Рассказать Всё

Рыдания беспомощного солдата, крик, полный невыносимой боли, на миг потонули в грохоте шагов титана, который уже был позади него. Огромная тень нависала над шифером, где лежало маленькое, в сравнении с чудовищем, тело. Марко с тяжестью сглотнул, скованный ужасом. Немой выкрик застрял в горле: от жестокой обиды, нежели страха. Он командир, оставленный своими же товарищами погибать. — Марко! — женский крик прозвучал вдали. Не успеет, бесполезно. А может, это просто спасительный мираж желающего жить сознания? Рука титана разрезает воздух, медленно приближается, готовая схватить Марко за ноги… Раздается свист УПМ, владелица которого оказывается быстрее титана. Марко поворачивается и успевает увидеть лишь копну светлых волос товарища, которая мощным рывком, следуя инерции, толкает всё его тело, словно пёрышко, в окно дома. Разбиваются стекла, осколки режут спину и царапают лицо. Чужое тело продолжает толкать его; удар спиной об стену отдается резкой и пронзительной болью, заставляя едва вскрикнуть и тут же этот крик проглотить. Марко всегда был самым медленным из десятки лучших, как он сам признавался. Ему потребовалось больше одной, двух, трёх секунд, чтобы осознать, что происходит: рука невысокого титана уже пролезла в разбитое окно, наощупь и неспеша продвигаясь к ним, переворачивая прикроватную тумбочку, ломая шкафы и кровать. Светловолосая быстро встала с него и с силой взяла за руку, с трудом поднимая. — Марко! Марко, вставай, вставай, прошу! — Армин? Да, это Армин старалась спасти его жизнь. Без УПМ он не выберется, а она не унесёт его одна. Здесь титан. А там… предатели. Марко с ужасом посмотрел на Армин. Это всё бесполезно. — Армин, прошу… Оставь меня и беги, пока можешь. — Сорванное в просьбах поговорить, горло хрипит от боли и пыли. Райнер, Бертольд, Энни… Рассказать Армин и подвергнуть опасности? Нет… Они видели, они наблюдали за тем, как его пытались сожрать. Они могут прямо сейчас прийти и закончить начатое! — Нет! Где твой УПМ? Сломался? — кричала неуёмная Армин. Пожалуйста, прекрати… Титан схватил один из шкафов, стоявших рядом с ними, и вытащил его наружу. Оттуда горстями вывалились ручные, аляпистые детские игрушки. Пока он рассматривал их на свету, Марко с Армин, затаившись и сжавшись в углу, следили за его движениями. Марко встал и осторожно подвинул девушку за себя. Они стояли у лестницы в углу комнаты на втором этаже, дальше всего от титана. — Армин, пожалуйста, доверься мне. У меня есть план. Держись крепче. — Я могу сражаться. Мы почти победили! — Нет, нельзя. Всё куда сложнее. Держись меня. Армин в недоумении кивнула. Она хотела верить Марко, но в глазах отражался страх: она не хотела умереть здесь, так бесславно, после всего пережитого сегодня в их первой битве, в битве за Трост. Но Армин хотела спасти Марко, и бросить его не могла. Потому что… Титан взревел. Кукла, которую он достал из шкафа, при ближайшем рассмотрении оказалась не человеком и даже не лакомым ребёнком. Его кулак оглушительным ударом прошелся по всему второму этажу, мгновенно разрушая крышу, выбивая стекла и ломая стены. Затем вторым ударом он закончил разрушать то, что пережило первый удар. Его злость желала уничтожить весь дом с его недоступными жителями. Обломки крыши и стен с грохотом падали на пол, разрушая его. Весь дом обвалился за пару секунд, превратившись в руины. Следующие несколько секунд, пока утрясалась пыль, трое Воинов с ужасом наблюдали за гибелью Марко и Армин. Кроме ужаса, было нетерпеливое ожидание: поскорее покончить с ними и отпустить эти чувства. — …Всё? — сорвалось с губ Энни. Дело за реакцией титана. Эта тварь сделает всё, чтобы сожрать человека. Парадизовские твари. Титан тоже наблюдал. Тридцать секунд напряжённого ожидания казались вечностью — в конце концов, едва ли кто-то мог пережить обрушение целого здания. Даже титан понял это, разочарованно переключившись на Воинов. — Потом проверим это место ещё раз, — отрезал Райнер, пришедший в себя, пытаясь вернуть утерянное самообладание. — После битвы. При первой же возможности. Им пришлось отступить. Вскоре они прикончили этого титана, погнавшегося за ними.

***

Оба тела лежали без признаков сознания, погребённые под кучей тяжёлого мусора, бывшего когда-то частью дома. Под обломками, казалось, не было жизни. — Марко… Слабый голос позвал его, и сознание медленно вернулось к нему — смутное, снова готовое впасть в забытье от боли… Боли, которая подавляет все ощущения… Оно снова вернулось этим тихим «Марко». А значит, он кому-то ещё нужен. Значит, он ещё может помочь кому-то, кому сейчас это нужно… А кому же?.. — Мы пережили? — спросил он хрипло, полуосознанно. — Марко, нужно выбираться. Мы можем задохнуться. Нас может раздавить. Странно. Эти слова должны беспокоить, но сказаны они без эмоций. Её голос тоже слабый. Марко открывает глаза, чтобы нечётко увидеть что-то светлое, усталое и раненое, близкое, почти прижатое к себе. — Армин, мы правда выжили…? — Е-ещё не время радоваться… Пожалуйста, держись. Мы ещё можем выжить. Лоб Армин морщится от напряжения. Большой обломок стены раздавил бы её, если бы Марко не принял основной удар на себя, закрыв её своим телом. Теперь этот же обломок давил ему на спину, но не раздавливал. Их гроб из обломков стен, напоминавший два поднятых моста, давал им шанс выжить. Величина обломков скрыла их от титана. Поэтому они живы. Счастливая случайность. — Армин… Сколько времени мы были без сознания? — Потом поговорим. Сначала давай выберемся отсюда. — Нет… Нам нужно понять, где Райнер, Бертольд и Энни. — Не переживай, они не погибли. Они продолжают сражаться. Я видела, как они… Как они что? Стояли и смотрели, как титан собирается съесть беспомощного Марко? — Армин, внимательно послушай. Они — враги. Я подслушал их разговор. Поэтому они пытались… от меня избавиться. Они — титаны. Один из них ломал стену. Титаны могут становиться людьми. Они — вражеские шпионы. — Что?.. — спросила Армин, не в силах переварить новую информацию, особенно в их ситуации. — Ты точно уверен в том, что говоришь? — Это правда. Они видели, что ты мне помогаешь. Нам нельзя им попасться. Они прикончат нас. — Если это правда, то… — помолчав, вздохнула Армин, не в силах принять новую реальность. — Мы точно лежим больше нескольких минут. Я не слышу звуков боя поблизости. Как и шума УПМ. — Если я умру здесь, пожалуйста, передай всю информацию командиру Пиксису и командиру разведкорпуса, если сможешь. — Мы не умрём, — решительно ответила Армин, пробуя подняться. Спустя пятнадцать долгих минут, проведённых в медленных и опасных движениях внутри обломков, Армин и Марко, помогая друг другу, выбрались на поверхность. В процессе кусок стены упал на ноги Марко, а Армин потянула руку, пытаясь его освободить поднять. Но они смогли выбраться и вдохнуть свежего воздуха. Сев на пол для восстановления сил и сокрытия себя, среди обломков, они посмотрели на закатное небо. Бой начался днём, но идёт он бесконечно долго. Прошло… минут тридцать, вероятно, максимум час с потери сознания. Бой ещё длится? Или всё закончено? Эрен смог закрыть стену? — Марко, ты как? — Армин приблизилась к парню, беспокойно разглядывая его тело на предмет серьёзных ран. На его лице, спине, ногах были пятна крови. — Ноги и спина сильно болят. Я не смогу нормально идти без поддержки. В остальном… Порядок. Армин шумно сглотнула, прислушалась. Сейчас было две опасности. Во-первых, им нельзя встречаться с титанами: с одной эффективно действующей рукой Армин едва ли сможет драться. Если прошёл час с битвы и звуков сражения не слышно, как и топота титанов, возможно, Эрен завершил свою миссию и войска уже ищут тела и раненых. А во-вторых, Райнер, Бертольд и Энни, исходя из слов Марко, придут проверить, добиты ли они… Что же делать? — Мы подстроили свою смерть. У нас есть шанс. Надо воспользоваться этим преимуществом, — Марко прервал мысли Армин. — Если враги могут превращаться в титанов, нам нельзя их спровоцировать. Мы должны умереть для всех людей. — Это и был твой план? — Армин неуверенно поглядела на Марко. — Да. Армин, прости что втянул во всё это. Это был единственный шанс спастись из той ситуации. Это вообще ни разу не похоже на план. Даже на самый безумный. Вероятность погибнуть была ужасающе высокой. — Прошу, не извиняйся. Мы спаслись только благодаря тебе. Информация, которую ты получил, бесценна. Твоя жизнь… Очень важна. — Спасибо за добрые слова. — Марко тепло улыбнулся, с трудом, через боль пытаясь встать. Армин мигом дернулась с места и позволила ему опереться на своё плечо. — Я держу… Куда нам? — Нам нельзя оставаться на прежнем месте. Давай в соседний дом, — прохрипел он. Армин и Марко вышли на улицу и тревожно осматривались, медленно ковыляя на открытом пространстве. Было непривычно тихо. Только еле заметный запах дыма, строительного мусора и огни вдалеке выдавали присутствие недавней жизни. — Нет, нельзя в соседний… Пойдём по диагонали, в тот маленький, — сказала Армин, едва не кряхтя от тяжести напарника. — Почему? — Они проверят окружающие дома на всякий случай, но не каждый же. Больше шанса, что нас не обнаружат или у нас будет время сбежать. Зайдя в дом, Армин осторожно усадила Марко на пол. — Как же так получилось… — спросил сам себя Марко негромко. — Вся моя команда оказалась предателями, и это после того, что мы пережили вместе? Армин выдохнула. Она принялась что-то искать в доме, открывая ящики столов и шкафы. — Как нам уйти из города незамеченными? — спросила Армин. — Куда ты хочешь идти и зачем? Пропажу хотя бы одной лошади заметят. И я в своём состоянии… — он не стал продолжать. — Исключая лошадь… Что нам остаётся? — Армин. Ты же понимаешь, тебе придется оставить меня. Это нужно, чтобы спасти других. — Нет, даже не думай! Я не поступлю как они! Она бросила поиски еды и лекарств и присела рядом с ним, вцепившись пальцами в плечи Марко. Он опустил глаза, не в силах встретиться с её взглядом. — Х-хорошо. — Он помолчал. — Есть несколько проблем. Первое — подтвердить нашу смерть. Второе — выбраться из города. И третье — рассказать командиру Пиксису и командиру разведкорпуса Смиту о том, что мы узнали. Ни на одном этапе мы не можем попасться нашим товарищам. — Почему ты заговорил о командире разведкорпуса? — Судя по тому, что я знаю, командир Смит — это тот, кто может здорово нам помочь. Он умный человек, постоянно на передовой имеет дело с титанами и может знать то, чего не знаем мы. — Хорошо… А мы совсем не можем полагаться на помощь от кого-либо? — Армин поджала губы с неуверенным видом. — Можно. Но рискованно. — У нас нет вариантов лучше. — Армин, ты хороший стратег. А я неплохой тактик. Давай используем это преимущество. Подумай, как нам выбраться из этой ситуации. Помнишь, твой план по захвату склада снабжения, который кишил титанами? Мы выжили благодаря тебе. Армин посмотрела на Марко. Он верил в неё. После минутных раздумий, Армин наконец ответила. — Главное — это сфальсифицировать нашу смерть. Если мы сможем поговорить с военным врачом, который будет переписывать трупы, и убедим его помочь… А потом, когда настанет ночь, на лошади покинем город… Тогда, может, у нас будет шанс. Мы не можем обойтись без транспорта, а оставаться в городе опасно, нас в конце концов могут найти. Солдаты развернут лагерь в Тросте и переждут минимум одну ночь здесь. У нас будет преимущество в несколько часов… Возможно, в столице мы успеем сообщить всё командиру разведкорпуса. А он сообщит командиру Пиксису. Марко внимательно слушал, чувствуя, как шатка их позиция и весь план, но доверял размышлениям Армин. — Но… Марко… А когда мы расскажем всё командирам в безопасном месте — это разве единственная наша цель? — О чём ты? — Враги ведь вернутся за стены, где живёт множество людей. Одна ошибка, одно подозрение — и они, как ты сказал, превратятся в титанов, нападут, могут уничтожить целый город! — воскликнула Армин напуганно. — У нас нет других вариантов. Мы не сможем убить их нашими силами. Или ты предлагаешь сейчас объединиться с кем-то и… убить… их здесь, в Тросте? Мы не знаем их целей. Они сломали стену Мария. Они сделали это ещё раз, сегодня. — У нас правда нет варианта поговорить с ними? Это же наши друзья… Бывшие друзья. Армин замолчала, чувствуя как страх и напряжение подступает к пальцам ладоней. — Армин. — Марко взял её за руку, а другую положил на плечо. — Успокойся. Не накручивай себя лишними мыслями, ладно? Это не поможет нам сейчас. Мы не в силах убить их здесь. Даже при помощи всех солдатов. Слишком большая вероятность ошибки. Все устали после боя. Уже много потерь. Тем более тут нет разведкорпуса или военной полиции, где лучшие бойцы. Мы всего лишь кадеты против титанов-шпионов с неизвестными силами. Армин неуверенно кивнула. — Но мой первый план такой же несбыточный. Как мы поймаем медсестру без возможности быть обнаруженными?

***

Ангела ненавидела свою работу. Спасение человечества? Главное, что хорошо платят. Но даже так она оказалась втянута в этот кровавый ад. Пока она работала в военном госпитале при стене Роза, она не переставала вспоминать слова отца. «Ангела, ты наш ключ к выживанию. Ты знаешь, твоя мама уже не может работать, а я… Титаны уничтожили моё дело, крышка. Ты знаешь, украшения не нужны людям, когда им не хватает еды. А больше я ничего не умею…» Ангела — третий ребёнок, рождённый в этом Раю, за этими безопасными стенами. Старший брат, гордость семьи и гарнизонный артиллерист; старшая сестра, уже вышедшая замуж и теперь писавшая счастливые письма им в Трост. Когда ушла сестра, тогда и кончилось беззаботное детство — началась работа по дому и хозяйству. Но это было ничего. Хоть Ангела и скучала по сестре, но будущее продолжало казаться счастливым. Вскоре и она повзрослеет, найдёт себе мужа и переедет к нему, найдёт своё призвание. Пала Шиганшина. Письма больше не приходили. Спасся только муж сестры. Он рыдал и рассказывал об увиденных ужасах. Ангела смотрела на него с ужасом, а спустя время этот ужас сменился равнодушием. Какой смысл от его постоянных рыданий? Почему это он плачет, когда плакать должна она? Она потеряла любимую сестру. Как бы он ни извинялся, простить его Ангела не могла. Он наверняка бросил её одну, поэтому и спасся. Трус. Все мужчины такие. Её отец тоже. Без энтузиазма она покинула родительский дом и отправилась учиться на врача в столичном кадетском корпусе благодаря рекомендации друга отца. За три года обучения, практикуясь, леча раненых и вытаскивая с того света едва живых, она постоянно задавалась вопросом: зачем продолжать борьбу? Титаны вечны. Один титан в среднем забирает жизни трёх-четырёх людей. Они появляются из ниоткуда, и нет в их жизни наслаждения больше, чем сожрать человека. Ради этого они готовы жертвовать своей жизнью. А люди? Трусы. Мало кто готов пожертвовать своей жизнью. Все думают, что это их не коснётся, если они спрячутся куда подальше. «Пусть воюют другие», — думают они. Что будет, когда самых смелых, самых способных перебьют, и останутся одни трусы? Эта борьба… абсолютно бесполезна. Ангела не лучше. Она такой же трус. Она не хочет иметь дело с болезнями, со смертью, с трупами. Ей это не приносит никакой радости или наслаждения. Она с большей охотой бы разводила лошадей где-нибудь за стеной Сина и продавала их этим самоубийцам из разведкорпуса, чем всё это. Её семья покинула Трост ещё несколько лет назад, поселившись севернее от города, в маленькой деревушке. Сегодня она возвращается в родной город в составе медицинского взвода войск гарнизона. Волнительно ли? Ни капли. Ангела не думала, что примет вид разрушенного родного города так легко. Но это неудивительно: всё умерло ещё с первой новостью о Шиганшине. Было делом времени, когда они доберутся до Троста и разрушат уже его. Всё идёт так, как она и ожидала. В этом нет ничего, черт возьми, удивительного… Бой кончился, титаны были убиты, а слухи о титане-союзнике людей докатились и до неё. Для ускорения работы каждого медика направили вдоль определённой улицы. Ангела шла в белоснежном халате по разрушенным улицам, где раньше кипела жизнь, плотно прикрыв лицо медицинской маской. Она была одна. Ей не нужна защита или проводник, как другим. Если тут вдруг и остались титаны, пусть они её сожрут. Жаль родителей, но они в любом случае скоро умрут. На её улице почти не было тел. Ангела шла по пустынной улице, погруженная в свои мысли. Она приближалась к родному дому. Краем глаза она увидела гражданского. Девушка, одетая в… Постойте. Она подошла поближе, узнав знакомую ткань, знакомый цвет, знакомое платье. Платье?! Какого чёрта здесь делает девочка, одетая в знакомое ей дорогое платье? Девочка, голова которой была опущена вниз, напоминала прекрасную куклу и этим вызывала ужас. Внешне никаких повреждений, но без признаков движения. — Эй. — Ангела приспустила маску и грубо потрепала её по плечу, касаясь шёлковой ткани платья. — Эй! — Помогите… Мой папа дома… Он ранен, ему нужна помощь… — тихо выдавила из себя кукольная девочка. — Что? — Ангела убрала руку и сделала шаг назад. — Все люди уже давно эвакуировались, а кто нет — те были съедены. Так какого же хера?.. Как медик, она обязана помочь. Ангела не дождалась ответа от девочки, вздохнула и неуверенно вошла в дом. Интерьер её ошеломил: это дом Геры, и это платье… точь-в-точь как-то, что было у Ангелы. Внезапно, откуда-то сбоку, за плечо её схватила чья-то рука, приставляя холодный металл к горлу. — Тихо. Мы не причиним вам вреда. Пожалуйста, не шевелитесь. У Ангелы перехватило дыхание. Впервые за долгое время она почувствовала, как напряжение подкатывает к горлу. — Мы из кадетов-выпускников. Среди нас есть предатели. Нам нужна ваша помощь. Да что… Что это всё значит…? — Пожалуйста. Помогите нам. — Можешь уже опустить клинок? Если вы дезертиры, то я не против вам помочь. Моя шкура мне милее. Марко опустил клинок, рукой опираясь на стену. Ангела внимательно посмотрела на раненого солдата перед ней. — Устал воевать что ли? Я помогу просто так. Будут деньги — давай. Истории твои мне не интересны. Марко видит в её глазах невысказанный, скрытый за циничными словами, страх: «Только не убивай меня», и чувствует себя монстром. — Армин. — Он постучал по окну наружу, под которым сидела кукольная дева. Она быстро забежала внутрь, тревожно оглядывая врача в халате и раненого Марко. — Пожалуйста, простите за этот спектакль. Поверьте нам. Мы не хотим причинить вам вреда. — Д-да завалитесь уже, — не выдержала Ангела. — Что нужно? Марко неуверенно помолчал. — Прошу, поверьте нам и внимательно выслушайте. Среди кадетов, принимавших участие в битве за Трост, есть три вражеских шпиона. Они, скорее всего, умеют превращаться в титанов. Мы с Армин, — он кивнул на девушку, — случайно узнали об этом, и поэтому они попытались скормить нас титану. Мы скрылись в доме, он обрушился от удара титана, и нам нужно, чтобы вы записали нас как погибших. Ангела слушала, нахмурившись. Дело пахло ещё хуже чем дезертирство. Она не хотела в это ввязываться. — Звучит как полный бред. И что потом? Армин неуверенно посмотрела на Марко, затем продолжила. — Ночью мы покинем Трост и уедем в столицу, где сообщим командиру Пиксису и командующему разведкорпусом Эрвину о нашей находке. Ангела пристально изучала глаза Армин на предмет лжи. Затем перевела взгляд на Марко, и его ноги. — На вас упало здание, говоришь? — Ангела спросила с усмешкой. — Мы были на втором этаже, оно двухэтажное. Титан был семиметровым и удары были не слишком сильными. Мы стояли на лестнице, в углу, поэтому по нам пришелся удар только части крыши и стен. — Тебе жутко повезло, что ты жив, или же вы городите чушь. Вместо того, чтобы жрать вас, сломал дом. — Ангела едва удержалась от того, чтобы не выругаться. — Вы хоть обрабатывали раны? — По вялой реакции всё было понятно. — Снимай это… платье и никогда больше не надевай. А ты отвернись. Чёрт вас побери, сумасшедшие кадеты, — пробубнила она, доставая аптечку. Ангела обработала раны на телах обоих, соорудила подобие костылей из длинных столовых ножек для Марко, перевязала ему голову. — Бинт на руку? — спросила она у Армин. — Кто-то должен сражаться. — Тебе вообще нежелательно пользоваться этой рукой в ближайшее время. И вообще, вам обоим нужен отдых, — устало резюмировала Ангела. — Я ещё не до конца верю в вашу безумную историю. Не знаю, можно ли вам доверять. Но если вам хватило безумия привлечь моё внимание такими переодеваниями, — она посмотрела на Армин и криво улыбнулась, — То так тому и быть. Поспособствую. — Спасибо вам большое. Вы, возможно, спасли не только нас… но и всё человечество. Могу я узнать ваше имя? — спросил воодушевлённый Марко. Ангела раздраженно вздохнула. — Я делаю это не ради человечества. Вы просто забавные. Моё имя — Ангела Адольфрик. А ваши? — Марко Ботт. — Он улыбнулся. — Армин Арлерт. — Она тоже улыбнулась, куда застенчивее, чем юноша. Глядя на них, Ангела удивлялась: как такие странные, по-своему добрые, наивные, до предела глупые люди были ещё не съедены, а её гордый и способный брат, активная и полная жизни сестра — съедены. Этот мир — одна сплошная злая шутка. — Эм, Ангела. Можно спросить? — начал Марко дружелюбно. — Спрашивай. — Бой ведь окончен? — Да. Валун закрыл проход. Мы собираем раненых. — Титанов больше не осталось? — В пределах города — нет. — Спасибо большое за информацию. — Марко благодарно кивнул. — А титан, который закрыл валун… Вы не знаете его судьбу? — Армин спросила, борясь с волнением. — Не знаю. Слухи и правда не врали? Среди вас есть титан, который перетащил этот валун? — Ангела с подозрением посмотрела на них. — Если так, то не знаю. Думаю, такого будут охранять ценой жизни. Не думаю, что ему дали бы подохнуть, уж слишком полезный. Армин резануло слово «подохнуть», но она сдержалась, прикрыв глаза. Эрен жив. Значит, всё хорошо. Они потеряли слишком многих. Армин не вынесла бы, если бы и Эрен умер, ушёл от неё уже в который раз подряд. Марко, заметив поникшее настроение Армин, осторожно положил руку ей на плечо. — Армин, они в порядке. Нам нужно сосредоточиться на нашей миссии, ладно? — …Да. Прости. Я… Я просто… Марко с печалью посмотрел на неё. Армин шмыгнула носом и закрыла лицо руками. Марко позволил её лицу укрыться в его груди, успокаивающе гладя девушку по спине. Битва за Трост была бесконечной и очень тяжёлой. — У вас был тяжёлый день, похоже. — Ангела хмыкнула без веселья, отворачиваясь от неловкой сцены. — Это. Пиксис ещё тут. Вы, я думаю, это знаете. Командующий разведкорпусом Эрвин Смит тоже скоро прибудет сюда чтобы посмотреть на поле боя. Я слышала. Элитные части разведкорпуса должны прибыть в город в течение часа. Они узнали о бое в Тросте и решили прервать северную вылазку. — Вы…ты имеешь ввиду, что это наш шанс поговорить с командиром Эрвином? — Робкая надежда появилась в голосе Марко. — Ну, да. Вы же хотели им передать что-то. — Ну… Это… — замялся Марко, размышляя и не оставляя без внимания плачущую Армин. — Что-то не устраивает? — Ангела нахмурилась. — Мы не можем здесь это рассказать. Предатели могут среагировать и убить многих. — Да ну? А вы что вообще о них знаете? Что им нужно? У них же есть какая-то цель. Они же почему-то прячутся, как вы говорите, среди ваших. Как долго? — Цель… Их цель… — Марко неуверенно повторил. — Прячутся они около… Трёх лет, я думаю. — Боже. Как вы собираетесь бороться с врагом, цель которого не знаете? — А как мы боремся с титанами? — тихо парировала Армин, внезапно ворвавшись в разговор. — Мы ведь не знаем их целей! — Их цель — жрать людей, и точка. Они ради этого жизнь отдают. — Всё куда сложнее. И мы должны действовать осторожно, — поправил Марко. — В любом случае. Если вы не собираетесь рассказать командирам сейчас, когда они тут вдвоём, то когда? — Когда мы вернемся в столицу. — Вы действительно думаете, что сможете притворяться мёртвыми так долго? Ну, дело за вами. Кстати, как там тебя… Армин. Откуда у тебя это платье? — Платье? — Армин оторвалась от Марко. — Я нашла его здесь, в шкафу. Мы хотели замаскироваться. Это была моя идея, Марко лишь поддержал. Простите… — А, нет, я и предложил это. Извините, — вставил своё слово Марко. — Да нет. Я поняла. — Ангела с печалью глядела на платье. — Можете не продолжать. — Она помолчала. — Ладно. Показывайте, под какими «обломками» вы погибли.

***

В лагере, разбитом на ночь, царило оживление. Трост был отбит. Даже несмотря на потери в одну пятую всех солдат, на лицах выживших блестела надежда. Было тяжело, но солдаты справились. Были все большие шишки — приехал сам командир разведкорпуса Эрвин Смит. Все приветствовали его. И пусть… многих не вернуть, и многих мне было жаль, и мало кто говорил об этом вслух, но многие чувствовали облегчение. Что не они были сожраны. Что этот кошмар закончился, хотя бы сегодня. Первая победа человечества позволила нам вздохнуть спокойно. Кто-то мечтал уйти в военную полицию и никогда больше не выходить за Сину после сегодняшнего. А кто-то, наоборот, как Райнер, ходил по лагерю подавленный и сам не свой. — Марко так ещё и не нашли? — спросил он мрачно у Жана. — Нет, — ответил тот, опустив глаза. — Ясно. А что с Эреном? — Может, сядешь и поешь? — сказала Саша простодушно, протягивая жареную картошку на шампуре, но на лице её было беспокойство. — Простите. — Он присел у костра с остальными и посмотрел на Конни, который наблюдал за командиром Эрвином и лагерной суетой. На Микасу, наблюдавшую за палаткой, в которую положили Эрена. На Бертольда, который с молчаливым беспокойством смотрел на него в ответ. Затем на небо. Был уже вечер, скоро близится ночь. — Бертольд, пойдём расспросим. Пока не узнаю, что с Марко, не смогу уснуть. — Если даже вы его найдёте, ты уверен, что тебе стоит смотреть на такое перед сном? — спросил Конни, стараясь звучать безэмоциональным. — Он жив. Я уверен. Возможно, я смогу им помочь найти его. Может, ему ещё можно помочь. — Райнер не звучал уверенно. Все внимательно посмотрели на него. Марко жив? Бред. Но что так же доставляло боль — это пропажа Армин. Все знали, что она физически не так сильна, но обладает сильными мозгами, которые спасли их в решающий момент с помощью плана по отвоеванию склада снабжения. Марко мог выжить, а вот она, если осталась одна, скорее всего, нет. Её давно никто не видел. Об Армин предпочитали не вспоминать сейчас, давя в груди боль от потери. Все понимали это, и никто не заговаривал о тёплой и мечтательной девушке с длинными светлыми волосами до талии, смешным и пухловатым носиком, выпирающим вперёд, и круглыми щеками, ещё большими при улыбке. Многие путали её с Кристой, в шутку называли их близнецами, но они были разными, взять даже черты лица. Армин была… Харизматичной. Она почти убедила гарнизон не убивать Эрена и использовать его как оружие. Она могла быть командиром, повести за собой людей, придумать план. В ней была искра, делающая её особенной для каждого. Никто из кадетов не мог остаться к ней равнодушным — даже Имир, которая ранее назвала её слабачкой, которая случайно выжила. Так думал Конни. — Капитан Доллис. Разрешите мне поесть не у костра, — спросила невысокая молодая девушка со светлыми волосами до плеч, смотря на командира пронзительными карими глазами. — А где ты хочешь поесть, Ангела? — ответила светловолосая привлекательная женщина средних лет в очках, внимательно наблюдая за подчиненной. — Простите за нарушение правил ведения трапезы. Мне необходимо побыть рядом со своим домом, пока не началась дезинфекция. Капитан Доллис помолчала. — Иди. Увидишь трупы — не переписывай, займёшься завтра. Уже темно. К трупам не подходи. Ангела кивнула и отправилась. — Она набрала столько еды для своих близких? — с сомнением пробубнила капитан Доллис, затем обратилась к себе. — Неважно. Рико, дай детям насладиться победой. Пусть делают что хотят. — Она пожала плечами, улыбаясь самой себе.

***

— Бертольд, это тут. Одинаковые разрушенные улицы путали, раздражали. Наконец, они нашли нужное место. Хоть в этот-то раз? — Райнер, ты чего застыл? — спросил Бертольд, врезавшись в плечо друга. — Эта девушка… Это медперсонал. В халате. Что она там делает? Может ли быть…? Бертольд побежал за Райнером. Он всегда идёт вперёд, делает что-то, а потом жалеет. А Бертольд всегда позади. Всегда вынужден страховать и исправлять его ошибки. С недавних пор и поддерживать шаткое состояние своего друга. «Эй… А где Марко?» — спросил он, когда они убили преследовавшего их титана. Бертольд был солидарен с реакцией Энни — это не просто оставляло в недоумении, это шокировало. Если их лидер сойдёт с ума — лидерство придется перенять Бертольду. Не хочется думать о том, как это может произойти. Райнер… — Простите. Пожалуйста, простите нас за беспокойство. Мы ищем нашего друга. Мы видели, как он оставался в этом доме, затем дом обвалился, и… Девушка не отреагировала. Она сидела рядом и смотрела на обвалившийся дом, о чём-то крепко задумавшись. — Эм, извините, пожалуйста, за беспокойство, — поддержал Бертольд, посчитав такую реакцию странной. — Нам очень нужно знать. — А, — Она наконец обратила на них внимание. — Там было два трупа. Мы их уже сожгли. Бертольд внимательно наблюдал за побледневшим Райнером. — Спасибо за информацию, — вмешался Бертольд. — Скажите, а почему их сожгли так рано? Дезинфекция официально ещё не началась… — Это мой дом, — ответила девушка. — А война — ваша. Конечно, вам всё равно, что будет с чужими домами. А мне всё равно, что будет с чужими телами, пока они не устраивают эпидемию. — Да… ты… что такое говоришь, сука? — вспыхнул ошалевший от такого ответа Райнер. — Они были нашими друзьями! Ты ослушалась приказа и начала распоряжаться трупами наших товарищей как тебе захочется? Что за хуйня?! — Райнер, успокойся! Успокойся! — Он смог вовремя схватить Райнера, пока он не натворил дел, — Простите нас, но это было грубо. Вы не ответили на мой вопрос. — Я пришла к своему дому в первую очередь, отпросилась у командующей, и увидела развалины. Я пыталась найти свои старые вещи, которые бы напоминали мне о доме. Но нашла лишь чужие мёртвые изуродованные тела. Мне мешали их тела. С них могла начаться эпидемия. Простите, если среди них были ваши товарищи, — девушка неожиданно заговорила мягче. — Вот как… — ответил Бертольд с печалью. — Простите меня. Я не сдержался. — Ничего. — Она вытерла глаза рукавом халата. — Там были парень выше среднего роста, с тёмными волосами. И девушка, ниже среднего роста, с длинными светлыми волосами. — Это точно наши товарищи. — И мы даже не смогли их похоронить с честью, — продолжил Райнер. — Чёрт… — Райнер со всей силы сжал кулак в бессильной злобе. Девушка печально взглянула на парочку, внимательно изучая их. — Пойдём, Райнер. Нам нужно отдохнуть. Мы узнали всё, что хотели. Доброй ночи вам, мисс. И спасибо. Она печально улыбнулась и кивнула им. Когда эти двое ушли, Ангела взглянула на разрушенный дом ещё раз. «Армин, а ты была красива в моём платье. Чем-то похожа на меня в юности». Вспоминались тёплые дни, когда отец купил ей это платье у самого лучшего дизайнера Троста, и в нём она играла с Герой и Яши на улице в дочки-матери. Сломанная кукла с оторванной головой, которую она держала в руках, — артефакт из той эпохи. — Мира, я вернулась. Даже если сейчас у тебя нет головы. Кукла Мира словно бы возвращала в ту далёкую, забытую эпоху, когда не было слёз, не было безнадёжной печали и тоски. И, глядя на этот разрушенный дом, впервые за долгое время Ангела улыбалась, едва унимая слезы и дрожащие губы — радовалась не разрушению, не тому, что её подруга взяла её платье после переезда, не боли и смертям, окружающим этот город. А себе. За то, что она всё ещё жива. И, быть может, она когда-нибудь будет ещё счастлива. — Ну и денёк… Ты будешь ещё картошечки, Мира?