Выбор сердца

Кеноби топтался в нерешительности, не зная, что ему сказать и сделать. Да и надо ли вообще. Возможно лучше стоило выйти и сделать вид, что он и вовсе тут не был, а прийти чуть позже. Мужчина уже хотел так и сделать, когда Энакин пошевелился и открыв глаза, округлил их в немом ужасе. — Оби-Ван? — воскликнул он, еще не проснувшись, но уже понимая, что конкретно попал. Но тут же опомнившись приподнял простыню, закрывая Асоку. От взгляда Кеноби не укрылось это заботливое действие. Асока еще спала, но проснулась когда услышала голоса. Она прекрасно помнила то, что было ночью и теперь не знала куда деваться от стыда. Ведь утро явило ночное происшествие во всей своей неприглядности, а их с Энакином в самом ужасном свете. Падме только, что умерла, а они с Энакином снова любят друг друга как будто ничего и не было. Да еще их сейчас увидели и не кто-то, а сам Оби-Ван Кеноби, что так ненавидит их обоих в последнее время. И ощущая себя совершенно беспомощной, Асока села на кровати, инстинктивно держась поближе к Энакину, надеясь, что он не оттолкнет ее в отвращении, а защитит. Скайуокер, судя по его лицу, ощущал сейчас то же самое, что и она, но во всяком случае не собирался сваливать ответственность на тогруту. Он коротко взглянул на нее, ободряя и поддерживая, потом, незаметно для Оби-Вана взял за руку под простыней и не отпуская, заговорил с Кеноби: — Оби-Ван, я знаю, что ты сейчас думаешь о нас, но я тебя прошу, не нужно устраивать выяснений, мы с Асокой всегда любили друг-друга, это началось давно и продолжается вопреки всему, глупо отрицать очевидное и идти против самих себя. Я вместе со всеми скорблю о смерти Падме и буду всегда помнить о ней, но жизнь есть жизнь и она должна продолжаться. — Я понимаю тебя и вас обоих, — сказал Кеноби без выражения агрессии — Хоть вы и немного поспешили, что может вызвать неудовольствие общества, дать понять, что у вас имелись личные мотивы для преступлений. Однако, есть те, кто знает правду, я и Асока, об этом мне и хотелось бы поговорить. И если ты здесь, то можешь остаться. Энакин все равно остался бы, несмотря ни на что. И когда Кеноби деликатно отвернулся, Скайуокер встал и начал быстро одеваться, Асока последовала его примеру и пока оба приводили себя в порядок в санузле, Оби-Ван думал как лучше построить разговор, ведь преступники были близкими друзьями обоих и это непросто будет принять. Но когда Скайуокер и Тано вернулись, их лица выражали только интерес и жгучее желание узнать с чем же явился Кеноби. Вернее это Энакин желал узнать, а Асока думала о том, что нового сообщит Оби-Ван из известного ей. В тайне она надеялась на ошибку, что вдруг Оби-Ван увидел другое, а ей просто показалось от нервов совсем не то. Возможно Лакс просто общался в тот день с Феррусом и Баррисс, а потом сел в наемный спидер и там его настиг бандит. Пускай и со световым мечом, такое тоже бывает хотя и редко. Вот только когда Кеноби заговорил ее надежды разбились о суровую реальность, видение Магистра полностью совпали с ее и даже дополнили их, явив подоплеку всего. — Понимаешь, Асока, — мягко произнес мужчина — И ты, Энакин, тоже, Баррисс ненавидела свою подругу и очень любила того, кого любит она. Вы помните, как познакомились? Энакин помнил, это случилось на общей миссии, его и Оби-Вана, Магистра Ундулли и Баррисс. Они летали на планету Ансион, чтобы урегулировать конфликт между двумя племенами коренных народов, что у них успешно получилось хотя и не без проблем. Сперва Энакин с Баррисс свалились в реку во время переправы и вымокли до нитки. Потом Баррисс похитили и ей пришлось вызволять себя самой, правда это не составило труда, ведь имея дар целителя, Оффи смогла вылечить двоих ансионцев и те в благодарность стали ей служить. Но именно тогда и родилось чувство Баррисс к Энакину, она верила, что это приключение сблизит их и в будущем они станут парой. — Я ни о чем таком и не думал, — сказал на это Скайуокер — Относился к Баррисс просто по-дружески, не давая ей никаких надежд, тем более тогда я думал только о Падме и только ее видел будущей женой. Асока при этих словах не подала виду, но тем не менее высказалась по поводу Баррисс: — Мы с ней дружили с детства, были как сводные сестры, Баррисс была старше и опекала меня на первых порах. Когда я познакомилась с Энакином, то не знала, что она его любит, когда мы столкнулись на Шили и так получилось, что Энакин пострадал во время катания на местных животных, я сразу поняла, что мы назначены друг другу судьбой. С этим никто не посмел бы поспорить. А Баррисс… Она ни словом ни обмолвилась ни о чем, а я и не догадалась о ее чувствах, если бы только мы поговорили, но она предпочла держать все в себе. — Падме как раз тогда меня бросила, — снова включился в разговор Скайуокер — Сказала, что любит Оби-Вана и ушла к нему. Я отпустил, потому, что хотел ей счастья. Но когда я встретил Асоку, то сразу угадал, что настоящая любовь, вот она. Мы стали близки и ни разу не разочаровались друг в друге, а потом Падме вернулась, сказала, что беременна от меня. — Это был мой ребёнок, — сделал неожиданное признание Кеноби — Я посмотрел тайком в медкарте, там был указан срок по неделям, но ничего не сказал, позволил Падме уйти в надежде, что она одумается и вернется, но в дело вмешались Феррус, что давно завидовал Энакину и мечтал уничтожить и Баррисс, не простившая Асоке того, что та украла ее любовь. — Какая здесь наша вина? — в недоумении воскликнула Асока — Мы полюбили независимо от своего желания, это вообще происходит без ведома, я тоже не стала удерживать Энакина, когда он вернулся к Падме, думала, что ребёнку нужна полная семья и смогла сохранить дружбу с ними обоими. — Но Баррисс не смогла, как и Феррус, — тем временем продолжал Кеноби — Они затаились и решили нанести удар, выждав подходящий момент. План придумал Феррус, а Баррисс продумала детали, решив убить Падме, свалив вину на Асоку. Она не стала использовать световой меч, чтобы не привлекать внимание, действовала по старинке: переоделась под Асоку и украв ее спидер, сбила беременную соперницу. — Но как она могла? — не сдержала крика Асока — Ведь Баррисс тоже женщина, сама могла быть матерью, неужели сердце не дрогнуло? — Ненависть вытеснила в ней все чувства, кроме себя, — пояснил ей Кеноби — И первое время все шло как положено, Падме, правда, осталась жива, но ее состояние было далеко от нормы и женщина понемногу сходила с ума, чем они потом и воспользовались когда Феррус остался с Падме. — А чем им помешал Лакс? — спросил у него Энакин — Он ведь никакого отношения к этой истории не имел, равно как и к нам с Асокой, это жених Райо и они счастливы вместе. — Ты права, его случайно намотало на лопасть вентилятора, — В тот роковой день, ровно после того, как Баррисс сбила Падме и не успела переодеться, оставшись пока в гриме Асоки. Лакс, увидев знакомый спидер, попросился подвезти, уверенный, что это Асока, прежде не раз выручавшая его. Баррисс была в панике, это могло сломать весь план и посадив Лакса на переднее сидении, звонит Олину, тот велит не паниковать и мигом прилетает на помощь. Они улетели на Низы и там Феррусс расправился с ненужным свидетелем. После они стаскивают с безжизненного Лакса часы и цепочку, забирают его бумажник и документы, затем уносят тело в заброшенный дом, коих там много. Они думают, что Бонтери мертв и тело найдут нескоро, но Лакс остался жив и его обнаружили. — Что будет теперь с ними обоими? — спросила Асока то, что волновало ее больше всего. — Думаю, ничего хорошего, — ожидаемо сказал Оби-Ван — Мне звонили из санчасти, Лакс пришел в себя и его уже допрашивали. Обоим грозит тюремный срок и исключение из Ордена. Судить будет Республиканский суд. — А хотела бы поговорить с Баррисс, — внезапно сказала Асока — Все же она была моей подругой и я искренне любила ее. — Мне тоже нужно прежде кое-что сделать, — сказал и Энакин — Это касается не только Ферруса. — Лучше проявить осторожность и не лезть к ним, — резонно заметил Кеноби безо всякой уверенности, что его послушают и в последствии Скайуокер и Тано еще не раз вспомнят разумное предостережение старшего друга.