Гроза

Время третий час ночи, но Данил всё ещё не может уснуть. Скорее всего, все члены команды видят третий сон, ведь отбой был часа три или четыре назад, Данил, укутанный в плед, дрожащий как кленовый лист от страха, уже сбился со счета времени. За окном раздаётся гром, и Даня крупно вздрагивает, а от страха чувство тошноты поднимается к горлу. Уже несколько часов он молится, чтобы гроза закончилась, но его желание никак не сбывается, погода бушует с каждой минутой все сильнее, заливает окна яркими вспышками и текущими ручьями по стеклу. Уснуть всё равно не может, поэтому решает проверить соцсети, убить время, почитать, как общаются фанаты в чате, занять себя чём-то, чтобы паника пропала, заодно посмотреть прогноз погоды, вдруг гроза кончится совсем скоро и он сможет уснуть. Данил достаёт руку из своего тёплого кокона и тянется за телефон. В прогнозе показывает, гроза будет до двух часов следующего дня. Данил разочарованно вздыхает и роняет из рук телефон от очередного грома, сильно жмурит глаза до разноцветных пятен. Страх, как мёд, обволакивает его комнату с новой силой. Обволакивает, как мёд, но не сладко, а тягуче, тянет на самое дно страхов. Дыхание сбивается, от частых вдохов через рот начинает кружиться голова и Данил вспоминает, как Александр рассказывал ему метод успокоения: нужно глубоко дышать; стараться сконцетрироваться на каких-то вещах, например пересчитать предметы который его окружают. Вокруг него сейчас тёплое одеяло, которой греет его и совсем немного успокаивает. На прикроватной тумбочке стоит стакан с водой(Данил часто пьет воду ночью), крем для рук(в последнее время, руки сушит чаще обычного), лежит фантик от шоколадного батончика, который ему отдал перед отбоем Мирослав(он всегда знает любимую вкусняшку Данила). На душе становится теплее, когда Данил вспоминает с какой улыбкой протянул Мирослав батончик, "случайно" коснулся руки, похлопал по плечу и пожелал доброй ночи. Прошло ещё пол часа, Данил так и не уснул. Он также сидит в своём коконе, но уже листает какие-то новости, надеясь побыстрей убить время, пытаясь не замечать сильнее разбушевавшейся погоды за окном.Вдруг ему приходит уведомление.

Мирик: Ты чего не спишь?

Donk:

А ты что?

Мирик: Я проснулся от того, что в горле пересохло. А ты что ли грозы боишься?) Ну не скажет же Данил, что он боится грозы в свои 17 лет, так?

Donk:

Нет, просто бессоница.

Мирик: Ну ты если боишься, ко мне приходи. Малыш) Данил показушно закатывает глаза, не понятно для кого, и убирает телефон в сторону. Чёртов Мирослав и тут издеватся. Даня падает спиной на матрас и закрывает голову одеялом, надеясь, что так будет менее страшно. В голове представляет эту ехидную улыбку и лисий прищур. Представляет его родной голос, от которого всегда хочется улыбаться, прям как сейчас. Кажется, разряд ударяет где-то очень рядом, и Данила промораживает мурашками сильнее чем до этого, улыбка от воспоминаний сразу пропадает, а от страха в уголках глаз появляются слезы. Переступая через собственную гордость, Данил рвано вздыхает и всё же решает не сопротивляться Мирославу и пойти к нему. Он, оставаясь в одеяле с ног до головы, встаёт, надевает тапочки и, на трясущихся ногах, выходит с номера. В коридоре темно, лишь в конце горит лампа, но зато здесь не так слышно раскатов грома. Данил даже думает, что мог бы провести ночь гуляю по коридору, но за этой мыслью не замечает как доходит до Мириной двери. Подходя к чужой двери, он пару минут топчется, шмыгая носом, трясущейся рукой поправляет влажные от пота, вызванным страхом, волосы. Зайти или уйти к себе обратно? Вдруг Мирослав будет смеяться над ним? Его мысли прерывает открывающаяся дверь, которая чуть не ударяет по мокрому и холодному, как у щенка, носу.       — Хватит топтаться, разбудишь всех, заходи уже. — Мирослав открывает дверь с лёгкой ухмылкой и уходит вглубь. Младший медленно проходит за Мирой и встаёт возле кровати. Кровать двухместная, с двумя подушками и большим одеялом, странно, что Мирослав живёт один. Зато у Миры в комнате так спокойно, гроза кажется не такой уж и страшной. Или у Миры так спокойно?       — Что, и правда грозы боишься? — улыбку его лица Данил не видит, но точно слышит. Мирослав плотно зашторивает шторы и ложится в постель, смотрит на застывшего Даню и добавляет: — Ну, ложись, я не кусаюсь. — Данил послушно опускает на другой конец кровати, старается лечь на самый край и не нарушать личное пространство, и отворачивается от Мирослава. Пару минут они лежат молча, каждый погружён в свои мысли. Через шторы прорывается вспышка, а за ней следует гром от которого Данил начинает дрожать как прежде, как у себя в комнате.       — Ну, иди ко мне, Дань, ты капец дрожишь. — Младший уже не в силах сопротивляться, страх пробрал его до костей за эту ночь, поэтому он сразу подползает к Мирославу и некрепко, неуверенно обнимает. Старший раскутывает Данила из его кокона и укрывает обоих одним одеялом, создавая общее тепло. Когда Даня уже начинает проваливаться в сон, он чувствует, как Мирослав нежно целует его в уголок губ. Целует Мирослав сам не ожидая того, как на автомате, и вздрагивает от своих действий. Переступив через себя он утыкает младшего в собственное плечо, а сам зарывается носом в чужие волосы, вдыхая шоколадный запах шампуня. Возможно это было то, что успокаивало обоих: Мирослав дышит чужими телом, запахом, обнимает и притягивает к себе; Данил слышит чужое размеренное дыхание и даже шум погоды теперь на фоне. Мирослав заливается смущением когда чувствует невесомый, благодарный поцелуй в шею. "—Блять, он не спит?! Боже, что ты сделал Мирослав". Данил втирается носом в шею, сжимаясь футболку на спине Мирослав и весь прижимается к его телу, и наконец-то чувствует себя в полной безопасности. В голове Дани пролетают много мыслей: о том как хорошо в этих объятиях, как безопасно он себя чувствует, как вкусно пахнет чужая футболка, да и почему ему так хорошо лежать в обнимку со своим тиммейтом? С утра они проснутся в объятиях, оба будут краснеть, молчать, но всё же признаются друг другу в чувствах. Оба примут чужую взаимность и будут нежиться в постели: целоваться и обниматься, пока их не потеряют остальные члены команды.