wolfgang

=Глава 16= Чанбин очень сонный распутывал старую гирлянду, найденную на какой-то вылазке, в то время как Феликс замешивал тесто для своего фирменного блюда. Рядом крутился Чонин и всё хотел снять пробу. — Ты подключил плиту к генератору? Она точно хорошо работает? - спрашивал Феликс, вмешивая в тёмное шоколадное тесто плиточки армейского шоколада. — Да, хëн!! Ну дай шоколадку, - просил Чонин, делая свои щенячьи-лисьи глазки. Феликс посмотрел на него, смущённо улыбаясь. — Чонин! Отвяжись от него, иди Чанбину помоги гирлянду распутать, пока он сам себя в неё не замотал! - крикнул Хенджин, закрепляя цветные флажки, найденные на вылазке в канцелярском магазине (раньше их доставали для украшения базы на дни рождения малышни). Чонин недовольно посмотрел на Хенджина и в следующую секунду ему засунули шоколадку в рот. Феликс показал Чонину жест, мол, ешь молча, а потом пошёл ставить брауни в духовку. Младший с удовольствием съел шоколад и убежал к Чанбину, тогда работа над гирляндой пошла быстрее. Минхо и Хан растягивали флажки на другой стене. — По-моему у нас ещё оставались где-то шары, - сказал Хан, посмотрев на Минхо, который держал стремянку, где стоял его бельчонок. — Я найду, - раздался голос Чана с лестницы: он ждал, пока и для него найдётся работа. Наен в это время следила за Кирой, чтоб она не подскочила и не разорвала случайно швы, поэтому не могла помочь в подготовке праздничной атмосферы. Блондин развернулся и пошёл в комнату, где был своеобразный склад. — Минхо, она же может стоять и без поддержки, - сказал Хан, чувствуя, насколько у его хена стальная хватка, потому что стремянка даже под ним не скрипела. — Я волнуюсь за твою задницу, - отшутился Минхо с абсолютно серьёзным лицом. — Я бы не сказал, что ты переживал за неё когда-то...- после этих слов Джисона даже Чанбин проснулся и в очередной раз заплевался от их гейских шуточек. — Давно у нас не было таких празднеств, - решил перевести тему Феликс, который все равно сидел на корточках возле плиты и смотрел за пекущимся брауни. — Да я сам в ахуе...еще больше к ахую прибавляет то, что это Сынмин предложил всё это затеять, даже не Кира, - сказал Хёнджин, который, однако, чуть не свалился со стремянки, когда слазил, но Чонин вовремя оказался рядом и подхватил старшего под мышки. — Аккуратнее!! - Феликс резко подскочил, услышав звуки падения, - не ушибся? - он обеспокоенно оглядел Хенджина, а тому, казалось, даже тошно от этого стало, поэтому он быстро встал на ноги и потрепал Чонина по голове. — Нормально. Следи за своими пирожными, а то я не уверен в адекватности этой...шайтан-плиты, - отшутился Хёнджин и поспешил подняться к Кире. Ему всё ещё было неловко от того, что он недавно обидел Феликса, поэтому его забота несмотря на это доводила Хенджина ещё сильнее. Светловолосый очень хорошо знал своего бывшего парня, однако с собой ничего поделать не мог: он всегда относился ко всем с таким трепетом и пониманием... Через десять минут раздалось бибиканье за воротами. — Блять!! У нас ещё гирлянда не повешена, - сказал бельчонок, который как раз возился с ней на стремянке. — Не кипишуйте, я их задержу, - сказал Чанбин, накинул бушлат и вышел на улицу. Сынмин в ожидании, пока им откроют ворота, слегка прикрыл глаза, чувствуя, как подступает желание уснуть: ранний подъем во многом сказывался на этом. Мира всю дорогу смотрела на него во все глаза и молчала, даже не замечая, что уже открыто таращится, думая, что же теперь между ними будет, и как Сынмин может быть настолько спокойным после того, что сделал. И сейчас она так же не отводила взгляда. — Мира, меня напрягает, когда на меня так долго смотрят, - не выдержал Сынмин, посмотрев спокойно на Миру из под своей чёлки. Та сразу же покраснела и отвернулась к окну, съеживаясь. С ней такого никогда не происходило, поэтому по телу всё ещё бегали мурашки...Сынмин ухмыльнулся, потянулся к ней, но вдруг услышал, что открываются ворота, поэтому поспешил отстраниться: ему не хотелось бы, чтобы кто-то их заметил и уж тем более, чтобы это была Кира или Наен, а ещё хуже, если они обе - драки было бы не миновать. Шатен въехал на территорию базы и открыл своё окно, дабы спросить у Чанбина, всё ли готово. — Как дела у вас? - спросил многозначительно Сынмин. — Да как..спать охота, - как всегда ничего не понял Чанбин, но по убийственному взгляду Сынмина ему потом всё сразу же стало понятно, - аа ну то есть...да пиздец!! у вас вся машина грязная, вы хоть её протрите, прежде чем заходить на бааазу, - на слове "база" Чанбин сделал больший акцент, а Сынмин посмотрел на него, как на дурака, и потом поехал в гараж. — Мыть машину..в такой мороз? - спросила тихо Мира, когда они оказались в тёмном гараже. — Мы не будем мыть машину, Мира, - сказал Сынмин, включая свет в салоне и целиком поворачиваясь к девушке, - предлагаю побыть ещё немного наедине, что скажешь? — Но ведь Чанбин-оппа—, - Сынмин прильнул к её губам до того, как они успели что-то договорить. Мира захлопала глазами, но теперь отвечала увереннее, хотя дыхание её часто сбивалось от бешеного сердцебиения. Сынмин же не изменил своего темпа, пытаясь сделать так, чтобы она скорее привыкла, однако теперь он добавил нежные прикосновения к её щекам и шее, которая казалась ему совсем маленькой в его руке. Через пару минут шатен отстранился, оставив поцелуй на её лбу. — Я попрошу тебя пока никому не говорить об этом, хорошо? Чтобы избежать лишних конфликтов, - Сынмин взял её холодную руку. Мира активно покивала. — Это так неожиданно, - начала она, - ты делал это из любви? Шатен немного затруднился ответить. Несомненно, он бы не стал играться с её чувствами, если бы не хотел перевести это в более серьёзное русло и завести отношения, однако была ли это любовь - он сомневался. В своей пока ещё не длинной жизни ему удалось пережить то, что он однажды назвал любовью: такой же захватывающий восторг, порыв эмоций и страсти, который буквально сжёг его изнутри, оставив эти пылкие чувства в том человеке, к которому Сынмин их испытывал. Несомненно, после этого у него были ещё отношения, но он не ощущал прежних эмоций и не принимал это за любовь, поэтому длились они не больше трёх месяцев. За шесть лет он так и не нашёл человека, с которым мог бы провести всю жизнь, часто насмехался над бывшими и над собой: как я мог с этим чудовищем вообще встречаться? Иногда он чувствовал чудовищем себя, думал, что любовь больше непостижима для него, что шанс был проигран: та самая, с которой он хотел быть, ушла. Однако Мира вызывала в нём что-то непохожее на то, что было раньше. Они познакомились в экстремальной ситуации, когда играть роли и строить из себя не понять кого было некогда. Сынмин сразу же почувствовал, будто бы прочитал Миру целиком. Будто бы в ней нет чего-то, что когда-то сможет настолько сильно огорчить его перфекционистскую натуру и вызвать отвращение, как это было в прошлых отношениях. Эта девушка даже с трясущимися руками выполняла то, что просил Сынмин, аккуратно и зачастую без ошибок, даже когда на операционном столе лежала её собственная родная сестра - значит у неё не занимать самообладания, которое в скором времени сможет превратиться в холодный ум; бесконечная преданность и желание защищать его, человека, который презирал её какое-то время, тоже подкупали Сынмина. Чего говорить о том, что Мира при этом всём была не ведомой бесхребетной девочкой, а имела своё мнение и не боялась его высказывать даже Наен и Хенджину. Эти факты сложились вместе и взрастили в Сынмине чувство уважения к этой девушке и желание...забрать себе? Забрать, словно сокровище, которое не может долго лежать на одном месте. Было ли это любовью: Сынмин не мог ответить, зато он чувствовал, что это надолго. — Мира, любовь - это очень сложное чувство. Могу сказать одно: я сделал это, потому что желаю тебя, - Сынмин заметил, что Мира покраснела ещё сильнее, поэтому поспешил пояснить, - желаю, как свою спутницу жизни. Будь моей, хорошо? Мира похлопала ресницами, а после дверь машины с её стороны открылась. — Мадам, выходим, - сказал Хёнджин, а потом, прищурившись, посмотрел на Сынмина. Мира подскочила и вышла из машины, сразу же оказываясь в объятиях красноволосого. — С днём рождения, наша храбрая малая, - сказал Хёнджин, похлопав Миру по спине, - смотри не напивайся сегодня, ладно? - отшутился красноволосый, вызвав у Миры смех, тем самым приводя ее немного в чувства. *** На улице было ещё темно из-за того, что светало зимой поздно, поэтому и в здании базы было тоже темно, однако Мира, когда зашла, увидела разноцветные гирлянды, шарики, разбросанные по полу, и флажки, растянутые по всему залу. Большой стол уже был накрыт различными вкусностями из сухпайков, которые Чанбин уже "заебался есть", однако остальных пока ещё такая еда устраивала. В самом центре стола стоял цельный корж брауни на квадратной тарелке, в который была воткнута свечка. Все хором поздравили Миру и бросились её обнимать. Девушка была в шоке: "это правда всё для меня? Откуда у них такие украшения?", - думала она, однако обнимала всех, чувствуя, как на её глазах наворачиваются слезы. Кира обняла её в самый последний момент, чтобы не напрягать сильно плечо, а потом довольно улыбнулась, увидев, что сестра в восторге. — Это..откуда вы все узнали, - Мира содрогнулась, часто моргая и утирая слезы руками. — Да вот сказал кое-кто, - многозначительно сказал Хёнджин, посмотрев на Киру, - вот мы и решили порадовать нашу младшенькую. Феликс даже брауни для тебя испёк! Загадывай желание и задувай свечу скорее, всем хочется попробовать. Мира с благодарностью посмотрела на Феликса, который прямо засиял, видя, насколько Мира была тронута, а потом подошла к "тортику" и крепко задумалась. Каким было её заветное желание? Раньше это было бы блестящее будущее в медицине, но теперь, когда самой глобальной сферы как таковой уже не существовало, Мире просто хотелось стать той, кто сможет спасать жизни тех, кто сейчас находится рядом. Набрав побольше воздуха в грудь, девушка согнулась пополам и задула свечу. Все вокруг захлопали, а потом к Мире подошёл Бан Чан, держа в руках большую коробку, обклееную цветной бумагой и перевязанную лентой. — Поздравляю, Мира. Здесь подарки от каждого из нас. Будет здорово, если ты откроешь каждый после того, как мы поедим, - сказал он, вручая увесистую коробку Мире. Та немного покраснела и тихо поблагодарила Бан Чана. После этого все уселись за стол, разбирая себе по кусочку брауни, самый большой, разумеется, оставляя Мире. Несомненно, это был не настолько насыщенный и вкусный брауни, как в мирное время, так как множество продуктов найти не удалось, всего пришлось добавлять по-немногу, однако и такой вкус приводил даже взрослых, не видевших шоколада уже пару месяцев, в искренний восторг. — Я получил гастрономический оргазм, - отозвался Чанбин, за пару вилочек умяв свой кусочек. Феликс смущённо посмеялся, а Кира шлепнула Чанбина по плечу за такие шутки в присутствии младшей, получив предупреждающий взгляд Хенджина (он переживал, что у неё разойдутся швы). — Если хочешь, можешь ещё мой съесть, - сказал Феликс, уже собираясь отдать свой кусочек Чанбину, как вдруг почувствовал чью-то тяжёлую руку на своём предплечье. — Ты должен это съесть сам, Феликс. Тебя не так давно кусали, нужно восстановить силы, - пояснил спокойно Бан Чан, немного надавив на предплечье светловолосого, заставив его поставить тарелку обратно, из-за чего Чанбин сделал гримасу человека, которого только что "обломали": разинул рот и вытаращил глаза. Кира захохотала, в очередной раз получая обеспокоенный взгляд Хенджина, но разрезала свой кусочек напополам и отдала часть Чанбину. — Святая женщина, - шепнул темноволосый, закидывая половинку кусочка себе в рот. — Нам с Мирой удалось найти нужное количество игл. Я смогу в ближайшее время их настроить для аппарата и определить, есть ли среди нас ещё иммуны, - сказал вдруг Сынмин, глянув коротко на Миру. Бан Чан одобрительно кивнул. — Это замечательно, однако пока не думайте об этом. Давайте позволим Мире насладиться этим днём, - сказал светловолосый, а после все подняли кружки с чаем и стукнулись ими за здоровье младшей. Когда все опустошили рассчитанные на них запасы еды, то устремили взгляды, полные ожидания, на Миру. Та как всегда была в своих мыслях (особенно после произошедшего между ней и Сынмином), однако потом все-таки почувствовала эти взгляды на себе и подскочила, подходя к коробке с подарками. Аккуратно распаковав она увидела первый подарок, аккуратно сложенный поверх остальных. Это было тёплое чёрное худи, которое Мира нашла как-то раз, когда помогала Сынмину убираться в медпункте. Не составило труда догадаться, чьим оно было, потому что приятно пахло любимым парфюмом Кима (он будто специально брызнул им на ткань одежды перед тем, как положить). Девушка с трепетом достала его, прижимая к себе мягкую ткань и улыбаясь. — Спасибо, - шепнула она, посмотрев на Сынмина. Тот одарил её благосклонным взглядом и немного улыбнулся в ответ, отчего все офигели: Сынмин почти никогда не улыбался и даже шутил с каменным лицом. Следующий подарок был в старом подарочном пакетике. Открыв его, Мира увидела упаковку чая с ромашкой и кучу леденцов, а внутри записка: "От Минхо и Джисона с любовью!😽". — Я знаю, что девочки обычно радуются таким подаркам, - добавил Минхо, а Мира не переставала улыбаться и благодарить. — А ещё тебе Суни, Дуни и Дори пытались плед из своей шерсти связать, но у них же лапки, - отшутился Джисон, вызвав умиление у девушки. — Они сами для меня подарки, - ответила она, откладывая пакетик и доставая что-то в пластиковой плёнке, как обычно упаковывают посылки в интернет-магазинах. С трудом разрезав упаковку, Мира обнаружила тонкий блестящий браслет. — Это от меня, - отозвалась Наен, - я нашла его в пункте выдачи...а потом он завалился куда-то вниз моего рюкзака, и обнаружила я его по счастливой случайности уже здесь, когда вещи перебирала. Мне он ни к чему теперь, а вот тебе очень подойдёт. Рыжеволосая надела браслет на руку и подошла к Наен, обнимая её. Та, однако, не ожидала, но всё равно крепко обняла младшую, погладив по волосам. Сбоку у стенки коробки лежало что-то небольшое и вытянутое, поэтому Мира сразу же достала "это" и обнаружила, что в её бледной ладони лежит деревянная гладкая рукоять, с врезанными в неё разными лезвиями. На рукоятке несмываемым маркером было красиво написано: для малой от Хенджина. — Это мультитул, можешь использовать не только для нападения и защиты, но чтобы и...колбасу порезать, - отшутился красноволосый, всё это время наблюдавший за её реакцией. — Спасибо! Тут ещё и распарыватель по ткани есть...- Мира на удивление очень заинтересовалась, разглядывая каждое лезвие. Кира погладила руку Хенджина и улыбнулась ему. — Я же говорила, она будет в восторге, - тихо сказала шатенка, а Хенджин прямо таки сиял от того, что угадал с подарком. — Мира, открой скорее и мой подарок, - попросил нетерпеливо Чонин, который до этого повторял за девушкой все её эмоции, в ожидании её реакции на свой подарок. Та покивала, убирая мультитул к себе в карман и доставая среднего размера коробку, подписанную "От Чонина ❤". Мира открыла её и увидела новенький набор вышивки, с которым так же лежало много всяких леденцов и даже плитка армейского шоколада (за которую Чонин был готов драться). — Это же целый подарочный набор, - прокомментировала Мира с радостью, - спасибо большое, Чонин! Тот встал со своего места и крепко обнял Миру, а Сынмин, увидев, что та обняла его в ответ, отвёл взгляд и ревностно сверкнул глазами. Также в коробке был набор с кучей всяких резинок для волос, заколок, невидимок, ободков... — У тебя замечательные волосы, я подумал, что Наен-нуна будет тебя заплетать, - сказал Феликс немного смущённо, получив удивлённый взгляд Наен и сияющий взгляд Миры: она была в очередной раз очень рада благодаря Феликсу. Девушка не выдержала и сама подошла его обнять в качестве благодарности, а тот осторожно похлопал её по спине. На дне коробки остались ещё несколько подарков, среди которых был среднего размера плюшевый медведь с сердечком в лапах. — Он ещё разговаривает, если на него нажать, - сразу же выдал себя Чанбин: это был подарок от него. Мира очень умилилась, когда медведь сказал: "Обними меня!". Для девочки это был самый обычный подарок, но Мира была очень рада, потому что он был от Чанбина, очень замкнутого, как ей казалось. — Спасибо вам, оппа! - в восторге протянула девочка, а Чанбин сдержанно улыбнулся, хотя в душе был в ещё большем восторге. Также на дне коробки лежал упакованный армейский перевязочный набор. — Спасибо, Бан Чан оппа, - сказала она, когда достала этот набор, но стоило ей его перевернуть, как на задней стороне Мира обнаружила приклеенный пакетик с серёжками в виде лапок. Глаза её вновь засияли, а Бан Чан спокойно улыбнулся. — Носи на здоровье, - сказал он. Подарок от Киры представлял из себя постер с персонажами любимой дорамы Миры, а также журнал, в котором были фотографии "биаса" младшей из какой-то кей-поп группы. Та даже взвизгнула и подбежала к сестре, легко целуя её в щеку. — Где ты их нашла вообще?! - с восхищением спрашивала Мира. — Да видимо в той деревне тоже фанаты дорам и кей-попа были, - ответила Кира, сделав настолько довольное выражение лица, что ей теперь только чёрных солнцезащитных очков не хватало для полноты образа. После эмоциональной распаковки подарков настало время наконец узнать, есть ли ещё иммуны на базе. С этой целью Сынмин удалился в медпункт, где обработал иглы и подогнал их под параметры аппарата, вынося затем в зал. — Я точно буду иммуном, потому что во мне силы хоть отбавляй! - вновь стал выпендриваться малой, а Сынмин, ухмыльнувшись, подошёл к нему и больно уколол палец, набирая кровь. Юноша цыкнул на старшего, но перед Мирой постарался не подать виду, что ему больно. Несколько минут ожидания и наконец "пииик"...и красный экран. — Да он бракованный, - сразу стал оправдываться Чонин, получая подзатыльник от Хенджина. — Ещё проверять на себе не хватало, бракованный он или нет, - сказал красноволосый, протягивая руку Сынмину. Тот сменил иглу и сделал тест Хенджину. — Было бы здорово, если бы такой сильный боец оказался иммуном, - прокомментировал Бан Чан и в следующую же секунду пришлось разочароваться: вновь красный экран. — Да и хер с ним, кто меня укусит...- сказал Хенджин, чтобы Кира не волновалась. Чонин похихикал сзади, а когда красноволосый на него обернулся, тот спрятался за Наен. Сынмин посмотрел на Миру и вновь улыбнулся ей, после чего уже и даже Чанбин подумал, что что-то между ними есть. — Мира, узнаем, наградила ли тебя природа иммунитетом? - сказал он нежно, а та, словно зачарованная, подошла к нему. Сынмин осторожно взял её предплечье и провел тест. Мира неотрывно смотрела на него, на его профессиональные движения, не замечая неприятной боли в пальце. Он пересёкся с ней взглядами, ей показалось, что в его карих омутах заиграли дьявольские огоньки. Писк аппарата вывел её из раздумий. Снова красный цвет. — Вот поэтому никакой тебе вылазки, - сказала Кира, вставая и подходя к Сынмину, - пока мы вакцину не найдём. Медик сменил иглу и осторожно уколол палец Киры. Мира стояла рядом, глядя уже на маленький экранчик: она волновалась за сестру. — Вероятность того, что ты можешь быть иммуном, очень мала. Вы же сестры, а у Миры иммунитета нет, - сказал Сынмин, пока они ждали результат. Феликс сразу же посмотрел на Бан Чана и нашёл его таким, каким и ожидал: подавленным, наконец получившим ответ на мучивший его вопрос... — Да блять, - сказала Кира, когда аппарат показал отрицательный результат. — Тогда и тебе никакой вылазки!! - передразнила Мира. — А это мы ещё посмотрим,- улыбнулась Кира, усаживаясь на свое место. — Проверим, передаётся ли иммунитет через половые связи? - отшутился Сынмин, когда к нему подошёл Джисон, захохотавший в ответ. — Если да, то Феликсу придётся нас всех выебать, - сказал Чанбин, в следующую же секунду уворачиваясь от подушки, которая полетела в него со стороны Киры. Феликс лишь мило посмеялся. — Ну что вы, я к такому не привык, - - отозвался он. — Да, он примерный пассивчик, - сказала Наен, коснувшаяся плеч Феликса сзади. Тот вздрогнул и шарахнулся в сторону: эта женщина порой пугала его. Писк заставил Минхо встать со своего места и подойти к Сынмину, чтобы увидеть очередной красный экран. — Отбой, товарищи, половым путем только венерические заболевания передаются, - сказал Сынмин. Минхо не обращал внимания на его шутки, глядя лишь на Джисона, чтобы понять, грустно ли ему, но тот выглядел как всегда оптимистично. Рыжеволосый спокойно выдохнул, обнимая Джисона за плечи и уводя обратно за стол. Бан Чан вызвался провериться следующим. Результата ждали молча и..напряженно. — Каким бы не был исход, ты должен беречься, хен, - сказал Феликс, увидев потом красное свечение. — Теперь это будет делать несколько сложнее, - отозвался старший, откидываясь на спинку стула. — Ну Чанбин, хоть ты не подведи, - сказала Кира, когда Сынмин подошёл к нему. Тот без особого энтузиазма протянул палец, получая укол в толстую кожу. Все затаили дыхание, и тут...зелёный и долгожданная надпись Immune+. — Ого!! Да ты теперь ходячий танк!! - сказала Кира с восхищением, а Хенджин подошёл к ней сзади и положил руки на её плечи, чтоб не прыгала на месте. — Я и до этого им был. Только меня не кусали ни разу, - Чанбин задумался, а потом пожал руку, протянутую Бан Чаном. — Замечательные новости, - сказал Феликс, - я налью ещё чаю, - он встал, уходя за чайником, а Хенджин проводил его многозначительным взглядом, словно бы хотел ему что-то сказать... *** Патрули решили так и оставить на время, пока большая часть жителей базы не уйдёт на вылазку, чтобы предотвратить нападение ещё какой-нибудь неизвестной группировки. Феликс был в сарае, перебирая необходимое снаряжение, как вдруг свет с улицы перекрыла собой чья-то фигура. Блондин обернулся и увидел перед собой Хенджина. — Надо поговорить, - сказал он и закрыл дверь, опираясь на неё спиной. Феликсу стало не по себе: он отошёл подальше, опираясь на верстак. — Прости меня за то, что повёл себя как ублюдок недавно, приревновав Киру к тебе. Да и за все прости тоже. Я был явно не самой лучшей кандидатурой для тебя, - на одном дыхании сказал красноволосый, отводя серые глаза в сторону. Феликс будто бы даже просиял, услышав эти слова от него. — Хенджин, я..давно уже не сержусь. Что было, то было. Главное будь счастлив и береги себя, - сказал блондин, а Хенджину в очередной раз стало тошно. — Ты бы хоть раз послал меня нахуй и покрыл стоэтажным матом, тогда бы мне стало гораздо спокойнее...я ведь этого заслуживаю, Феликс, - сказал красноволосый, - и не переубеждай меня. Феликс по-доброму посмеялся. — Ты же знаешь, трудно довести меня до такого состояния. Хенджина покивал, открывая дверь. — Бывай. И спасибо за заботу, - сказал Хван напоследок, выходя на холодную улицу, оставляя в душе Феликса тёплый осадок.