Я вижу только вас

Битва за Хогвартс была тяжёлой, многие волшебники погибли, помогая Поттеру дойти на финишной черты, и принесли себя в жертву ради победы. Молли Уизли горестно оплакивала одного из своих близнецов, Люпин и Тонкс бездыханные лежали в разрушенном дворе школы, Рон, оцепеневший от боли, склонился над Лавандой, ужасаясь тому, как мёртвые похожи на живых, и никак не мог осознать факт, что она больше никогда не очнётся. Победа досталась самой дорогой ценой, которую можно было заплатить, и оттого не ощущалась таковой. Боль и ужас сковали Хогвартс, и лишь безмолвный Филч настойчиво и ответственно подметал коридоры, небрежно заваленные горами камней и битой каменной крошкой. Макгонагалл с другими студентами Хогвартса искали раненых, осторожно перенося их в больничное крыло, трясущимися руками едва удерживая свои волшебные палочки, чтобы освободить из-под завалов хотя бы кого-то, кого ещё можно было спасти. Пожалуй, это был самый тяжёлый день в жизни золотого трио, они внезапно словно стали старше на несколько жизней, испытав столько страданий. Благодаря Северусу удалось спасти почти всех учеников, кроме тех, кто остался добровольно на защите Хогвартса. Совершенно подавленная Минерва оглядывала выживших, но среди них нигде не было зельевара. — Мне очень жаль, родная… я не успел ничего сделать. Нагини не оставила ему шансов… прости… Гермиона смотрела на Гарри непонимающим взглядом, и его слова будто эхом прокатывались внутри неё. — Гарри… — Мне так жаль… — Я люблю его… — с болью посмотрела на друга юная волшебница. Всю её душу постепенно окутала безграничная пустота, будто дементор коснулся её своим зловещим поцелуем. Девушка растерянно посмотрела по сторонам, понимая, что ей никак не выплеснуть это горе, её тело свело от шока и безысходности. Ей казалось, будто она тонет, задыхаясь от собственного бессилия. Разум Гермионы отказывался осознать слова Поттера, украдкой надеясь, что это какая-то нелепая ошибка. Что Северус жив и ждёт её, чтобы обнять и наконец отпраздновать общую победу, которую они вырвали из ледяных костлявых рук Волдеморта. Ноги Грейнджер подкосились и она беспомощно упала на колени, не в силах даже разрыдаться. Она десятки раз видела смерть профессора в своих снах, и каждый раз это уничтожало целый кусок её любящего отважного сердца, что теперь будто не осталось уже ни его, ни самой Гермионы. Ведьма уставилась в пустоту своим невидящим взглядом и беззвучно прошептала: — Мы хотели жить вместе… Гарри обнял подругу, встав на землю коленями, она молча сотрясалась в глухой истерике, ощущая, что умер не только Северус, но и она сама. — Он передал мне свои воспоминания, Гермиона. Я видел, как ты спасла его в ту ночь в Хогвартсе, ты невероятно смелая. Безгранично. Но Волдеморт не дал бы ему выжить, он верил, что обладателем бузинной палочки был Снейп. — Он ведь мог не убивать его, Гарри… просто обезоружить, как ты Драко в ночь смерти Дамблдора, — по щекам девушки наконец стекли две солёные дорожки слёз. — Он мог не убивать никого, но он убил их всех… маму, папу, Сириуса, Римуса, Нимфадору… всех, кто был убит им или руками его приспешников. Эта победа досталась нам огромной ценой. Теперь нам придётся учиться жить заново. Мне так жаль… — Гарри не мог совладать с комом в горле и смотрел на Гермиону глазами, полными сочувствия и боли. Дрожь охватила всё его тело, и он уже не мог сдерживать слёз. — Ни единого шанса… это ведь он отправил тогда Добби к нам, чтобы спасти нас от пожирателей, — ведьма изо всех сил сжимала Гарри в своих объятиях, оставляя на его плече солёные мокрые океаны. Друзья молчали некоторое время, но затем Гермиона задумчиво спросила: — Гарри, ты видел ту ночь… что Снейп сделал с теми двумя, кто совершил на него покушение? — Он запер их в сундуке Аластара Грюма. Гермиона закрыла глаза и выдохнула, поднимая брови: — Я так и знала, он не смог их убить, — девушка бросила на Поттера решительный и спокойный взгляд: — Мне нужно попасть в его кабинет. Прямо сейчас. Грейнджер и Поттер вошли в директорский кабинет Хогвартса, осматриваясь по сторонам. «После моей смерти некоторые чары рассеются…» — девушка вспомнила слова Северуса, и её взгляд упал на стоящий в углу заваленный стопкой вещей старинный бездонный сундук. Северус никогда бы не убил человека своими руками, она железно это знала, но отдавала должное его суровому характеру и изощрённой слизеринской изобретательности. Он всегда брал на вооружение то, чем ранее пользовались его враги, и опыт Барти Крауча оказался весьма кстати. — Если я не ошибаюсь, этот сундук не заперт, Гарри. Нужно узнать, живы ли ещё… — Мальсибер и Эйвери. Когда-то они были школьными товарищами Снейпа. Поттер заклинанием отшвырнул нагромождения книг и антикварного хлама с сундука в сторону, и они с Гермионой бросились в его сторону, чтобы заглянуть внутрь. Оседающая пыль мешала свободно дышать, но Грейнджер решительно взялась за ручку крышки сундука, а Гарри за другую. То, что они увидели, заставило их обоих содрогнуться от ужаса. На дне сундука сидел Эйвери, весь в крови и с совершенно одичавшим лицом. Даже от крошечного окошка света на потолке он зажмурился, но не переставал истошно орать. Гарри пошатнулся, а Гермиона почувствовала приступ подступающей к горлу тошноты. Друзья поняли, что произошло, и это повергло их в шок. Когда Северус погиб, чары-оковы спали с пожирателей смерти, и Эйвери, много недель находящийся в полной темноте и тишине рядом со своим товарищем, ощутил необузданную ярость, выплеснув её на единственного волшебника, до которого смог дотянуться. У них не было ни воды, ни еды, ни палочек, а зелья держали их в мучительном полусне, без движения, но в полном сознании все эти недели, ровно с той ночи неудачного покушения на Снейпа. Эйвери был голоден и измучен жаждой, и поэтому он, повинуясь своему безумному импульсу, впился зубами в шею Мальсибера, разорвав плоть. Он пытался напиться его кровью, и истерический смех с бешеными воплями полностью поглотил остатки его былого разума. Мальсибер уже остыл, его искалеченный труп лежал, будто скомканная тряпка, а Эйвери хохотал и слизывал красную густую кровь, которая уже почти вся вытекла из шеи верного слуги тёмного лорда. — Он нас не замечает, Гермиона. — И ничего не соображает… — внезапно девушка встала, оглядываясь в кабинете. Гарри временно опустил крышку. Юная ведьма ринулась к столу, за которым Снейп так много работал. Гарри с удивлением наблюдал за тем, как Грейнджер хищно осматривает стол, спинку стула и пол под ними, и девушка нетерпеливо крикнула ему: — Пожалуйста, помоги найти его волосы. Хотя бы один длинный чёрный волос. Гриффиндорец кивнул и бросился искать волос, который упал с ещё живого директора, и нашёл один такой на спинке кресла. Гермиона бережно взяла его, и достала из сумочки флакон с пустым оборотным зельем, в который поместила волос Северуса. Дождавшись изменения цвета жидкости, она закупорила зелье и спрятала в карман. Ребята несколько секунд смотрели друг на друга, и Гарри не понадобились слова Гермионы, чтобы понять, ЧТО она собирается сделать. Они кивнули друг другу, и вновь открыли проклятый сундук. Грейнджер заглушила голос Эйвери, а Поттер скомандовал «Левикорпус» и вытащил несчастного сумасшедшего убийцу из сундука, держа его над ковром. Сначала гриффиндорка произнесла очищающее заклинание, избавляя мужчину от следов крови, а затем превратила корчившегося в безмолвных криках Эйвери в слизня, и брезгливо подобрав его, засунула в банку. — Если Волдеморт хочет убить его, то он получит его. Гарри, пожалуйста, покажи мне место, где был убит Снейп. — Хорошо. Но мы отправится назад вместе. Гермиона бегло стёрла слезу с щеки, с тоской глядя на лучшего друга. — Нельзя. Если я погибну… Я всё равно не смогу без него. А у тебя есть Джинни. Прошу тебя… — Я. Пойду. С тобой. Поттер обнял девушку, давая ей взорваться от слёз, и успокаивающе погладил по спине. — Ты моя семья. И Северус тоже. Если я не попытаюсь, я никогда себя не прощу. — Спасибо, Гарри… — девушка внимательно посмотрела на свою волшебную палочку и ухмыльнулась, — надо заменить её. Давай зайдём к профессору Макгонагалл. *** Два измученных, но решительных гриффиндорца стояли там, рядом с неподвижным и бледным телом Снейпа. Гермиона дрожала, стараясь не впасть в отчаяние, и не смотрела на труп. Она проверила, на месте ли банка с Эйвери и оборотное зелье, и убедившись в этом, нашла безопасное место, чтобы укрыться от Волдеморта, когда он будет здесь. Гарри вплотную подошёл к ней, и они надели на шею длинную цепочку маховика времени, накрывшись мантией-невидимкой. Поттер вспомнил это странное чувство, как тогда на третьем курсе, когда время вокруг них начало закручиваться и стало почти осязаемым. Временной вихрь унёс их на несколько часов в прошлое, и место, в котором они находились, внезапно озарилось чёрной вспышкой мантии директора Снейпа, ещё не подозревающего, что его ждёт через несколько минут. Ребята ощутили, что время и пространство стабилизировались, давая им возможность ещё раз прожить эти часы. Гермиона, не веря своим глазам, осторожно выглянула из-за стены, наблюдая за Северусом. Она тихо позвала его, и он мгновенно повернулся к ней, обеспокоенно глядя в пустоту. — Северус, у нас мало времени, прошу, иди сюда, — Грейнджер высунулась из-под мантии, и мужчина удивился её виду. Она была не такой, какой он видел её недавно из толпы. Грязные спутанные волосы и одежда вся в пятнах, абсолютно погасшее заплаканное лицо… сердце зельевара сжалось, когда он бросился к ней. — Профессор Снейп, сейчас же встаньте рядом, я накрою вас мантией. Северус увидел Поттера и кивнул ему, но произнёс с отчаянием: — Немедленно убирайтесь оба отсюда, он может увидеть вас. Гермиона тихо прошептала: — Прошу, стой молча и не выдавай нас. Позволь ещё раз спасти тебя, — она совершенно серьёзно смотрела на него, умирая от невозможности прямо сейчас обнять и поцеловать его. Девушка быстро достала слизняка из банки, осторожно поставив его на землю, трансфигурировала его обратно в человека, и направила на него палочку. — Империо. Эйвери безумно вращал глазами, но хотя бы перестал орать. Гарри влил в него оборотное зелье, и Северус, находясь в полнейшем замешательстве, с ужасом наблюдал, как внешность его бывшего товарища меняется на глазах. — Прошу, профессор, отдайте свою мантию. Северус недоверчиво посмотрел на Гарри и снял с себя свою любимую чёрную мантию, не задавая вопросов. Он уже догадался, что здесь происходит нечто из ряда вон выходящее, и старался быстрее помочь гриффиндорцам. Гермиона продолжила держать пожирателя смерти на мушке, не ослабляя империус. Она хладнокровно прошептала: — Будь вежлив, и помни, что ты Снейп. Эйвери, выглядящий как директор Хогвартса, послушно отошёл от троицы и отвернулся от них, вот-вот должен был появиться тёмный лорд и Нагини. — Закройтесь полностью, не дышите, — прошептал Гарри, они с Гермионой стояли по бокам от зельевара и молились, чтобы дуновение ветра не пошевелило мантию, которую с трудом хватило на них троих. Они стояли достаточно далеко, но Гарри всё равно заглушил их звук заклинанием. Далее всё произошло очень быстро, Эйвери что-то шептал Волдеморту, кланясь и извиняясь перед ним под действием империуса. — Палочка слушается вас, господин, — прошептал реальный Снейп, и Гермиона повторила эти слова ртом Эйвери, крепко держа его заклинанием, словно управляя марионеткой. Волдеморт дал Нагини сигнал, и она впилась в шею Эйвери своими острыми зубами, как и он впился в шею Мальсибера, не оставляя на ней ни единого живого места. Тёмный лорд удалился, оставляя истекающего кровью зельевара лежать на каменном полу. — Вы вновь сделали это, мисс Грейнджер… — ошеломлённо прошептал Снейп, — как вы нашли этого негодяя? — Северус, вы сами отдали мне воспоминания, когда Волдеморт бросил вас умирать в первый раз. — Вот чёрт… — Северус сжал ладонь Грейнджер своей рукой, чувствуя, какая она холодная и влажная от волнения. Директор и двое гриффиндорцев направились к Хогвартсу, обходя его сзади. Гермиона положила руки на плечи своих любимых мужчины и друга, и сухо отрезала: — Лестрейндж, Долохов и Руквуд. — Профессор, вы должны ждать нас здесь. Мракоборцы вас убьют, если увидят. Мы поработаем над вашей репутацией после победы. Северус раздражённо хмыкнул, собираясь с силами. Он проводил их взглядом, открыл внутренний карман своей рубашки и достал оттуда два небольших сосуда, в которых нетерпеливо бурлила красная и синяя жидкость. Зельевар надменно поднял голову, и мышцы возле носа непроизвольно дёрнулись, выдавая кипящую внутри него всеобъемлющую ненависть. Откупорив крышки с обоих флаконов, слизеринец влил содержимое одного в другой, соединяя зелья. Полученный эликсир беспокойно заиграл фиолетовым взрывоопасным вихрем, и опасная улыбка коснулась губ Северуса. Гарри и Гермиона держались спина к спине, оглушая пожирателей смерти и продвигаясь всё дальше. Тонкс и Люпин словно танцевали меж руин, закрывая собой учеников от смертельных заклинаний. Вспышки, неразбериха и крики слились в один большой кошмарный сон, и Поттер, видя, насколько опасна ситуация, сказал ей: — Немедленно скройся под мантией. Мы так не пройдём, времени всё меньше. Гермиона подчинилась, и метнулась вдоль коридоров школы в поисках Беллатрисы. Пока Фред и Джордж бок о бок сражались с пожирателями на первом этаже, необходимо было найти эту ведьму, найти и убить. Гарри зачаровал свою одежду, натянув на лицо капюшон, чтобы его не узнали ни свои, ни чужие. Он искал кого-то из тех пожирателей, которых назвала Гермиона. Действовать необходимо было максимально быстро, чтобы предотвратить многочисленные смерти друзей. Увидев вдали Руквуда, который должен был взорвать стену Хогвартса, Гарри незаметно подлетел к нему и вырубил мощным заклинанием, затем трансфигурировал его в червя. Бой осложнялся тем, что заклинания беспорядочно летели во все стороны, и отбивать их необходимо было с удвоенным вниманием. Северус напряжённо хмурился, в смятении нервно оборачивался и слушал ужасающие звуки, доносившиеся из школы. Он взял в руки палочку, выругался про себя, и обратившись угольно-чёрным фантомом ринулся в стены Хогвартса, чтобы помочь Гермионе. По пути он несколько раз материализовался и боевыми заклинаниями атаковал пожирателей смерти, застав их врасплох. Краем глаза они замечали чёрное призрачное движение, не придавая этому значения, чем и пользовался Снейп. Один за одним пожиратели падали на землю, кто-то был ошеломлён и парализован, а кто-то истекал кровью после «сектумсемпры». Гермиона обнаружила Беллатрису, с которой ещё не вступила в бой Джинни. Та, первая Гермиона тоже была где-то неподалёку, и стоило её опасаться. Невидимая и осторожная, быстрая и смертоносная, Грейнджер приблизилась к Лестрейндж и направила на неё палочку из-под мантии-невидимки. Палочка в руках Беллатрисы взорвалась, лопнув на тысячи щепок, и пожирательница смерти с недоумением начала вращать головой. Перед ней в воздухе появился Снейп, не моргая глядя на неё. Лицо Беллатрисы вытянулось в полной растерянности, она с возмущением прошептала: — Ты же сдох, Снейп… господин убил тебя… какого чёрта ты тут делаешь… Гермиона набросила на неё чары-оковы, сдавливая ими тело ведьмы и сбросила мантию. Юная гриффиндорка выглядела по-настоящему разгневанной. Снейп замер, держа Лестрейндж на мушке. Время снова будто замедлилось, и Беллатрисе предстояло лицом к лицу столкнуться с последствиями всех своих злодеяний. — Ты же любишь пытки, Беллатриса? Насколько помню, это твоя страсть, — выпалила девушка ледяным голосом, — тогда это тебе понравится. Ещё одни незримые оковы затянулись на шее безумной ведьмы, и она не могла сбежать, обратившись нематериальным фантомом. Что-то удерживало её на земле, и это было заклинание Снейпа. Гарри подбежал к ним, и с яростью крикнул: — Я сам это сделаю, позвольте мне. Северус протянул ему флакон, в котором взрывное и усыпляющее зелье слились в кошмарном эксперименте. Гарри смотрел Беллатрисе прямо в её пустые холодные глаза, и заставил её выпить всё взрывное зелье до капли. — Это за Сириуса, — это последнее, что услышала Лестрейндж, прежде чем смертельный эликсир прожёг в ней огромную дыру, расплавив внутренности и кожу. Как и обещал Северус, она не успела даже пошевелиться, осыпаясь на землю кусками горелой плоти. Гарри кивнул Снейпу и Грейнджер, и все трое, прикрывая друг друга, устремились дальше, находя и нейтрализуя всех пожирателей одного за другим. Гермиона увидела Долохова, приближающегося со спины к Римусу. Пришлось бросить издалека в него магический фейерверк, отвлекая внимание на себя. Гарри, стоя спиной к подруге, отражал шальные заклинания, летящие на них, и крикнул Северусу: — Он слишком силён, нам нужно атаковать его вместе! Снейп поднял бровь, бегло глядя на Гермиону, и понял, что ни в коем случае не допустит, чтобы она приближалась к этому монстру. Антонин заметил их, и град заклинаний обрушился на всю троицу. Северус в следующее мгновение оказался перед его лицом, и холодным тоном произнёс, усыпляя его бдительность: — Наш господин приказал отступить и немедленно последовать за ним, — Долохов согласно кивнул и повернулся к Северусу спиной. Издалека ребята увидели, как пожиратель смерти упал на каменный пол, истекая кровью. Снейп хладнокровно расправился с ним, но был вынужден аппарировать прочь, так как Римус увидел его и направил несколько заклинаний в его сторону. Гермиона и Гарри, окунувшиеся в битву второй раз, уже спасли множество жизней, действуя сообща и помогая Снейпу. Но всё же до финала ещё было далеко. Добежав до башни, которую охраняла Минерва Макгонагалл, гриффиндорцы увидели, как зельевар появился рядом с деканом и плечом к плечу бился рядом с ней с пожирателями смерти. Наконец, свои стали атаковать и его, недоумевая от происходящего. Северус прикрывал Минерву, хотя, возможно, ей и не нужна была помощь. Ведьма обладала сильнейшими боевыми навыками, и они вдвоём чрезвычайно быстро уложили и обезвредили всех нападающих. Когда Невилл убил змею, и первый Гарри сразился с Волдемортом, ребята спрятались за школой, вновь отправившись на то место, куда прибыли из своего будущего. Так ткань пространства и времени не была разорвана, и прошлое получилось переписать. Гарри держал свою лучшую подругу за руку, успокаивая её и согревая словами: — У нас получилось, Гермиона. Надеюсь, мы успели спасти многих. Девушка молча смотрела на него, пытаясь отдышаться. Несколько часов пролетели быстро, и друзья осторожно выглянули из-за укрытия. — Я жив, значит первый я справился. Пойдём найдём Рона. Грейнджер и Поттер направились в Хогвартс, чтобы узнать, насколько успешной стала их маленькая миссия. Всюду лежали раненные и убитые пожиратели смерти, а жертв среди Ордена Феникса было в разы меньше. Когда ребята нашли Рона, он счастливо улыбался, а Молли Уизли обнимала всех своих детей, в том числе и Фреда. Нимфадора Тонкс обессилено обнимала Римуса, плача от радости, и общее настроение в школе было заметно более приподнятым. Раненых перенесли в больничное крыло, и Филч всё так же метлой стал очищать заваленные грязью коридоры школы. Северус стоял на улице, дыша полной грудью и глядя на долину, освещённую лучами уставшего закатного солнца. Его непослушные чёрные волосы спадали на лицо, одежда была в пыли, а душа, наконец, стала свободна. Зельевар расстегнул рукав рубашки и взглянул на руку, на которой не осталось и следа от тёмной метки пожирателя. Он едва заметно улыбнулся, прежде чем услышал такой знакомый голос Поттера: — Профессор, я обязан вам жизнью. Спасибо за всё, что делали для нас. И за то, что бесконечно много раз спасали меня… Северус повернулся к парню, голос которого дрожал, и увидел в нём не надоедливого чванливого мальчишку, а мужественного и верного молодого человека, готового рискнуть всем и спуститься в ад, чтобы помочь своим друзьям. — Вы с Гермионой вернулись за мной, используя маховик времени и рискуя быть убитыми… Гарри встал рядом с ним, глядя вдаль, и провожая заходящее солнце полным надежды взглядом. — Я должен был. Без вас не было бы нашей победы, я бесконечно горд быть вашим учеником… — И другом, — Снейп повернулся к мальчику-который-выжил и мягко добавил: — Надеюсь, вы вернётесь в Хогвартс и закончите учёбу в ближайшее время. Буду рад видеть вас. Гарри улыбнулся, и с тоской попросил Северуса: — Обещайте мне оберегать Гермиону. Снейп посмотрел ему прямо в глаза, улыбаясь одним уголком губ: — Обещаю. Гарри сделал то, чего зельевар ожидал меньше всего, он изо всех сил обнял его, стараясь не показывать слёз, обнял его так, как обнял бы Сириуса, если бы мог. — Всё будет хорошо, мой мальчик. Неловкие и такие искренние объятия поставили точку в многолетней вражде между этими двумя волшебниками, Гарри знал, что Снейп был прав, и теперь всё наладится. По-другому и быть не могло. *** — Не забудь, мы сегодня приглашены к Гарри на ужин. — Ох, Мерлин… — Северус, мы три недели назад обещали приехать. День рождения бывает не каждый день. — Миссис Снейп, я исчерпал лимит на социальные взаимодействия на год вперёд. — Не будь ворчуном, Невилл там тоже будет. — Ох и задам же я ему когда-нибудь… — Северус, ты обещал. — Боггарт? Гермиона, ну серьёзно? — Ты всё никак не можешь это забыть? Злопамятный очаровательный мрачный Снейп. Многие боялись тебя в школе. — Но не ты… — И не Гарри. — До сих пор не могу поверить, что Поттер назвал своего сына в честь меня… — Когда ты уже привыкнешь к тому, что ты часть большой семьи. Так будет всегда. — А как мы назовём её? — нежно и тихо произнёс волшебник, касаясь ладонью живота своей жены. — Знаешь… была одна отважная ведьма, которая не смотря ни на что смогла защитить своего прекрасного малыша от всех угроз, даже от его собственного отца. Эйлин… мне нравится это имя. — Любовь моя, если я и позволил тебе гулять вдоль и поперёк моих воспоминаний, это не значит, что я сам хочу туда возвращаться. — Ну прости, такова наша зарождающаяся династия Снейпов легилиментов. Мне нужно больше практиковаться. — Но я взамен буду просить тебя об одолжении. — Всё, что хотите, профессор Снейп, — прошептала Гермиона, чуть облизав алые губы, вожделенно глядя на своего мужа. Он довольно улыбнулся и рассмеялся, обнимая её за талию и усаживая на огромный подоконник. Он поставил обе руки так, чтобы жена оказалась в его ловушке, и впился жарким поцелуем в её пухлые желанные губы. Гермиона простонала ему в рот, сбрасывая с себя шёлковый изумрудный халат, и обнажая своё тело, требующее настойчивых слизеринских ласк. Живот ещё не был заметен, и влюблённые пока не планировали никому рассказывать свой маленький секрет. — Будь моей всегда, — Северус стал спускаться ниже, бережно покрывая голодными влажными поцелуями нежную шею, слегка прикусывая её, и не обделяя вниманием мочки ушей. Ведьма запрокинула голову, громко простонав его имя, когда он впился ртом в её грудь, по очереди лаская уверенным языком затвердевшие соски. Грудь беременной Гермионы стала чуть больше и чувствительнее, и девушка наслаждалась новизной ощущений. Она развела ноги шире и придвинулась к самому краю, чувствуя, как обнажённый Снейп упирается в её тело уже до боли изнемогающей плотью, продолжая мучать её своими ласками. Она прерывисто дышала, сгорая от страсти, и нежно гладя его тело своими изящными пальчиками, ответила, одаривая его взглядом карих влюблённых глаз. — Только пока ты смотришь на меня так, Северус. С губ Снейпа сорвался утробный мощный стон, когда он двинул бёдрами, вторгаясь в розовую манящую жаркую плоть, истекающую от желания. Он притянул её к себе сильнее, прошептав на ухо: — Я вижу только вас, Грейнджер.