Здравствуйте, я - Ведьма! Книга 3: Война миров

Солнце уже клонилось к заходу, касаясь своими алеющими лучами линии горизонта, а мы всё шли. Вдали виднелась гора, на которой должно обитать животное, искомое нами, но от этого ни капля не становилось легче… Даже наоборот: мне совершенно не хотелось встречаться с тварью, которая в сотни раз сильнее меня, да ещё и на её территории, на высоте в почти две тысячи метров… - Привал. – объявила Мавис, садясь на траву. - Почему сейчас? – спросил Чара. - Потому что нам нужно передохнуть, а, может быть, и заночевать, потому что, начни мы подъём сейчас, мы поднимемся к полуночи, не раньше, и дракон точно будет там. Но, если мы дождёмся утра, и начнём подъём на рассвете, то мы достигнем гнезда часам к одиннадцати, а в это время дракона не будет на месте, он будет искать пищу. Договорив, Мавис откинулась на спину и подложила руки под голову, смотря в меняющие краски небо. - А здесь безопасно ночевать? – спросил Чара, недоверчиво оглядываясь по сторонам. - Хах, Чара, я думал, что тебе в лесу всегда, как дома. – улыбнулся я, пихая друга. На самом деле, я полностью разделял опасения товарища, но демонстрировать это у меня уже не было никаких сил. Устал я… - Вот и отлично… - я бросил рюкзак наземь и сам упал рядом. – Привал, так привал… - И всё же, безопасно ли здесь? – повторил друг свой вопрос. - Чара, - Мавис села, глядя на моего друга, - с Карой везде безопасно. - Я конечно не сомневаюсь в ней, но… Но она же бессильна против дракона? Что будет, если он спуститься сюда? А хороший вопрос задал друг. Как-то я об этом не задумывался… - Я согласен с Чарой. Что будет, если дракон спуститься сюда, пока мы будем спать? - Элиот, Чара, драконы никогда не спускаются к подножью своей скалы. Никогда. Понятно? Есть ещё вопросы? - Это точно? - Да. - Тогда хорошо. Я лёг, подкладывая руки под голову и смотря в небо. Так интересно, всего две минуты назад оно было розовым, а уже стало фиалково-синим… - Чего разлеглись? – нарушила мою идиллию Мавис. - Так привал же? – сказал Чара, садясь рядом со мной. - Привал для меня и Кары, а вы идёте за хворостом, а потом разводите костёр. - Зачем нам костёр? – возмутился я. – У нас же есть еда и приготовленная? Зачем нам он? - Костёр в лесу – небезопасно. – поднял палец вверх Чара. - вдруг пожар? - Мой длинноухий товарищ из рода лесных наших братьев, не думаешь ли ты, что твоя кровная любовь к природе станет твоим освобождением от работы? - Я не пытаюсь увильнуть, я лишь хочу, чтобы не случилось беды. – Чара сложил руки на груди, надув губы. – И мне очень неприятно, что вы плюёте на лес и всех его обитателей. Я ворочал головой из стороны в сторону, смотря то на Мавис, то на Чару. Шестнадцать лет знаю друга, а такой его любви к лесу не замечал ни разу… Или он на самом деле хочет увильнуть и просто блефует? - Чара и Элиот, Кара может нас защитить, но не может согреть. Надеюсь, вы уже знаете о здешних ночных температурах. Есть ещё вопросы и возражения? - Да, есть. – я удивлёно посмотрел на друга. С каких это пор Чара стал перечить и отказываться от работы? Да уж, это приключение определёно меняет нас всех… - Ладно, - всё же согласился друг, вставая, - я схожу. - Я с тобой. – я с готовностью поднялся на ноги. - Нет, оставайся и отдыхай. Ты устал с этим мешком… - Брось, я пойду с тобой. - Элиот… - друг умоляюще посмотрел мне в глаза. - Чара. – я ответил ему своим фирменным прищуром. – Помнишь, что я тебе говорил, когда наши жизни ещё не летели ко всем чертям? – друг отрицательно покачал головой. – Последнее слово всегда за мной. – я довольно улыбнулся и похлопал его по плечу. – Пошли. Чем быстрее мы это сделаем, тем скорее поужинаем и ляжем отдыхать. - С тобой невозможно спорить. – развёл руками Чара. - И не нужно. – я взял его за руку, сжимая ладонь. – Спорить со мной чревато: наколдовать беду – уже не наколдую, но задницу надрать смогу. - Я бы с тобой поспорил… - Чара… - я улыбнулся уголками рта, качая головой. – Пошли. Я не знаю, зачем было так долго уговаривать друга на поход за дровами, с учётом того, что и идти нам толком никуда не пришлось. Как-то ни он, ни я не подумали, что мы в лесу, а, следовательно, вокруг полным полно всяческих веток, травы и прочего, что отлично горит. - Чара, - подбирая очередную ветку, обратился я к другу, - может быть, ты скажешь мне правду? Почему ты отказывался от похода за хворостом? - Я же сказал, что не хочу пожара. - Чара… - протянул я, откладывая охапку веток и подходя к другу. – Посмотри мне в глаза. Друг закатил глаза, но всё же выполнил мою просьбу, так же откладывая собранные ветки. - Чара, я знаю тебя лучше, чем ты сам, так зачем ты пытаешься мне врать? М? - Если ты так хорошо меня знаешь, тогда, ты сам можешь ответить на свой вопрос. – пожал плечами Чара, возвращаясь к хворосту. - Дерзить мне решил? – я взял друга за плечо и развернул к себе. - Почему ты так решил? – друг изогнул бровь, спокойно смотря мне в глаза. – Я просто тебе ответил. - Ты никогда не волновался о природе и вдруг стал? Не верится! - Элиот, считай, что во мне проснулась сознательность. - Не верю. Чара, скажи мне правду. - Хочешь правды? Хорошо… - друг прикрыл глаза. – Я не хотел идти за дровами и разжигать костёр, потому что я сейчас ничего не хочу. Я устал Элиот, понимаешь? Устал… - Почему? – удивился я, пытаясь словить его бегающий взгляд. – От чего? - А сам как думаешь? – я пожал плечами. Я на самом деле не знал… - Хорошо… Элиот, это твоя жизнь была налаженной и сытой, как говорится, моя же жизнь всегда была разрухой. Мать, которая бросила нас, отец, что вечно где-то пропадал, чтобы свести концы с концами, сестра, которую интересует только оружие и боевые техники… Всю свою жизнь я, мечась между домами, между семьями, по сути, своего дома и семьи так и не имея… У меня в жизни не было ничего настолько устойчивого, чтобы я знал, что это не пропадёт, только ты… - друг нахмурился. – Но я никогда не мог быть уверенным, что ты не бросишь меня. Я всю свою жизнь боюсь, что те, кого я люблю, бросят меня, так же, как бросила мать. И… так и происходит. Никто не остаётся навсегда… Ты понимаешь меня? А теперь ещё эта война… Я просто устал… Я не нахожу в себе сил, чтобы сражаться. У меня их просто нет… Наверное, стоило что-то сказать, как-то подержать друга, но я поступил иначе. Вместо всех слов я просто обнял его, крепко сцепляя руки на его спине. Он был дорог мне. Был дорог всегда и дорог сейчас. Пусть я никогда ему об этом не скажу искренне, пусть я не покажу этого… Он дорог мне. - Чара, не смей отчаиваться. Слышишь? Не смей! Потому что… - я сделал паузу, прикусив губу. – Потому что, сдайся ты, сдамся и я… Я смелый только до тех пор, пока знаю, что у меня такой надежный тыл, как ты. Если бы ты мог видеть меня тогда, в камере, пока я был один, ты бы воочию убедился, что это правда. Но ты не можешь этого увидеть. Ты можешь только поверить мне на слово. Я замолчал, просто продолжая обнимать друга и ждать ответа, но он молчал. То ли ему было нечего ответить, то ли ему было приятно слышать всё это, и он стремился растянуть эти мгновения. Кто знает? Я не знал. Не знал и ждал. Я всегда ненавидел ждать… - Пошли. – Чара высвободил из моих объятий и взял свою охапку веток. - Ты уверен? – я положил ему ладонь на плечо, смотря в глаза. - Да, я в порядке. - Точно? Чара, если ты не хочешь всего этого, если ты не уверен, давай бросим всё это, бросим эти ветки, Мавис и всех остальных и убежим к чёртовой бабушке. В конце концов, мы уже ни раз начинали сначала, кто сказал, что ещё один не сможем? Спасём как-нибудь Миру и наши семьи, а остальные… А какое нам дело до остальных? Да, это наш мир и мы должны о нём заботиться, но… Но это наши жизни и, в первую очередь, мы должны заботиться об их сохранности. Так что ты скажешь? - Давай вернёмся… Я имею в виду, к Мавис и Каре. - А я думал, что мы сбежим… - Элиот, - друг слабо улыбнулся, - ты затеял весь этот разговор только для того, чтобы убедить меня бежать? - Кто знает… - пожал плечами я. - Элиот, ты неисправим. – друг улыбнулся шире и покачал головой. – Тебе ничего не надо, кроме свободы… - А что мне должно быть нужно ещё? Чара, - я обнял друга за плечи, - дорогой мой друг, если у тебя есть свобода, то у тебя есть всё. Ты можешь всё. У тебя есть все возможности и шансы, но только при одном условии – если у тебя есть свобода. - А свобода предполагает отказ ото всяких привязанностей? - Возможно. – я снова пожал плечами. – Хотя… Нет. – я покачал головой. – Ни к чему отказываться от привязанностей в плане эмоций и чувств, пусть будут. В конце концов… - я помедлил, глядя в Чарины глаза. – «Человеку нужен человек», кажется, так звучит эта фраза? Я не отказываюсь от близких и не призываю к этому никого, но… Но я считаю, что стоит и даже необходимо отказаться от обязанностей. От обязанностей всегда быть рядом, всегда возвращаться, никогда не предавать… К чему всё это? - Но, разве, без этого не пропадёт весь смысл взаимоотношений? – друг удивлёно поднял брови. – Если у тебя нет никаких обязанностей, ты можешь в любой момент уйти и бросить того, другого, с болью и пустотой на сердце. - В этом весь смысл. – я улыбнулся уголками губ. – Когда тебя ничто не обязывает оставаться, но ты всё равно остаёшься, это ли не лучшие чувства? Друг приоткрыл рот, потом облизал пухлые губы. Его взгляд бегал, но не отрывался от моих глаз, будто он искал на их дне ответ на какой-то не озвученный вопрос. - Ты на самом деле так думаешь? – наконец осмелился сказать Чара, так же пристально смотря в мои глаза своими большими и разномастными. - Да. - И ты… Я приложил пальцы к его губам, призывая к молчанию. Слова сейчас были совершенно лишними, они могли только всё испортить… - Всё, что я хотел, я сказал. Большего от меня ты не услышишь, даже не пытайся. Ты прекрасно всё понимаешь… - я нервно облизал вдруг пересохшие губы. – Я надеюсь, ты прекрасно всё понимаешь… - Да. – выдохнул Чара, вдруг хватая моё лицо ладонями и впиваясь в мои губы поцелуем.