Район обетованный

      — Ну, и зачем нас здесь собрали? — спрашивает Му Цин, как обычно закатывая глаза.       Он еще помнит, что сделал с его подругой и его же печенью сидящий на диване Хэ Сюань и потому специально делает вид, что находиться здесь ему всячески неприятно.       Конечно, все уже знали, что Ши Цинсюань и Хэ Сюань сошлись. Му Цин с Фен Синем и Се Лянем даже были наслышаны о первом свидании, но сегодня первый «официальный выход пары в свет».       Фен Синь щипает его за бок, на что Му Цин резко вскидывает на него голову, но дальше препирательства не заходят.       Ши Цинсюань собрала их всех у нее и теперь все рассаживались на привычные места в ожидании упорхнувшей куда-то хозяйки. Все знали, что сегодня два Сюаня объявят им о своей паре, поэтому собрали всех друзей вместе. Да и не виделись уже целую неделю! Надо исправлять.       Сама же хозяйка дома влетает в гостиную минуя вытянутые ноги Фен Синя и прячется за диван. Ее сопровождают гневные мальчишеские крики.       — Не смей! Отдай живо! Ши Цинсюань! — влетает вслед за ней расскрасневшийся а-Чен, мотая головой в попытке выследить беглянку.       — Цзюцзю, скажи ей!       Цзян Чен едва не топает ногой и обиженно дует губы, обращаясь взглядом к своим сидящим в комнате взрослым.       — А вот и не поймаешь! — выскакивает из-за дивана в другом углу Ши и выскальзывает из открытой двери на задний двор. Цзян Чен с криками пускается следом.       Му Цин с Фен Синем переглядываются, пытаясь хоть что-нибудь понять, пока на заднем дворе раздаются крики а-Чена и смех Ши Цинсюань.       — Добрый день. — входит в гостиную Лань Сичень, а Ши Цинсюань вновь вбегает в комнату, перепрыгивая теперь уже Хэ Сюаня.       — Привет. — здороваются все, а Фен Синь по-привычке протягивает Сиченю руку.       — Зашел? Молодец! — Цинсюань без стеснения прячется за спиной вошедшего парня, хватаясь за его предплечья, а ввалившийся обратно с шипением Цзян Чен гневно сверлит взглядом их обоих.       — Шицзэ, верни ключи Сиченю, пожалуйста. Ему пора. — сквозь зубы цедит Цзян Чен, крепко сжимая руки в кулаки. Он же сказал ему не заходить, ждать в машине. Цзян Чен его не приглашал.       — Оставайся. — чуть толкает Сиченя локтем в бок Цинсюань и с улыбкой кидает ключи от машины застывшему парню: — Чен-эр, лови!       Цзян Чен легко ловит брелок, а складка между его нахмуренных бровей залегает еще глубже. Теперь ему необходимо подойти к Сиченю, чтобы отдать эти проклятые ключи. Цинсюань вытащила их прямо из машины, когда подошла поздороваться и позвать обоих в дом. Лань Сичень привез его после прогулки, а Цзян Чен был против, чтобы Хуань тоже пошел к ним. А вот Сичень подвергнувшейся возможности был только рад.       — Забирай. — бурчит Цзян Чен, подходя к своему парню и с ударом вжимает ключи прямо тому в грудь.       Му Цин уже открывает рот, чтобы отругать бестолкового ребенка, но вовремя опоминается.       Лань Сичень, не обращая внимания на данную выходку и пунцовые щеки а-Чена, кладет ладонь ему на талию, а другой мягко забирает впившиеся в кожу ключи, переплетая их пальцы. Отошедшая на пару шагов Цинсюань любуется мальчишками наравне со всеми.       — Мне уехать? — тихим, мягким голосом спрашивает Лань Сичень под взглядами всех присутствующих.       Взрослые замерли и затаили дыхание разглядывая их. Цзян Чен борется с собой и собственным смущением, уже открывает рот, хотя все еще не знает что сказать.       — О, Лань Сичень! — удивленно восклицает припозднившийся Вей Ин, входя в гостиную в сопровождении Лань Ванцзы.       Цзян Чен тут же дергается, пытаясь вырваться, но крепкая ладонь Сиченя на талии ему этого не позволяет. Лишь дает слегка отстраниться, чтобы встать более прилично.       — Здравствуй, Вей Ин. — улыбается Сичень мальчишке. Братья Лань кивают друг другу.       — Видимо, уже не надо. — бурчит Цзян Чен, краснея до ушей. Худший кошмар уже сбылся. Осталось только войти матушке.       — А что это вы тут делаете? — щурясь одним глазом, чуть наклоняется к ним Вей Ин, разглядывая. Но похоже настоящего значения их позе не придает.       — Свадьбу репетируем, не видишь что ли? — огрызается Цзян Чен, сам слишком поздно понимая что сказал.       — Что?! — Вей Ин.       — Так ты принял мое предложение? — чуть улыбается Сичень.       — Что?! Нет! — отшатывается от него Цзян Чен, уже сжимая кулак в желании ударить.       — Да! — хлопает в ладоши Ши Цинсюань.       — Какого?! А-Чен! — продолжает голосить Усянь, оценивая позу в которой стоят его брат и брат его друга, замечает взгляды старших, направленные на них, и кажется в его голове наконец все складывается. — Охренеть! А-Чен! Ты и есть та девушка Лань Сиченя!!!       Все вместе создает жуткую какофонию. Цзян Чен пытается вырваться из рук Сиченя, все переглядываются, Усянь в шоке, а Цинсюань чуть подпрыгивает на месте, едва слышно хлопая.       — Сичень. Пусти. — спокойно говорит Фен Синь, и в этом спокойствии столько угрозы, сколько не бывает от его матерных криков.       Лань Сичень тут же отпускает Цзян Чена, а тот мгновенно оказывается рядом с дядями, усаживаясь между ними. Мальчишка, надувшись, вжимается в диван, скрещивает на груди руки и смотрит в пол, переполненный злостью и негодованием. Он больше всего в жизни ненавидит так позориться. Для клоунов есть цирк!       Му Цин кладет руку на плечо племянника и строго смотрит на так и оставшегося стоять Лань Сиченя. Они все понимают, что это шутка, но сейчас не та ситуация.       Цзян Чен с Вей Ином так и не помирились. Болезненные отношения парней были достоянием всей компании решившей теперь помирить и их. Старшие вливали младшим в уши тонну нравоучений, что глупые обиды ничего не дадут и, вообще, они названные братья, они выросли вместе и должны как никто понимать и защищать друг друга.       Обида Вей Ина была понятна. Он так сильно хотел иметь мать, что вовсе не думал о чувствах других людей. Его счастье, что все в итоге закончилось хорошо. Хэ Сюань и Ши Цинсюань уже с ним говорили.       Два Сюаня обсудили все еще раз, и Цинсюань уже знала какие фразы подобрать, чтобы обойти болезненную тему максимально осторожно, но и выяснить для них все без обидняков. Вей Ин мальчишка максимально понятливый и сообразительный, поэтому все принял легко и только порадовался, что у него теперь все-таки есть своя цзэ.       — Я буду сегодня спать с вами! — заявил тогда он, кидаясь на них с объятиями.       У Хэ Сюаня дернулся глаз, а Цинсюань только смеялась. В итоге сошлись на общем просмотре фильма в комнате Хэ Сюаня, но спит Усянь у себя. Вей Ин выбрал ни много, ни мало «Лило и Стича», а Хэ Сюань никогда не признается, что тоже едва не плакал. А еще, что заснул первым в объятиях этих двоих. И что Вей Ин все-таки остался, так же пригревшись в объятиях у Ши. Та только улыбалась, поглаживая растрепавшуюся мальчишескую макушку, и наконец-то не чувствовала себя одиноко.       Теперь оставалось помирить Вей Ина с Цзян Ченом и во всем мире наступит мир.       — И когда ты собирался мне рассказать?! — упирая руки в бока, обращается к шиди Вей Ин.       — Вообще-то, я с тобой не разговариваю. — задирает нос Цзян Чен, не глядя ни на кого. Лучшая защита — это нападение. А сучести ему от семьи перепало в достатке.       — Мы позвали вас сюда как раз за этим. Вы должны помириться! — хватает за руку Вей Ина Цинсюань и тащит к тому же дивану.       Му Цин понимает ее взгляд, расценивает шаг напролом правильно и встает. Ши Цинсюань с завидной силой усаживает рядом с Цзян Ченом особо не сопротивляющегося Усяня. Мальчишки тут же отворачиваются друг от друга и идентично вздергивают носы. Старшие усмехаются.       — Вот еще!       — И не подумаем!       Они словно первоклашки упрямятся, хотя оба понимают, что даже обиды уже нет.       — Давайте! Вперед! — нависает над ними Цинсюань, совсем не желающая, чтобы ее малыши ссорились. Теперь она шицзэ им обоим и пусть только попробуют не слушаться!       — На мизинчиках. — напоминает Му Цин, стоя так же над парнями. Ему тоже эта драма порядком надоела. Они все слишком хорошо знают как мальчишкам друг без друга плохо. Все эти показательные драки и истерики не больше, чем способ выпустить пар. На самом деле, они долго друг без друга не смогут. По крайней мере, не сейчас.       — Мне повторить? — с нажимом спрашивает Му Цин, вспоминая, как мирил их в детстве. Мальчишки дрались постоянно, их нельзя было надолго оставить, но хватало лишь пары минут слезных жалоб, чтобы они снова отправились играть друг с другом. Да, машинки и солдатики, однако, за это время чуть изменились.       Вей Усянь и Цзян Чен почти одновременно поднимаю руки, соприкасаясь мизинцами, по-прежнему друг на друга не смотря. Они делают вид, что им это совершенно не важно, что их заставили, но пальцы переплелись так крепко, что еще попробуй разорвать.       — Кого-то мне это напоминает. — улыбается Се Лянь, глядя на Фен Синя и Му Цина. Правда, тех приходилось заставлять играть в слова.       А вот Хуа Чен внимательно разглядывает братьев Лань. Он очень рад наконец-то увидеть Лань Сиченя. Возможно, старший сын захочет продолжить дело отца? Лань Цижень настолько сильно желал вернуть брата «на светлый путь», что успел забрать под свое крыло мальчишек, хотя кое-кто в мире Хуа Чена еще до сих пор готов идти за фамилией Лань.       Хуа Чен разглядывает и Лань Ванцзы. Нет особого смысла в старшинстве в их деле, младший кажется даже более подходящей кандидатурой, но похоже и заинтересовать его так легко не получится. Без Белого, их и без того куцая четверка князей демонов, стала совсем дисбалансной. Хуа Чену скучно без достойных противников и умных союзников.       — Лань Чжань, может, нам, это, тоже начать встречаться что ли? — с усмешкой говорит Вей Усянь, все же поворачиваясь ближе к шиди и остальным. Он пока еще обрабатывает информацию о том, что еще один его брат встречается с парнем, но разве ему привыкать?       Лань Ванцзы даже в лице не меняется и только Лань Сичень знает, что в своей черепной коробке тот в шоке. Цзян Чен и Хэ Сюань со стыдом закрывают лица ладонями, Му Цин закатывает глаза, а остальные лишь поджимают губы, тоже не зная, как на эту шутку реагировать. Цзян Чен рассказал Му Цину, а тот рассказал Се Ляню и тот, конечно же, рассказал Ши Цинсюань, что все они думают, что Лань Чжань в Вей Ина влюбился.       — О, доставка! — прерывает воцарившуюся тишину сначала дверной звонок, а потом и восклицание Ши.       — Мы поможем. — тут же отзывается Лань Сичень, спеша за ней вместе с братом, чтобы скрыться от этих странных взглядов. Немного не так он представлял знакомство с еще одной частью семьи своего парня, но тоже сойдет. В любом случае, это и не могло быть менее странно. Цзян Чен ему это стопроцентно подтвердит.       Ши Цинсюань с улыбкой благодарит доставщика и расплачивается, пока парни помогают ей забрать заказ. Несколько больших коробок и три пакета едва умещаются в руках, и Ши, позади братьев Лань, командует куда это все добро нести. Парни приносят всю эту гору еды на кухню, и туда сразу приходит Му Цин. Цинсюань уже порхает у шкафчиков с посудой и вслух дает сама себе указания.       — Нужна еще помощь? — переглянувшись с братом, спрашивает Лань Сичень. Обо всем произошедшем братья позже поговорят. Сейчас главное влиться в семейный обед.       — Идите, посмотрите, чтобы Чен-эр и Сянь-эр не подрались. — отсылает их Му Цин, чтобы не мешались.       Он сам сбежал с того пристрастнейшего балагана в который все это вылилось.       Вей Ин расспрашивал пунцового, как помидор, Цзян Чена когда это все случилось, а тот лишь твердил ему «отвали», всеми силами затыкая рот шисюна, порой и в прямом смысле. Но главное мальчики действительно помирились. Фен Синь с Се Лянем принялись накрывать стол на заднем дворе, чтобы посидеть на воздухе, а Хуа Чен с Хэ Сюанем тихо переговаривались о чем-то своем. Каждый занялся делом и обстановка потихоньку нормализовалась.       В итоге Му Цин и Цинсюань все-таки приставили мальчишек помогать им — выдавали уже сервированные блюда носить на стол, пока Фен Синь с громким хлопком открывал шампанское. Отказались от алкоголя только братья Лань.       Пришлось тащить стулья с кухни, чтобы все смогли рассесться за большим столом. Хуа Чен с Се Лянем, хоть и не на правах хозяев, но сидели во главе. По обе стороны от них Фенцины и два Сюаня, соответсвенно с ними Цзян Чен и Лань Сичень, а с другой стороны Вей Ин и Лань Чжань. Все переговаривались друг с другом и создавали невероятный гул, смеялись, шутили, подкалывали, но в конечно итоге обретали друг друга. Их команда была наконец полноценно вместе и не было ничего, что могло бы омрачить их сегодняшние посиделки.       Хуа Чен с Вей Ином заставили двух Сюаней при всех открыто поцеловаться и это был долгий, красивый, глубокий поцелуй. Впечатлилась все, даже Лань Ванцзы.       Сичень изредка касался ладонью бедра Цзян Чена, а Вей Усянь пинал того под столом, привлекая внимание шиди. Было бы глупо по-настоящему долго обижаться и Вей Ин прекрасно это понимал. У него появилась возможность обрести семью которую он так давно хотел, о которой мечталось. А за шиди он очень рад, если Лань Сичень сделает его счастливым.       Лань Ванцзы сидел как всегда молча и изредка кидал на улыбающегося во всю ширь Вей Усяня робкие взгляды. После одного такого он поднимает глаза вверх и натыкается на два хитрых, заговорщических взгляда старшего брата и а-Чена. Те переглядываются друг с другом и загадочно улыбаются. Лань Ванцзы даже напрягается.       — Хочу тост! — кричит Ши Цинсюань поднимая вверх свой бокал.       Сегодня она как всегда великолепна: длинное, летящее платье в лимонах делает ее образ как никогда летним, бретельки открывают блестящие золотым хайлайтером плечи, волны шелковых волос перехвачены широкой лентой, а в ушах блестят капельками оранжевые турмалины. Вся она словно воплощение этого летнего дня, и искрящийся пузырьками бокал шампанского как идеальное дополнение к этому.       — За семью! — восклицает она, когда все взгляды к ней обратились.       — За семью! — повторяет за ней каждый. Друзья поднимают свои бокалы и тянутся к ней, со звоном соединяя искрящееся напитками стекло.