Зависимые

Варвара В ту ночь у меня было огромное желание свернуть Антону шею. Как он смеет? Хоть мы и не являлись друзьями, хоть мы и нормально общались всего один раз, мне казалось, что он не может быть двуличным лжецом. Ну просто не может! Ошиблась. И ошибаться я не любила больше всего. Прошло несколько дней с момента нашего разговора и эта ситуация отбила у меня желание посещать любимое место напрочь. Не хотелось наткнуться там на Антона и увидеть его снова. Но он, как и должен был, нашёл меня сам. Я ждала звонка или хотя бы сообщения, однако парень нагло постучал мне в дверь. А Валентина любезно впустила его в дом. Мою голову стали заполнять мысли, что, может, стоило догадаться, что это он и притвориться спящей, только было уже поздно. Ведь кто бы мог подумать, что после нашего разговора Антон возьмет и явится сюда?! — Ты не можешь так просто приходить в мой дом, — возмутилась я. Первый раз вижу его полностью, при свете солнца, пробивающееся сквозь стекло. Темноволосый и сейчас ядовито улыбающийся парень — удивительно, что без прежней ухмылки и хмурости. Ему забавно. Весело. — Ты же сказала, чтобы я связался с тобой сам. — Я подразумевала под этим звонок на сотовый. — Нужно было уточнять. — Ах, ну да! А если бы я рассказала про шантаж отцу? Тебе бы тоже было весело? — И что бы тебе это дало? Думаешь, я шутил про доказательства? Я раздражённо вздохнула и скрестила руки, быстро оглянув комнату. Полный беспорядок, вещи разбросаны, а грязная посуда стояла себе спокойно на компьютерном столе. Теперь Антон наверняка думает, что я не только наркоманка, но ещё и неряха. Хотя с чего меня заботит, какое мнение обо мне у этого обманщика! Готова поставить сто баксов, что он пришел сюда только ради того, чтобы потрепать мои нервы. — У меня ещё есть запасы, так что, — я слегка помедлила, косясь на приоткрытую дверь, а после поддолкнула туда Антона. Твои услуги сейчас не нужны. Парень переметнулся лишь дальше, закрывая и прижимая меня к моей же двери. Остаётся надеяться что Валя не столь любопытна, чтобы подслушивать наш разговор. — Закажи сейчас, — хрипло произнес темноволосый, сжав моё запястье с такой силой, что я ощутила нестерпимую боль. Возмущение только больше разлилось по телу и пришлось приложить большие усилия, чтобы оттолкнуть от себя Антона и отойти от него как можно дальше. Страх со злостью перемешались. Я не знала и не понимала, чего можно ожидать. Я его совсем не знала, а он же, напротив, знал обо мне многое. Мы были незнакомцами друг для друга, но мои руки уже связаны. Резко, будто не ожидая подобного даже от самой себя, достала из-под комода складной нож и быстрым движением раскрыла. Парень только усмехнулся и взглянул на меня так, что по телу пробежали мурашки. Как я загнала себя в эту грязную, глубокую яму? Как я дала себя туда загнать какому-то двадцатидвухлетнему, почти неизвестному, человеку? Может, и его настоящее имя не Антон. Может, всё, что я успела о нём узнать ложь. Если так, то я слишком глупа и наивна, а он необычайно умён и расчетлив. Руки неожиданно затряслись, а картина перед глазами стала размываться, накладывая на глаза пелену. Только не приступ. Только не сейчас. Я должна быть сильной. Нож со звуком ударился об пол, а следом, кажется, полетела бы и я, если бы сильные руки Антона не подхватили меня. Мысли путались, реальность вот-вот и ушла бы из-под ног, но в следующее мгновение я ощутила мягкую постель, когда раскрыла глаза и учащенно задышала. Антона уже не было. Пустота, темнота и лёгкая слабость. Сколько прошло времени? Мама с папой уже пришли с работы? Сколько еще Антон пробыл здесь, пока я потеряла связь с внешним миром? Сил, казалось, совершенно не было и пришлось лежать ещё несколько минут, чтобы с треском преодолеть эту невидимую стену и ровно сесть на постель. Протерев глаза, я заметила маленькую записку на тумбе, которую оставил точно Антон.

«Я мог бы не писать ничего и мог бы позволить тебе повалиться вслед за собственным ножом, но не смог. Переоденься, умойся, поешь и приди в себя. В следующий раз я позвоню, реакция у тебя не слишком адекватная. Антон».

Сидя в столовой за обеденным столом я старалась держаться нормально, пытаясь запихнуть в себя хотя бы один кусок мяса. Отец так тщательно не сводил с меня глаз, что стало казаться, что выгляжу я действительно не очень. Тем более после приступа, о котором он никогда в своей жизни узнать не должен. — Кто тот молодой человек, который приходил к тебе сюда днём? Вы спорили, — сдержанно проговорил папа, по прежнему сверля меня взглядом и медленно отпивая вино. Кроме Вали никто не мог видеть и слышать нас с Антоном, поэтому было очевидно, что новой сплетней и темой для обсуждения стал приход ко мне неизвестного парня. Ну конечно, ведь Макс был последним и единственным. А отцу, разумеется, слишком любопытно. — Мы не спорили. И он приходил по делу, больше такого не будет, — уверенно проговорила я, не сомневаясь, что Антон сюда больше никогда не заявится. — Как его зовут? — подключилась к разговору мама, заинтересованно глядя на меня и аккуратно отодвинув столовые приборы. — Сергей, — наобум ляпнула я. — Сколько ему лет? Он работает где-то? — Перестаньте, он просто мой знакомый и ничего более никогда и ни за что не будет. Мой тон был сухим и грубым, поэтому отец только нахмурился, закрывая тему, а мама стала разыгрывать драму, как делает это часто. Иногда мне жаль её, ведь она бы заслуживала ребенка лучше, чем я. Чтобы она чувствовала себя отличной матерью и чувствовала внимание, понимание и поддержку. Но больше я не способна на это. — Ты отстранилась от нас, ничем не делишься, ничего не рассказываешь и ведёшь себя так, будто мы что-то делаем не правильно. Я вздохнула и, сжав под столом кулаки быстро пожелала им хорошего вечера, удалившись и не ответив на слова матери. Согнувшись на полу я вздрогнула, когда наконец заметила чистоту в комнате. Валя не убирается здесь, родители сюда не заходят, тогда получается что, это сделал Антон? Он убрался в моей комнате? Мысленно чертыхнувшись, я поднялась на ноги и ошарашенно закрыла дверь на замок, судорожно начав проверять все места в комнате, где спрятан порошок. Нет. Урод! В коробке под кроватью я нашла вторую записку, от содержания которой обозлилась ещё больше, начиная ненавидеть Антона всеми фибрами своей души. Что за игру он завел?

«Боюсь, всё же тебе придется сделать этот заказ, Варвара».

***

С каждым новым проходящим днём я чувствовала, как начинаю опустошаться всё больше. Чувствовала, будто мне не хватает воздуха, времени, людей. Я путалась в собственной невидимой паутине и становилась слабее теперь при приёме веществ, когда я переходила за грань, почти все мои галлюцинации были связаны с кровью, смертью и удушьями. Но я продолжала и продолжаю до сих пор, не в силах просто остановиться. Как же это сделать? Мой вид потерял былую красоту и, признаться честно, я очень себя запустила. А в связи с этим, разумеется, как можно тщательно избегала Попова и его занятия. Хотя не только из-за этого. Я откладывала наш разговор в дальний ящик, и словно по моему хотению, мы даже случайно не сталкивались. Скука по нему, по его занудным формулам, очаровательной форме тела и прекрасному лицу порой загоняли меня в тупик. Однако, кажется, что мои волнения по этому поводу обычная не взаимность и, скорее всего, простое наказание за такую жизнь, какую я веду. Ведь теперь Арсений знает обо мне слишком много, и знает совершенно не то, что я хотела бы, чтобы он знал. Например: какой мой любимый цвет, люблю ли я животных, сколько времени могу уделить шоппингу и прочей мелочной ерунде, которая не ерунда вовсе. А что знаю о нём я? Он любит галстуки, умеет их завязывать, может напиться до невменяемого состояния. Также, по некоторым событиям, я поняла, что ему нравится заводить людей в тупик и оставлять в замешательстве. Арсений может говорить что-то из ряда того, от чего у некоторых краснеют щеки, но при этом он всё тот же успешный преподаватель с отличной карьерой, которой, безусловно, очень дорожит. А какая у него семья? Есть братья или сестры? Чем любит завтракать? И завтракает ли он вообще? Предпочитает кофе или чай? Я ведь практически ничего о нем не знала. Антон же всё это время стабильно поставлял мне наркотики раз в неделю. Я даже попробовала какой-то новый вид, от которого чуть меньше плохо на утро, но и эффект слегка иной. Не могу сказать, понравилось мне или нет. Это было необычно. Антон, каждый раз когда мы встречались в указанном месте, напоминал мне шута. Всегда он отвешивал шутки и вел себя так, словно мы хорошие друзья, однако глаза выдавали его в них игриво бегали чертики. Я от этого только больше злилась. Мои ноги ступили на теплый пол, и лениво зашагали в ванную комнату. Холодный, контрастный душ с утра, после сотни различных мыслей — разве что-то может быть лучше этого? Да. Если бы я приняла его с таким обаятельным и манящим парнем, который сейчас наверняка уже едет в университет. К моему несчастью, я по привычке поднялась с постели к первой паре, когда мне нужно ехать ко второй. Это по-своему удручало. Капли воды быстрым потоком стекали по моему обнажённому телу и дарили возможность почувствовать себя абсолютно чистой, даже невинной. За тот период жизни, пока я принимаю, совсем недавно стало появляться ощущение какой-то внутренней грязи. Будто я жую её ежедневно на завтрак, обед и ужин, и она не переваривается. Одно из худших самоощущений это чувствовать саму себя противно, знать и понимать, что ты гниешь изнутри. Обернувшись полотенцем я, не торопясь никуда, стала рассматривать себя в зеркале. По тёмным волосам стекали холодные капли, лицо с парой жутких прыщей и мешками под глазами, от которых нужно было немедленно избавляться. Как и от депрессивной части меня. Кажется, я слишком погрязла в этом состоянии и уже не могу мыслить более трезво. Мои руки рефлекторно потянулись к сотовому, набирая номер Саши и скучающе слушая гудки. — Да, сладкая? Я буквально только что тебя вспоминала, — на удивление ласковый голос подруги послышался на том проводе, а за ним чей-то звонкий смех. — Сашка? Где ты? — взволнованно спросила я, откидывая полотенце на кровать. — Я сейчас немного… занята. Я с Евой и перезвоню тебе позже. Хотя, знаешь, лучше мы встретимся вечером, если ты не против, ладно? С моих губ сорвался тяжёлый вздох от упоминания бывшей подруги и я неосознанно закивала головой на вопрос подруги. Коротко угукнув и попрощавшись, я сбросила, попутно натягивая на себя белое воздушное платье. Я всё ещё иногда скучала по Еве. Погоду я смотрела рано утром и говорили, что будет солнечно, поэтому захотелось одеться поярче. Сегодня в планах не было быть занудливой и грустной идиоткой, которая выглядит хуже бездомных. Сегодня я должна быть неотразимой. Сегодня я заставлю его смотреть только на меня. Анька оценила меня сразу же, как только я вошла в аудиторию, а мой знакомый Леон даже присвистнул, предлагая сесть с ним. Этот замечательный парень мог бы сейчас быть отличным спортсменом и высококлассныхм плавцом. Однако случилось несчастье в разгар его спортивной карьеры, он попал в аварию и долго лечился. Родители огорчились, когда услышали, что Леон больше не хочет этим заниматься. Вновь приобретать утраченную форму и пытаться попасть на чемпионаты у него не было желания. И теперь он учится здесь. Вместе со мной. Но никакое внимание не сравнится с тем эффектом, какой я получила от завистливого взгляда Светы и удивленного, в перемешку с восхищенным, Арсения, который поспешил быстро прийти в себя и перестал смотреть в мою сторону. На секунду мне стало даже жаль, что он так хорошо справляется с управлением своих эмоций, но после, когда я словила его темнеющие глаза на себе ещё раз, язвительно ухмыльнулась. — Лекция окончена, всем хорошего дня, до свидания, — миловидно произнёс преподаватель, складывая бумаги в черную папку. Люди постепенно начали расходиться, а Аня встала возле меня, ожидая, когда я наконец поднимусь с места и начну идти. Я коротко попросила ее идти без меня. — Чёрт с тобой, — фыркнула рыжая и скрылась за дверью. Арсений поймал мой взгляд и я вспомнила все события, происходящие в этой аудитории. Жаркий поцелуй, горячие мысли и напрочь сбитое дыхание. — Варвара, как раз хотел с вами поговорить, — бархатистый голос брюнета заставил меня сдвинуться с места и самой ровной походкой, что у меня есть, подойти к нему. Только вот он начал говорить о совершенно другом. — Рад, что ты выглядишь лучше обычного и посетила моё занятие спустя столько времени. Но так или иначе тебе нужно будет заучить все пройденные темы, потому что совсем скоро будет серия тестов и различных работ. Мне бы не хотелось, чтобы ты потом сидела и переписывала всё из-за незнания. Я слегка отшатнулась, чуть не споткнувшись об воздух и выпрямила спину, стараясь не показывать свое замешательство. — Хорошо, Арсений Сергеевич, это всё, что вы хотели мне сказать? — Арсений, казалось, еле сдержал усмешку. Он, подобно хищнику, двинулся в мою сторону, теперь не отводя взгляда ни на секунду. Уже сейчас из-под моей маски напускного безразличия начали проявляться отблески очарования, которое даровал мне он. Его дыхание прерывистое, жадное, обжигающее вмиг стало греть кожу моего лица, заставляя броситься в пляс мурашкам. — Быть может, Варя, я бы стал говорить с тобой больше и чаще, но… всё не будет так просто. Есть немало очень важных условий. Я ведь нужен тебе? Холодный и спокойный голос Арсения рвал мне кости изнутри, заставлял поддаваться. И я поддалась. — Порой мне кажется, что ты единственное, в чем я могу нуждаться.