение останавливается перед дверью, кивает, не оборачиваясь, и выходит из помещения. Ему нужно удостовериться, что девушка не очнётся.

***

      Обычно Максвелл не пачкает руки. Он считает, что это ниже его достоинства, и уже давно не занимается чем-то подобным. Однако это дело не может доверить кому-то другому. Слишком многое поставлено на кон, и перетасовка колоды сейчас совсем ни к месту.       Максвелл без труда проходит в приёмный покой, с лёгкостью избегая ненужного внимания. Палата пострадавшей также не является для него тайной. Он замирает у поворота, разбирая в отражении окон напротив столпотворение у нужной двери. Хмурится. Что-то идёт не по плану. С той стороны доносятся гулкие голоса, среди которых можно различить слова о необходимости вызвать полицию. Опоздал. Девчонка пришла в себя.       Сцепив зубы, Максвелл отходит в сторону, направляясь к выходу. Теперь будет сложнее отмазать Винсента от тюрьмы. Но сложно — не значит невозможно. С его деньгами и связями возможно практически всё. Он с головой уходит в размышления, без проблем петляя между снующим медперсоналом и посетителями. Заворачивает за угол. Удар.       Парнишка, врезавшийся в него, кажется растерянным буквально пару секунд, но тут же приходит в себя, и, извиняясь, начинает протирать его пальто рукавом. Максвелл отмахивается от навязчивой и бесполезной помощи.       — Не страшно, — отзывается он на очередное извинение.       — Я правда случайно, мне очень жаль, — тот не обращает внимания. — Я испортил ваше пальто, такая ткань приятная, дорогое, наверное, да? О, вы явно не из местных. Давно приехали? Меня зовут…       — Мне всё равно, — отрезает Максвелл, огибает его стороной и проходит дальше.       — А вас как… — доносится вслед.       Но он не оборачивается. Максвеллу нет дела до таких мелочей уже очень давно. Он достаёт мобильный телефон на ходу, нажимает на кнопку вызова и подносит к уху. Спустя пару гудков на звонок отвечают.       — Это я. Кто главный по психиатрической экспертизе в Пёрлгрейв? — Максвелл выходит на улицу, направляясь к личному авто. — Узнай о нём всё, чем больше грязи, тем лучше, — молчит с минуту, слушая ответ, садится за руль. — Значит подкупи, нам нужен положительный результат, — и скидывает вызов.       У Винсента было лишь одно задание, и то он провалил. Максвелл не любит, когда что-то идёт не по плану, но в непредвиденных ситуациях действует даже лучше. Как бы не сложился расклад, всё равно выйдет в его пользу. Он заводит мотор и отъезжает от больницы, не переставая продумывать дальнейшие ходы.

***

      Ответа от незнакомца Эйдан так и не дожидается. Только стоит, глядя в спину удаляющейся фигуре. Это было «оно». То самое, так часто упоминающееся в излюбленных фильмах дорогой Лайлы Винтер или дамских романах. Чувство, именуемое любовью с первого взгляда.       И первое впечатление он произвёл явно не самое лучшее, зато в своём стиле. Столкнуться, облить человека кофе, и пропасть в его глазах — так сопливо-романтично. Вот только этот чужак точно им не заинтересовался в должной мере. Эйдан вздыхает, хмурится, переводя взгляд на опустошённый стаканчик с кофе, когда на плечо опускается чужая ладонь. Даже оборачиваться не нужно, чтобы догадаться кто это.       — Хэй, Эйдан. — Раздаётся голос Тобиаса Харпера. Он слегка сжимает пальцы на плече своего лучшего друга.  — Ты чего?       — Пролил кофе на любовь всей моей жизни, — он всё же поворачивается лицом к другу.       — Чего?       Тоби выглядит ошарашенным, хлопает глазами и выглядит точно, как щенок, потерявший хозяина. Эйдан прыскает со смеху, качает головой и хлопает его в ответ по руке.       — Всё нормально, как там Джен?       — Пришла в себя, но к ней не пускают, — мигом переключается со смущающей темы Тоби.       — Как так не пускают? — Эйдан притворно удивляется. — Сейчас всё исправим! — И уже несётся в сторону палаты.       — Стой, Эйдан!       Тоби едва за ним поспевает, и его всё ещё волнуют недавно произнесённые другом слова, но он решает пока не заострять на этом внимания. К палате вот-вот прибудут для допроса либо шериф, либо Риверс, поэтому действовать им надо быстрее. Тоби и не нужно спрашивать, и без того знает, что задумал Эйдан. Как и всегда, стоит чему-то необычному произойти в Пёрлгрейв, и они лезут в самую гущу событий.

***

      Эйдан ненавязчиво пытается подсмотреть открытый файл на мониторе компьютера отца, чем окончательно выводит шерифа из себя. Уэсли ударяет кулаком по столу, и Эйдан от неожиданности подпрыгивает, тут же возвращаясь из полусогнутого положения в ровное.       — Сколько раз тебе говорил не лезть в такие дела! — злится старший Стоунбридж.       — Но отец, — не может удержаться Эйдан, — она же моя подруга.       — Это опасно, мы имеем дело с маньяком, а ты просто напрашиваешься, — не успокаивается шериф. — Это задача полиции, узнать все подробности, а я прихожу туда и вижу, как ты допытываешь вопросами жертву!       Эйдан вздыхает, закатив глаза. Такая привычная обстановка, всё те же нотации в который раз. Внезапно шериф замолкает, повторяя вздох сына, и потирает пальцами переносицу, силясь унять напряжение, отдающее болью в голове.       — Что она успела тебе рассказать? — вышло устало.       — Ничего особенного, — Эйдан пожимает плечами, засовывает руки в карманы, не зная куда их деть, и отводит глаза.       — Эйдан, — предупреждает Уэсли. — Если ты узнал что-то важное и решил это…       — Правда, — опережают его. — Ничего особенного, я только и успел спросить про её самочувствие, когда вы примчались.       Уэсли качает головой. Он не был бы шерифом, если бы не смог распознать столь явный блеф. Но и сына своего знал достаточно хорошо, чтобы понять — тот не признается.       — Ладно, — машет рукой. — Иди домой. И друга своего забери.       — Хорошо, — Эйдан мигом оживляется, но уже у выхода из кабинета останавливается. — А ты когда домой?       — Разберусь сначала с отчётом, — отзывается шериф.       — Ты мог бы дома, — тихий выдох.       — Не сегодня, иди.       Эйдан мог бы поспорить с отцом, но видя, как тот устал, решает этого не делать. Он выходит в приёмную, машет рукой Тоби, на ходу приветствует Риверса, игнорируя недовольный взгляд последнего. Тоби мигом оказывается рядом.       — Что сказал?       — Как обычно, — Эйдан пожимает плечами. — Ничего нового.       — А ты ему… — подозрительно начинает Тоби, но его тут же одёргивают.       — Не здесь, — и кивок в сторону помощника шерифа, который не сводит с них взгляда.       Они выходят из участка, направляясь к машине Эйдана. Но стоит оказаться внутри, как разговор вновь возобновляется.       — Как думаешь, — задумчиво тянет Тоби, — то, что она сказала — правда?       — А ей есть смысл врать?       — Но это очень странно.       — Странно, — подтверждает Эйдан и заводит машину. — С чего бы этому психу допытываться, как её зовут?       — Может, у него фетиш такой? — Просто предположение.       — Как вариант. — Кивок в ответ. — Но знаешь, как узнать на самом деле?       — Только не это… — Тоби буквально стонет, уже догадываясь, что хочет предложить его друг.       Эйдан только хитро улыбается, выруливая со стоянки.       — И когда мы это сделаем?       — Надо успеть раньше, чем полиция, — подтверждает его опасения Эйдан.       — Только не говори, что сегодня ночью.       — Сегодня ночью. — Он демонстрирует Тоби связку ключей.       — Отец тебя убьёт.       — Не сегодня. — Эйдан на мгновение замолкает, добавляя: — И не так.       Тоби качает обессиленно головой и отворачивается к окну. Идея с допросом маньяка ему не нравится, равно как и большинство других идей Эйдана, но отказаться не может. Ему тоже интересно. Да и в конце концов, пострадала их знакомая. Внезапно он вспоминает разговор, состоявшийся чуть более часа назад.       — А что ты имел ввиду, когда говорил про любовь всей жизни?       Эйдан дёргается практически незаметно, хмурит брови, закусывает нижнюю губу. А Тоби терпеливо ждёт ответа. Не сказать, что он слишком интересуется подобными разговорами, но до этого дня всегда предполагал, что в подобном контексте друг может использовать исключительно имя Лайлы Винтер. Неужели переболел?       — Я сегодня в больнице встретил кое-кого.       — Лайлу? — Всё-таки попытка — не пытка.       — Нет, — слишком спокойно отрезает Эйдан. — Кое-кого другого.       — И кто она?       Эйдан хмурится ещё сильнее, а из губы того и гляди кровь пойдёт. Он совсем уж непривычно для себя молчит. В любом другом случае трещал бы без умолку, и это странным образом напрягает самого Тоби.       — Я пока не знаю имени, — наконец выдаёт Эйдан. — Но обязательно его выясню.       Тоби решает больше не мучить друга расспросами, но ему снова не по душе идея Стоунбриджа. И эта тишина тоже, и скрытность ещё страннее, чем слова Джен о вопросах маньяка.

***

      Максвелл не без брезгливости срывает жёлтую ленту у двери. Чёртовы копы уже успели тут побывать, а вот оставить кого-то присматривать за квартирой Винсента либо не догадались, либо просто людей не хватило. Он проходит внутрь, как к себе домой, скидывает испорченное пальто на ближайшее кресло, отправляя следом и пиджак. Расстёгивает верхние пуговицы на рубашке, оттягивая ворот и глубоко вдыхая.       Он уверен, что в квартире полиция ничего и не нашла. Винсент не так глуп, чтобы оставлять какие-либо намёки на свою реальную деятельность в столь очевидном месте. У него должен быть тайник. Вопрос лишь в том, где именно. Спрашивать своего дядю об этом, вполне естественно, что не хочется. Максвелл обходит помещения одно за другим, не обращая внимания на вывернутое содержимое шкафов и разбитую мебель. Словно ураган по квартире прошёлся. Он фыркает и проходит к лестнице, ведущей на второй этаж. Приседает на корточки, осматривая пространство под ступеньками — ни намёка на пыль. А Винсент никогда не был настолько дотошным в уборке.       Уже спустя несколько минут Максвелл держит в руках коробку, выуженную из-под половицы. Внутри обнаруживаются фото и краткая биография девушек. Большинство карточек перечёркнуты, а значит и тех, кто на них изображён, в живых больше нет.       Максвелл перебирает фотографии, откладывая тех, кто ещё жив, зажимает в руке и направляется в гостиную. Наливает себе виски, но не притрагивается к алкоголю, откладывая на столик перед собой. По привычке достаёт пачку сигарет, выуживает одну, задумчиво прокручивая в пальцах.       Девушки на фото все подходят под нужный ориентир. Знать бы только которая из них. Взгляд задерживается на симпатичной брюнетке с милыми ямочками на щеках. Что-то в её внешности не даёт Максвеллу покоя. Он откладывает остальных, продолжая вглядываться в изображение. Эти поиски, длящиеся так долго, окончательно вымотали его. Может, просто понравилась. Он встряхивает головой и ломает сигарету в пальцах, так и не закурив. Фотокарточка с подписью «София Агюстин» отправляется в стопку к другим.

***

      Пробраться в офис шерифа — легче лёгкого для таких, как они. А вот как попасть к заключённому — другой вопрос. Тоби стоит на стрёме, следя, чтобы никто их не словил, пока Эйдан возится с ключами.       — Давай быстрее, — торопит он.       — Сейчас, — шипит в ответ Эйдан. — Должен быть этот.       — А от сменщика как избавимся? — в тон ему отзывается Тоби.       — Ты отвлечёшь, — и он едва сдерживает желание придушить лучшего друга.       — Это всё равно, что в клетку к Ганнибалу Лектору лезть.       Эйдан что-то бормочет себе под нос, а дверь наконец-то поддаётся. Они по очереди проскальзывают внутрь. Всё-таки запасной выход на то и запасной. Ну, чтобы помогать таким вот любопытным парням. Эйдан заглядывает за угол и недовольно морщится.       — Кто? — Шёпот со спины.       — Моррисон, — сказано с отвращением.       — Вот чёрт, — не сдерживается Тоби. Моррисон не нравился им обоим. — И как, по-твоему, я должен его отвлечь?       — Придумай что-то! — Взмахивает руками Эйдан.       — Что? — Ещё немного, и он сорвётся.       Эйдан нервно потирает ладони, судорожно пытаясь придумать способ. Но голова отказывается работать на благо своего безумного владельца.       — А во сколько у них смена? — Снова подаёт голос Тоби.       — Кажется, в три.       — Подождём? — С надеждой.       Стоунбридж вздыхает и кивает. Да, придётся подождать. К счастью, не так уж долго осталось. А там, главное, вовремя успеть закрыть дверь, и пока все будут возиться, не понимая, что происходит, можно и с маньяком поболтать. В итоге, у них далеко не самая навороченная тюрьма, может и замок заклинить. Эйдан опускается на пол, глядя на усаживающегося рядом Тоби. У них ровно полчаса, чтобы продумать всё до мелочей.

***

      — Qui pro quo, Кларисс.       И мужчина за решёткой смеётся в ответ. Эти двое действительно рассмешили его не на шутку. Знать бы только зачем такое молодняку? Он резко замолкает, щурится и подходит ближе к металлическим прутьям.       — А тебе есть, что мне предложить, мальчик?       Этот ребёнок выглядит абсолютно очаровательным, да ещё и с таким рвением к опасности. Винсенту он по душе. Если всё получится, можно попробовать завербовать его. А вот тот второй, что держится неподалёку и постоянно опасливо оглядывается на дверь, никаких надежд не подаёт.       — Информацию о сотрудниках?       Ценный мальчик, умный, — и Винсент расплывается в улыбке, становясь прямо напротив и совсем вплотную к решётке. Вот только ему эта информация ни к чему. Он точно уверен, что Максвелл вытащит его из тюрьмы. Да и секреты раскрывать никому не собирается. Но этому ребёнку ведь знать обо всём не обязательно.       — О, нет, — уголки губ тянутся сильнее. — Просто назови мне своё имя.       Паренёк чертыхается сквозь зубы, вздёргивает подбородок.       — Эйдан.       — Эйдан? — Винсент искусно имитирует удивление. — Интересное имя. Означает "огонь" или "пламенный".       — У тебя фетиш на имена, что ли?       — Именно так. — Усмешка. — Эйдан.       — Но если ты его уже знаешь, то зачем тебе…       Дверь дёргается под напором с противоположной стороны, что заставляет названного Эйданом резко обернуться. Винсент также медленно отходит вглубь камеры. У них не осталось времени — спрашивать больше не будут. Он усаживается на койку, закинув ногу на ногу, и наблюдает как тот второй насильно оттягивает Эйдана от решётки.       — Но я ещё не всё узнал, — упирается первый.       — Пойдём. — Его упрямо тащат в сторону.       — Забавные детишки, — хмыкает Винсент и откидывается на спину.       Только в одном из них он видит потенциал.

***

      Решение относительно наказания Винсента приходит спонтанно. Его давно требовалось наказать за беспечность и многочисленные провалы. Относительно маниакальных наклонностей дяди Максвелл никогда не обманывался, с самого момента их первой встречи он точно знал, что тот не является образцом психического здоровья. И поступить следует соответствующе.       Максвелл снова рассматривает расклад, разложенный на столе. Двумя пальцами отодвигает джокера в сторону от остальной колоды. Немного изоляции тому не повредит. Эта игра длится уже десять лет, а предпосылки к ней начались и того раньше. И когда финал столь близок, Винсент подложил ему такую свинью. Пусть теперь отдувается.       Среди карт по самому центру бубновая двойка — их цель. Его цель. Ни с чем не сравнимая по стоимости драгоценность. Вот в чём Максвелл точно может довериться родственнику, так в достоверности добытой информации. Если тот сказал, что двойку можно найти в этом городе, значит так оно и есть. Но помимо нужной, в городе есть ещё масса лишних. Устраивать разборки в месте, которое и без того подняли на уши убийства, было бы глупо. И Максвелл прекрасно осознаёт, что дальше действовать придётся тише. Конечно, в том случае, если никто не помешает. Однако, благодаря всё тому же Винсенту, помехи уже созданы. Они засветились.       Телефон, отложенный в самый угол стола, загорается и вибрирует. Максвелл краем глаза отмечает от кого входящий, хмыкает едва слышно и всё же принимает вызов.       — Слышал, родственничка твоего замели, — без приветствий усмехается голос по ту сторону трубки.       — Хочешь над ним поиздеваться? — с аналогичной усмешкой отзывается Максвелл.       — Было бы неплохо. — Собеседник выдыхает, явно давя смех. — Мне стоит приехать? — Тишина в ответ, и голос быстро исправляется. — Точнее, мне можно приехать?       Можно ли? Максвелл на мгновение прикрывает глаза, просчитывая возможную выгоду, затем кивает больше сам себе и наконец отвечает.       — Да. Думаю, ты пригодишься здесь.       — Неужели и для меня появилось задание? — Притворство в каждом слове. Максвелла оно раздражает. — Или ты просто соскучился?       — Не ёрничай, Кайл, просто приезжай.       Максвелл скидывает звонок, игнорируя ответ собеседника. Ему не интересно, что имеет тот сказать. Но Кайл — идеальный кандидат на место Винсента. Он сделает всё тихо и без лишних проблем. Придётся, конечно, посвятить его в некоторые нюансы, хоть это и опасно. Тем не менее, использовать тот же метод, что и старший, Максвелл не собирается. Точнее, не может себе позволить, не после этой шумихи. Ещё ФБР привлекут, а этих ребят он на дух не переносит.       Бубновая двойка притягивает взгляд, словно гипнотизируя. Слишком долго это продолжается, но он готов подождать ещё. В конце концов, терпение — первое, чему научил его учитель.