Космофэнтези. Побочный эффект

Это было словно наваждение. Всё тело было лёгким, словно существующим где-то за пределами этого измерения. Мысли не путались, не били по вискам, они тоже существовали где-то далеко, едва уловимые... Пространства не было. Времени не было. Был лишь поток из ничего. Поток... Но с первым вдохом ощущение покоя было нарушено. Лёгкие, только что отключённые от системы ИВЛ, судорожно задышали. Нервные окончания отходили от глубокого сна. Кончики пальцев, кисти, стопы... мышцы едва подчинялись командам. В глазах темнело, картина то прояснялась, то заволакивалась темнотой и пляшущими огоньками снова... Небытие отступало, материальное пробуждалось. Открывались крышки анакамер. Однако, наваждение не исчезло.

***

Авари оглядывалась по сторонам, левитируя в коридоре анакамер. Они были и снизу, и сверху, и по бокам, образуя непрерывный круглый тоннель, и в условиях антигравитации было неясно, где низ, где верх, и где вообще можно найти что-то приземлённое. Времени не было. Был лишь бесконечный коридор, таращившийся на неё выпуклыми полупрозрачными люками анакамер. Неужели, она пробудилась первая? Плывя по коридору, она оглядывала спящих. Их лица были почти неразличимы, и было в этом что-то... Авари не могла подобрать подходящего слова. Она ощупывала свои плечи, руки, острые эльфийские уши, однако чувство неясности и деперсонализации не отступало. Голова раскалывалась, а время от времени в неё словно заколачивали гвозди. Паники не было. Было только чувство полного растворения во всём происходящем. Кажется, она должна была сделать что-то очень-очень важное... Вдруг, словно из другого мира, и в то же время где-то очень близко, послышались голоса. Авари, пытаясь выйти из растворения в междумирье, потрясла головой и, рассекая воздух ногами и руками, поплыла на встречу звукам. — Аэ?.. — позвала Авари. — Кто здесь? Голоса тут же смолкли. — Плыви сюда! — позвал кто-то. Авари провела рукой по лбу, пытаясь стряхнуть с себя остатки анабиоза. Она проплыла шлюз и повернула направо. Её встретили двое: человек и пикси. Человек был среднего роста, со светлыми вьющимися волосами, собранными в хвост, голубоглазый, а щербинка в зубах придавала его улыбке особый шарм. На его скулах, переносице и левом глазу белыми полосами виднелись шрамы. Пикси, как и все представители её рода, была значительно ниже человека, почти в половину от его роста. У неё была тёмная, графитового цвета кожа, а на лице светлые узорчатые полосы и пятнышки, слегка флюоресцирующие голубым в тени. Из волос пикси торчало несколько вибрисс, которые, как и узоры на коже, отдавали голубоватым свечением. Её глаза были янтарно-оранжевого цвета, а уши заострёнными, хотя и не такими длинными, как у эльфов. Этих членов экипажа Авари видела впервые. Это было неудивительно, учитывая, сколько анакамер она встретила по пути... и наверняка это были ещё не все. Вдруг, Авари осознала, что не помнит, куда они летят и зачем. — Ха, я же говорила! — пикси щёлкнула пальцами. — Следующая оказалась эльфом! — Я полуэльф, — сказала Авари, приветливо улыбаясь. — Значит, мы оба правы, — рассмеялся человек. Пикси пожала плечами. — Юрий По, — человек протянул руку в знак приветствия. — Ансер Ра Вита, — представилась пикси и широко улыбнулась. — Ну, просто Вита. — Авари Бетельгейзе, очень приятно. — Бетельгейзе? — переспросил Юрий. — Прямо как наш корабль. — Да? — удивилась Авари. Название корабля странным образом вылетело из её головы. — Наш корабль называется Бетельгейзе-Кха, — Юрий улыбнулся. Вдруг, Авари заметила, что глаза Юрия были разными: один посветлее, другой потемнее. Заметив её взгляд, Юрий улыбнулся и пояснил: — Это протез, — сказал он, показывая на левый, более светлый глаз. На нижнем и верхнем веках его пересекал ровный белый шрам. Авари удивлённо подняла брови. — Прожёг лазером по случайности, — сказал Юрий, пожимая плечами. — Работал в космопорту в детстве... В воображение Авари ясно врезалась эта картина. Вспышка. Пучок света, который врезается в живую плоть, и режет, и жжёт, и запекает... Она представила это себе так живо, будто сама пережила это. Вздрогнув, Авари решила об этом не думать. Юрий был ит-программистом на Бетельгейзе-Кха, а Вита — специалисткой по космическому оборудованию. Оба оказались приятными и интересными собеседниками. Авари была структуральной лингвисткой и... возможно, кем-то ещё. Но вот кем? Она потрясла головой. Анабиоз всем давался тяжело. Однако, это был не единственный пробел памяти, который беспокоил её. — Я прошу прощения, видимо, у меня последствия анабиоза, но... — Куда мы летим? — продолжил за неё Юрий. — Да, — удивлённо ответила Авари. — Вы... не помните? Вита покачала головой. — Это странно, но мы с Юрием тоже не могли вспомнить. До сих пор не помним. Кстати, ты никого больше не видела? Кто-нибудь ещё пробудился? Настала очередь Авари качать головой. Должно быть, анабиоз был довольно длительным и глубоким, раз амнезия коснулась их всех... — А сколько времени прошло, кстати? В смысле, сколько мы спали? — спросил Юрий. Этого тоже никто не знал. Точнее, не мог вспомнить. Оставалось исследовать корабль дальше, пока не проснётся кто-нибудь из главнокомандующих. Или хотя бы тех, кто хоть что-то помнит. — Наверное, это побочный эффект после анабиоза, — озвучила Вита общую мысль. — Знаете, я за свою карьеру регулярно ему подвергалась. Каждый раз такая ерунда. Корабль был пуст. Он летел на автопилоте, выбирая безопасный маршрут и обеспечивая комфортный полёт. «Что ж, хотя бы об управлении не приходится беспокоиться», — подумала Авари, представив, как им втроём придётся вести целый корабль, если лётчики и капитаны так и не очнутся. Однако, всё было под контролем. Всё, кроме их памяти. Спустя какое-то время они нашли ещё двоих пробудившихся: василеска Сарру Шши (физика-теоретика, ядерщика и прикладного) и полупикси Алису Мэй Чен (космобиологиню и общелекарку). Авари никогда раньше не встречала василесков вживую и была очарована его внешностью: на лице голубоватого оттенка поблёскивали редкие полупрозрачные чешуйки, отливающие радугой, в радужках, которые меняли цвет в зависимости от самочувствия, чернели вертикальные зрачки. В пурпурных от природы волосах проглядывались маленькие округлые рожки цвета кожи. Кроме того, он имел длинный, оканчивавшийся острым плавником хвост. У Алисы была светлая, как у людей, кожа, однако на лице просматривались характерные для пикси светлые узоры. Вибрисс у неё было значительно меньше, чем у Виты. Её глаза были ясно-голубые, с янтарными прожилками. Сарре льстило внимание Авари, и, разговорившись, он признался, что тоже не помнит, куда летит. — Вот это номер, конечно! — сказал Сарра. Его глаза были ярко-жёлтыми, как лимонные дольки. Он с любопытством летал по отсеку, изучая навигационные панели. Алиса первым делом удостоверилась, что все чувствуют себя хорошо (Авари осознала, что её головная боль наконец прошла), а затем посоветовала выключить режим экзоскелета в костюмах. — Двигаться будет трудно, но так ваши мышцы восстановятся быстрее, — пояснила Алиса. Авари нехотя выключила экзоскелет, и тут же ощутила себя беспомощным мешком, набитым желе. Алиса настроила каждому режим пассивного восстановления (слабый электрический ток помогал двигаться), и они впятером полетели обследовать корабль дальше. Но больше не пробуждался никто. Юрий нашёл остальные анакамеры по навигационным панелям, однако автопилот не давал никого разбудить. — У кого-нибудь есть доступ к управлению анакамерами? — спросила Вита. — Для этого нужен хотя бы второй уровень, — сказала Авари. — У меня третий. — И у меня третий, — сказал Юрий. — У меня... четвёртый! — возмутился Сарра. — Четвёртый уровень! Это же ни о чём!! Сарру успокоили тем, что, возможно, это тоже было сбоем системы. Потом уже, познакомившись с его вспыльчивым и неустойчивым характером поближе, Авари начала подозревать, почему его доступ был снижен. — У меня второй, — вдруг сказала Алиса. Остальные замерли в ожидании. Алиса подлетела к панели управления, поднесла свою карточку-бейджик к ридеру, и... — Отказано в доступе, — ошеломлённо сказала Алиса. — Чего?! Какого... — Сарра подлетел поближе, не веря своим ушам. Его глаза налились апельсиновым оранжевым. — Дичь какая-то... От недовольствия он показал монитору длинный раздвоенный язык. — Дайте мне посмотреть, — сказал Юрий. Все молча пропустили его к панели. Юрий взял карточку Алисы, просканировал её ещё раз, открыл Конституцию корабля и нахмурился. — Я не понимаю... У тебя есть практически полный доступ к информации и полный доступ к управлению. Что не так? Он попытался открыть программу, но панель вдруг погасла, а затем вывела на дисплей непоколебимое «Отказано в доступе». — А если открыть вручную? — предложил Сарра. — Вита могла бы разобраться с анакамерами, Алиса бы проследила за состоянием пробуждения, а ты, Юрий, мог в случае чего отключить охранный код. — Нет! — возразила Вита. — С третьим и четвёртым уровнями доступа у вас не получится провернуть такое. Я знаю, я ведь участвовала в отлаживании системы. Вы либо навредите спящим, либо система охраны усыпит нас всех. — Дела... — сказала Авари, всё больше недоумевая от происходящего. — То есть, мы не можем ни разбудить их, ни взять управление на себя? Вита растерянно пожала плечами. — В таком случае, нам следует найти провиант и обустроиться до прилёта. Если система анабиоза дала сбой, нам лучше не засыпать обратно. Нужно всё наладить до того, как остальные пробудятся. — А если не пробудятся? — спросила Авари. Она предчувствовала что-то неладное. — По приземлении система анабиоза однозначно отключится. Это запрограммированно в ядре. Если же ядро дало сбой... — То в опасности вся экспедиция, — продолжил Юрий, чувствуя, как по его спине пробежался холодок. — Нужно проверить ядро. Срочно. Экипаж немедленно направился к Контрольной панели. Алиса держала бейджик наготове. Однако вновь их ждал неприятный сюрприз. «Отказано в доступе». Алиса в отчаянии включила нейропомощника. — Почему мне отказано в доступе? — Система... — помощник запнулся, его голос неприятно задребежжал. — ... ключ. — Какая система? — Алиса нахмурилась. — Система... ключ... — Бред какой-то, — сказал Юрий. — Каково состояние ядра? — Система... ключ... — Ты помнишь какой-нибудь пароль для доступа второго уровня? — спросила Авари. — Здесь, наверное, требуется пароль? Для двухфакторной защиты. Алиса схватилась за голову. — Никаких ключей не помню... Но ведь моя бейдж-карта должна открыть доступ! — Система... ключ. — непреклонно повторил нейропомощник. — Вот ящик! — разозлился Сарра, поблёскивая оранжевыми глазами. Его зрачки сжались в щёлочки. — Как нам разбудить капитанов?! Или главнокомандующих хотя бы?! — Система. Ключ. — Зараза, — прорычал Сарра, отключив нейропомощника. — Никакой помощи на этом корабле. Вдруг, экран, на котором горело стоявшее у всех поперёк горла «Отказано в доступе» изменилось на «Код Эта Мю. На Станции посторонний». — Что за... — Вита, оттеснив Юрия с Алисой, подобралась к панели. — Посторонний?.. На груди у каждого в ту же секунду завибрировали бейдж-карты. «Код Эта Мю. На Станции посторонний». Экипаж переглянулся. Юрий упорно пытался достать информацию из компьютера. — Мы летим со скоростью пятьдесят космоузлов. Какие к чёрту посторонние?! — недоумевал Сарра. — У нас пират-атака. Но Сарра прав — как?! — сказала Вита. — Не знаю, как, — сказала Авари. — Но, думаю, проблема с анакамерами появилась не сама по себе. — Думаю, наше пробуждение — ошибка, — сказала Алиса. — Мы сейчас — лишние свидетели. И либо мы избавимся от них, либо они — от нас. — Система... ключ. — добавил дребезжащим голосом нейропомощник.