Приятное пробуждение

День плавно перетек в вечер, а вечер в ночь. Юра не знал сколько он проспал, не помнил сколько выпил, но точно помнил, что остался у лучшего друга на «ночевку». На диване ужасно неудобно, уличные фонари помогают темным силуэтам отбрасывать причудливые тени, заставляя и так больную от похмелья голову идти кругом. Парень поднимается с дивана и бредет на кухню, выпивает залпом стакан воды и словно зомби плетется обратно в зал. По пути он заглядывает в комнату к спящему другу. Никита лежит на двуспальной кровати совершенно один! Что за наглость? Почему его лучший друг, то бишь Юра, должен ютиться на маленьком диване, а сам хозяин спать на роскошной кровати в одного? Блондин недовольно закатывает глаза, от чего висок немедленно отзывается тупой болью. Он тихо открывает дверь и входит, следом притворяя за собой, подходит к кровати и аккуратно перелезает через друга, тут же падая рядом. Свободного места и в правду так дохера, что на кровати еще двое поместятся. — с недовольством проносится в голове у Юры. Никита лежит к нему спиной, в темноте видно только то, что брюнет дышит ровно и размеренно, то бишь крепко спит. Юра лежит на спине, смотрит на однотонный потолок, вдыхая запах ночного воздуха из открытого окна. Никита тот еще любитель постоянно проветривать комнату, лишь бы не задохнуться от жары, в принципе как и сам Юра. Блондин закрывает глаза с надеждой побыстрее заснуть, с единой мыслью — не ощущать наступающее похмелье и «вертолеты». К счастью, стакан воды и прохладный воздух немного отрезвляют парня. Он глубоко вздыхает и чувствует новый запах, которого будто раньше не было, а может мозг просто пытался добыть хоть немного кислорода и не обращал внимание ни на что, кроме спасительного воздуха. Юра пытается принюхаться, но аромат ускользает от него. Он поворачивает голову и двигается к Никите, понимая, что на верном пути. Не сдерживаясь зарывается носом в взъерошенные черные волосы. Запах ментолового геля для душа с примесью любимого одеколона брюнета действует пьяняще. Юра проводит носом еле ощутимую линию за ухом друга, пытаясь запомнить запах, отпечатать на подкорке сознания. В голове что-то щелкает, он чувствует как только пробудившееся возбуждение сползло вниз, начиная сильнее пульсировать. Блондин прикусывает нижнюю губу, мнется несколько секунд, сдавшись выдыхает и оставляет легкий поцелуй на шее друга. Никита вздрагивает во сне. Юра поднимается на колени и аккуратно переворачивает спящего Никиту за плечо, укладывая его лицом вверх. На спокойное лицо парня падает несколько взъерошенных темных прядей, Юра тут же убирает их пальцами, зачесывая пятерней вверх. Он аккуратно садится на бедра Никиты, придавливая друга к кровати. Обеими ладонями он слегка надавливает на низ живота брюнета, а потом медленно ведет выше, обогнув талию, пересчитав ребра, ощущая как расправляются и сжимаются легкие друга, как сердце начинает легонько трепетать, пока его хозяин мирно спит и даже не подозревает ни о чем. Наконец правая рука дотронулась до кромки пижамной футболки и резко дернула ее вверх, открывая ахуенный вид на подтянутый торс. Не зря Никита в качалку ходит. Левая рука поднялась по талии и большой палец коснулся соска. Парень под ним дернулся, изо рта вырвался тихий вздох, но Никита по прежнему спал. — Какой же ты чувствительный. — с ухмылкой прошептал Юра, еще несколько раз проводя пальцем по розовому ореолу. Он наклонился к лицу друга, положил левую руку на шею, немного сдавил, ощущая ускоряющийся пульс. Внимательно всмотрелся в подрагивающие ресницы, слегка приоткрытые пухлые губы, ровную линию челюсти, об которую можно было легко порезаться. Наконец он наклонился еще ниже и припал губами к яремной впадинке, следом оставил мокрый поцелуй на ключице, поднялся к самой шее и оставил укус справа. Парень под ним дернулся, то ли недовольно то ли выжидающе простонав. Брюнет едва пошевелился, наконец веки задрожали и открылись. В сонных глазах спустя несколько секунд одновременно отразились испуг, шок и наконец понимание и зрачки расширились. — Юра?! — хрипло сказал Никита, оглядывая темные омуты напротив, ощущая горячие руки на своем теле. — Ты чего? Слезь с меня. — Ты оказывается такой чувствительный. — прошептал Юра на ухо друга, одновременно перемещая левую руку с шеи Никиты на его оголенный торс, вновь проводя ладонью по соску. Никита вздрагивает, все еще непонимающе смотря на друга. Юра ухмыляется, вновь кусая за шею рядом с предыдущим алеющим следом, а рука спускается на пах друга, ощупывая полувставший член сквозь тонкую ткань домашних шорт. С губ брюнета слетает тихий стон. — Юр, прекрати. — он наконец находит в себе силы и кладет руку на плечо блондина, пытаясь оттолкнуть. В эту же секунду Юра проникает рукой под одежду, обхватывает член Никиты и сжимает, заставляя друга задыхаться. Брюнет пальцами собирает футболку на плече Юры, закрывая глаза. — Блять. — шипит Никита, ощущая новый поцелуй-укус на шее. Блондин отстраняется, смотря на свое творение, и тут же сокращает расстояние, впиваясь в приоткрытые сухие губы брюнета. Его язык бесцеремонно проникает в чужой рот, обводит небо, ровные ряды зубов, жадно ловит каждый вздох Никиты. Брюнет мечется, не понимая реальность ли это или сон, но спустя минуту начинает активно отвечать, чувствуя улыбку Юры через поцелуй. Движения на члене становятся все более быстрыми и размашистыми, Никита громко и откровенно стонет в поцелуй, все крепче и крепче сжимая футболку Юры между пальцев. Блондин отрывается от истерзанных губ и спускается к розовым ореолам, накрывая горячим языком один из них. Никита громко и хрипло стонет, выгибаясь на встречу. — Юра! — чуть ли не всхлипывает он, когда кудрявый зажимает головку большим пальцем, предотвращая полноценный оргазм. В это же время длинные умелые пальцы гладят выпирающие венки на члене, доводя брюнета до дрожи, заставляя жадно глотать ртом воздух. Никита откидывает голову на подушки, протяжно простонав, без слов умоляя Юру позволить ему кончить. — Юра… Юра. — почти в бреду шепчет Никита, теряясь в ощущениях, сжимая свободной рукой сбившиеся простыни. Блондин с довольной улыбкой смотрит на лучшего друга, который извивается под ним и просит больше. Как красиво уличный фонарь освещает алые укусы на шее и рельефный пресс. — Сука. — вновь еле слышно произносит Никита, на ощупь хватая Юру за шею, притягивая в новый умопомрачительный поцелуй. Блондин от неожиданности наваливается на друга, ощущая как Никита агрессивно целует его, глуша стоны и вздохи. Рука на члене расслабляется и брюнет вскрикивает, прижимаясь всем телом к лучшему другу, наконец ощущая как липкая сперма пачкает живот и чужую ладонь. — Господи. — сбивчиво шепчет Никита, ощущая как Юра оставляет финальный нежный поцелуй на его шее.