Если бы...

Алисента быстрым шагом шла по направлению к покоям десницы, а сопровождал её сир Кристон Коль. Сегодня она получила тайное письмо, в котором говорилось, чтобы королева явилась в башню десницы после заката для важного разговора. Алисента прекрасно знала, о чём пойдёт речь. Всё, что они так долго и скрупулёзно планировали, пошло прахом из-за резкого перехода её детей на сторону Рейниры. Сейчас ни у неё, ни у её отца почти не осталось союзников при дворе. Единственной их опорой оставался король, но и ему недолго осталось. Это лишь вопрос времени, когда Визерис испустит последний вздох и на трон взойдет Рейнира. И тогда она обезглавит всех, начиная с Отто и заканчивая Эйгоном. Алисента ни на секунду не верила в то, что чувства Рейниры к Эйгону настоящие. Она считала, что принцесса лишь искусно использует её старшего сына для того, чтобы усилить своё положение при дворе, а когда воссядет на Железный трон, то безжалостно уничтожит всех, кто может претендовать на него. В этом королева была уверена на все сто. Поднявшись по крутым лестницам в покои десницы, она коротко постучала и, услышав глухое разрешение войти, зашла в комнату. Там, рядом со слабо горящим камином, сидел её отец, десница короля. Отто пошевелил кочергой угасающие угли. По комнате разнёсся сухой треск, и на мгновение лицо десницы осветилось ядовито-оранжевым сиянием, сделав его глубокие морщины похожими на трещины в сухой земле. Огонь в его покоях умирал, как умирало его многолетнее влияние в совете. Драконы вытесняли Хайтауэров из их собственного гнезда, и Отто это знал. - Отец, - подала голос Алисента. - Присаживайся, дочка, - показывая рукой на массивное кресло подле себя, сказал Отто. Она опустилась в кресло и внимательно посмотрела на отца, который выглядел явно обеспокоенным. - Почему ты пришла так поздно? - спросил он. - Я ведь написал, чтобы ты явилась сразу после заката. - Занималась приготовлениями к свадьбе, - недовольно ответила Алисента. - Разве ты не отказалась от участия в этом фарсе? - удивлённо вскинул бровь десница. - Отказалась, - кивнула она, а затем её лицо болезненно сморщилось. - Но один из придворных распорядителей сказал, что заняться всем этим, личный приказ Эйгона. Он передал, что Эйгон настоятельно рекомендует мне прислушаться к его словам... - Эйгон окончательно вышел из-под контроля, - мрачно подметил Отто. - Из-под нашего, да, - горько ответила Алисента. - Рейнира намертво впилась в него своими когтями и теперь использует его, как ей вздумается! - Сейчас наша главная проблема не в этом, Алисента, - покачал головой десница, устало потерев переносицу. - За кратчайшее время я потерял почти всё влияние во дворе и над твоими детьми в частности. Я был слишком глуп, когда рассказывал Эйгону некоторые наши планы. Очевидно, мальчишка слово в слово пересказал всё Рейнире. Она методично и постепенно закрывает нам все возможные двери. Теперь стало ясно, что наша главная фигура на доске утрачена, впрочем, как и все другие... Чтобы вернуть их, мы должны действовать радикально. - Что ты имеешь в виду? - сузив глаза, настороженно спросила королева. - Рейнира ни за что не должна взойти на Железный трон. Она уничтожит и наш дом, и всё королевство. Мы должны устранить её... - Отто поднял тяжёлый, мрачный взгляд на Алисенту. - Причём немедленно. Только тогда Эйгон взойдёт на престол, и всё будет так, как и должно быть. Подавленного горем мальчишку после её гибели будет легко снова посадить на короткий поводок, а с остальными твоими детьми проблем и вовсе не возникнет. Алисента в шоке посмотрела на отца, отчаянно пытаясь понять по его лицу, шутит он или говорит серьёзно. Алисента перевела взгляд с отца на тяжёлые, мозолистые пальцы Кристона Коля. Её семья всегда прикрывались верой, праведностью и законами Семи Королевств. Но сейчас, в этой полумрачной комнате, они выглядели как обычные убийцы из подворотен Блошиного Конца. Ей сделалось тошно. Если Эйгон узнает... если он будет рядом и случайно отхлебнёт из её кубка? От этой мысли у королевы перехватило дыхание. - Это подлое дело, я знаю, но его необходимо совершить, - отрезал десница. - Но как? Как ты собираешься убить её? Последнего, кто пытался поднять на неё руку, Эймонд покалечил, а отец отправил на Стену. Теперь за Рейнирой всюду следует личная охрана Деймона. - Есть куда более удобные и тихие методы для этого, - холодно произнёс Отто, медленно доставая из складок рукава маленький стеклянный пузырёк. - Сир Кристон, - он повернулся к застывшему у дверей рыцарю. - Во время свадебного пира вы будете одним из тех гвардейцев, кто охраняет королевский стол. Когда наступит время танцев и все отвлекутся, вы незаметно подмешаете это в кубок принцессы. - Ты намерен убить её прямо на свадьбе?! - опешила Алисента, прикрыв рот ладонью. - Более подходящего момента у нас не будет. Столько высокопоставленных гостей, столько слуг вертится вокруг - в такой суматохе никто и не догадается, кто это сделал. К тому же, нельзя позволить Эйгону слишком сильно прикипеть к семейной жизни, - аргументировал Отто. - Я распорядился, чтобы яд подействовал быстро, и она не успела ничего понять. Ей не будет больно. Всё пройдёт в одно мгновение. Белая перчатка Королевского гвардейца с тихим шуршанием сжалась вокруг флакона. В темноте покоев глаза сира Кристона блеснули фанатичным, безумным блеском. Для него это давно не было вопросом престолонаследия. Это был вопрос его личного очищения, мести за ту ночь, когда принцесса растоптала его гордость и превратила в послушную игрушку. - Жаль, - глухо отозвался Коль. Он сделал шаг вперёд и уверенно взял пузырёк из рук десницы. - Я бы с превеликим удовольствием посмотрел на предсмертную агонию этой шлюхи... *** Это будет долго... Рейнира поняла это с самого утра, едва её разбудили служанки. Ещё полусонная, она растерянно оглядывалась по сторонам, едва приоткрыв глаза и пытаясь сообразить, что происходит. Когда она наконец поднялась с постели, для неё уже приготовили тёплую ванну с ароматными маслами. Быстро помывшись, принцесса вышла из купели, и слуги принялись облачать её в подвенечный наряд.\ Платье было соткано из тяжелого белого шёлка, невероятно приятного на ощупь. Всю ткань, словно бурные реки крови, пронизывали багровые линии, создавая великолепный контраст с ослепительно-белой основой. На плечах же Рейниры устроились золотые драконы с рубинами вместо глаз. Oни надёжно удерживали тяжёлый плащ у неё за спиной. Наряд был воистину прекрасным. Но больше всего времени ушло именно на причёску. Замысловатые узоры из серебряных прядей, переплетающихся на голове, отняли несколько часов, но в итоге всё получилось лучше некуда. Закончив с приготовлениями, слуги почтительно сопроводили принцессу до выхода из Красного замка. Там её уже ждала богато украшенная карета, которая должна была доставить невесту в Великую септу. Едва повозка тронулась, по пути Рейнира услышала далёкий, раскатистый рёв драконов и тут же приказала кучеру остановиться. Выглянув наружу, она замерла. В небе над Гаванью величественно парили Вхагар, Пламенная Мечта, Мелеис, Тессарион и Караксис. Драконы кружили над городскими крышами, выдыхая столпы яркого пламени и словно танцуя в облаках. Это был истинный Танец драконов. Грандиозное и прекрасное зрелище, призванное продемонстрировать всему миру неоспоримую мощь дома Таргариенов и отпраздновать свадьбу будущих монархов. Когда Вхагар с ревом проносилaсь сквозь облака, переплетенное пламя окрасило белые стены Великой септы в зловещий багровый цвет. Простолюдины внизу задирали головы, закрывая глаза от летящего пепла. Это было прекрасно, но в то же время ужасающе. Прямо под ней, словно дразня старую карга, стрелой проносился Караксис. Деймон управлял Кровавым Змеем с присущим ему безрассудством, дракон резко пикировал вниз, складывая крылья, а у самых крыш Сапожного переулка с пронзительным, свистящим клёкотом взмывал обратно, оставляя за собой шлейф дыма. Чуть в стороне, со всей грацией бывалой воительницы, шла Алая Королева. Принцесса Рейнис вела её ровно и уверенно. Яркая чешуя Мелеис отливала на солнце жидкой медью, а её розовое пламя широким веером ложилось на облака. Рядом с ней, стараясь не отставать, кружилась юная Тессарион под седлом Дейрона. Синяя Королева казалась изящной кометой. Eё кобальтовые крылья рассекали небо, а сине-золотые вспышки огня выглядели как настоящий праздничный салют, заставляя простолюдинов внизу восторженно кричать. Но самым удивительным было видеть там Пламенную Мечту. Хелейна редко поднимала свою драконицу в воздух, предпочитая покой, но сегодня огромная, бледно-голубая самка величественно плыла в потоках ветра, изредка выпуская короткие, аккуратные залпы лазурного огня. Драконы переплетались в небе траекториями, выдыхали огонь, который смешивался в воздухе в единую багряно-синюю реку, и праздновали свадьбу будущих монархов. В толпе шептались, что небо над Королевской Гаванью ещё никогда не видело столько ярости и мощи одновременно, словно сами боги предрекали Вестеросу крещение огнём. Рейнира не сомневалась, эта великолепная идея принадлежала Эймонду. На секунду ей самой безумно захотелось бросить все эти протоколы, оседлать Сиракс и просто летать в вышине вместе со своей семьёй. Но она не могла. Удручённо опустившись обратно на сиденье кареты, она немного поникла. Единственное, что искренне радовало её в этот миг, это то, что она наконец-то выходит замуж. Не как в прошлый раз, ради чужого долга, а по-настоящему. Она связывала жизнь с мужчиной, которого действительно любила и который всем сердцем любил её в ответ. В их жестоком мире большего счастья было не найти. Возле Великой септы собралось поистине колоссальное количество людей. Когда карета медленно протискивалась сквозь живой коридор из огромной толпы, Рейнира решила приоткрыть шторку. Она сильно удивилась, когда поняла, что весь этот людской океан восторженно скандирует её имя. - Слава принцессе Рейнире и принцу Эйгону! - хором выкрикивали тысячи голосов. В этот момент прямо над их головами с глухим рокотом пронеслась исполинская тень Вхагар. На секунду толпа испуганно притихла, но затем хор восторженных криков вспыхнул с ещё большей, оглушительной силой. Да... на веку этих людей ещё не бывало ничего подобного. Когда Рейнира перешагнула порог септы, гвардейцы у дверей синхронно склонились, пропуская принцессу. В нефах её встретил отец. Визерис счастливо улыбнулся и крепко обнял свою дочь. - Ты готова, Рейнира? - тихо спросил король. - Да, отец, - улыбнулась она в ответ. Король согласно кивнул, передал свою трость стражнику и, бережно взяв дочь за руку, повёл её по длинной дорожке к алтарю. Там, выпрямившись во весь рост, её уже ждал Эйгон. Его свадебный дублет был выполнен из плотной чёрной ткани с текстурой драконьей чешуи, а на груди ярко полыхал вышитый красный герб Таргариенов. Юноша выглядел величественно. Он выглядел как истинный повелитель драконов. В голове Рейниры внезапно пронеслась фраза, которую она услышала давным-давно во время королевской охоты, устроенной в честь второго дня именин принца: «Славься, принц Эйгон, второй своего имени! Новый Завоеватель!» Тогда, будучи совсем юной, она считала эти слова глупым фарсом и бредом сумасшедшего. Как мог этот капризный младенец стать вторым Завоевателем? Но сейчас, глядя на статного юношу, который стоял у алтаря с гордо поднятой головой, она знала наверняка, он не просто станет вторым Завоевателем. Он превзойдёт его. Никого из братьев рядом с Эйгоном у алтаря не было, что логично, ведь они только что рассекали облака над городом. Но Рейнира знала, что на праздничном пире они обязательно займут свои места, и эта мысль согревала её. Возле алтаря стояла лишь Алисента, натужно и фальшиво делая вид, будто искренне рада происходящему. Выученная наизусть священная клятва, обмен брачными плащами и... поцелуй. Пожалуй, это был самый приятный и долгожданный поцелуй в её жизни. В это прикосновение губ принц вложил всю свою нежность, преданность и накопившуюся любовь. Зал септы буквально затрещал от громогласных криков и бурных аплодисментов гостей, приветствующих молодых супругов. В то время как септа взрывалась от рукоплесканий, Алисента Хайтауэр стояла неподвижно, словно каменное изваяние Девы. Её пальцы так сильно впились в ткань зелёного платья, что побелели костяшки. Смотря на то, с какой преданностью её старший сын целует «бестию», королева чувствовала, как внутри неё всё выгорает дотла. Но краем глаза она поймала уверенный, холодный кивок сира Кристона, стоявшего у входа. Сеть была раскинута. Ей оставалось лишь ждать. - Видишь, - прошептал Эйгон, неохотно оторвавшись от её губ и заглянув в её фиолетовые глаза. - Народ искренне любит тебя, моя королева. Рейнира лишь счастливо улыбнулась и снова поцеловала своего, теперь уже законного мужа. *** Пир закатили знатный. Почти все великие дома присутствовали на нём. За главным столом сидели все Таргариены и лорд Корлис Веларион. Было заметно, что Морской Змей немного напряжён, сидя за одним столом с Рейнирой после того, как всего пару месяцев назад его сын чуть не перерезал ей горло, но, к счастью, обошлось без неловкостей. Но больше всего была напряжена Алисента. Рубиновое бордовое вино то и дело выплескивалось из кубка Алисенты, оставляя на белоснежной скатерти багровые пятна, похожие на капли крови. Королева-мать не слышала музыки. В её ушах стоял лишь глухой стук собственного сердца. Каждый раз, когда сир Кристон переступал с ноги на ногу у нее за спиной, латы гвардейца тихо звенели, и этот звук отзывался в голове Алисенты погребальным набатом. Она судорожно сделала еще один глубокий глоток, пытаясь залить этот первобытный ужас. Она никогда не пила так много, особенно на официальных пирах. Что-то явно было не так. Неужели она настолько ужасно восприняла этот брак ? Вскоре король, тяжело опираясь на свою валирийскую трость, поднялся с места. Оглядев зал, полный собравшихся лордов, он посмотрел на своих детей. Как только монарх встал, в Большом зале тут же воцарилась абсолютная тишина. - Дети мои, я хотел бы сказать вам кое-что, - начал он, слабо улыбнувшись. - Я бы с радостью поднял за вас бокал, но боюсь, у меня уже просто рук не хватает... - Визерис немного хохотнул, отчего на лицах всех сидящих за столом появилась грустная, понимающая улыбка. Эйгон за столом понимающе опустил глаза, а Дейрон мягко накрыл ладонь Хелейны своей, подбадривая сестру. Даже в таком гниющем, умирающем состоянии король пытался удержать их всех вместе. - Мне осталось недолго. Очень скоро вы двое сядете на Железный трон и будете править Вестеросом вместо меня. Это тяжкое бремя, но и нет чести больше этой. - Король окинул взглядом притихших лордов и леди, а затем продолжил, - Все здесь собравшиеся пришли, чтобы искренне поздравить вас и поддержать. Я твёрдо уверен, что вы двое войдёте в книги истории как одни из самых мудрых и могущественных правителей династии Таргариенов. И где-то там, на полях летописей, засветится и моё имя, как отца, что дал вам жизнь и все Семь Королевств в придачу. По залу вновь пронёсся тихий, одобрительный смех. Король улыбнулся и продолжил более тихим, проникновенным голосом. - Я лишь хочу сказать, что безмерно счастлив, когда вижу свою семью, живущую в мире и гармонии. Когда вижу, как мои дети счастливы друг с другом. Для меня это действительно лучшая награда. Ни славы в веках, ни великих песен я не хочу, чтобы слагали обо мне. Я хочу, чтобы меня запомнили просто как отца, который любил своих детей. - Он оглянулся на Хелейну, Эймонда и Дейрона. - Всех своих детей. Я хочу, чтобы век правления моих преемников был столь же мирным, как и мой. Чтобы мои дети никогда в жизни не знали горя. Лишь этого просит моя душа. - Король тяжело выдохнул, опустив голову. Казалось, он морально готовится к финалу своей речи. - И я считаю, что с этой задачей я справился... Династия Таргариенов будет править ещё сотни лет, как было до нас, и так будет после. - Да! - хором отозвались лорды в зале, дружно поднимая свои кубки. - Спасибо, отец, - Рейнира поднялась со своего места и крепко обняла Визериса, а тот нежно похлопал её по плечу единственной уцелевшей рукой. Остальные дети тоже подняли бокалы в честь отца. - Я рад, что ты счастлива дочь моя, - тихо шепнул ей Визерис. Пир продолжился с новой силой. Столы буквально ломились от изысканных блюд и лучших вин, а лорды и леди раз за разом поднимали тосты за будущих монархов и процветание королевского рода. Наконец пришло время танцев. Зал мгновенно наполнился красивой музыкой, и на середину потянулись кружащиеся пары. Эйгон, вежливо встав с места, пригласил свою жену на танец. Рейнира с азартной, счастливой улыбкой на губах согласилась. Взяв его за руку, она легко поднялась и увлекла мужа за собой в центр зала. За этой умиротворённой сценой с улыбкой наблюдала вся семья. Как только принцесса отошла от королевского стола, сир Кристон Коль коротко переглянулся с бледной, нервной Алисентой. Незаметно достав из-под белого плаща маленький стеклянный пузырёк, он открыл его и поспешил тихо подлить смертоносный яд в чашу Рейниры. Он уже собирался убрать руку, как вдруг его кисть с глухим стуком отделилась от запястья и вместе с пузырьком упала прямо в кубок принцессы. Сир Кристон поначалу даже ничего не успел понять, но уже через секунду Большой зал наполнился его истошными, дикими криками боли. Музыка тут же оборвалась. Все гости в ужасе обернулись в сторону главного стола. Там, тяжело дыша, стоял принц Деймон Таргариен с окровавленной Тёмной Сестрой в руках, а перед ним, содрогаясь воплях, на коленях катался Кристон Коль, судорожно зажимая фонтанирующий обрубок правой руки. Никто в зале не успел даже сдвинуться с места, как Деймон одним мощным выпадом вогнал свой валирийский меч глубоко в живот рыцаря. - Я ведь обещал тебе когда-то, что выпущу тебе кишки, помнишь? - хищно ухмыльнулся Порочный принц. Резким, безжалостным движением он выдернул клинок вбок, буквально вспоров Колю живот и выпустив всё его содержимое наружу. Кровь хлынула рекой, в один миг окрасив белые одежды гвардейца, камзол принца и почти весь королевский стол в багровый цвет. Внутренности Кристона уродливой массой растеклись по скатерти, и рыцарь замертво рухнул лицом прямо в тарелку со свадебными сладостями. Лорды в зале застыли в глубоком шоке, абсолютно не зная, что делать, а испуганные леди оглушительно закричали от ужаса. Хелейна осталась сидеть на месте. Она отрешённо смотрела, как багровая кровь Коля медленно подползает к её тарелке. Накручивая на палец шёлковую нить, принцесса тихо, почти беззвучно пробормотала под нос. - «Зелёное платье испачкалось в красном... Ткач потерял пальцы, и нить оборвалась». Дейрон, стоявший рядом, испуганно прижал сестру к себе, закрывая ей обзор на труп. Опомнившиеся стражники у стен тут же с лязгом обнажили мечи, готовясь к бою. - Спокойно, - лениво произнёс Деймон, со звоном кладя окровавленную Тёмную Сестру прямо на стол перед собой. - Я закончил... - Что ты творишь, Деймон?! Ты совсем из ума выжил?! - в ярости закричал Визерис. Порочный принц брезгливо потянулся к кубку принцессы, вытащил оттуда отсечённую руку Коля и швырнул её на стол прямо перед королём. Посмотрев на бледную плоть, Визерис замер. В зажатых судорожным спазмом пальцах по-прежнему был зажат разбитый стеклянный флакон. Эйгон и Рейнира, оставив танец, медленно подошли к столу. Принцесса внимательно, ледяным взглядом смотрела на искажённое первобытным страхом лицо своей мачехи. - Он пытался отравить принцессу, - сухо и чётко пояснил Деймон. Лорд Корлис Веларион сделал шаг вперёд и аккуратно извлёк пузырёк из отрубленной руки Кристона. Слегка понюхав содержимое, Морской Змей мрачно кивнул. - Аконит... Редкое, крайне токсичное вещество. Это очень дорогой яд, Ваше Величество. Обычному рыцарю Королевской гвардии его просто негде достать. - Лорд Корлис брезгливо покрутил флакон в руке, разглядывая клеймо на стекле. - Этот аконит привезён из Лисских садов. Такой контрабандный товар в Гавани поставляют только для личных нужд Высших лордов. - Не здесь, лорд Корлис, - раздался мрачный, пугающе взрослый голос Эйгона. - Думаю, продолжать свадебный пир после подобного кощунства нельзя... - Мы разберёмся с этим в более подходящем месте, - сквозь зубы процедил король, тяжело поднимаясь с места. - Тут нечего долго разбирать, брат, - хмыкнул Деймон, вытирая клинок шёлковой салфеткой. - Это наш дорогой старина Отто и его шлюха-дочь всё спланировали от начала и до конца. - Как ты смеешь оскорблять королеву?! - выкрикнул один из оставшихся верными Хайтауэрам рыцарей, но его резким, властным жестом руки мгновенно остановил Эймонд. - Мама? - Эйгон медленно повернулся к Алисенте, которая выглядела так, словно была готова прямо сейчас получить сердечный приступ. - Ты ведь имеешь к этому отношение, не так ли? - Ох, дорогой племянник, - усмехнулся Деймон, оперевшись на эфес меча. - Если бы не твоя дражайшая мать, сейчас Рейнира уже захлёбывалась бы собственной кровью на этом полу. Алисента так нервно и часто зыркала на своего седого горе-любовничка, что понять их замысел было проще простого. Эймонд перевёл свой единственный фиолетовый глаз на бледную мать. В его взоре вспыхнул опасный огонь. - Я ведь предупреждал тебя, хайтауэрское отродье, чтобы ты даже думать не смела вредить Рейнире... - принц снова потянулся к рукояти своего меча, но громовой голос Визериса заставил его замереть. Король мрачно и тяжело смотрел в сторону своей жены, которая медленно, шаг за шагом пятилась назад, явно пытаясь незаметно сбежать из залитого кровью зала. - Взять её, - ледяным тоном приказал Визерис. Через секунду к королеве подскочили сир Эррик и сир Аррик Каргиллы, намертво перехватив её под руки. - Бросить её и бывшего десницу короля, Отто Хайтауэра, в Чёрные камеры Красного замка, пока не будет назначен официальный суд над изменниками! - Как прикажете, Ваше Величество, - синхронно кивнули близнецы. Они силой потащили к выходу бьющуюся в истерике, кричащую Алисенту. Затем Визерис сурово приказал всем напуганным гостям немедленно покинуть Большой зал, и лорды с леди поспешили подчиниться, стремясь как можно скорее уйти подальше от гнева короля. Рейнира с нескрываемым презрением и отвращением наблюдала за тем, как изуродованный труп сира Кристона Коля слуги неловко поднимают со стола, чтобы унести прочь. - Ты довольно сильно упростил задачу Молчаливым Сёстрам, дядя, — хладнокровно хохотнул Эймонд, цинично провожая взглядом кишки Коля, которые бледным шлейфом тянулись за ним по каменному полу. Рейнира укоризненно, строго посмотрела на среднего брата, и тот послушно замолчал. Однако в его сапфировом глазу всё ещё блестел тот самый нездоровый, хищный интерес, который постоянно пылал и в глазах их дяди Деймона, когда тот кого-то убивал. «Я же говорила, сходство между ними почти стопроцентное», - мысленно отметила принцесса. - Я лично убью её, - глухо произнёс Эйгон, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. - Я убью их обоих. Сожгу заживо! - Она всё-таки твоя мать, - мрачно напомнила ему Рейнира, мягко коснувшись его плеча. - Мне плевать, я ведь предупреждал её! - яростно огрызнулся принц. - Ох, не волнуйся, дорогой племянник, всё обязательно будет, - ухмыльнулся Деймон, сложив обе руки на эфес Тёмной Сестры и слегка навалившись на него всем телом. - Но дай сперва нам с Рейнирой шанс в полной мере насладиться моментом. Мы слишком долго искали законную возможность раз и навсегда избавиться от этих зловредных пиявок. - Значит... ты давно знал? - удивлённо и потерянно спросил Визерис, глядя на брата. - Про сегодняшнее отравление? Нет, конечно. Я не думал, что этот старый лис под конец жизни настолько обезумел, чтобы попытаться выкинуть нечто подобное прямо на королевской свадьбе, - хмыкнул Деймон. - Но я слишком давно знал о кознях, которые Отто Хайтауэр строил за твоей спиной, брат. Прямых доказательств измены у нас не было, поэтому мы ничего не могли предпринять,- он безмятежно пожал плечами. - Что ж, теперь они у нас есть. - Если подумать, то, скорее всего, именно Отто засадил Лейнору Велариону мысль отомстить Рейнире, - рассуждал Дейрон, задумчиво меряя шагами зал. - И именно дед мог координировать его действия в столице. - Я сильно подозреваю, что и великий мейстер замешан во всём этом, - хмуро добавила принцесса Рейнис, скрестив руки на груди. - Откуда ещё Отто мог достать столь редкий и чистый яд, если не из тайных запасов Цитадели? - Да, принцесса права, - согласно кивнула Рейнира, пытаясь унять дрожь в пальцах. - Нужно во что бы то ни стало разузнать у Отто всё. Каждое имя, каждого шпиона. - Не волнуйтесь, - хищно усмехнулся Деймон, с тихим, едва слышным шуршанием вогнал Тёмную Сестру обратно в ножны. На его безупречном камзоле темнели несколько крупных капель крови Коля, но принца это совершенно не волновало. Он лениво откинул назад серебряные пряди и посмотрел на Корлиса Велариона с такой безмятежной ухмылкой, будто они обсуждали не скорую пытку бывшего десницы в Чёрных камерах, а цену на пряности в портах Эссоса. - Я лично позабочусь о том, чтобы старый пердун рассказал всё, что знает, до последнего слова. Вся его шпионская сеть развалится, как только он умрёт, и всё наконец встанет на круги своя. - Господи... - Рейнира устало потерла виски, качая головой. - Может хотя бы одна моя свадьба не заканчиваться чьей-либо жестокой смертью? - Не будь так пессимистична, сестра, - весело отозвался Дейрон, пытаясь разрядить удушливую обстановку. - Например, в Староместе я вычитал в хрониках, что на свадьбах дотракийских табунщиков никогда не обходятся без пары-тройки смертей. У них это считается добрым знамением и чем-то вроде обязательной традиции. - Вот только мы, хвала семерым, отличаемся от дикарей-лошадников, Дейрон, - ледяным тоном фыркнул Эймонд, поправляя свою кожаную повязку. Младший принц на это лишь безмятежно пожал плечами. Рейнира лишь мрачно усмехнулась, крепче прижимаясь к плечу Эйгона. Тот обнял её в ответ, холодно глядя на залитый кровью стол. Это обещало быть интересным...