Если бы...

Королевские покои содрогнулись, когда глубокой ночью в них ворвался Эйгон. Его голос, срывающийся от волнения и ярости, разбудил короля и королеву. Стоило Визерису услышать о нападении на Рейниру, как его привычной слабости не осталось и следа. Бешенству короля, казалось, не было предела. Никто и никогда не видел «Миротворца» таким. Eго лицо исказилось, дыхание стало тяжелым, а в глазах вспыхнул тот самый первобытный огонь, который когда-то сделал Таргариенов властелинами мира. Стало ясно. Сегодня Дракон не будет договариваться. Сегодня Дракон проглотит Морского Конька. Визерис шел по коридорам стремительным шагом, насколько позволяло его изможденное тело. За ним, судорожно придерживая полы ночного платья и едва поспевая, семенила бледная Алисента. В тронном зале уже собрались все участники этой ночной драмы. Справа от Железного трона, словно единый фронт, стояли Деймон, Рейнира и Эйгон. Слева, в тени колонн, застыли Отто Хайтауэр, Эймонд и Хелейна. А прямо перед мечами трона, понурив головы, стояли Корлис и Рейнис. Деймон, прислонившись к колонне, с холодным удовлетворением наблюдал за братом. Впервые за долгие десятилетия Визерис не искал мира. Он не собирался подлизываться к Веларионам или заминать конфликт. Морской Змей должен был заплатить за пролитую кровь, и Деймон жаждал увидеть эту плату. Король первым делом подошел к Рейнире. Она стояла прямо, бледная, но непоколебимая. С её руки медленно капала кровь, пачкая пол, но она наотрез отказалась идти к мейстерам, пока справедливость не будет восстановлена. - Дочка! - голос Визериса дрогнул, когда он увидел порез. Огонь в его глазах вспыхнул с новой силой. - Я не сильно ранена, отец, - тихо, но твердо ответила принцесса. - Благодари Эймонда. Если бы не он... Теперь все взгляды устремились на юного принца. Эймонд стоял неподвижно, его лицо было каменным, а праздничные сапоги полностью багровыми от крови Лейнора. От самого входа в зал до подножия трона тянулись липкие, алые следы. Слугам придется долго отмывать этот камень... Визерис подошел к своему второму сыну и, к изумлению всех присутствующих, крепко обнял его. На памяти Рейниры это был первый раз, когда отец проявил такую открытую нежность к Эймонду. Единственный глаз мальчика расширился от шока, он застыл, не зная, как реагировать на тепло отца, которого так долго жаждал. От дальнейших излияний их избавил Деймон. - Визерис, - негромко произнес он, делая шаг вперед. - Сейчас не время для сантиментов. Нас ждут дела поважнее. Король медленно отстранился, напоследок ободряюще сжав плечо сына, и повернулся к Веларионам. Его лицо мгновенно превратилось в маску гнева. Корлис и Рейнис стояли неподвижно. Рейнира на мгновение задумалась о том, что они чувствуют. Совсем недавно они потеряли Лейну. Пламя Вхагар поглотило их дочь в муках неудачных родов. А теперь они стояли на пороге потери единственного сына. Это было жестоко. И если Корлис, чье непомерное эго и жажда власти не раз ставили корону под удар, возможно, и заслужил этот удар судьбы, то Рейнис... Почти Королева не заслуживала такой боли. Она всю жизнь несла бремя утраченных надежд и обид, но всегда оставалась верна семье. Потерять последнего ребенка, это была бездна, в которую Рейнира боялась даже заглянуть. Король встал напротив них. Корлис не смел поднять головы. Он понял намерения Визериса в ту секунду, когда тот вошел в зал. Рейнира была той чертой, которую нельзя было переступать никому. И сейчас Визерис собирался продемонстрировать это всему миру. - Вы ведь понимаете, что вас ждет? - его голос прозвучал глухо и страшно. - Ваше Величество, уверяю, мы не знали о намерениях Лейнора... - начал было Корлис, но его голос сорвался. - Мы глубоко сожалеем о случившемся... - Сожалеете?! - Визерис буквально выплюнул это слово.-— Моей дочери, наследнице престола, чуть не вскрыли горло в моем собственном доме! А вы «сожалеете»? Если бы мы не были одной крови, Корлис, я бы приказал казнить весь ваш род до последнего человека! - Кузен, прошу... - тихо прошептала Рейнис, наконец подняв глаза. Визерис посмотрел на неё, и его гнев на мгновение смягчился. Между ними всегда была особая связь. Даже когда Визериса избрали на совете вместо неё, Рейнис не направила свою обиду на него лично — она презирала мир, который отверг её. И Визерис всегда уважал её за это, косвенно поддерживая её права тем, что объявил наследницей Рейниру, признавая тем самым ошибку великого совета Джейхейриса. - Рейнис... - Визерис вздохнул, и это был вздох усталого, раненого зверя. - Твой сын обезумел. Он поднял руку на кровь дракона. За такое преступление есть только одна цена. И вы оба знаете, какова она. Тень трона легла на лица Веларионов, и в зале воцарилась тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием короля. - Рейнис... - король, казалось, окончательно растерялся. Почти Королева плакала. Впервые за долгие десятилетия мир увидел её слезы. Даже в детстве она никогда не плакала, встречая удары судьбы с ледяным достоинством, которое стало её легендой. Но череда потерь оказалась слишком тяжелым бременем даже для «Железной леди». - Ты сама знаешь, кузина... я не могу иначе, - глухо произнес Визерис. - Визерис, он мой сын, - прошептала Рейнис, и её голос надломился. - Мой последний ребенок... - Что ты мне предлагаешь? Простить и отпустить того, кто едва не перерезал горло моей дочери? - Отец, - внезапно вмешалась Рейнира. Все взгляды в зале мгновенно обратились к ней. Принцесса тяжело сглотнула, чувствуя на себе полную надежды мольбу Рейнис. - Возможно, сир Лейнор мог бы надеть чёрное. Мы не можем объявить народу о покушении, это выставит корону уязвимой, а наследницу беззащитной. Других же причин казнить Лейнора, в чьих жилах течёт кровь Таргариенов, нет. Если мы прольем его кровь сейчас, мир запомнит нас как убийц родичей. Рейнис округлила глаза, не веря своим ушам. Она ожидала увидеть Рейниру в первых рядах тех, кто будет требовать плахи, но принцесса подарила ей шанс. - Она права, Ваше Величество, - подал голос Отто Хайтауэр, благоразумно державшийся поодаль от разгневанного короля. - Огласка покушения даст повод врагам принцессы поднять голову. Если горло наследницы едва не перерезали в стенах Красного замка, то ни один лорд не почувствует себя в безопасности под вашей защитой. Ссылка на Стену, более изящное решение. Визерис перевел взгляд с десницы на дочь. В её глазах он увидел не только милосердие, но и холодный расчет будущей правительницы. Король тяжело выдохнул и закрыл глаза, принимая решение. - Приведите сира Лейнора сюда. Спустя несколько минут напряженного молчания стража втащила в зал то, что осталось от Лейнора Велариона. Его лицо было полностью забинтовано, и сквозь ткань уже проступали свежие алые пятна. Его бросили к подножию трона, словно мешок с костями. Те, кто не видел расправы Эймонда, в ужасе отпрянули. Рейнис рванулась к сыну, но строгий жест короля пригвоздил её к месту. Она понимала. Она уже получила больше, чем смела просить. - Лейнор Веларион, - начал Визерис, и эхо его голоса задрожало под сводами зала. - Вам сегодня везёт. Мало того, что мой сын оставил вас в живых, так и я не лишу вас головы, хотя вы того заслуживаете. Благодарите свою бывшую жену и свою мать за то, что они вымолили вам право на жизнь. Но я не оставлю это безнаказанным! Вы отправитесь на Стену. Примете чёрное, откажетесь от титулов и земель. Вы больше не Веларион. Вы никто. Лейнор едва заметно кивнул. Челюсть, раздробленная сапогом Эймонда, не позволяла ему даже издать звук. - Дрифтмарк и Плавниковый трон, - продолжил король, повысив голос, - после смерти Корлиса Велариона перейдут его внучке, Рейне Таргариен. Это решение окончательное и обсуждению не подлежит! Рейна, стоявшая рядом с Деймоном, замерла, широко раскрыв глаза. Это был удар под дых для всех. По закону Дрифтмарк должен был остаться за мужской линией или перейти к самому Деймону, но король решил иначе. Рейнира подумала, что отец снова пытается отдалить Деймона от власти, лишив его возможности самому занять Плавниковый трон. Однако, взглянув на дядю, она поразилась, Деймон не был взбешен. Напротив, его губы растянулись в хищной, самодовольной улыбке. - «Что же ты задумал, дядя? - подумала Рейнира, чувствуя, как по спине пробегает холодок. - Рейна его дочь. Через неё он получает контроль над величайшим флотом мира, не связывая себя клятвами лорда. - Ты снова обвел всех вокруг пальца...» *** После суда все разошлись по своим покоям, а Лейнора, по приказу короля, бросили в одну из глубоких темниц Красного замка. Рейнира молча наблюдала, как её бывшего мужа уносит стража. Она не могла до конца понять свои чувства. Должна ли она ненавидеть его? Очевидно, да. Но чувствовала ли она торжество, глядя на его изувеченное тело? Нет. В какой-то степени она даже ощущала странную благодарность. Если бы не то отчаяние, в которое Лейнор загнал её своей выходкой, она бы никогда не нашла в себе сил так решительно изменить свою жизнь. - Признаюсь, я не ожидала, что ты станешь спасать Лейнора от плахи, - раздался за спиной голос Рейнис. Почти Королева подошла к Рейнире и низко поклонилась. Жест небывалый для её гордой натуры. - Я не знаю, как отплатить тебе за жизнь сына. Проси всё, что в моих силах, и это будет исполнено. - Мне ничего не нужно, принцесса Рейнис, - мягко ответила Рейнира, не оборачиваясь. - Я лишь не хотела, чтобы вы стали ещё более несчастны по моей вине. - Хорошо, но если вам что-нибудь понадобится... - Хотя, есть одна вещь, о которой я хочу вас попросить, - перебила её Рейнира, наконец повернувшись. - Всё что угодно, - кивнула Рейнис. - Я хочу, чтобы дом Веларион безоговорочно поддержал мой будущий брак. - Вы уже выбрали себе мужа, Ваша Милость? - удивлённо подняла брови Рейнис. Она, как и многие при дворе, сомневалась, что принцесса успеет сделать выбор за отведенные шесть лун. - Это будет Эйгон, - ответила Рейнира, прямо глядя в глаза тётки. Лицо Рейнис вытянулось от изумления. Она ожидала услышать имя любого лорда Вестероса, но только не имя младшего брата принцессы. - Вы уверены в своём выборе ? - спросила она с неприкрытым сомнением. - Абсолютно. Вы сами сможете убедиться в моей правоте. Полагаю, после всего произошедшего вы задержитесь в Королевской Гавани дольше, чем планировали. - Если те слухи о «новой жизни» принца Эйгона, что доходили до меня, правдивы, то он, должно быть, безумно влюблён в вас, - Рейнис слабо усмехнулась. - Что же любовь делает с мужчинами... - И не только с ними, - отозвалась Рейнира. - Со стороны может показаться, что я лишь использую брата как пешку, но уверяю вас, это не так. В последнее время я стала замечать, что и сама небезразлична к нему. - Это прекрасно, - Рейнис на мгновение смягчилась. - В нашем мире мало браков по любви. Если это так, я надеюсь, что ваш союз будет таким же крепким, как мой... но с более радостным концом. - Это не конец вашего брака, - уверенно заявила принцесса. - Хоть Лейнора вы, скорее всего, больше не увидите, у вас есть внучки. Воспитайте их так, чтобы они были достойны своей бабушки. Рейнис благодарно улыбнулась и, попрощавшись, ушла. Вряд ли она собиралась спать, скорее всего, её путь лежал в темницы, к сыну. Рейниру же это больше не касалось. Она наконец отправилась к мейстеру, перевязала рану на руке и, чувствуя смертельную усталость, ушла в свои покои. *** Визерис устало опустился на кровать. Рядом села Алисента, чьё лицо застыло в маске тревоги. - Это было необдуманно, - начала она. - Что именно? - глухо спросил Визерис. - Отправлять Лейнора на Стену. Как мы объясним это людям? - Скажем, что корона решила покарать мужеложца, - ответил король, снимая тяжелую корону. - Этим мы не только привлечём симпатии народа, но и наладим отношения с Верой. Их разговор прервал Деймон, вошедший в покои без стука. - Брат, могу я поговорить с тобой? - спросил принц, а затем скривился, бросив взгляд на королеву. - Наедине. Алисента посмотрела на мужа, и когда тот едва заметно кивнул, она вышла, плотно прикрыв за собой дверь. Деймон прошёл вглубь комнаты и сел напротив брата. - Как ты? - спросил он. - Бывало и лучше, - вздохнул король. - Я думал, ты казнишь Лейнора... - Я тоже, - признался Визерис. — -о доводы Рейниры оказались весомыми. - Ты ведь сделал это не для того, чтобы в очередной раз умаслить Морского Змея? - настороженно прищурился Деймон. - Мы уже говорили об этом, брат. Я не намерен больше этого делать. - Хорошо. Потому что у меня есть вариант, который окончательно решит проблему с Веларионами. - И что же ты предлагаешь? - в голосе Визериса проснулся интерес. - Обручи Рейну и Эймонда, - отрезал принц. - Рейна останется наследницей Дрифтмарка, а брак с принцем Таргариеном обеспечит их вечную верность нашему дому. - Бейла выколола мальчику глаз, - мрачно напомнил Визерис. - Именно поэтому я предлагаю Рейну, а не Бейлу. Подумай сам, это усилит наш контроль над Плавниковым троном. Рейна больше пошла в меня, чем в мать. Она Таргариен. А имея рядом ещё одного Таргариена, наездника Вхагар, мы навсегда забудем о проблемах с Морским Змеем. Визерис понимал. Доводы брата бьют точно в цель. Это был лучший способ окончательно оседлать морских коньков. - Хорошо, Деймон. Когда вопрос о замужестве Рейниры решится, я объявлю об этом. - Разумно, - кивнул Деймон. - Ты всё ещё намерен оставить её наследницей, Визерис? - после паузы спросил он. - Я выбрал Рейниру не из прихоти, - король положил руку на рукоять кинжала на поясе. - Ты всё так же одержим этим, брат? - Деймон начал выходить из себя. - Что есть мощь дракона перед мощью пророчества, Деймон? - Визерис поднял голову, встретившись с ним взглядом. - Пророчество не поможет ей удержаться на Железном троне! - рявкнул принц.-— Если ты оставишь её без должного защитника, лорды разорвут её на части! - Рейнира выберет себе достойного мужа. Она уже не та маленькая девочка, Деймон. Нам обоим трудно это признать, но это факт. - Ты слишком добр, старший брат, - Деймон устало потер глаза. - Это тебя погубит. - Я предпочту умереть хорошим человеком, - улыбнулся Визерис. - И я верю в Рейниру. Она объединит Вестерос перед лицом смерти. Так же, как она объединила эту разрозненную семью... Деймон лишь криво усмехнулся, не найдя слов. Он попрощался и вышел. У дверей стояли Алисента и Кристон Коль. При виде их Деймон вдруг воодушевился настолько, что рука сира Кристона невольно потянулась к мечу. - Дамы, следующая очередь на Стену ваша, - усмехнулся принц. - Не стоит хвататься за сталь, сир Криспус, или как вас там. Для последнего, кто поднял руку на Таргариена, всё кончилось плохо. Коль убрал руку с эфеса, глядя на Алисенту, которая буквально сверлила Деймона взглядом. - Не слишком ли много вы себе позволяете, принц? - прошипела она. - Нет. Это ты позволяешь себе слишком много, - Деймон шагнул ближе и склонился к её уху. - Скажи мне... Ты ведь представляешь себя там? Сидящей на Железном троне? И как я учтиво кланяюсь тебе? - Вам будет сложно кланяться без головы, принц Деймон, - огрызнулась она. Деймон рассмеялся, но отвечать не стал. Развернувшись, он спокойной походкой ушёл прочь, оставив королеву в яростном замешательстве.