На пути мести любви нет места

Рафаэль — не найдется, пожалуй, ни одного высокопоставленного человека в столице и ближайших городах, который не знал бы это имя. Его руками был улажен не один десяток чиновничьих разногласий, семейных конфликтов и просто повседневных стычек. За приемлемую плату его кулаки, саи и крепкое словцо становятся чьей-то собственностью, ненадолго. С гарантированной анонимностью и оптимальной скоростью исполнения. Когда-то это имя было тесно связано с отрядом Лиловых Драконов, так же известных своими неординарными услугами, но те «встали задницами кверху» перед кланом Фут, и Раф покинул банду. Все равно он предпочитал действовать в одиночку, и прежние братья по оружию начинали знатно действовать на нервы. Он зубами выгрызал себе эту репутацию, а тут оказался играючи уложенным на лопатки каким-то смазливым недосамураем. Длинные изящные пальцы поудобнее обхватили рукоять танто, Раф не спускал глаз с лезвия, хотя очень сильно хотелось зажмуриться. Но противник, почему-то, медлил. Ниндзя уже хотел было опустить очередную колкость, чтобы его последняя фраза была такой же крутой, как и он сам при жизни, но Хамато, сволочь, его опередил. Нож свистнул в воздухе, в нескольких жалких миллиметрах от лица парня, и скрылся в рукаве синего кимоно. Самурай уже поднялся на ноги и протягивал сопернику руку. — Сколько стоят твои услуги? Раф глупо моргал широко раскрытыми глазами, потирая все еще, на удивление, целую шею. — Я тебе что, юдзё какая-то?! — мгновенно вспылил Рафаэль, как только его заторможенный разум переварил смысл вопроса, — думаешь, пощадил, и я теперь, как миленький, на твою сторону переметнусь? — оскалился ниндзя, шаря в мокрой траве в поисках своего оружия. Ни милосердный жест, ни деньги теперь не залатают втоптанную в лесную грязь гордость. Гнев снова вспыхнул в прищуренных янтарных глазах, и Раф одним резким движением подскочил к оппоненту и полоснул саем снизу вверх, намереваясь вспороть слишком самонадеянному самураю брюхо. Сквозь шум ливня раздался треск ткани. И на сырую холодную землю водопадом посыпались золотые монеты, приглушенно позвякивая. Наемник в замешательстве смотрел на то, как целое состояние вываливается из непримечательного льняного кинтяку. Этот изворотливый червяк Хамато стоял буквально в двух шагах, с каменным лицом демонстрируя свое богатство в протянутой руке. — Что там у тебя за дело? — исподлобья глядя на Леонардо процедил ниндзя, неохотно принимая правила игры.

***

Оказалось, что почившие Хамато попрятали немаленькие сбережения по всему Киото, и все тайники, что не были разграблены, смиренно ждали единственного человека, который знал об их местонахождении. Эта информация прямо-таки вдохнула в Рафаэля жизнь и мрачный настрой мгновенно сдуло желанием красивой жизни. Его же новоиспеченный работодатель не питал той же страсти к деньгам, но то, наверное, просто избалованность. У Рафа все еще чесались кулаки врезать по этой смазливой, ухоженной морде, но он держался. Пока что. Словно две промокшие, голодные псины они ввалились на ближайший постоялый двор и тут же заняли место в общем зале возле ирори. Это был скромный двухэтажный хатаго с дешевой выпивкой и довольно скудным выбором пищи, но хозяин не скупился на лесть и гостеприимство, видимо, разглядев в их облике воинов и надеясь на щедрость. Лео наотрез отказывался снимать свои промокшие тряпки, а вот Рафаэль чуть ли не с оргазмическим удовольствием переоделся в предложенное чистое кимоно, обнажившись прямо перед взвизгнувшей от неожиданности и стыда работницей заведения. Когда парень вернулся к их месту, на столе его уже ждал поднос с целым кувшином саке, разлитым по глиняным пиалам, жареная рыба и несколько мисок риса. — За сотрудничество! — гаркнул Раф, поднимая напиток в воздух, и, не дожидаясь ответа, проглотил горьковатую жидкость, зажмурившись и шумно выдыхая себе в плечо от удовольствия. Редкие постояльцы на мгновение обернулись, недовольно цыкая, но быстро вернулись к своим делам и разговорам, не желая связываться со странной компанией. — Если не прекратишь привлекать к себе внимание, я могу и передумать, — строго, по-учительски отчеканил Леонардо, скрестив руки на груди. К алкоголю он не прикасался, предпочитая сохранять бдительность и здравый ум на случай опасности. — Ладно, не кипятись, босс, — выдавил из себя улыбку Рафаэль, со всей ненавистью вонзая палочки в порцию риса, видимо, представляя на месте пищи шею своего собеседника, — так что конкретно от меня требуется? — перевел тему разговора наемник, жадно набивая рот всем подряд. — Сопровождение, — лаконично ответил Хамато. Сохраняя идеальную осанку и спокойствие, он, аккуратно придерживая рукав кимоно, набирал небольшие порции в отдельную тарелку и, кажется, бормотал себе под нос что-то вроде молитвы. Точно сраный аристократ, чтоб его собаки драли… — Не похоже, что тебе нужен телохранитель, — пробубнил Раф, поморщившись воспоминаниям о своем недавнем позоре, и залил очередной всплеск ярости мутной жидкостью. — Два меча все же лучше, чем один. Пусть один из них и тупой… Тяжелый кулак опустился на лакированное дерево стола, отчего все блюда дружно подпрыгнули с характерным дзынькающим звуком. — Это я тупой?! — приподнявшись прорычал Рафаэль, впиваясь колючим взглядом в собеседника. — Твой меч тупой, — невозмутимо парировал Хамато, поднеся к лицу пиалу и вдохнув в легкие идеальную гармонию трав, — однако я признаю твое мастерство владения саями. Кто тебя научил? С ощущением, будто его все еще где-то наеб- обманывают, наемник вновь опустился на пятую точку, не сводя подозрительного прищура с Леонардо. — Не боишься, что я ночью тебе глотку перережу, заберу деньги и свалю? — проигнорировав вопрос, прошипел Рафаэль, указывая палочками собеседнику на грудь, затем отправил себе в рот горстку риса и принялся злобно пережёвывать. — У меня довольно чуткий сон, — заверил его мечник, — к тому же, таким поступком ты только подтвердишь, что не можешь одолеть меня в честном бою. Это хуже, чем смерть, — скрыв хитрую ухмылку за глотком чая добавил Хамато. Он прекрасно видел своего оппонента насквозь и наносил один удар за другим по хрупкому эго. И это прекрасно работало. Лицо наемника налилось кровью от опьянения и злости, на висках пульсировали вены. Лео не планировал долго сотрудничать и уж тем более не планировал водить дружбы с этим человеком. Все, что требовалось мечнику — выяснить, кто именно узнал о его возвращении в столицу и заказал его голову. Дружеская беседа, подкуп или запугивание — способ уже не так важен. Важно, что слухи могут лишить его чуть ли не единственного преимущества — эффекта неожиданности. — Ну, еще посмотрим, кто кого, — с набитым ртом злобно пробухтел наемник, все еще продолжая эти игры в гляделки. За фарфоровой кожей и невозмутимым выражением лица он пытался разглядеть…хоть что-нибудь. Страх? Ненависть? Человечность? — Посмотрим, — спокойно повторил Леонардо, и грохочущий раскат грома сотряс стены заведения, будто сама природа предупреждала о настоящей силе и опасности последнего воина из клана Хамато. Поднос опустел за считанные минуты в основном усилиями одного Рафаэля, который уже норовил заснуть, пуская слюни в пустую тарелку. Мечник тяжело вздохнул. Кажется, от плотного запаха алкоголя и тепла печи под боком повело даже его. Двумя пальцами он требовательно ткнул своего распластавшегося по столу спутника в макушку. В ответ прозвучало недовольное мычание. Лео огляделся — было поздно, и в общем зале остались лишь они вдвоем, даже работники постоялого двора скрылись в своих комнатах. Парень поднялся на ноги, обошел столик и, не желая более церемониться, рывком поднял ошалевшего Рафаэля за плечи. Тот попытался дать сдачи, бездумно размахивая кулаками в воздухе, но его запястья быстро оказались в крепком захвате, а сама его нелегкая тушка — на плече, казалось бы, хрупкого и утонченного юноши. — Отпусти! Поставь меня, урод! Я тебе руки повырываю! — еле выговаривая слова бесновался наемник, извиваясь в чужих руках, как уж на сковородке. — Еще один звук, и я убью тебя, — сдержанно произнес Хамато. От былой уверенности нового знакомо не осталось и следа. Раф, кажется, на секунду позабыл, с кем имеет дело, позволил себе расслабиться, опьяненный привалившим счастьем в виде целой кучи рё и продолжая обманываться невинной внешностью мечника. Тело повисло на плече Леонардо мешком и больше не сопротивлялось. Одной рукой юноша отодвинул сёдзи, грубо свалил свой проспиртованный груз на один из уже постеленных футонов и вернулся, чтобы закрыть двери и удостовериться в безмятежной тишине постоялого двора. Он прислонился лбом к холодному дереву рамы, в изящной ладони вновь сверкнул металл. Он готов. Если понадобится, он готов убить. Ничто и никто не может встать на его пути. Беззвучной тенью он подобрался к наемнику, который грузными неловкими движениями всех четырёх конечностей пытался забраться под стеганое одеяло. — Кто заказал мое убийство? — медленно и как можно более четко произнес мечник, нависая над своей уязвимой целью. — Неа, — медленно помотал головой Рафаэль, выставляя вперед указательный палец, — я своих клиентов не выдаю… Наемник сильно старался держать глаза открытыми, но это было просто невыносимо — мир вокруг него кружился, в горизонтальном положении это почему-то ощущалось еще ярче. — Это не вопрос, — в мягком свете ламп сверкнул ледяной взгляд, — отвечай. Или умри. Леонардо терпеливо ждал с клинком наготове, посчитав, что его новому знакомому требуется немного больше времени, чтобы собрать звуки в слова. Натренированная рука не дрожала, но все нутро предательски ныло. Он уже лишал людей жизней и не один раз, но сейчас…что-то было иначе. Сначала мечнику показалось, что это очередной раскат грома разразился за окнами и прорвался сквозь хлипкие сёдзи в комнату. Но вскоре страшный звук повторился, и его источником был приоткрытый рот Рафаэля. Лео выдохнул с каким-то облегчением, опустив руку и спрятав оружие в ткани. Ногой толкнул нового знакомого в бок, переворачивая того на правую сторону. Храп стих, сменившись на сонное бормотание. Юноша прошел к своему футону, аккуратно разложил верхние одежды и клинки на полу и, разминая плечи, уселся на матрас. Он тихо пробормотал молитву куда-то в пустоту крошечной комнаты, потушил лампу и опустил голову на твердую поверхность, сложив руки на животе и вслушиваясь в шелест дождя на улице. Когда юноша уже было провалился в сон, что-то тяжелое с размаху приземлилось ему прямо на лицо. Лео дернулся и подскочил, отбивая неожиданную атаку, и рука Рафаэля безвольно шлепнулась на пол рядом. Наемник снова оказался на спине, как-то поперек своего футона, раскинув все четыре конечности в разные стороны. Мечник с неприязнью отодвинул чужую руку и вновь принял горизонтальное положение, глубоко вдыхая и медленно выдыхая, чтобы выровнять беспокойное биение сердца. Но уже через секунду веки юноши распахнулись от похрюкивающего храпа. Задергался глаз. Мечник, уже еле сохраняя самообладание, подполз к наемнику и перевернул расслабленное тело на живот, мордой в матрас. Чтоб неповадно было. Хамато устало потер переносицу, укладываясь на своем месте, как вдруг его нагло схватили за талию и резко стащили с футона. Мечник попытался высвободить руку, раздраженно зашипев, но тиски сжались только сильнее. В нос ударил едкий запах саке. Лео поморщился с отвращением и отвернулся в противоположную сторону, прикидывая, как далеко тянуться до меча. Открытую шею тут же опалило горячее дыхание. Юноша вздрогнул и покосился — Рафаэль уткнулся в его плечо и бормотал что-то бессвязное во сне. Сердце, кажется, пропустило удар. Жар чужого тела контрастировал с ночной прохладой. Своей кожей Лео ощущал каждую мозоль на беззастенчиво сжимающей его ладони. Еще одна ленивая попытка вырваться, и вот на него уже закинули ногу. Мечник тихо взвыл от беспомощности и более уже не смог сомкнуть глаз.

***

— Подъем, начальник! Лео поморщился от ощутимого тычка в коленку и кое-как разлепил глаза. Рафаэль, будучи в прекрасном расположении духа, ухмыляясь пялился на него сверху вниз. Свеж, чист и бодр, будто это не он вчера выжрал в одного целый кувшин саке! Лео подобрался на полу и, зачем-то, прикрыл свое тело смятым одеялом от внезапно прилившего к щекам смущения. Все тело затекло, мышцы ныли, в глаза как будто насыпали песка — последствия ночной схватки с глубоко спящим товарищем. — Ты храпишь, — тут же высказал свою претензию Хамато, раздраженно зыркая на собеседника исподлобья. Наемник удивленно выгнул бровь, уперев руки в бока. Этот парень…выглядел слишком умилительно с его растрепанной шевелюрой и натянутым до самого подбородка одеялом, словно девчонка после первой брачной ночи. — Ну так это ты мне чуть нос не сломал вчера, — задумчиво проговорил Раф, осторожно дотрагиваясь до своей переносицы, — а может все-таки и сломал. — Ладно, — согласно выдохнул Леонардо, опустив тяжелую голову и собираясь с мыслями, — нам нужны правила. — Валяй, — пожал плечами парень, закрепляя на поясе саи и завязывая поверх свое черное кимоно. Ночной ливень сменился жарким полуденным солнцем, и сухой воздух нагонял жажду. Сквозь прорези сёдзе прорывался яркий свет, слепя глаза. — Не привлекай внимание, — начал перечислять мечник своим уже привычным стальным тоном, — не называй меня по имени, — юноша поднялся на ноги и, старательно избегая зрительного контакта, принялся натягивать свою одежду, — ты не можешь брать другие заказы, пока наше… сотрудничество не закончится, — на этих словах Раф фыркнул, но промолчал, — и, самое главное, — шустро завязывая пояс отчеканил Хамато, — личное пространство. — Да-да, я понял, не храпеть, не нападать, не пиздеть, что-то еще? — скучающе уточнил наемник, скрестив руки на груди, — может тебе еще массаж сделать? — с ядовитой ухмылкой добавил он. — Нет уж, держи свои руки при себе, — выглядывая на задний дворик, огрызнулся через плечо Леонардо. Красочные подробности причин своей раздражительности Лео решил оставить при себе и никогда больше не вспоминать. А так же в будущем располагаться в разных комнатах. — Так куда двинем дальше? — буднично спросил Раф, подперев плечом стену и ковыряя носком татами. — Туда, где сейчас находится Ороку Саки, — так же спокойно ответил мечник, будто каждый день наведывается к тирану-узурпатору на чашку чая. — Ааа, — многозначительно протянул Рафаэль, — так ты просто сумасшедший. А я-то думал, что с тобой не так! Хамато резко развернулся и широкими, уверенными шагами направился в сторону собеседника, отчего последний непроизвольно вжался в стену, но изо всех сил постарался сохранить лицо. Парень прошел мимо и присел на корточки возле деревянного сундука, достал оттуда чистое полотенце и закинул себе на плечо. — Ты знаешь, где он? — выпрямившись поинтересовался мечник. Мало того, что этот индюк был красив, будто сошел с искусной гравюры, так оказался еще и высок. Раф дышал парню куда-то в грудь, и это ему не нравилось. — На пути в Эдо, если верить слухам, — приосанившись, чтобы хоть как-то сократить разницу в росте, бросил наемник, с вызовом приподняв подбородок. — Ясно, — равнодушно кивнул Леонардо и, широко распахнув сёдзи, вышел на задний дворик. Растерявшись на секунду, Рафаэль обернулся и поспешил следом. — Ты что, собрался в одиночку нагнуть клан фут? — недоверчиво хмыкнул он, присев на деревянных ступенях и щурясь от яркого света. Ледяная вода обожгла кожу лица, и Лео наконец-то окончательно пришел в себя. Зачерпнув в ладони еще немного воды из деревянного чана он обтер шею, хотя хотелось вылить на себя все ведро. — Не твое дело, — усевшись рядом и вытирая влагу с кожи коротко отрезал мечник, однако в его голосе уже не сквозила былая неприязнь. Немного поразмыслив он попросил, — сообщи своему клиенту, что убил меня. Раф повернулся со сложным выражением лица, нахмурив брови. Его физиономия выдавала мучительный мыслительный процесс. — Не выйдет, — наконец ответил наемник, — потребуются доказательства. Голова. Твоя. — И что, для тебя это такая большая проблема? — с каким-то необъяснимым весельем поддел собеседника юноша. Лицо Рафаэля сначала удивленно вытянулось, а затем последовал полный уважения тычок в плечо. — А ты, кажется, знаешь, что делаешь, Хамато.