Зато ты нравишься мальчикам.

Мужчины сцепились в драку. Линг вонзил острый нож в руку Винсента, что брюнет закричал от боли, но это не заставило его сдаться. Брюнет ногой пинает синеволосого в живот. С грохотом Фрэнси ударяется спиной об стол с такой силой, что бутылка вина разбивается, упав резко.

— Ах! — даже с раненой рукой Винсент схватил противника за шею, зажав её в изгибе руки и крепко прижав к себе, начал наносить удары штопором ему по всему телу. — Аааа!

Роди становилась свидетелем страшного события: на её глазах совершали убийство.

— Хватить! Прекратите! — но её крики даже не услышали. Затем она сглотнула, почувствовав выступающий пот.

Винсент прищурился, когда уже достаточно ранил человека, чтобы тот ослаб из-за кровотечения. Ламори просто так не стояла, она подбежала к осколкам и схватила горлышко бутылки, сжав "розочку" в руке. Винс отвлеченный на своего противника этого не заметил, зловеще ухмыляясь предвкушающей победе.

— Ты так прекрасна, когда уязвима, Роди. — Мужчина, несмотря на стекающую из его руки кровь, стряхнул со штопора алую жидкость из Линга. — Те, кто смеют лезть не в свои дела, спасая тебя, совершают своего рода суицид. — Ты прав, меня никто не спасет от тебя, — сказала рыжая сквозь приступы гнева, сжимая в руке разбитую бутылку. — Я сама спасу себя!

Шеф-повар только обернулся, как его резко толкнули на пол, взяли крепко за волосы и нанесли сначала один удар лезвием стекла в шею. Серые глаза расширились от болевого шока, сама официантка заплакала от своих действий. Она никогда не хотела делать кому-то больно, особенно убивать. Но никак представить себе этого не могла, что будет жаждет чей-то смерти вот так.

— Это из-за тебя, Винс, это ты сделал меня такой! — последовал ещё удар, а за ним ещё один.

Шарбонно кричал, пока голосовые связки были ещё в силах работать. Его тело парализовало, из-за чего он не смог дать отпор разъярённой женщине. Это продолжалось до тех пор, пока всё, включая внутреннюю бурю Ламори, не стихло. Рыжая, с кривым каре, успокоилась постепенно, слыша лишь своё дыхание. Всё кончено? Пока нет, ей этого для мести за Манон мало, она лишить этого гуся всего, всей работы, которой он добивался всю свою жизнь. Поджечь, может, его бистро? Вариант, однако взгляд равнодушных, после содеянного, глаз устремился на тело другого мужчины, дыхание было едва заметно.

— Отца Марлина я вряд ли сейчас вынести отсюда смогу… — Пришлось изменить планы.

Рыжая нашла телефон и набрала нужный номер, через пару гудков ей ответили.

— Алло? — Здравствуйте, — Роди по голосу поняла, что дозвонилась до действительно нужного ей сейчас человека. — Мистер Салим, у меня из-за вашего кузена возникла проблема. Но вы поможете мне с этим разобраться, и получите этот злосчастный ресторан себе.

***

Полиция обыскала бистро и обнаружила разделенные куски пропавшей Вашер. Родители Манон начали требовать сурового наказания для её убийцы и для той, кого они тоже считали виновной — Роди Ламори. По их словам, если бы не её одержимость их дочерью, то Манон могла бы быть сейчас живой.

Но Салим Шарбонно заступился за неудачницу по жизни, объяснив, что именно его кузен убил человека, а саму Роди подверг насилию. Он смог доказать невиновность «своей золотой монеты», благодаря которой достиг успеха — получив ресторан двоюродного брата.

Что касается Винсента, общественность не знает, выжил ли он в конце концов или нет. Ходят слухи, что он все же умер, либо сейчас находится на больничном, а после его отправят в тюрьму. Салим предложил Ламори в качестве благодарности работу в том же ресторане, но с большой зарплатой.

— Вы так ведете себя, будто вам не все равно на меня, — отказала Роди, сама не понимая, каким тоном она это говорила: грубым или нет?

Женщину после пережитого пока что волновала собственная безопасность и Линг, которого она часто навещала в больнице, держась с ним рядом как поддержка. Отец Марлина выжил, но после случившегося его ноги отказывались нормально ходить, и теперь он был вынужден передвигаться на инвалидном кресле после выписки из больницы.

***

— Зачем тебе этот ободок? — косо посмотрел отец-инвалид на головной аксессуар сына. — Пап, он мне нравится. Да её бывший владелец Манон не против, чтобы я носил его, — блондин, похлопав отца по плечу, дальше передвигал кресло на колёсах. — Марлин, но ты реально сам кажешься девушкой из-за этой детали, — подметил Уильям.

Фэнси и Десерт гуляли по парку. Линга надо выгуливать часто, потому что сам, ясное дело, он не может выйти на свежий воздух без посторонней помощи. Уильям был тем, кому можно доверять, и Марлин ему обо всём поведал, включая о призраке Манон. И шатен не верит? Ну, это не особо нужно, если честно, даже хорошо.

— В любом случае всё равно так и было. Я реально маскировался под милую девушку с именем «Адела», которой пришлось попроситься на ночлег, — драматично заигрывал «братишка» Вашер, подставляя кулак в обратной стороне над своей головой. — Затем ушла ранним утром. — И теперь из-за вас Роди считает себя сумасшедшей, — «упс», от слов родителя блондину стало стыдно.

Уильям лишь закатил глаза, до сих пор не веря.

— Ну и где сейчас Манон-призрак? — Дома, отдыхает. Обычно она помогает мне на парах, подсказывая мне ответы, — ответил Марлин, чуть слегка тряся кресло с отцом. — Ты что, наконец-то решился поучиться в университете? — удивился Десерт. — Да, так оно и есть, — за сына ответил бедный, но главное — живой мужчина. — Уговорил его взяться за большое образование, чтобы потом не устраивался работать у психов. — Хм, — Уильям вспомнил про свою новую работу, которая утомляет, пускай ему нравится быть в кондитерской. — И на кого ты учишься, Марлин? — На врача, хотя я хотел мясником стать. — "Мясником"? Ты серьёзно?! — одновременно взбунтовали мужчина и молодой человек. — После всего, что случилось, ты всё так же хочешь иметь дело с мясом?! — Ну да, — пожал плечами светловолосый, стряхнув пыль с серой куртки. — Для того чтобы разбираться в мясе, баранина или нет. — Ну всё, Марлин! — терпение Линга было на исходе. — Я слишком долго закрывал глаза на твоё безразличие…

Двое парней перевели взгляд от старшего куда-то вдаль и затихли. Линг, без понятия в чём дело, решил медленно тоже взглянуть туда, куда и они. Бирюзовые глаза расширились, увидев гуляющую с ротвейлером на поводке Ламори. Её каре стало симпатичнее, видно, что она посетила парикмахерскую. На ней были синие штаны и длинная спортивная ярко-бежевая рубашка.

— Здравствуйте! — Рыжая обрадовалась, заметив старых знакомых, она весело помахала им. Парни радовались за неё тем, что ей после пережитого получилось встать на ноги. А щёки Линга покрылись румянцем. — О, Роди, какой сюрприз, — пожал ей руку шатен. — Это твой пёс? — Нет, я просто его выгуливаю, и хозяин за это мне платит, — усмехнулась рыжая, почёсывая веселому пёсику за ухо.

Друзья увидели её очень жизнерадостной, как будто она и не ломалась. Синеволосый ткнул сына своего локтем, затем кивнул взглядом на Ламори. Марлин, поняв, о чём его просят, заговорил с Роди тоже.

— Роди, а тебе не встречалась моя подруга Адела?

Женщина с короткими волосами открыла глаза в форме шаров — то есть, кроме неё, девочку тоже кто-то видел. Далее бывшая официантка медленно кивнула.

— Круто, — начал объяснять удивленной им подруге. — Адела и я очень похожи, из-за чего мы любим принимать друг друга за родственников. И поэтому она зовёт меня кузеном. — Постой, — попросил женский голос хилого. — А это у тебя от кузины? — Роди потыкала пальцем в чёрный ободок на голове Марлина.

Уильям в недоумении помолчал, а Линг заранее был готов к неприятным ощущениям в моменте. Марлин сначала не решался отвечать, но успокоился, зная, что подобный ободок мог быть у каждого.

— Да, хоть мы с Аделой реже видимся, она умудряется дать мне поносить её аксессуары для головы, — и в то же время врал блондин, и в то же время нет. — Ура! Значит, я не сошла тогда с ума! — рывком старшая обняла младшего, потом, поняв, что почти задушила, отпустила. — Извини меня, я просто… — внимательно взглянув на сына Линга, Роди замечает одну деталь на его голове. — Он как у Манон… — грустно отошла Роди.

Слабый ветер дунул в уши, воспоминания о бывшей тронули едва собранное сердце. Пёс потёрся головой об синие штаны понравившегося ему человека, пытаясь подбодрить.

— Роди, надеюсь, тебе поднимет настроение одна правда, — предположил кондитер. — Хм? — рыжей стало интересно, какой именно способ. — Манон упомянула тебя в одном из писем для бывшего шефа. Она тебя описала как весёлую, поддерживающую всех личность. Уверен, что ей ты оставалась очень дорога.

Правда? Внезапно внутри опять стало всё тепло.

— Ох… — кудрявая подняла концы губ в яркую улыбку. — Как же приятно… — А тебе будет приятно от одного свидания, за которое платишь не ты? — намёком подмигнул давно влюблённый дурак.

Марлин со своим лучшим другом оглядели Линга с ног до головы, задумываясь, как ему будет трудно на вечере. Роди потянула поводок, продолжая выгул собаки.

— Спасибо тебе, конечно, за всё, Линг, но вынуждена отказать. В последнее время меня от всей еды тошнит, даже от любимой. И я поняла, что мне стоит уделять время и заботу самой себе, — на прощание она даже помахала друзьям, а молодые товарищи ей в ответ. — А так желаю тебе, Линг, быстрее встать на ноги, удачи, друг, — и она ушла. — Ты во френдзоне, пап! — посмеялся Марлин, за что получил осуждающий взгляд от Уильяма, а Линг грустным лицом опустил голову…