Выбор сердца

Сколько помнила себя с детства, Асока Тано почти всегда была в обществе одного джедая - Магистра Пло Куна. Он был для нее одновременно в нескольких лицах: и любящий отец, и чуткий наставник, и близкий друг, душевно родной. Официально признать тогруту дочерью Пло не мог, но сделал все, чтобы та не была ничем обделена, старался уделять ей нужное внимание, быть в курсе всех бед и проблем своей малышки Соки и радовать ее. Поэтому даже потом, когда Асоке исполнилось четырнадцать и она стала падаваном, Пло не оставил девочку, убедил Совет отдать ее именно ему и никто не возразил. Наверно именно потому, что рядом был такой добрый и понимающий учитель, Асока все годы обучения была одной из лучших падаванов. Не потому, что была зубрилой и гналась за результатом, ей просто нравилось получать знания. Ее искренне увлекали миссии и приключения на них, толкало вперед желание помочь тем, кто был в беде. И этого хватало, чтобы ощущать жизнь в полном объеме. Даже в друзьях не было особой потребности, единственная подруга Баррисс вполне заполняла этот пробел. Но потом, когда в жизни появился Энакин, то весь устоявшийся мир полетел в тартарары. Асока до сих пор не могла вспоминать без боли этот период жизни, начавшийся так прекрасно. Первое чувство, такое теплое и живое, дарившее ощущения, которых не было никогда. И потом как удар грома среди солнечного дня. Беременность его бывшей девушки. Женитьба на ней, вынужденная и заведомо несчастливая. Интрига Баррисс, открытие ее истинного отношения к Асоке. Гибель ребёнка Падме и через время ее самой. Воссоединение с Энакином, которому предшествовали обида и чувство вины за смерть Падме, недолгое счастье и новая разлука. Вечная. Ведь Скайуокер погиб почти сразу после того, как они решили быть вместе несмотря ни на что. Ей никогда не забыть когда ее с Магистром Кеноби пригласили опознать обгоревший труп на месте аварии спидера. Естественно, что все эти переживания не прошли даром не только для Асоки, ее добрый и любимый наставник, названный отец Магистр Пло, деливший горе и счастье со своей любимицей, пережил и это с ней вместе. Вот только возраст и пошатнувшееся здоровье не позволили этому пройти без последствий. И Магистр слег с тяжелым сердечным приступом как только услышал о гибели Скайуокера. Да и так и не смог оправиться, уже в последние свои дни, которые Асока провела с ним неотлучно, Пло сказал ей, точнее попросил со всей значимостью: — Сока, береги своего ребёнка, если б не он, то ты останешься совсем одна. На самом деле, ведь кроме будущего ребенка и Магистра Кеноби у тогруты не было больше никого. Да и вряд ли уже появится, ведь замуж ни за кого больше она не хочет. Любить никого, кроме Энакина, Асока не будет, а выйти просто так, без чувств, считала нечестным по отношению к этому человеку и самой себе. Зачем мучить кого-то и мучиться самой? Отныне она только мать и всю свою любовь отдаст лишь будущему ребёнку и больше никого ей не надо.

***

Босс вызвал на разговор доктора Алеппо, отчет которого был неутешительным. — У нас ЧП планетного масштаба, — начал он с места в карьер — Пациентка пропала! Босс лишь отмахнулся: — Потом с этим! Скажи мне лучше, ты уже стимуляцию сделал? Как прошли роды? — Так, а я вам про что! — нетерпеливо произнес Алеппо — Та самая пациентка и исчезла, как сквозь космос провалилась! В палатах нет, в туалетах тоже, все отделение обежали, а не нашли! Крупный седовласый мужчина, сидевший за столом в своем кабинете буквально покраснел от негодования и сказал внезапно севшим голосом: — И что за вздор ты мне тут несешь? Куда она могла сбежать? Документов у нее нет, одежда далеко, на ней только больничная сорочка, время почти ночь, во всех отделениях и выхода стоит охрана! И потом, ей просто физически было никак уйти. Стимуляция должна сработать, схватки пойти, тут и пары шагов не сделать! — Так в том и проблема, что мы не успели простимулировать! — сказал главное Алеппо — Ждали когда проснется и вот дождались! Он горестно развел руками. — Тогда ищите немедленно! — крикнул босс, ударяя кулаком по столу — Все здание прочешите, все комнаты, подсобки, санузлы, балконы! Про чердак и подвал не забудьте! Идти ей тут особо некуда, уверен, она где-то здесь! Алеппо заметно стушевался, гладя на багрово-красное лицо своего патрона. Его черные как угольки глаза угрожающе сузились. Губы сжались в тонкую линию. Брови сошлись на переносице. Да уж, такому человеку лучше на хвост не наступать, раздавит и не поморщиться. Но все же решил уточнить во избежании неприятных последствий: — Ну, хорошо, допустим, я ее найду, но, что дальше? На аркане тащить в операционную? Или вообще убить, чтоб наверняка? — Если надо - убей, — спокойно ответил босс, но за этим спокойствием стояло куда больше угрозы и мощи, чем за самым громким криком — Ведь когда ты согласился работать на меня, то я предупреждал, что случится может разное, ты ответил, что готов на это. Имей в виду, если не справишься, то долго твое место пустовать не станет, на такую зарплату очередь выстроится от самого Нижнего уровня до самого, мать его, храма джедаев. — Но, господин, — нерешительно заговорил Алеппо — Когда я только начал сотрудничать с вами, речь шла только о разработке новых препаратов и косметических средств, вы спонсируете, а я и другие - изготавливаем. Но то, что я сейчас вижу и делаю не имеет к этому никакого отношения. Это просто стало каким-то бизнесом и то, что вы сейчас просили… Усыпить несчастную тогруту и прямо в этом состоянии вызвать у нее преждевременные схватки безо всяких на то причин это… Я даже слов не могу найти. — А патология плода внутри матки это не показатели? — недовольно спросил босс. — Так нет ее, патологии этой, — честно ответил Алеппо — Я сам лично ее посмотрел, все нормально у нее и у ребенка, здоровый, крепкий, развитие правильное. Лицо мужчины покраснело еще сильнее, если такое было возможно, рука снова ударила по столу, да так, что тот поморщился от боли в пальцах. — Послушай меня, дорогой, — последовал неожиданно ласковый ответ — Ты у нас человек хороший, добрый, чуткий, как ангел с луны Иего, но врач, похоже, никакой, а мне слабаки и истерики не нужны, едва ли теперь мы сработаемся, а уж тем более не уживемся на одной планете. Мой тебе совет: сегодня же ищи себе другую и съезжай, максимум, через неделю. И не забудь запомнить, что я сюда лично никого не притаскивал, эту тогруту привезли с улицы и я ничего не знаю, и теперь она бродит где-то в одной сорочке как ненормальная и виноват в этом ты. Ну да ладно, мы больше не коллеги, поэтому, меня это не касается, пиши заявление и прощай.

***

Когда Алеппо уже вышел, мужчина за столом подумал, правильно ли он сделал вот так резко выгнав его? Вообще он понимал, что дело приняло такой оборот, когда подобные ему специалисты будут только во вред, его лишняя дотошность и моральная чистоплотность могут однажды все испортить. Но с другой стороны лишние руки сейчас на вес золота, сложно будет на его место найти кого-то с таким же уровнем профессионализма и не болтливым языком. Впрочем, поискать можно и потом, сейчас важнее найти эту противную девку, что ускользнула прямо из-под носа этого бородатого идиота. Мужчина взял коммуникатор и набрал какой-то номер. Через несколько минут к нему в кабинет вошли трое охранников, которым вменялось в обязанность обыскать все здание и те мигом отправились выполнять приказ, ничего не спросил и ни в чем не усомнившись. Все бы такие были - делали молча, что прикажут и никаких личных инициатив, какой бы прекрасной тогда была карьера и как бы легко работалось.

***

Темноту подсобок и чердака рассеивал свет фонариков. — Кажется, везде посмотрели, — сказал один из охранников — Только в подвал не заглядывали еще. — Не думаю, что она до сих пор тут, — с сомнением произнес второй — Небось давно дома. — Интересно, как она дошла до туда в сорочке и босая? — не согласился с ним первый. — Как дошла? Молча! — недовольно сказал второй — Встала и вышла, а что выглядит так, ну да и все равно, сейчас время такое, что всем друг на друга плевать, хоть окровавленный по улицам пройди или в слезах - никто и не дрогнет, мимо пройдут, будто все нормально, скажут: Не наше дело, чего будем лезть. Парни открыли подвальную дверь и закурив, приготовились войти.