Отшили по телефону.
Роди только и говорила об своей любви к Манон, той, кого она перебивала по телефонному разговору.
— Любовь моя~ Скоро деньги для меня будут не проблемой.~ Поэтому можем пойти куда захочешь. — Если это так для тебя важно, то выслушай меня наконец! — крикнула в трубку Манон. — Это очень важно!Роди выпучила глаза — Манон кричит только в крайних ситуациях. Значит, что-то случилось.
— Манон? — Разве ты не помнишь, о чём я просила тебя? — усталый всхлип послышался по той линии. — Знаю, ты решила взять паузу между нами, но… — Вообще-то я порвала с тобой навсегда! Я даже себе парня нашла! — девушка с длинными и расчёсанными волосами была ошеломлена от самой себя и от своего порыва. — А ты так и не изменилась… — Манон, я же люблю тебя, — у рыжей на секунду глаза расширились от удивления, и тут же в них появилась печаль и лёгкая обида. — Нет, не любишь, ты мной одержима, — Манон вытерла слезу с глаз (когда она успела начать плакать?). — В настоящей любви счастлив должен быть каждый, но у нас никто не счастлив. Ты жертвуешь собой ради меня, а я устала от этого. Устала от человека, который не может даже просто прибрать свою квартиру. — Манон, я обещаю тебе, что я уберусь в квартире! Я даже отремонтирую её! Починю телевизор! — попыталась всё уладить Ламори. — Довольно! — криком своим Вашер добилась её молчания. Дочь кулинарных критиков повторно вытерла слёзы, а хозяин тела, в которое она вселилась, попытался её приобнять. — Роди, ты неисправима… Может, ты это наконец поймёшь? Поймёшь меня, когда сама окажешься на моём месте…Но такого никому не надо, ради всего спокойного.
Роди хотела ей дать ответ, но не знала, какое именно слово пойдёт ей на пользу.
— Манон, дай хотя бы ещё один шанс. Он точно самый последний! — Нет! Забудь обо всём, что было между нами! Выкинь наконец из своей головы далёкие мечты, не будем мы вместе, мои родители против! И с ними я согласна!Слова, ударившие больно прямо в сердце.
— Ч-что? — Теперь о моём новом парне, с которым я успела уже пару дней расстаться… — вздохнула убитая горем Манон. — Я знаю о Винсенте, — ну это не удивительно. Ламори грустно, но с ноткой зависти начала перечислять его качества. — Конечно, он лучше меня во всём: большая и убранная квартира, умеет очень вкусно готовить, краш всех девочек, красивый bad boy. Идеально всё, как и он сам. — И он конченный псих, вот почему я рассталась с ним! — теперь перешла к сути призрак в теле блондина. — Пускай мы больше официально не встречаемся, но ты мне ещё как близкая подруга, за которую я переживаю. Очень прошу тебя — уволься от него. — Но я почти отработала неделю и получила деньги, — опять как в старые добрые времена спорила рыжая. — Деньги на что? Я же никуда с тобой идти не собираюсь, как и встречаться с тобой…— Манон начала заканчивать телефонный разговор и потихоньку вешала трубку. — Манон, нет! Постой! Даю слово — я стану идеальной версией себя! Только ПОЖАЛУЙСТА!Словами попыталась неряха добиться продолжения общения, с целью вернуть любимую в отношения и сдержать обещание. Но вся надежда утихла, когда связь отключилась, теперь Роди слышала только собственное дыхание.
— Она бросила меня… снова…Роди тихо вздохнула и выдохнула, отступая дальше от телефона, затем её кулак прилетает в стену.
— Аа! — со злостью женщина сбивает собственный диван, переворачивает ковёр и толкает телевизор на пол. — Я всё делала! Я старалась, честно старалась!***
Манон потерла веки и посмотрела на часы — уже становится поздно. Хозяин тела в виде чёрного призрака всё это время присутствовал как слушатель, и его поразило то, что он увидел, будто он посмотрел сериал с токсичным Юри. Но ему было неприятно от знания, что обе причинили боль друг другу, не желая этого, а стремясь сделать лучшее для друг друга.
— Это было жёстко… — Знаю… — согласилась Вашер. Схватив прозрачного за руку, тем самым заставив его ахнуть, Манон потянула на себя и прижала к себе. Непонимающий ничего Марлин оказался в своём теле, а Манон в виде прозрачно-чёрной девушки прошлась по своей квартире. — Ты можешь лечь на мою кровать, я больше не нуждаюсь в снах. — Стоп, что! У меня же своя квартира есть. — Просто переночуй у меня, — попросила его старшая, не имея желания бессмысленно спорить с младшим. — Ладно… — блондин понимал позицию подруги, смущало только то, что ему придётся спать в платье, ведь собственная одежда в своей квартире осталась.***
Разгромив собственную квартиру, перевернув всё вверх дном, рыжая сидела на полу, прижав колени к себе, быстро дыша.
— Она моё всё. Она моё всё! Как теперь без неё? Как теперь мне быть? — бормотала себе под нос, будто это что-нибудь изменило к лучшему. Без Манон Роди не видит смысла жить, ей нужен тот, кто даст ей смысл существовать, даст важность своего существования, важную роль. Позволит стать личным героем.Телефон вновь зазвонил, рыжая взяла трубку, надеясь, что это любимая, изменившая своё решение.
— Манон? — Пардон? — Винсент ответил тоном, не выдававшим никакого интереса. — Ой, это ты, Винсент, извини, я обозналась. — Хотел узнать, ты сегодня не занята вечером? — Да нет, никому и нигде я пока что не нужна, — протяжный вздох. — Значит, ты сможешь прийти ко мне на вечеринку? — в его ответе ясно можно было понять, что он хотел видеть её у себя. — О, вечеринка? — Её глаза сверкали озорством, а потом она опомнилась, помня слова Манон и опасения, случившиеся за эту неделю. — А разве я тебя больше не раздражаю? — Так ты придёшь? — Постой, Винсент, ты всякий раз давал понять, что тебе невыгодно моё присутствие. Ещё из-за тебя Манон кинула меня! — Что ж, жду тебя в своей квартире через десять минут, — Винсент отключил связь. — Ладно, — пожала плечами рыженькая. Вся её одежда в стирке так и не постирана, а в форме официанта на вечеринку прийти не может. — Пойду в том, во что и так одета.***
Ламори чувствовала себя той, кто добровольно идёт в ловушку, в не лучшие руки. Туда, откуда ей не найти выхода. Внутренний голос предлагал остаться у себя дома, а завтра придумать, что у неё что-то случилось, а лучше вообще не возвращаться в то бистро и никогда не видеться с Винсентом. Как хотела сама Манон…
Рыжая поднялась по лестнице на нужный этаж и постучалась в дверь, брюнет открыл её.
— Вижу, ты пришла, — жестом Винсент пригласил Роди войти. — Ооо, хей! Ага, вот и я во плоти! — со звёздами в глазах поздоровалась пришедшая с хозяином квартиры. — Нет нужды для таких эмоций. Просто заходи.Роди, поняв, что босс и у себя дома, как и на работе, однотипный, переступила порог и оказалась в его квартире снова. И она удивилась, не увидев ни одного человека.
— Ты же сказал, что у тебя вечеринка, где все? — внезапно дрожь прошла по спине. Так босс сказал, что у него вечеринка и пригласил её, но к нему пришла только она. Обычно в фильмах ужасов так обычно заманивали жертв и убивали. — П-почему я единственная гостья? — Гость? — вопросительно посмотрел на неё Винсент, не понимая. — Да, я ведь твой гость. — Пфф! — ухмыльнулся мужчина, отводя взгляд. — Нет, пёсик, мне просто нужно, чтобы кто-то обслужил гостей, когда они появятся. — Серьёзно?! — чуть не отвисла челюсть. — Хэй, не буду я работать у тебя и в ночную смену. Я даже не в той одежде. — Да, тебе бы не помешала собрать свои растрепанные кудри, хотя сейчас с ними ты милая, — Винсент понял, что произнёс предложение вслух, застигнув себя самого врасплох, немного постоял как истукан, а Роди не могла поверить в услышанное. — Что ты там сказал?Винс на мгновение затаил дыхание и потерял дар речи. Его сердце колотилось, но он старался сохранить свой грубый и раздражённый вид.
— Это не важно. Гости уже пришли, — сказал он, услышав стук в дверь. — Вся еда на кухне, раздай её им. Но для одного гостя дай еду, приготовленную специально для него. — Манон придёт тоже? — закуска специально для конкретного гостя, для Роди это могла быть её бывшая и уже бывшая Винса. — Нет, я об отце лимонного мальчика, — брюнет тут же придумал объяснение этому. — Хочу с ним поладить. — Давно пора бы, а то оба как кошка с собакой, — закатила глаза рыжая, вспомнив случай в больнице. — Нет, скорее как кот с мышкой, — хитрая, ядовитая улыбка. — Его еда рядом с бумажкой «Для крысы».Винсент ухмыльнулся, Роди приняла спокойный вид.
— Мда, оригинально.***
Все гости уже были в квартире, включая Линга. Мужчина с синими волосами не знал, куда девать себя, пришёл сюда лишь для разговора с Шарбонно, но тот не заинтересован в разговоре с ним.
Роди несла всем всё наугад, за что получала косые безразличные взгляды. Но некоторые лица казались ей довольно знакомыми. Люди, чтобы просто не молчать, могли спросить, кто она Винсу? Как долго она его знает? И сколько он ей платит. Роди отвечала, да её ответы не ценились, зато она сама немного спросила про Винсента и узнала, что с университета он закрытая личность и не связывается с людьми низкого уровня.
— Что тебе больше нравится в еде шефа? — спросил светловолосый в очках. — Оно выглядит… аппетитно. — Аппетитно? — Или красиво, в историческом смысле… — не понимала Роди, что такого непонятного сказала как ответ. — А теперь я понял и соглашусь. И как оно тебе на вкус?Данный вопрос мысленно вернул Ламори в момент, в котором в кабинете шефа она ела его стейк. Сейчас она вновь ощущает вкус мягкого мяса со странным привкусом, после которого уснула и проснулась перед поцелуем в губы.
— Ну… — волнительно дыхание мешало говорить. — Оно, честно, неплохое, но… оно кажется очень подозрительным, с высокомерием, превосходством над другими. — То есть? — Мне не нравится его еда, — изложила Ламори. — Роди, это ты? — спросил один из гостей, наконец-то узнав её. — А? Кто это? — обернулась женщина на «знакомого». — Это я, Ричард, твой однокурсник.Линг, следя за происходящим, хихикнул, найдя в неловкости Роди довольно милой. Замечая это, Винсент, убрав сигарету подальше от губ, презрительно прошипел, повернув голову в сторону стоящего рядом синеволосого.
— Не умеешь не пялиться на тех, кого обычно игнорят? — А что я сделал-то? — Фэнси взаимным недовольством посмотрел Шарбонно в глаза. — Ты сам меня пригласил сюда, и, кстати, я здесь по поводу своего сына. Я от него узнал, что ты ему лицо чуть не сварил. Разве так к сотрудникам можно? — Нашелся мне тут умник, не будь сам хуже, то воспитал бы лимонного мальчика с умом. — Прошу не давать моему сыну такое прозвище. У него есть своё имя. — Похоже, ты у нас гиперопекающий папаша, теперь понятно, почему молодой человек лет 18-ти такой неспособный, — передразнил Винсент, замечая, что его официантка пропала из поля зрения. — Хэй, вообще-то наоборот. Марлин уже месяц сам себя обеспечивает! — на слова Линга не обращали внимания из-за игнора. — Ты сам как не повзрослевший ребёнок. Совсем как маленький мальчик злишься, когда что-то «твоё» берут или комментируют. Роди — человек, и это нормально, что кто-то помимо тебя обратил на неё внимание.Винсент, не заинтересованный в монологе, ушёл на поиски исчезнувшей.
— Хэй, ты куда? — Линг решил дальше не стоять, а сесть наконец-то на диван.Роди из сильного любопытства вошла в спальню Винсента, где нашла ключ, должно быть, он от морозильника бистро. Позади послышался скрип двери, быстро спрятав ключ в карман, она встала с дёрганьем, будто кто-то стрелял в неё.
— Что ты тут делаешь? — подозрительным тоном спросил Винсент у той, кто ходил по его квартире как у себя дома и всё рассматривал. — А, я этоо-о… искала уборную. Да, хаха, — нервничала обманщица. — Ты точно тупая, раз уж ошиблась комнатой. Проваливай отсюда, пока я не запер тебя в этой комнате. — Хорошо-хорошо, ты только не злись! — рыжая быстро прошла мимо него к выходу из комнаты. — О, ещё кое-что, не забудь накормить того червя! — Какого ещё червя? Да и зачем? — как невинная тупица согнула бровь Ламори. — Я не о настоящем черве, а о Линге! Теперь пошла! — толкнув её подальше от двери спальни, Винсент огляделся обратно на свою комнату, явно подозревая что-то.***
На кухне осталась одна тарелка с одной маленькой котлетой, и там, кроме неё, был кусочек лимона. Это точно было блюдо для Линга, специально для Роди рядом с едой была бумага с надписью «Для крысы». Винс до этого, оказывается, маленьким шрифтом дописал: «Именно для одарённой тебя, Ламори, поясняю: для отца лимонного мальца».
— Что ж, понятно. Видимо, Винсент устал придумывать, что можно приготовить ему, — без вопросов забрав тарелку, главная героиня ушла доставлять заказ.Серая вечеринка ничуть не расстраивала Линга, он и так не думал о веселье здесь. Да, не весело как должно быть на «вечеринке», да не вечеринка это вовсе — тут просто едят и стоят друг от друга подальше, лишь изредка разговаривая.
— Это специально для тебя, — мужчина дёрнулся от внезапного появления Роди вблизи. — Ой, извини, не хотела пугать. Просто мне нужно тебе это отдать.Фэнси вопросительно посмотрел на милую женщину, а потом на котлету с лимоном. Оглядевшись по сторонам, он не замечает Винсента.
— Спасибо, но нет, — уже заранее он чуял, что этот странный человек готовил котлету сам. — Этому уважаемому не накормить меня уважением к нему. — Чего? Чувак, просто съешь это, а не то Винсент от меня и мокрого места не оставит, — Роди вовсе не хотелось на себе испытывать крик босса и удары по лицу. — Извини, Роди, но нет, — Линг заметил беспокойство у неё на лице. — А почему тебе самой это не съесть? Скажи ему, что я всё же съел его стряпню. — Э-э… ладно, — Роди жертвует собой ради других, снова.Осторожно взяв котлету, женщина откусывает кусочек и начинает жевать у себя во рту. Опять странный привкус, вновь она вспоминает стейк в кабинете шефа. Линг во время её трапезы заскучал, посмотрел время на наручных часах и убедился, что допоздна задерживаться ему не охота.
— Ладно, Роди, до скорого, — попрощавшись лишь с ней, больше ни с кем, Линг покидает квартиру, из которой по плану отсутствующего Винса не должен был выходить живым.***
Винс проверял комнаты, где могла ходить любопытная. Пока ничего пропавшего он не заметил. Возможно, на нервах он плохо искал. Гости начали уходить, каждого Винсент провожал молча. Не увидев среди них Линга, по началу обрадовался, думая, что он вырубился где-то.
Однако еле держащаяся на ногах Роди, шатаясь, дала брюнету знать, что сегодня не его день.
— Что за?! — широко раскрылись глаза мужчины от удивления. — Так ладно, где тот червь? Ты же накормила его? Ведь так? — Винсент понюхал Роди, решив, что та просто напилась, но не обнаружил запах алкоголя.Рыжая кивнула, не в силах больше стоять на ногах. Ей внезапно становилось не просто сонно, но и приятно.
— Он ушёл домой, — зевок. — И да, я… то есть он всё доел.Глаза Винса на мгновение расширились от такого поворота, но он быстро взял себя в руки. Не надо было Роди приглашать! Надо было самим еду раздавать, чтобы тот ничтожный соперник поел еду, напичканную снотворным, и вырубился в сон, после которого не проснётся!
— Идиот… — пробормотал он, и его голос утратил свою обычную резкость. — Почему «идиот»? — спросила Роди, соскальзывая по полу и теперь падая.Винсент успел её вовремя подхватить и помогать ещё стоять. Саму её нормально поднимать не сможет. Полусонная рыженькая впилась руками за талию мужчины, для объятий.
— Не злись, пожалуйста! — слабый от засыпания голос был таким мягким и нежным. Винсент, как обычно, решил сделать ей больно, а именно резко бросить на пол. Женщина, чуя неладное, додумала, как это предотвратить — поцелуем в щёку.Она сама поцеловала его? Шарбонно был ошеломлён интенсивностью и неожиданной горячностью момента, но по мере того, как поцелуй продолжался, он не мог не отдаться ему полностью. Руки, держащие сотрудницу за её спину, пожелали прикоснуться к ней, к её груди, поблуждать по другим частям тела. Винсент тут же встряхнул голову, отбросив горячие мысли.
Когда Ламори наконец разорвала свои губы от чужого лица, Винс на мгновение затаил дыхание и потерял дар речи.
Его сердце колотилось, но он старался сохранить свой грубый и раздражённый вид. В ответ на это не полностью осознававшая свои действия Роди хихикала. Боже, в еде точно было обычное снотворное? Видимо, по намёкам — нет.
— Ты на меня больше не злишься? — подобно милому щенку она с румянцами одарила высокого щенячьим взглядом, желая покорить его в данный момент, чтобы резко не выкинул как мешок с картошкой.Винсент закатил глаза, его попытка изобразить раздражение с треском провалилась. Выражение его лица слегка смягчилось, когда он посмотрел на неё со смесью раздражения и нежности.
— Я слишком привлекательная, чтобы злиться на меня, — засыпая, зевок у неё повторился, а веки ослабевали. Последние силы засыпающая потратила на то, чтобы убрать с глаз прядь, а потом она уснула, упав почти на пол, но из-за положения её голова случайно прижалась к шее чуть не раздавленного ею Винсента.Брюнет быстро, но осторожно уложил её на пол, чтобы начать нести по полу. Винсент аккуратно устроил спящую на диване и накрыл её серым покрывалом. Что ж, тот раздражающий человек с синими волосами не успеет далеко уйти. Одев свёрнутую серую куртку и спрятав под ней маленький нож, Винсент вышел на охоту.
***
Линг спокойно шёл под уличными фонарями, никуда он не торопился, понимая, что зря время потратил, присутствуя на «вечеринке». Которая, как по нему, больше шла на похороны чьи-то, где на самого покойного всем плевать. Но всё же одно, точнее одна особь не заставляла его жалеть о том, что он присутствовал там.
Фэнси было приятно от одной Роди — та милая женщина, раскрытая для него, как никудышная принцесса, не могла его не заставлять симпатизировать ей. Она даже за него съела то, что он не хотел, а должен был.
Вдруг стоит ему попробовать с ней как-то пообщаться ближе? Эта мысль создала в голове миллион милых картинок: романтический ужин, прогулка по парку, совместные вечеринки в честь какого-нибудь праздника. Самая любимая его фантазия была о том, как он дарит ей цветы, от которых лисичка без ума. Да, Линг осознаёт это — он влюбился.
Мечтательный зря отвлёкся от реальности, из-за чего не заметил постороннюю фигуру позади. Винсент шёл очень тихо, хотя даже если бы топал громко, его бы не услышали.
Кроме них двоих на улице никого не было, значит, мало кто увидит и станет свидетелем нападения.
***
Роди оглядывается по сторонам и спотыкается, приземляясь бедренной частью на что-то фарфоровое. Тьма утихает, но это ничуть не успокаивает её — она оказывается на огромной тарелке. Рыжей удаётся отскочить от гигантской вилки, которая могла вонзиться в неё, как в кусочек еды. Но со второго раза так не прокатило — лезвие вилки проткнули её насквозь, и из неё хлынула кровь.
Только она не умирала и даже смогла нормально шевелиться. Подняв взор наверх, она увидела того, кто в неё вилку и вонзил — это был сам Винсент огромных размеров. Шеф зловеще наслаждался скорой трапезой.
***
Ламори пробуждаясь от кошмара падает с дивана, оставляя покрывало свисать с дивана на пол.
— Так ладно, это уже слишком… Винсент? — позвала хозяина по имени женщина, но никто ей не отозвался. Его не было дома — должно быть, ушёл на проверку в больницу или просто за продуктами удалился. В любом случае она в полном порядке, когда его нет — дверь квартиры не была запертой. Она могла спокойно уйти домой, но, имея всё ещё в своих карманах ключ от морозильной комнаты, главная героиня признаёт, что её любопытство берёт верх.***
Линг с шокированными глазами уворачивается от атак ножом. Он и Винсент находились за переулком, брюнет всячески пытался хотя бы просто задеть его лезвием, но синеволосый, как назло, быстро реагировал на всё и успевал спастись.
Синеволосому это надоело, и он внезапно схватил руку, держащую нож, сильно сжав её, повернув слегка и дёрнув как следует, не сумев вызвать тихий крик боли из уст Винсента. Оружие обронили, Фэнси быстро ударил кулаком брюнета по лицу — Винсент упал на землю, пачкаясь и получая кровотечение из носа.
— Мистер Шарбонно, давайте договоримся, — предложил Линг, словно его вовсе не пытались порезать. — Я об этом забуду, как вы обо мне и неприязни ко мне. Не надо нам портить жизнь и себе, и друг другу.Темноглазый плюнул в землю и поднял взор на того, кто уходит спокойно своей дорогой. Синеволосый мужчина не посмеет пожаловаться полиции — Винсент об этом знает и ухмыляется безнаказанности. Кто Линг и кто Винсент? Первый — всего лишь простолюдин, который работает в маленькой закусочной и кормит гамбургерами. А второй — знаменитый шеф-повар, и больше поведутся на его слова и враньё. Винсент может выдать себя жертвой, а настоящую жертву выставить как злоумышленника — про это Линг знает, и вот почему он решил просто уйти.
— Пускай уходит, в следующий раз повезёт.***
Роди, пользуясь другими найденными ключами из квартиры босса, для начала попала в бистро, а потом в морозильник. Там пока ничего не было ужасного, как пугал её младший повар, уволенный на днях. Так казалось поверхностно, но чем дальше она шла по фарфоровому полу морозильника, тем сильнее ей становилось холоднее не по коже, а внутри.
В мясорубке ей виделся странный кусок мяса, а возле неё что-то блестело. Любопытная взяла с пола маленький светящийся, перепачканный сухой кровью предмет в руки, и лицо её покрылось ужасом, узнав в этом блеске свой подарок для Манон. Это точно был тот же кулон в рамках фотографии. Свою она быстро узнала, а изображение подруги было покрыто кровью, но с пятном Роди узнала, что на другой стороне фотография Манон. Как такое возможно? Роди же сегодня вечером разговаривала с Вашер по телефону, а вдруг Манон и вовсе не отвечала, вдруг это галлюцинации от тоски по ней? В любом случае сейчас Манон представлена ей как страшная находка, а сыщице хотелось плакать.
— Что ты тут забыла?!Официантка быстро оборачивается на источник мужского удивлённого голоса. Винсент стоял у входа в морозильник, он явно не был доволен тем, что сейчас происходит, не счастлив от того, что Роди всё испортила, сунув нос не в свои дела! Затем шок сменился на холодный гнев.
— Ч-что это всё значит?! — резко начала плакать бывшая Манон. — Зачем… зачем ты с ней так?!Винсент тихо стоял, не беря во внимание слёзы как должное.
— Помнишь, ты говорила мне о сильной любви к ней, как хотела, чтобы она была с тобой рядом постоянно, — брюнет аккуратно начал приближаться, Роди сама собралась подойти, чтобы вмазать ему, пока блеск лезвия в руке Винсента не заставил её с ужасом передумать. — Ты меня сильно вдохновила для приготовления с «любовью». Так что ты должна сказать «спасибо», ведь я тот, кто исполнил твою мечту, объединил тебя с твоей любимой. Помнишь тот стейк и котлету, предназначенные для того червя?Роди ужаснулась от понимания того, что ей доносили, она ещё сильнее отходила назад при приближении Винсента к ней, глаза расширились от ужаса и страха от такого поведения, губы дрожали сильнее. Ей ничего не оставалось делать, кроме как отступать.
— Теперь благодаря мне, вы являетесь одним целым, — словами своими Винсент довёл Роди до сильного потока слёз от больных фактов. — Всё как ты и хотела, теперь ничто вас не разлучит! Я своей готовкой исполнил твою мечту, — ярко выражал своё больное восхищение брюнет, получая от проделанной работы лишь наслаждение. — Я сумел наконец-то приготовить по любви, ты та счастливица, что после трапезы моих блюд, улыбаясь, могла растопить моё холодное сердце, — счастливый безумный повар всё ближе и ближе к несчастной девушке.Роди посмотрела на Винсента страшным шоком. Она могла поклясться, что внутри неё всё похолодело от его слов, всё, что выходило из его уст, было для неё не хуже острых лезвий кухонных ножей.
— Ты… ты убил человека ради своих эгоистических целей. Разве это можно назвать любовью?.. Это не любовь, безумец! Я не таким способом хотела, чтобы Манон была рядом! Я совсем не то хотела! — глаза блестели от слёз. Они блестели как яркие камни, которыми восхищался Винс. Его официант прекрасен и в радостях, и в слезах. — Зачем ты убил этого чудесного человека, что она сделала тебе?! — Всё потому что я люблю тебя! — крикнул сумасшедший в ответ, затем с спокойной улыбкой добавил. — И для тебя я сделал всё, ты интересовалась мной. Как и я тобой, а это значит, что и я тебе не безразличен.Брюнета толкают, и он падает на пол.
— Как у тебя вообще могут быть такие безумные и жестокие мысли?! — Роди понимает, что её испуг всё ещё очевиден, сердце стучит всё сильнее, взгляд бежит кругом, и она прикрывает глаза. — Ты понимаешь, что заставил меня есть любимого человека?! Ты понимаешь, что я пережила?!Винсент поднимается как ни в чем не бывало.
— Роди, я не могу позволить теперь тебе уйти. А убить тоже не посмею, — взгляд Винсента устремился на льющую слезами Роди. — Мне же надо избавляться от тела Вашер полностью.Роди понимает о чем он, что за планы вспыхнули в этой темной голове. С ужасом она срывается с места и начинает бежать к выходу. Винсент не отстает от нее, догнав, крепко хватает за волосы и тянет со всей силой, чтобы остановить её побег, и резко ударить по голове рукояткой ножа.
Тело рыжей безвольно падает на плитку пола, её зрение становится мутным. «Нет!» — кричит её внутренний голос. «Спать нельзя!» В этот момент она должна сдержаться и не терять сознание, она не должна оказаться во власти сумасшедшего.
Винсент, нависая над ней, снова наносит ей удар по сонной артерии, заставивший дёрганое тело прекратить сопротивление.
— Поспи, — произносит он.
