Наперегонки со счастьем

Хисын всё-таки решил изучить, как составлять икебану. Он открыл сайт в интернете, посвящённый составлению букетов. Пока что прочитал, потому что необходимых растений под рукой не было. Раз путь к сердцу ЫнЭ лежит через эти букеты, он попробует сделать всё возможное. Интересные, конечно, предпочтения у её папы: будущий зять должен уметь создавать предметы интерьера из веточек, цветов… Хисын кое о чём догадывался на этот счёт: наверное, ЫнЭ слукавила. Но так даже интереснее. Он, на её удивление, выполнит это задание. И выполнит самым наилучшим образом. Но пока он читал, понял, что сделать это будет непросто: икебана не какой-то там обычный букетик, а целое искусство, у которого есть свои принципы, требования. Хисына сложности не пугали. Он возьмётся за работу! С ЫнЭ он встретился в тот же день, только после обеда. Они договорились погулять вместе. Он открыл калитку знакомого заборчика, прошёл внутрь, осматриваясь. В этом месте он чувствовал себя, как дома, потому что тётя Пэ к нему очень хорошо относилась. Завидев ЫнЭ, он сильно обрадовался: улыбнулся, чуть не засмеялся. Просто видеть эту девушку — уже прилив огромного счастья! Неужели он и правда влюблён?! Правда-правда?! Тогда это подарок небес! — Привет, ЫнЭ, — поздоровался Хисын, подняв руку. Она сидела на качелях, ждала его. Ждала вот уже… минут пятнадцать. Она улыбнулась, потянув руки к нему, когда Хисын подошёл к качелям: интересно, всех влюблённых тянет обниматься? Хисын скользнул руками по её телу, прижал свою девушку к себе. Он надеялся, что о Джуне она больше не будет думать в романтическом плане. Зачем, если у неё такой крутой парень здесь? И не только здесь. Хисын и дальше постарается сделать всё, чтобы быть с ней вместе. ЫнЭ прижималась к его груди долго, ей показалось, прошло полчаса, но на деле всего несколько минут. Хисын похлопал её по спине, подхватил под плечи и усадил на качели, а сам сел возле неё. Увидев свою кофту с цыплёнком, обрадовался. ЫнЭ очень шла эта кофта, да и сегодня прохладно было, она правильно сделала, что оделась. — Слушай, скоро каникулы закончатся… — начал было Хисын. Ему так не хотелось говорить, что они скоро расстанутся. А она просто взяла и опять его обняла, уткнувшись скулой в его плечо. Посмотрела на Хисына своими большими глазами и сказала: — Знаю. Давай пока не будет говорить об этом, а то грустно становится. И… я думаю, что у нас получится встретиться и в городе. Не волнуйся, это ведь не так сложно — найти время друг на друга. Она была права. Хисын смог вдохнуть полной грудью. Смог наконец улыбнуться, сбросив груз с плеч. И чего он так расстроился, вспомнив о конце каникул? — Я до сих пор немного ревную к Джуну. Ты ведь не будешь с ним встречаться, пока меня не будет рядом? — уточнил Хисын, ткнув ЫнЭ пальцем в лоб. Она поморщилась, отстранилась и сказала, скрестив руки на груди: — Нет, конечно. Ты за кого меня принимаешь? — Ой-ой, только не злись! — захохотал Хисын, набросившись на неё с объятиями. — Любимая! — протянул он, радостный и счастливый. — А что будем делать, если Джун внезапно заявится сюда. Время у него для этого есть. Возможно, он по тебе соскучился. Хисын просто шутил и совершенно не ожидал, что эти мысли могут осуществиться. ЫнЭ тоже не ожидала, она ответила: — Не приедет он сюда. Далеко слишком, — у неё закралось сомнение: а вдруг всё же приедет. Но зачем? Проверить, как ей отдыхается? Побыть с ней? Он вполне мог это сделать, это же Джун, её лучший друг. Если случится так, что он приедет к ней, то она постарается сказать ему, что Хисын её парень. Вряд ли Джун начнёт ревновать. Это она была влюблена в него по уши когда-то, а он всегда считал её своей лучшей подругой, не более. Но и тут ЫнЭ не была уверена на сто процентов. Что если Джун умело скрывал свои настоящие чувства к ней? Или это всего лишь её глупые догадки? Что же на душе у парней? Как сложно понять. Она простонала, стукнувшись лбом о плечо Хисына. Парень перед ней тоже был той ещё загадкой. Соблазнил её, неопытную, заставил извиваться под ним и стонать его имя. Как после такого спокойно смотреть на противоположный пол? Говорят, что женщины — существа коварные. А мужчины… они тоже коварные, между прочим! Может быть, даже искуснее женщин в плане соблазнения. Но жалеть уже было не о чем. Они переспали. Всё. Это в прошлом. А сейчас есть только сейчас. — Что сегодня делать будем? Я весь твой до самого вечера, — сказал Хисын, сжав её руку. — Нужно тёте помочь. Она опять придумала прибить полки. Читать перед сном любит, а книжки уже ставить некуда. Сделаешь? — Куда же я денусь, — расплылся он в улыбке. — Ну, пойдём. Ищи молоток и гвозди. А хотя… сначала я тебя поцелую. Полки никуда не денутся. Он провёл пальцами по её щеке, выдохнул горячим воздухом на её губы, ЫнЭ мигом облизала их, приготовившись к головокружительному поцелую и, может быть, ещё к какой-нибудь ласке. У неё тело будто искрилось, когда Хисын оказывался рядом, а когда он гладил её, она чуть ли не выла от восторга. Это было чересчур классно! Хотя «чересчур» можно и убрать. Классно и хорошо. Хисын только коснулся её губ, она только почувствовала их мягкость, потянула руки к его лицу, чтобы обхватить щёки и ответить на поцелуй, как их окликнула тётя, а по ногам ЫнЭ прошёлся кот. Это был леопардовай Лео. Увидев кота, ЫнЭ прыснула со смеху. — Похоже, поцеловаться нам не дадут, — сказала она, взяв кота на руки. — Похоже на то, — сказал Хисын, положив руку на мягкую шерсть кота. Лео замурлыкал от почёсываний. — Тётя Пэ, я сейчас прибью полки! — прокричал Хисын, взглянув на женщину, стоявшую возле дома. — Хорошо. Спасибо, Хисын. Она давно поняла, что за отношения у племянницы и у Хисына. И, как любящая тётя, была рада за ЫнЭ. Потом ЫнЭ смотрела за тем, криво или ровно Хисын прибивает полки к стене. Она стояла поодаль, прикидывала взглядом, не косит ли полка в какую-то сторону. — Вроде ровно. Можешь прибивать, — сказала ЫнЭ, очутившись возле Хисына. — Когда закончишь, пошли целоваться. У меня губы зудят, — произнесла она, не испытывая ничего подобного: никакого зуда. Но надо ж было как-то намекнуть Хисыну, чем она хочет заняться, заодно попробовать технику женского соблазнения. — Тогда нужно скорее заканчивать. У меня тоже зудят и не только губы, — сказал Хисын, отвлёкшись на секунду. ЫнЭ только глаза закатила: опять шутит, ничего нового. Зудит у него. Ну-ну. Как-только он вбил последний гвоздь и проверил сам, хорошо ли получилось, они сложили инструменты в ящик, всполоснули руки и побежали целоваться. Хисын завёл ЫнЭ поглубже в сад, прижал к дереву и начал страстно сминать её губы. — Да, Хисын… да… — ЫнЭ закатывала глаза от наслаждения. Что ни говори, а целовался он отлично. У Джуна такие же навыки? И чего она постоянно вспоминает своего друга? Что-то её тревожило. Хисын прильнул к её телу, отпустил губы ЫнЭ и прошептал: — О чём ты думаешь? — О твоих словах. Вдруг он правда надумает приехать. Тогда даже не знаю… — Т-с-с. Я же пошутил. Не приедет он. Успокойся, — уверил Хисын, проведя пальцем по её губам. — Лучше поцелуй меня. — С удовольствием, — и ЫнЭ коснулась его нежных губ, а Хисын тотчас ответил, простонав сладко. Его стоны… Она мгновенно возбудилась, услышав протяжное «м-м-м». — Так, на сегодня всё, — сказала ЫнЭ строго и спихнула с себя его руки. — Иначе мы зайдём не туда, куда следует. — Ты права, — кивнул Хисын, обняв её напоследок. — Я очень зависимый. Ты меня пленила, ЫнЭ. Она невесело усмехнулась. Как-то не сильно ей нравилось поддаваться своим слабостям. Нужно уметь держать себя в руках. Она поняла, что недостаточно сильная, раз соблазняется всем, что делает с ней Хисын. Он был ещё тем манипулятором. И, наверное, осознавал это и пользовался своей крутой способностью, чтобы привлечь внимание понравившейся девушки. ЫнЭ хотела бы и дальше видеться с Хисыном и начать с ним серьёзные отношения, однако её постоянно разрывали страхи и сомнения. Эти отношения начались странно, не понятным образом продолжаются, а что ждёт дальше она и представить не могла. Смириться и идти вперёд, смотреть, что будет? Или дать себе время остыть, подумать, сделать выводы, хочет ли она быть с Хисыном или это всего лишь её девчачьи фантазии. Она тряхнула головой, чтобы отогнать эти мысли. Они же решили встречаться, нет? Так почему она изводит себя чепухой? А всё потому, что она была юной и неопытной. Это были её первые отношения. Пер-вы-е. Самые-самые. Как тут не волноваться?! Остаток дня прошёл спокойно: они гуляли, смотрели сериалы, кушали стряпню тёти, просто были счастливыми, не думая о ерунде. А вечером ЫнЭ пришло сообщение от Джуна. Хисын как в воду глядел. Джун хотел к ней приехать. И приехал.