wolfgang

=Глава 15= Ночной патруль закончился в девять утра. Чанбин ни разу не сомкнул глаз, когда группа вернулась с лютой месиловки против Шакалов. Даже мелкий умудрился поспать пару часов, старший не будил его, даже когда выходил на осмотр базы. Чанбина очень напугало состояние Киры. Ему не довелось её видеть, когда их только привезли на базу, поэтому для него это был первый раз, когда его "братан" была в предсмертном состоянии. Плюсом к тому что-то в его душе пошатнулось, старая боль утраты вновь напомнила о себе горечью в горле. Сдав инвентарь, Чанбин удалился за здание базы, достал из кармана спички, поджег одну и поднес к сигарете, которую "одолжил" у малого. Без малейших раздумий он затянулся, да так глубоко от нервов, что даже закашлял. Бросить курить было обещанием, данным Чэен. И у него это почти получилось, поэтому сейчас Чанбин чувствовал себя максимально отвратительно, потому что не смог сдержать ни одного обещания, даже ни разу не пришёл на могилу невесты, боясь собственных эмоций. Чанбин всегда боялся своих эмоций. Оттого ли это, что родители часто говорили ему в детстве, что он их позорит своей эмоциональностью, мужчина уже и не знал. Он зарыл всё это где-то внутри себя, очень глубоко, поэтому и в других не мог видеть подобного. — Хëн...ты бы пошёл поспал, - внезапно раздался глубокий голос рядом. Чанбин в очередной раз поперхнулся, потому что его вытащили из пучины мыслей в окружающий мир, а потом обернулся на звук и увидел Феликса. Его маллет был немного растрепан, а синяки под глазами увеличились. — Я в норме, - ответил Чанбин, - это ты иди спи. Я пока с тобой на вышке стоял, хоть полчасика подремал, а ты нисколько не спал, - он бросил сигарету в снег и затушил её, подходя затем к Феликсу. — Киру только что закончили оперировать, - перевёл тему блондин, сразу сообщая важную новость, - она теперь спит в медпункте. Чанбин провёл рукой по своим волосам, обеспокоенно выдыхая. — Живая...как хорошо. Феликс. Ты поспи лучше. После обеда пойдём к Чэен и Гахен, - сказал вдруг мужчина, заставив глаза Феликса прямо таки округлиться. — О..хен, ты правда?! Конечно! Обязательно пойдём, и Чан~и- хëна возьмём!! - радостно воскликнул блондин, а Чанбин положил руку ему на плечо. — Лучше вдвоём. Я его стесняюсь, - отшутился он, а Феликс немного смутился, покивав. *** Мира свернулась калачиком на кушетке рядом, которую подвинула к постели сестры. Она думала, что не уснёт, но все-таки сон взял своё на двадцать минут, и за это время на ней откуда-то появился тёплый плед, так хорошо пахнущий парфюмом, который Мира узнает из тысячи...ей грел сердце тот факт, что о ней позаботился человек, со стороны которого нельзя было такого ожидать. Теперь она просто смотрела на сестру, на то, как она дышит, какое у неё выражение лица, чтобы хоть как-то понять, становится ей лучше или нет... — Мира, пойди к себе и поспи нормально. Я посижу с ней и если что позову тебя, - сказал Чанбин, когда зашёл в медпункт и увидел эту картину. Мира привстала с кушетки, посмотрев на Чанбина неуверенно. — Вы столько не спали...я лучше побуду здесь. Тем более я сама только проснулась, - сказала она, усевшись на кушетке и укутавшись в плед. Чанбин пожал плечами и сел на табуретку рядом. — А Хенджин где? - спросил мужчина. — У Бан Чана. Обсуждают что-то про вакцину...- ответила Мира сонно, а Чанбин нахмурился, потому что он единственный видимо ещё ничего не знал, но на деле же у всех, кроме Феликса, Хенджина и Наен тут было расплывчатое представление, о какой вакцине речь. — Как операция прошла? - решил перевести тему мужчина. — Хорошо. Сынмин-оппа настоящий профессионал..такой он молодец, - мечтательно рассказала Мира, - малюсенькие швы наложил, аккуратные и крепкие. Чанбин улыбнулся. — Даа, я его уважаю очень. А он где? - темноволосый огляделся вокруг. — Пошел спать. У него голова очень разболелась. — Ещё бы..сначала врагам задницу надери, потом артерию зашивай часа три. Даже у меня бы столько сил не хватило. Больше никто не был ранен? — У Наен-онни были ожоги. Мы их забинтовали. Чанбин сморщился. Он знал, насколько больно потом снимать такие повязки, боевой опыт заставил его такое однажды испытать... — Никто тебя тут не обижает? Мира сделала смущенное лицо. — Нет. Здесь все живут очень дружно, и я уже чувствую себя частью этой базы... — Молодца. Надо нам тоже какое-нибудь название придумать...типа там шакалы позорные, а мы...гордые волки!! - заявил Чанбин, вызвав у Миры смех. — А что? Очень круто звучит, - он довольно улыбнулся, а девушка кивнула головой, соглашаясь с ним, решив утаить то, что это звучит по-дедовски. *** За обедом собрались все, кроме Киры, которая все ещё спала и набиралась сил. Сначала ели молча: каждый едва проснулся или не спал вообще, поэтому усталости накопилось во всех очень много. Однако Бан Чан выглядел озадаченно, словно бы думал, как лучше преподнести мысль, которую вынашивал долгое время. Хенджин и без того не мог нормально есть, потому что ещё не был у Киры, так ещё и Бан Чан своей задумчивой аурой перемешивал все мысли в его голове. — Да что ж такое...хëн, тут сейчас потолок обрушится, говори уже, - пробурчал красноволосый, посмотрев на Бан Чана. Тот кивнул и оглядел всех за столом, вызывая внимание на себя. — Долгого вступления не будет. От Наен я узнал, что вакцина от вируса была создана ещё задолго до начала этой всей чертовщины, и она осталась где-то на заброшенной станции, где всё началось. Поэтому я предлагаю вам с наступлением весны попробовать все исправить, прорваться туда и найти её. Этого времени нам хватит, чтобы набрать необходимые ресурсы, чтобы Сынмин смог научиться работать с таким материалом и создал перспективу для дальнейшего развития человечества. Несомненно, это будет очень опасно, возможно мы все погибнем там, поэтому я не стану никого заставлять. Выскажитесь, кто за эту идею, а кто против, - сказал Чан, а остальные, кто не знал о существовании вакцины, были очень шокированы, поэтому какое-то время не могли ничего сказать. — Я подала эту идею, значит я точно не останусь в стороне, - первой отозвалась Наен. — Я тоже помогу, хëн, - поддержал Феликс, посмотрев потом на Хенджина, чтобы тот тоже сказал что-нибудь. Красноволосый намеренно помолчал пару секунд, а потом выдал: — После пережитого дерьма мне всё равно, где умереть. Эти слова вдруг заставили оторваться от раздумий Чанбина. Он и не хотел оставаться, просто настолько близко к смерти ему ещё не удавалось подобраться, поэтому хотелось осмыслить это решение получше. — Я в деле, - сказал Чанбин, а потом продолжил есть. Сынмин понимал, что ему лучше остаться на базе и быть в безопасности, потому что кроме него никто не сможет синтезировать ещё вакцину, однако отправлять Миру в качестве медика тоже было ещё очень опасно, даже весной: он не сомневался в том, что она освоит теорию, но отсутствие практики могло бы её подставить. — Хëн, разреши мне тоже идти, - начал он, но Мира молниеносно его прервала: — Если вы пойдете, то я останусь здесь...но не будет ли лучшим решением поберечься самому? Бан Чан пока ничего не ответил, глядя то на Сынмина, то на Миру. — Я не могу отправить тебя сразу в самое пекло, Мира. Останься здесь, - ответил Сынмин спокойно, а Бан Чан кивнул одобрительно. — Если Хенджин идёт, то я тоже, - решил погеройствовать Чонин, а потом получил подзатыльник от красноволосого. — Ты в таких передрягах никогда не был, Чонин. Останься, - сказал Хенджин, угрожающе сверкая глазами, но тот не слушал. — Чем больше людей, тем вероятнее, что мы дойдем до конца, - вмешался Бан Чан, - если хочешь, иди, Чонин. Тот снова заулыбался, дразнясь перед Хенджином. Красноволосый покрутил пальцем у виска и вернулся к своему чаю. Минсоны молчали все это время. Хану хотелось пойти, но Минхо сжимал его колено под столом, словно говоря: "Мы не должны этого делать, лучше остаться на базе, тем более Мира одна не сможет тут..." — Мы не пойдём, - не выдержал рыжеволосый, вызвав сразу же на себя возмущённый взгляд Джисона. Бан Чан заметил это, но не стал лезть в их разборки, согласившись с "их" решением. — На базе должен кто-то остаться, чтобы нам потом было куда вернуться. Кроме того, у Минхо тут питомцы, которых мы не можем оставить одних...- добавил уже Феликс. — А Кира? Она ведь останется здесь, как раненная? - взволнованно спросила Мира. — До весны она восстановится и будет решать сама, - сказал Бан Чан. Мира сразу же вся поникла: она знала, что её сестрица не упустит такой возможности побегать по опасным местам. Хенджин заметил это. — Знаю, прозвучит издевательски всвязи с последними событиями, - начал он, - но теперь я точно с Киры глаз не спущу. Не переживай, Мира. Рыжеволосая подняла глаза на Хенджина и немного улыбнулась ему, а тот кивнул, возвращаясь к еде. *** Чанбин стоял у могилы любимой, которую немного замело снегом, однако небольшая оградка, которую недавно сделал Феликс, заставляла это место выглядеть аккуратным. Руки его ужасно замёрзли, но он не чувствовал, сжимая в руках живую розу, которую Феликс не пожалел и сорвал прямо с горшка. Сам светловолосый сейчас ждал в машине, потому что Чанбин попросил его дать ему возможность побыть наедине с Чэен. Мужчина опустился на колени, укладывая розу на могилу любимой. — Прости, - едва он выдавил это слово из себя, как тут же хлынули слëзы: Чанбин схватился за оградку и уткнулся в неё лбом, часто содрагаясь. Тихо и медленно ложились рядом снежные хлопья. Чем дольше Чанбин сидел у могилы Чэен, тем сильнее чувствовал, что снег буквально обнимает его за плечи. Феликс всю дорогу рассказывал о том, что души девочек поселились в этом месте, и теперь проявляют себя во всём вокруг. Чанбин положил руку на своё плечо, прикасаясь к небольшому снежному слою. — Я тебя не уберёг, так глупо потерял, - сдавленно произнёс он, захлебываясь очередным приступом слез. Спустя столько времени мужчина думал, что научился жить с утратой, что уже прожил её..но то была лишь видимость, теперь он столкнулся с тем, что его любимая действительно лежит в этой сырой холодной земле, с кучей швов, которые наложил Сынмин на рваные раны. Возможно её прекрасное лицо уже обезобразили и съели черви. Эти ужасные картины всплывали в голове Чанбина, заставляя бесстрашного воина дрожать: то ли от холода, то ли от ужаса. Он поднял голову к бесконечно белому тихому небу, с которого плавно падали хлопья снега, и в следующую же секунду почувствовал что-то вроде поцелуя на своих щеках и глазах, который тут же растаял, тогда талая вода смешалась с его слезами и скатилась за воротник куртки и водолазки. — Я постараюсь навещать тебя чаще. Хоть какое-то обещание выполню...и в следующей жизни обязательно возьму тебя замуж, - он припал к земле, совершая самый низкий поклон. Неизвестно, сколько бы он пробыл в таком положении, если бы не внезапно тёплое покрывало, оказавшееся на его плечах. Чанбин приподнялся и встретился глазами с Феликсом...он..плакал. — Ты чего? - темноволосый встал и взял Феликса за плечи. — Мне..мне так радостно, - тихо сказал он и улыбнулся сквозь слезы, - что ты перешагнул через себя. Тебе ведь теперь легче, да? Чанбин коротко кивнул, стягивая покрывало со своих плеч и укутывая в него Феликса. Тот не выдержал и крепко обнял Чанбина, утыкаясь ему в плечо. — Иметь такого человека, который будет так плакать после твоей смерти - большая радость, - тихо сказал Феликс, а Чанбин нерешительно обнял его в ответ, похлопав по спине. — У тебя целая база таких людей, так что береги себя, понял? - сказал мужчина, разворачиваясь после этого и уводя Феликса в машину. *** Остаток дня Хенджин провёл у постели Киры. Он уже почти уснул, когда откинулся на спинку стула, где сидел, как вдруг почувствовал лёгкое прикосновение к своей руке и подскочил, словно ошпаренный. Стул упал с грохотом, а Кира широко раскрыла глаза, глядя на своего парня. — Твою мать, ты меня напугала...дура, - последнее слово Хенджин протянул обиженно, садясь обратно. — Почему я дура...я тут вообще-то чуть не умерла, а ты обзываешься, - хмыкнула Кира, скрещивая руки на груди и в следующую секунду прикусывая губу от боли. Хенджин осторожно вернул её руки в прежнее положение. — Хочешь чтоб у тебя швы разошлись? Тогда тебя уже Мира будет зашивать, мне было бы страшно, - отшутился Хенджин, - ты мне скажи, что у тебя в голове было, когда ты врага спасала? Кира нахмурилась, вспоминая этот момент. — Для меня это был прежде всего ребёнок...- тихо сказала она, а Хенджин злобно tch-кнул. — Я тебе, блять, дам ребёнок! Тебе же Наен русским языком сказала, какие там "дети"! Ладно ты о себе не думаешь, но знаешь, что тут было, когда нас не было? Такой же "ребенок" облил наш забор бензином и хотел замутить тут кровавую баню. Я удивлён, что даже Феликс без раздумий ему пулю в лоб пустил! На тебя я ставил больше, понимаешь? А ты чуть так тупо не померла! Мы ещё даже мир не спасли, детей не вырастили, дерево не посадили, ты че, мать...- разгорячился Хёнджин, а Кира по мере его рассказа виновато отводила глаза куда-то всё дальше и дальше... — Смеешься ты что-ли..какой ещё спасти мир...- сказала она неверяще. — А я очень даже серьёзен! Весной пойдём на станцию вакцину искать. Наен приносила бумажки Сынминовских родителей, где сказано, что вакцина есть. Нам бы её только найти. Пойдёшь с нами? - Хёнджин воодушевленно сверкнул глазами. Кира вытаращилась на него. — А Мира? - спросила сразу же девушка. — Она с минсонами тут останется. Да не переживай за неё, она куда более боевая, чем ты...не загналась от того, что пришлось пойти дать пизды кучке каких-то отбросов, молча встала и пошла тебя зашивать вместе с Сынмином! — Ох, ну хватит уже, я всё поняла...- замученно отозвалась Кира. Хёнджин посмотрел на неё, прищурившись, но потом решил на время прекратить нравоучения и дать ей отдохнуть. — Я пересрался, если честно, пока мы ехали сюда. Ты была такая бледная...я не знал, чего ждать, - сказал он вполголоса, наклонившись к Кириным рукам и поцеловав их. Девушка проследила за его действиями и чуть улыбнулась, зарываясь здоровой рукой в его огненные волосы. — Главное, что всё обошлось. А ещё у тебя замечательные чёрные корни отросли, - она провела рукой по его волосам, а Хёнджин вздрогнул и чуть вздернул голову, чтоб Кира не видела его корни. — Что? Тебе не нравится твой натуральный цвет? Мне кажется, ты с любым будешь выглядеть, как та ещё богатая сучка, - заявила она, улыбнувшись. — Скажешь тоже, - смутился он, а потом взял её запястье и немного прикусил его, заставив Киру шутливо взвизгнуть. — Не дергайся только, - сказал Хёнджин, продолжая покусывания и поцелуи, поднимаясь по руке выше, задерживаясь у локтевого сгиба, оставляя поцелуи на синей вене. Кира покрылась мурашками: она не понимала, почему такие обычные действия настолько её...возбуждают? — Что ты делаешь, Хёнджин..я же сейчас даже раненная на тебя наброшусь, - сказала она на выдохе, покрываясь мурашками. Тот, не отрываясь от своего дела, злодейски ей улыбнулся и подмигнул. — Тогда я буду вынужден применить силу..пока не время. И не место, - сказал он, останавливаясь лишь на забинтованном плече, с него перескакивая сразу же на шею и оставляя два пламенных поцелуя там. — Да ты издеваешься, - нетерпеливо протянула она, а потом здоровой рукой схватила его за подбородок и поцеловала. Хёнджин ответил со всей своей чувственностью, прикусывая её губы. — Мм. Очнулась, значит, - прозвенел чей-то стальной голос в кабинете. Хёнджин нехотя отстранился и посмотрел на появившегося Сынмина так, будто бы тот всё испортил. — Сынмин, когда она выздоровеет? - протянул нетерпеливо Хёнджин. Ким ухмыльнулся, подходя к Кире, снимая повязку с её плеча и осматривая его. — Как шов на артерии и рана затянутся, так и ебитесь, сколько хотите, - сказал невозмутимо Сынмин, отходя к шкафчику и доставая бикс с чистым перевязочным материалом, заменяя повязку на более чистую. Кира смущённо глянула на Хёнджина, а тот озорно ей улыбнулся и подмигнул. Некоторое время молчали, пока Сынмин был занят над повязкой, а потом он убрал всё, заглянул в другой ящик и кинул Хенджину упаковку презервативов. Тот быстро словил её, оглядывая и одобрительно кивая. — Не поняла, а откуда они у тебя, ещё и вскрытые?? - Кира нахмурилась, глядя на Сынмина. Тот облокотился поясницей на подоконник, засунув руки в карманы халата и пожав плечами. Хёнджин захохотал, убирая пачку в карман своих тактических брюк. — Скажи спасибо, что не проколотые...не проколотые же? - сказал Хёнджин, посмотрев потом на Сынмина, а тот в очередной раз молча пожал плечами. "Ким Сынмин изучен всего на пять процентов", - пронеслось в голове Киры. *** На следующий день Мира пересеклась с Сынмином достаточно рано утром, когда шла после перевязки раны своей сестры. Он выходил из кабинета Бан Чана, и выглядел очень спокойным, даже умиротворенным. — Мира, я тебя искал, - сказал вдруг Сынмин, подходя к девушке, - поехали со мной на вылазку. Мира была немного ошарашена этим предложением, а потому и сначала не нашлась с ответом, но потом все-таки сказала: — Но...мы же..два медика? Разве один из нас не должен быть на базе? Сынмин чуть улыбнулся. — Бан Чан дал добро. Мы поедем туда, где всё уже давным давно зачищено..и это место, можно сказать, наша вторая база. Только мы там не живём, потому что от реки далеко. Ну так что? Струсила? Мира вытаращилась на Сынмина, а потом вспыхнула. — Я...?! Нет! Дайте мне немного времени на сборы, - сказала она и собралась бежать на чердак, но Сынмин поймал её за локоть. — Можно на ты. И давно уже пора бы, - сказал он, а девушка смущённо отвела взгляд, кивнув. Тогда Сынмин отпустил её и спокойно пошёл в медпункт за кое-какими вещами. *** Заснеженный лес был очень тих, а белая дорога - свободна. Даже мертвецов не было в такую рань, словно бы они уснули где-то и не хотели просыпаться... Миру не интересовали пейзажи за окном. Она смотрела на Сынмина, который вёл машину одной рукой, вторую устроив на своём бедре. Он всегда выглядел настолько хорошо, что у Миры даже дыхание перехватывало, но за рулём автомобиля Сынмин смотрелся, словно вышел из какой-то дорогой дорамы. И Мира чувствовала себя её главной героиней. Сынмин прекрасно чувствовал все её взгляды, но никак на это не реагировал, глядя на дорогу из под своей шелковистой чёлки. И вот они остановились перед большими резными железными воротами. — Я открою и подержу. Ты сможешь заехать? - спросил Сынмин. Мира неуверенно на него посмотрела, но кивнула: Кира давала ей как-то раз пару уроков вождения. Медик прищурился, но ничего не сказал, выходя из машины и открывая тяжёлые ворота. Мира перепрыгнула за руль, сняла с ручника и парковки, заезжая осторожно на территорию какого-то небольшого комплекса, представлявшего собой двухэтажный дом, на котором было написано: "Центр паллиативной помощи". Заглушив машину, Мира вышла из машины, осматриваясь. — Где мы? - спросила она сразу же. — В бывшем хосписе, - отозвался Сынмин, закрывая ворота, а потом подходя к Мире, отряхивая свои руки, - тут всё загорожено, мертвецов быть не должно, но всё-таки держись рядом со мной. Тут достаточно много всяких материалов, - сказал он и первым пошёл в сторону дома. Мира пошла следом, проверяя кинжал в набедренной сумке. Дом был таким же холодным, как и улица, поэтому деревянные полы были покрыты инеем и скользили. Несомненно, Мира все-таки один раз поскользнулась, но Сынмин успел тогда среагировать, схватив её за запястье, а потом и за талию второй рукой. Мира вытаращилась на его красивое лицо, оказавшееся так непозволительно близко. Сынмин тоже какое-то время смотрел в её голубые глаза, а потом, ухмыльнувшись, отстранился, помогая ей ровно встать на ноги. — Ничего не подвернула? Идти сможешь? - поинтересовался он, оглядывая её с головы до ног. — Всё хорошо, - Мира кивнула в подтверждение своих слов. Сынмин одобрительно посмотрел на неё, уводя затем в служебное помещение, которое среди обычных домашних комнат, выглядело, как медицинское. Не даром: здесь хранились антибиотики, успокоительные, анальгетики, некоторые средства для перевязки и...иглы! Самые разные. Сынмин объяснил Мире, какие необходимо искать, и дал ей задание. Та сразу же стала рыться в ящиках, а вот Сынмин просматривал шкафчики с лекарствами, в поисках тех самых..и нашёл. Все круглые упаковки сразу же полетели в сумку, а за ними и сильные болеутоляющие и антибиотики, ставшие такими нужными в последнее время. Мира не оставила это без внимания, мысленно посчитав, сколько упаковок седативных препаратов Сынмин сгрузил себе в сумку, но потом уткнулась обратно в ящики, когда поняла, что тот заметил этот её взгляд. — Есть результаты? - спросил парень, усаживаясь на край стола. Мира выложила несколько наборов игл, представляя их на суд своему наставнику. Сынмин оглядел их и одобрительно кивнул. — Ещё бы один такой наборчик найти, и можно домой, - сказал парень, поднимаясь и тоже начиная искать. Десять минут совместного поиска дали свои результаты: нашли нужный набор. Сынмин был в приподнятом настроении, поэтому отвёл Миру на задний двор этого хосписа, так как там были самые живописные пейзажи. Мощные вековые деревья стояли под снегом. Даже воздух здесь был гораздо чище, чем где-либо ещё. Сынмин уселся на ступеньки крыльца, Мира расположилась совсем рядом. — Хорошо тут. Тихо и спокойно, - вполголоса сказал Сынмин, чтоб не потревожить эту идиллию. Мира воодушевленно кивнула. — Спасибо ва...то есть, тебе. Я впервые побывала на вылазке, пусть и на такой спокойной, зато увидела мир вне базы и без этих зомби, - сказала она. Сынмин немного улыбнулся, глянув на девушку. — Наслаждайся. Надеюсь, когда-нибудь нам получится наладить такой же мир и вокруг, - ответил медик, выдыхая пар в морозный воздух. — Я в тебя верю, - тихо сказала Мира, посмотрев в глаза Сынмину. Тот не отвел своего взгляда от голубых омутов напротив, ставших ему такими...близкими. И манящими. Шатен приблизился немного, чтобы посмотреть, не напугает ли это Миру. Та не шелохнулась, словно затаилась, наблюдая за хищным зверем из укрытия. Тогда этот хищник приблизился ещё, осторожно прислоняясь горячими губами к мягким и невинным губам напротив. Мира окаменела. Ей казалось, что всё происходит не с ней, когда Сынмин после небольшой паузы вновь мягко сжал её губы своими, а потом ещё раз, и ещё. Та не понимала, как ей ответить на такое, пусть и видела много раз в своих любимых дорамах. Тогда Сынмин положил одну руку ей на затылок, фискируя немного голову, словно показывая, как надо. Та нерешительно повторила, и Сынмин наградил ее очередным нежным поцелуем. Казалось, прошла вечность, пока они целовались на этом крыльце, но когда-то всё равно пришлось бы остановиться. Сынмин отстранился первый, оставив напоследок поцелуй в уголке губ. Мира смотрела на него, словно была опьянена тем, что только что между ними случилось. Шатен лишь загадочно улыбнулся, устремив взгляд на деревья. Затем он поднялся, протягивая руку Мире и помогая ей подняться. — С пятнадцатилетием, - сказал он тихо, а потом пошёл обратно в машину. Мира на ватных ногах поплелась следом, чувствуя, как сердце выбивает грудную клетку, а в голове звенит один вопрос: "Как он узнал?"