What is love?

      — Привет, зубрила! — на плечо Хэ Сюаня легла тяжелая рука, а крепкие пальцы прижали к присевшей рядом горе мускулов, так нагло пользующейся своим физическим преимуществом.       Хэ Сюань обреченно вздохнул. Он всегда был худоват, в школе ему удавалось избегать насмешек тех, кто предпочитает качать мышцы, а не наполнять головы знаниями. Но стоило поступить в университет, как капитан местной баскетбольной команды, а заодно, как бы это ни было до тошноты банально, любимец девчонок, почему-то заинтересовался его тощей задницей. Пока что от него поступали лишь нелепые подтрунивания, но Хэ Сюань все равно невольно напрягался, чувствуя на своем плече крепкую хватку пальцев. Одно неосторожное движение — и его сустав легко выйдет за пределы своего безопасного места.        — Чего тебе? — Хэ Сюань неохотно оторвался от учебника, который сел почитать на территории кампуса, пользуясь теплой погодой. В компани он совсем не нуждался, к тому же экзамены не за горами, и он должен сдать все на высший бал, чтобы сохранить стипендию.       — Хочу открыть тебе большой секрет, — Пэй Мин довольно улыбнулся, услышав недовольный вздох, будто именно этого и ждал. Крепкая рука прижала Хэ Сюаня еще ближе, хотя пару минут назад казалось, что это невозможно. — Девчонки любят красивое тело и крепко стоящий член. Ну и деньги на худой конец, если у тебя нет ни того, ни другого. Им все равно до уровня твоего IQ.       — Спасибо, что поделился своей мудростью, а теперь отвали, — Хэ Сюань повел плечом, рискуя все же заработать себе травму, однако Пэй Мин милостиво ослабил хватку. Вот только уходить, кажется, никуда не собирался.        — У тебя хоть девчонка была? Настоящая. А не та, что ты представлял себе в фантазиях, водя по своему малышу рукой.       Хэ Сюань захлопнул книгу и повернулся всем телом к ухмыляющемуся рядом Пэй Мину. Очень хотелось выругаться покрепче и также смачно пройтись кулаком по его самодовольной роже, но Хэ Сюань понимал, что именно такой реакции от него и ждут. Да и не заблуждался насчет своих шансов выйти победителем из драки. Он не знал, почему из всех зубрил, коим был полон их университет, Пэй Мин выбрал именно его объектом своих насмешек, но чувствовал, что дело здесь абсолютно не в нем. Этот достаточно красивый парень с широкими, мускулистыми плечами, большими темными глазами с мягким, но настойчивым выражением увлекающими в свой омут словно сошел из дорамы жанра сянься. Девушкам такая внешность нравится, и Пэй Мин не упускал возможность воспользоваться своей популярностью.       Весь университет уже два года наблюдал, как он охмуряет одну студентку за другой, как девушки повторяют участь своих сестер, надеясь стать «той самой», но неизбежно оставаясь лишь «одной из». Пэй Мин никак не мог остановить на ком-то свой выбор, словно желал попробовать аромат всех доступных в мире цветов. И Хэ Сюань нутром чувствовал, что этот бесконечный голод в поисках удовольствий берет начало не от счастливой и беззаботной жизни, которую Пэй Мин так настойчиво сейчас ему демонстрировал. Однако Хэ Сюань учил иностранные языки, а не психологию, и копаться в чужом дерьме был не намерен. Да и чрезмерное внимание всеобщего любимчика начинало уже утомлять. Поэтому он решил пойти ва-банк, желая избавиться от Пэй Мина и его тупых советов. Либо местный ловелас от него отстанет, либо быть ему все же битым сегодня.       — А ты почему интересуешься? — Хэ Сюань не сводил с него внимательного, вкрадчивого взгляда, замечая, как под ним ухмылка медленно сползает с лица Пэй Мина. — Беспокоишься, что мое сердце уже занято? Так не переживай, ты и так не в моем вкусе.       — Все понятно, значит, ты из этих. А я-то думаю, что так завоняло педиком, — Пэй Мин демонстративно отсел в сторону и скривил нос.       — Я не знаю, как пахнут педики, так что верю тебе, — Хэ Сюань почувствовал, как адреналин побежал по его крови, заставляя говорить вещи, на которые он раньше бы не осмелился. Однако от его ангельского терпения не осталось и капли. —  Ты же постоянно ошиваешься в мужской раздевалке.        — Смелым стал? — Пэй Мин схватился пальцами за край скамейки и навис над ним, пытаясь выглядеть грозным, но Хэ Сюань уловил внезапную растерянность на его лице и не мог сдержать рвущуюся наружу ухмылку. Интересно, почему же любимец женщин так боится, что в его гетеросексуальности кто-то может усомниться.       — Оставь его.       Сзади них прозвучал холодный голос, и Хэ Сюань невольно выпрямился, узнав его владельца. Что ж, следовало ожидать, что за одним потянутся и остальные из знаменитой на весь студенческий кампус троицы.        — Иди лучше помоги Линвэнь, к ней опять какой-то зубрила клеится.       — Я боюсь оставлять вас вдвоем, вдруг ты окажешься в его вкусе… — Пэй Мин собирался и дальше развить не дающую ему покоя тему, но холодный взгляд друга заставил его замолчать.       Он неодобрительно покачал головой, но все же поднялся со скамейки и, показательно отряхнув свой спортивный костюм, развернулся в сторону кампуса. Хэ Сюань остался наедине с подошедшим Ши Уду, и его пока что молчаливая компания напрягала даже побольше попыток задеть гордость от угрюмо шуршащего гравием капитана. Студентов ничего не связывало, кроме университета, и Хэ Сюань гадал, зачем он понадобился одному из “трех опухолей”. Ши Уду также был популярен у девушек. Однако, в отличие от своего друга, получил прозвище, потому что отвергал одну кандидатку за другой, считая всех недостойными его компании, и тем самым подстегивал самых упорных бороться за его холодное сердце.       Ши Уду посмотрел по сторонам, будто опасался, что кто-то увидит их вместе, и все же несмело сел на самый край скамейки рядом с Хэ Сюанем.        — Ты ведь учишься на факультете иностранных языков?        Хэ Сюань лишь кивнул в ответ, начиная догадываться, зачем он мог понадобиться Ши Уду: похоже, кто-то решил сэкономить на репетиторах. В отличие от многих его сверстников, знающих лишь несколько слов на английском, Хэ Сюань с детства обладал феноменальной способностью к языкам и уже достаточно свободно говорил на английском, продолжая изучать японский и русский. Студенты периодически обращались к нему за помощью, желая наполнить свои головушки знаниями, и Хэ Сюань не отказывал, так как нуждался в деньгах.        — Мне нужно подтянуть английский, — Ши Уду подтвердил его догадки и с важным видом закинул ногу на ногу, смотря куда угодно, но только не на своего собеседника. — Я хорошо разбираюсь в экономике, а все эти past continuous, future perfect вселяют в меня тоску. Но мне нужен язык, чтобы помогать отцу с бизнесом, — Уду выпятил грудь и еще выше поднял задранный гордый прямой нос, будто в мире не было ничего важнее компании по производству питьевой воды и различных газированных напитков, которой владела семья Ши. — Я заплачу. 100 юаней за занятие хватит?       Хэ Сюань усмехнулся, а потом и вовсе тихо рассмеялся. Один из самых богатых студентов их университета оказался тем еще жмотом. Хорошему репетитору он отдавал бы в три-четыре раза больше, но Хэ Сюань жил на стипендию и случайные подработки и отказываться от легких денег не хотел.       — 150 при условии двух занятий в неделю.       — По рукам, — Ши Уду неожиданно улыбнулся, наконец посмотрев на него, и заметно расслабился, будто до этого ожидал отказа. — Тогда будем заниматься в среду и пятницу, я напишу тебе в вейбо.        — Как ты мне напишешь, если у тебя нет моего номера? — Хэ Сюань,удивленно  распахнув глаза, смотрел в сторону улепетывающего от него Уду. Стоило согласиться, как он тут же подскочил с лавочки и начал пятиться назад, будто боялся, что еще немного, и Хэ Сюань передумает.       — У Линвэнь есть, возьму у нее. Пока, — Ши Уду на секунду повернулся к нему и, отсалютовав, спешно зашуршал гравием в сторону кампуса.       Окружающие не переставали сегодня удивлять своим поведением Хэ Сюаня. Выглядело так, будто один из самых гордых студентов их университета очень хотел заполучить его в репетиторы. Что ж, ему на руку. Не придется думать, откуда брать деньги сестре на подарок. Подумав о Сюли, Хэ Сюань тепло улыбнулся и тут же забыл о докучающих ему студентах. Он давно не разговаривал ни с ней, ни с родителями, надо бы созвониться вечером и узнать, как дела у его любимой младшенькой.        Учеником Уду оказался старательным, хоть и делал типичные для всех студентов ошибки, когда beach вдруг превращался в bitch, а fock как-то подозрительно смахивало на совсем другое слово. Хэ Сюань лишь еле уловимо улыбался уголками рта и деликатно поправлял произношение. Возможно, именно из-за его терпения и умения спокойно доносить информацию Ши Уду со временем расслабился в его присутствии и перестал бояться ошибок, а потому усвоение материала пошло намного быстрее.       Бонусом к деньгам Хэ Сюань получил наконец свободу от преследования Пэй Мина. Тот неодобрительно смотрел на своего друга в его компании, если они вдруг пересекались, но больше к нему не подходил. Хэ Сюаню было все равно, кто и как на него смотрит, главное, чтобы его оставили в покое. Хоть и было весьма занимательно наблюдать, как столкнувшись с ними на ступеньках главного входа в здание, взгляд Пэй Мина меняется от недоуменного до обиженного. Ей-богу, словно собака побитая. Неужели Ши Уду этого не замечает? Хэ Сюань бросил любопытный взгляд на идущего рядом студента, но его лицо выглядело абсолютно бесстрастным, будто ничего необычного не произошло.        — Пойдем ко мне домой? — Уду проводил взглядом проезжающий мимо автомобиль и пошел прямо, будто вовсе не нуждался в согласии Хэ Сюаня, а спросил лишь ради приличия. — Ко мне брат приехал на выходные, он еще школьник, и я не могу оставить его надолго одного.       Хэ Сюань молча пожал плечами и проследовал за ним к машине, ему было в общем-то все равно. Обычно помимо денег Ши Уду покупал ему еду. Если его также покормят дома, то и без разницы, где заниматься. Возможно, в квартире будет даже лучше, меньше заинтересованных девчачьих взглядов, которые сопутствовали Ши Уду всюду, куда бы он ни пошел. Хэ Сюань на секунду задумался, каково это — быть популярным у женщин, и чуть не пропустил ауди, принадлежащий его ученику.       Пока автомобиль вез их к дому, Хэ Сюань, поддавшись несвойственному ему наваждению, как мог разглядывал себя в боковом зеркале. Бледное лицо, острые скулы, необычного светло-коричневого цвета глаза, которые на солнце выглядели почти что желтыми, нос достаточно большой и с еле заметной горбинкой, однако вполне себе сочетающийся с формой лица. Пожалуй, только губы у него чуть полноватые для парня, девчонкам такое больше идет. Хэ Сюань осторожно покосился на сосредоточенное на дороге лицо Ши Уду и опустился взглядом на тонкую полоску поджатых губ. Мысли совершили еще один крутой поворот, и Хэ Сюань невольно задумался, целовался ли Уду уже с кем-то. Была ли среди претенденток на его сердце та, которую он все же подпустил к себе, хоть и ненадолго.        Пэй Мин попал в точку со своими издевками. Хэ Сюаню скоро должно было исполниться двадцать один, однако он до сих пор предпочитал фокусироваться на учебе и не сильно интересовался девушками. Он даже не целовал еще никого, кроме девочки в детском саду в пять лет, на которой обещал жениться, когда вырастет. Идея встречаться с кем-то его не сильно увлекала, однако сейчас, смотря на побелевшие костяшки Ши Уду, сжимающие руль, Хэ Сюань, к своему стыду, не мог не задаваться вопросом, а как это ощущается, когда тебя целует и обнимает другой человек? Именно тот, кто тебе нравится. До сегодняшнего дня его обнимала только сестра, и хоть ее теплая эмоциональная реакция была ему приятна, все же другие объятия должны и ощущаться по-другому. Есть ли ответ на эту тайну у сидящего рядом Ши Уду, или он также, как и Хэ Сань, не познал еще взаимного человеческого влечения.       Ши Уду неожиданно повернул к нему голову, почувствовав на себе чужое внимание, и Хэ Сюань невольно сглотнул, застигнутый врасплох. Уду смотрел на него так подозрительно, что Сюань на секунду всерьез засомневался, не озвучил ли он что-то из своих мыслей. Он глупо моргнул и бросил первое, что пришло ему в голову:       — Ссать хочу, мы скоро?        — Почти приехали, — Ши Уду перевел взгляд на дорогу и неожиданно усмехнулся. — Не думал, что ты знаешь такие слова. Такой хороший мальчик со стороны.       — Хорошим мальчикам тоже нужен туалет, — буркнул Хэ Сюань, отворачиваясь к окну.       Он так и не разобрался, что означали слова Уду: то промелькнул неожиданный комплимент или, напротив, осуждение? Однако на всякий случай нахмурился, показывая, что не особо-то заинтересован в своей оценке, тем более от человека, который никак не запомнит, что перед существительными нужно использовать артикль.       Автомобиль плавно притормозил у небольшого старого дома с косой зеленой крышей, и Хэ Сюань поспешил выйти вслед за водителем. Странные мысли наконец попрятались по темным углам, где им предназначалось самое место, а вот в уборную и правда заглянуть было бы неплохо.        — Туалет там, — Ши Уду повесил джинсовку на крючок в прихожей и кивнул в сторону желтой двери. — Приходи потом на кухню. Прямо и направо.       Хэ Сюань уже несколько месяцев не был у родителей, деля комнату в общежитии с другим студентом, поэтому, оказавшись в простом убранстве старого, но явно любимого дома, в нем отозвалась тоска по семье. Оставив руки под струей теплой воды, он прикрыл глаза и представил, будто пришел не в гости к ученику, а вернулся в дом своего детства. Сестра наверняка с разбега влетит в его объятия, а родители, тихо улыбаясь, выйдут навстречу. Мама спросит про условия жизни, хорошо ли он ест и высыпается, а отец просто похлопает по плечу, выражая тем самым молчаливую поддержку и гордость за такого “ученого” сына. Хэ Сюаню очень хотелось купить билеты и уехать домой сразу после сессии, чтобы его фантазия стала реальностью. Но сестре скоро поступать в институт, и семье точно пригодятся дополнительные деньги. А значит, летом ему придется работать, да и сейчас бы пора начинать.       Выключив кран и тщательно вытерев руки о мягкое полотенце с вышитым в углу зайчиком, Хэ Сюань уверенно завернул в коридор. Из открытой двери кухни слышалось мягкое шуршание чайника и тихий спор двух голосов.       — Ты совсем не соскучился по мне, опять прогоняешь.       — Я говорю тебе переодеться и привести себя в порядок, а не уйти. Не придирайся к моим словам.       — Я нормально одет, это ты ко мне придираешься.       Хэ Сюань остановился на пороге кухни, не решаясь войти, и осторожно привлек к себе внимание, прочистив горло. Две головы тут же повернулись к нему, и уже готовое сорваться с губ приветствие застряло где-то в горле.        Когда Ши Уду говорил про брата, Хэ Сюань представил себе маленького мальчика, возможно, лет десяти-двенадцати, с разбитыми коленками, в футболке с кем-то из Мстителей или аниме, который будет наверняка громко играть в приставку и мешать им заниматься. Но стоящий перед ним юноша никак не вязался с воображаемым образом. В отличие от Хэ Сюаня, он быстро справился со своим удивлением и, откинув назад лезущие в глаза волосы, улыбнулся ему.       — Вот и ты. Проходи скорее, чайник почти вскипел.        Юноша протянул руку для пожатия, и Хэ Сюань, скользнув взглядом с накрашенных разноцветных ногтей до его лица, наконец уловил, в чем состоял предмет спора братьев. В его каштановых волосах блестели две розовые заколки, не дающие отросшей челке с одной стороны лица попасть в глаза. Красивые глаза, надо признаться. Хэ Сюань ни разу еще не видел ни у кого такого глубокого зеленого оттенка. Словно спокойные воды пруда, в котором вот-вот, да мелькнет оранжевым хвостом непоседливый кои. Улыбка на миловидном юном лице, еще не потерявшем полностью детское очарование, дрогнула в недоумении от затянувшейся паузы, и Хэ Сюань неловко схватился за протянутую руку, пожав ее, пожалуй, чуть крепче, чем следовало.       Смущение от своей неуклюжести накрыло его удушливой волной, и Хэ Сюань поспешил спрятать взгляд, опустить его вниз. Однако уютный на первый взгляд дом никак не хотел проявить к нему ответную благосклонность и приготовил новое испытание: с черной футболки на него укоризненно смотрел Леви Аккерман, словно подтверждал, что с такими социальными навыками в этой жизни Хэ Сюаню ничего не светит. Теплая рука выскользнула из его пальцев, и Хэ Сюань, все еще ощущая ее странное фантомное прикосновение к своей коже, тихо усмехнулся: хоть с одним он угадал — аниме-герой на футболке имеется.       — Ладно, я не буду вам мешать, — юноша состроил гримасу брату и скользнул мимо Хэ Сюаня, обдав его ароматом свежей одежды и каким-то сладким цветочным запахом. — Кстати, я Цинсюань.        Хэ Сюань кивнул в ответ, не поднимая головы, и только когда Цинсюань скрылся за углом, до него дошло, что сам он так и не представился. Стыд залил новой душной волной его и так смущенное лицо. Хэ Сюань словно окунулся в приснившийся ему сегодня кошмар, где завалил экзамен, сморозив преподавателю откровенную чушь вместо правильного ответа, который знали все, кроме него. Ему даже показалось, что он слышит противные смешки своих однокурсников, либо это хозяин дома посмеивался над его неловкостью, пока Хэ Сюань разглядывал небольшую дырку на носке с просвечивающим через нее большим пальцем. Спасибо, что так вовремя порвались, и без этого он выставил себя достаточно нелепо.       — Извини за него, — Ши Уду вывел Хэ Сюаня из состояния самобичевания и, схватив двумя пальцами за рукав рубашки, потянул за собой вглубь коридора. — Подросток, что с него взять. Попал под влияние западных фильмов, ведет себя как европеец.       — Все нормально, — Хэ Сюань догадался, что под осуждение Ши Уду попала протянутая младшим братом рука вместо традиционного поклона. — Я не старый дед, чтобы мне кланяться.        Вопреки его словам воображение тут же нарисовало ему склоненного перед ним в вежливом поклоне Цинсюаня, одетого почему-то в фривольную одежду восточных танцовщиц, и Хэ Сюань покрепче зажмурился, прогоняя опасные картинки. Да что с ним сегодня такое творится? Он больно врезался в край рабочего стола и решительно поставил рюкзак, возвращая свое внимание предстоящему уроку. Благодаря работе он хотя бы денег получит, а потом потратит на нужные для жизни вещи, а какой толк во всей этой романтической чуши? С чего вдруг вообще она лезет в его голову?       — Сделай нам чай и поесть что-нибудь, займись уже делом, — Ши Уду крикнул в приоткрытую дверь, не удосужившись даже удостовериться, что был услышан, и сел на оставшийся свободный стул.       Несмотря на внутреннее брюзжание и раздражение на самого себя, пока Хэ Сюань доставал учебник и открывал его на нужной странице, в его груди плавно расцветало приятное удовлетворение от мысли, что Ши Цинсюань к ним еще заглянет. Да не просто так, а чтобы его покормить.