Острый удар

Начинало понемногу светлеть. Часы показывали почти десять утра, а город практически не подавал признаков жизни. Некоторые забегаловки готовились к рабочему дню, прекрасно осознавая, что народ повалит только к обеду. Лишь две фигуры – мужская и женская – лениво слонялись по улицам с сигаретами в зубах в поисках нормального заведения. - О, вот эта вроде неплохая, - сказала Джесс, ткнув куда-то пальцем. Стэн обернулся и они пошли по указанному направлению. – Жаль, конечно, что моя любимая кафешка только с одиннадцати работает. - Как-нибудь туда сходим, заодно и Кайла с собой возьмём, и Крис… Марш выкинул окурок в мусорку и между парочкой повисла неловкая тишина. Так продолжалось, пока мужчина не сделал заказ и они с Джессикой наконец не сели завтракать. - И что нам теперь делать? – спросила женщина то ли у Стэна, то ли у себя, то ли у самого Бога. - Ждать пока он очухается, - Марш надкусил бургер. - А если он не проснётся? – Джесс ковыряла вилкой салат. - Врачи сказали, что шансы на выздоровление есть, а значит всё не так уж плохо. Тем более они обещали позвонить, если вдруг что-то поменяется, - мужчина сделал глоток колы и посмотрел на собеседницу. – Пожалуйста, не накручивай себя. Тебе и так тяжко, а тут ещё одна проблема. - Легко сказать, - женщина чуть повысила тон и на секунду замолчала, так как уборщик кинул на неё недоброжелательный взгляд. – Вот сейчас просто возьму и перестану беспокоиться. Как? Ты мне скажи: как мне перестать накручивать себя, когда жизнь ребёнка буквально висит на волоске? - Извини, конечно, за вопрос, но если у нас день откровений, то могу я знать: откуда у тебя Крис? И что с ней вообще случилось? – Марш моментально перевёл тему. Мужчина, конечно, понимал, что Джессике надо выговориться, обсосать ситуацию с Кайлом, чтобы усмирить внутренних тараканов, но и слушать истерики практически незнакомой ему женщины не особо хотелось. Он чувствовал, что сейчас единственная ниточка, которая связывает Марша и Брофловски – эта танцовщица. - Как откуда: я её родила, - хмыкнула Джесс, а через секунду потускнела. – Это достаточно долгая история. - Если хочешь – расскажи, мы ведь никуда не спешим, - пояснил Стэн. Она взглянула на него каким-то подозрительным взглядом. Женщина на подсознательном уровне поняла, что напротив сидящему можно довериться. Если Кайл открыл душу перед этим человеком, значит и ей это под силу. - С её отцом я познакомилась лет десять назад, когда училась в колледже. У меня образование бухгалтера. Парень был старше меня всего на два года. Полюбили друг друга, после того как я закончила учиться, он сделал мне предложение и через год у нас появилась Крис. Ещё при беременности врачи обнаружили патологию, связанную с сердцем. Как итог, дочь родилась инвалидом. Мы думали, что справимся, но с каждым днём Крис становилось всё хуже, а денег на лекарства и врачей уходило всё больше. Из-за этого мы постоянно ругались. В какой-то момент муж поставил мне ультиматум: «либо мы отказываемся от дочери, либо разводимся». Как видишь, я сделала свой выбор. После того как он ушёл мне пришлось уволиться с основной работы и пойти работать в клуб, так как денег на лечение не хватало. Крис ещё нет семи лет, но она уже как овощ. Медики ничего не гарантируют. Раньше она хотя бы была без трубок и прочего, чисто на таблетках, а сейчас швы, капельницы и другие радости. Я навещаю её через день, но, знаешь, это так тяжело видеть как твоё чадо умирает. Однако у меня всё ещё есть надежда, что когда-нибудь она пойдёт на поправку и скажет «мама». Стэн слушал историю Джессики и вспоминал положение Кайла. У матери Брофловски был абсолютно здоровый полноценный сын, которого она могла воспитать так как хотела и вырастить достойного человека. И Джесс, которая ждала ребёнка всем сердцем, мечтала о том, что будет уделять этому маленькому чуду время, учить его чему-то, а в итоге её дочь лишь отдалённо напоминает человека, скорее подобие овоща. И где здесь справедливость? - Мне жаль, - единственное, что смог выдать Марш. - Не надо меня жалеть, - строгим голосом проговорила Джесс, проткнув помидорину вилкой. После этого они замолчали. Продолжать разговор не было смысла. Парочка просто молча доела и разошлась по машинам. Сегодня обоим предстояло многое обдумать. *** Кайл находился в какой-то пустой тёмной комнате. Он ничего не соображал и только оглядывался. - «Я же был в клубе, что происходит?». Неожиданно у темноты появились очертания кухни. Не совсем новой, но по-своему знакомой и родной. У плиты стоял мужчина с чёрными волосами в одних трениках и над чем-то усердно порхал. Кайл, затаив дыхание, тихо просил: - Стэн? Марш обернулся и с улыбкой сказал: - О, ты вернулся. Я сейчас доделаю рагу и будем кушать. На Брофловски накатило спокойствие. Он давно не чувствовал безопасности рядом с посторонним человеком. Иногда даже с Джессикой парень испытывал некую тревогу, но, как правило, это было только в клубе. Неожиданно Кайл подскочил, обвив чужой торс кольцом из рук, и прижался щекой к спине Стэна. - Ты чего? – спросил Марш. - Просто… Захотелось, - тихо отозвался подросток. Мужчина стоял не двигаясь, боясь спугнуть парнишку. – Мне кажется, я тебя люблю. - Ты всё проебал, - ответил Стэн, а тон звучал, как сталь. - Что? – рыжик поднял голову и посмотрел на чёрную макушку. Марш обернулся. Его лицо исказилось в жуткой гримасе, напоминая некое страшное существо из детских ночных кошмаров; на руках Брофловски появилась белая слизь, ведь тело мужчины таяло, как у Хаука. - Не стоило употреблять, Кайл. Всё кончено. - Нет! – вскликнул Брофловски, отлипая от родного тела и проваливаясь в бесконечную темноту. *** - Алло, - ответила Джессика, раскуривая сигарету на балконе. – Да, да, это Джессика. Что? – Женщина поникла, а табак полетел вниз. – Как это… Умерла? Вы шутите? - Вашей дочери резко стало плохо, мы попытались что-то предпринять, однако, это не принесло никаких результатов. Мне очень жаль, но врачи сделали всё что было в их силах. Мир женщины рухнул в один миг. Она медленно скатилась вниз, прижимаясь спиной к деревянной стене под подоконником. Собеседник на том конце провода пытался донести ещё какую-то информацию, но танцовщица уже не слышала. Внутри пустота и лишь один вопрос: почему? Джессика пялилась в одну точку около десяти, а может и двадцати минут. Она не знала сколько прошло времени прежде чем её пальцы запорхали над экраном мобильника в поисках номера Стэна. - Алло, ты можешь приехать? - Что случилось? – уточнил мужской голос на другом конце провода. - Просто приезжай. Джессика продиктовала адрес и сбросила вызов. Её тело рухнуло на пол и бедная женщина забилась в истерике, скручиваясь в комок. Телефон валялся где-то рядом с потушенной сигаретой, пока светлые волосы собирали грязь с балкона. Время срослось в одну большую субстанцию. Если раньше Джессика могла его посчитать, то сейчас для неё ничего не имело значения. Она лежала и плакала, а когда слёз больше не осталось, то просто смотрела в пустоту. Наконец в дверь позвонили. Женщина не сразу услышала приезд гостя. Отыскав в себе силы, Джессика доползла до коридора и впустила Стэна, держась за стену. - Что случилось? – запаниковал мужчина, схватив хозяйку квартиры за талию. - Крис… Моя девочка, - проговорила женщина сквозь слёзы, прижимаясь к гостю. – Крис… Она умерла. На Марша накатил шок. Сначала Кайл попал в больницу, а теперь и Крис умерла. Хоть он и не был знаком с этой девочкой, но как будто бы эта малышка тоже стала ему дочерью, чем-то близким. Он искренне сочувствовал Джессике как матери, как человеку с нелёгкой судьбой. То, что у Марша подобного никогда не было – не означало, что мужчина не понимал чувства женщины, потерявшей ребёнка. Танцовщица вновь зарыдала. Стэнли поднял несчастную хозяйку квартиры и уложил на диван, накрывая одеялом. Джессика свернулась в него калачиком, продолжая плакать. Марш не знал что делать. Он попробовал заварить чай, принёс воды, но от напитков женщина отказалась. Порывшись в полках, Стэн нашёл аптечку, а на самом верху лежало успокоительное. Заставив Джесс выпить таблетки, он уселся на диван и молча наблюдал как танцовщица постепенно затихает и, в конце концов, засыпает. Марш тихонько встал и потопал на балкон где закурил. - «Столько херни навалилось за последнее время…», - размышлял мужчина, затягиваясь. – «Может всё-таки попросить начальство дать отпуск? Как-никак я всё лето впахивал как проклятый». В заднем кармане джинсов завибрировал мобильник, а экран показал неизвестный номер. - Алло. - Алло, здравствуйте, - начал спокойный женский голос. – Это центральная городская больница. Вы оставляли контакты как опекун Кайла Брофловски. Мы звонили девушке, но она не подняла трубку, поэтому хотим сообщить Вам, что Кайл очнулся, но выписать мы его сможем только через два-три дня. Если хотите, то можете прямо сейчас его навестить. - Д-да, конечно, - взволнованно проговорил Стэн, потушив сигарету. – Я скоро буду, спасибо что позвонили. С ним всё в порядке? - Да, его лечащий врач как раз на смене. Можете расспросить его о Кайле. До свидания. - До свидания. Мужчина вышел с балкона, и, бросив на Джессику сочувствующий взгляд, покинул квартиру, захватив с собой ключи.