В чем проблема, Феликс?

- Хван Хёнджин, твою мать! - врываясь в плохо освещенное помещение, взревел Ли Ёнбок. - Феликс, добрый вечер. Не ожидал увидеть тебя здесь, - с напускным равнодушием и ухмылкой отозвался Хван, сидевший за столом на вычурно красном кожаном кресле. На нем был белый строгий костюм и галстук, который он немного ослабил, когда его потревожили. Ёнбок быстро пересек несколько метров, разделяющих их. Он встал напротив, расставив руки на столе. Вены отчетливо были видны на напряженных предплечьях, грудь быстро вздымалась, а ноздри раздувались от злобных выдохов. - Ты совсем ахуел? - Не понимаю, в чем проблема, Феликс? - Хёнджин встал из-за стола, обошел его слева и приблизился к собеседнику. Он был возмутительно спокоен, что заставляло Ликса чувствовать еще больше гнева внутри себя. - Какого черта твои люди забыли на нашей территории? Ты усугубляешь положение дел, кретин, - он смотрел в глаза напротив неотрывно, с вызовом; вдруг ударяя кулаком по столешнице. - Котик, тебе известно что-то, что неизвестно мне? Или, быть может, ты пришел просто потому, что соскучился? Где твой хозяин? - глаза Хёнджина наполнились нездоровым блеском, когда он подошел ближе, так, что расстояние между ними стало еле заметным. Он смотрел, не моргая, несколько секунд. А после резким движением схватил Ликса за волосы и, с ужасающей силой, приложил того о край стола. Глаза Ёнбока распахнулись, он туго соображал, что только что произошло. Его верхняя губа оказалась рассеченной — он отчетливо чувствовал вкус крови на своем языке. Ярость, наконец, достигла своего апогея, когда хватка на затылке ослабла. Он поднялся с колен, грубо хватая чужое запястье. Рука, машинально, замахнулась, соприкасаясь со скуловой костью, с такой силой, что Хван потерял равновесие. Хёнджин ненавидел, когда кто-то прикасался к нему без разрешения. И уж тем более ему не понравилось, что кто-то осмелился его ударить. Обычно бесстрастный и уравновешенный, он начал терять самообладание. Его глаза налились кровью, а правая рука сжалась в кулак. Схватив воротник джинсовки Ликса, он нанес ответный удар, который прошелся по нижней челюсти. Феликс отшатнулся, сделал несколько непроизвольных шагов назад, почти впечатываясь в стену. - Как ты посмел, щенок? - подойдя вплотную, с отвращением в глазах, сквозь зубы процедил Хван. Его рука пришлась грубым, мощным ударом прямо под дых. Ёнбок громко кашлянул, выпуская весь воздух из легких. Он был абсолютно потерян в пространстве. Прежде ему не доводилось видеть Хёнджина таким разъяренным. Хёнджин никогда не марал свои руки чужой кровью — грязную работу за него делали другие. Однако сегодня все вышло из-под контроля, когда чужой кулак соприкоснулся с его лицом. Пока Ликс не оправился от боли, тишину сотряс грохот очередных ударов, приходившихся в разные части тела. Стоять на ногах было невозможно. Боль, с невероятной скоростью, расползалась по телу, заставляя согнуться. Хёнджин вновь схватил его за волосы, поднимая голову. Он наотмашь зарядил несколько беспощадных пощечин, отчего на лице Ликса начали проявляться кровоподтеки. Но он все равно продолжал смотреть в глаза Хвана, выдерживая удары. Хёнджин знал наверняка, что сломать волю Феликса непросто, хоть он и был всего лишь правой рукой главаря их банды. Только для Хван Хёнджина нет ничего невозможного. Нещадный удар коленом в живот, заставил Феликса рухнуть на колени. Он пропустил еще несколько ударов по лицу. Изо рта и носа на пол капала кровь. В глазах помутнело. Его лицо становилось бардово-фиолетовым. В этот момент Хёнджин расстегнул свои брюки. Он держал голову Ёнбока, приблизился пахом к лицу, потираясь об него. Белая ткань окрасилась красным. - Бери в рот, - приказным тоном сказал он, бездушно смотря сверху-вниз. - Ты ебанулся? - еле слышно ответил Ликс, знатно ахуевая от происходящего. - Я сказал — бери в рот, - с яростью повторил Хван, давая пощечину, и сжал челюсти Феликса, заставляя приоткрыть губы. Хватка была настолько безумной, что под его пальцами кожа начинала пульсировать, отдавая тупой болью. Продолжая держать лицо, он приспустил штаны вместе с трусами, освобождая свой возбужденный член. Глаза Ёнбока расширились, когда он увидел размер. Струйка крови, смешанная со слюной, медленно стекала по его подбородку. Охваченный яростью и гневом, Хван был непреклонен. Он взял в руку свой член, сильнее надавил на челюсти Ликса, заставляя открыть рот шире. Он коснулся головкой чужих губ и едва слышно простонал. Феликс понял, что сопротивляться бесполезно. Возможно, его сопротивление отнимет жизнь. Проще было сдаться. Хотя бы в этот раз. Его губы открылись, послушно впуская член внутрь. Он не знал, как нужно сосать — впервые оказался в подобной ситуации. В уголках его глаз застыли слезы, когда Хван начал трахать его рот. Он был до ужаса грубым и свирепым. Ликс кашлял и задыхался. Его губа кровила все сильнее. Он не успевал сглатывать мешанину из крови и слюней, так что все это окрашивало пол и подол белых брюк. - Таким ты и должен быть, Феликс, — послушным мальчиком, стоящим передо мной на коленях. Услышав эти слова, что-то внутри Ликса треснуло. Сознание будто разбилось на мелкие кусочки, затуманиваясь. Он вдруг ощутил, как внизу живота зарождается ненависть и… возбуждение. Хёнджин вынул член из его рта. Ёнбок почувствовал, как чужие руки подхватывают его и подталкивают к столу. В нем больше не было никаких сил к сопротивлению, боль и отвращение захватили его. Он стал просто марионеткой в руках Хёнджина. Хван грубо согнул его, опуская верхнюю часть тела на стол. Он снял свой галстук и связал руки Ликса за спиной, чтобы тот не дергался лишний раз. Кожу обдало холодом, когда Хёнджин рывком стащил с него джинсы вместе с трусами. Раздался громкий пронзительный хлопок, от которого кожа на ягодице сразу покраснела. Хван Хёнджин хоть и был садистом, но прекрасно понимал, насколько болезненным может быть проникновение без смазки. Он обошел стол, нагнулся к ящику и достал оттуда тюбик. Он смотрел на лицо Ликса с извращенным возбуждением. Ему доставляла удовольствие эта картина. Кровь, слезы, прилипшие ко лбу волосы, проявляющиеся синяки, связанные руки. Ёнбок казался таким жалким и беспомощным. - Ты пожалеешь о том, что заявился сюда, малыш, - прошептал он, наклонившись через стол к уху Феликса, и прошел обратно за его спину. Прохладные капли смазки начали скатываться по ягодицам. Хёнджин выдавил смазку и на свои пальцы, распределяя ее по всей длине члена. После его пальцы скользнули по напряженному колечку мышц. Феликс лишь жалобно проскулил. Головка медленно начала входить внутрь. Острая боль пронзила все тело, когда член вошел наполовину. Ёнбок громко вскрикнул, зажмуривая глаза. Слезы градом посыпались на стол. Хван медленно двигался в нем, позволяя мышцам привыкнуть к растяжению. Феликс еле сдерживал крик. Он не испытывал такой боли ни разу. Боли, граничащей с удовольствием. Его член начинал твердеть. Хёнджин не оставил это без внимания. - Начинает нравиться? - с презрением спросил он и вошел на всю длину. - Ааах, блять… - сквозь слезы, неразборчиво, отозвался Феликс. Размер члена Хёнджина чертовски подходил заднице Феликса. Быстрые и рваные толчки проходились ровно по простате, заставляя Ликса выгибаться в пояснице. Его ноги дрожали, а член начал сочиться смазкой. Рука Хвана крепко сдавливала шею, из-за этого ее приходилось запрокидывать назад. Стоны были сдавленными и гортанными. Хёнджин решил немного развлечься. Ему вдруг захотелось, чтобы Феликс кричал от удовольствия и умолял о разрядке. Он опустил руку с шеи на член. Медленно начал его стимулировать, лаская головку. Его вторая рука властно сжимала талию. Почувствовав ладонь на своем члене, Ёнбок изможденно простонал, отдаваясь во власть вожделения. Хёнджин трахал его с наслаждением. Ему нравилось грубо и резко входить, заставляя Ликса вскрикивать. Он продолжал надрачивать его член, но замедлялся всякий раз, когда чувствовал, что Ёнбок кончит. Когда Феликс буквально начал плавиться в его руках, громко кричать и умолять о разрядке, Хван с особым остервенением сделал несколько жестких толчков, а потом резко развернул его к себе. Приказал сесть на колени и открыть рот. Ликс прикрыл глаза, медленно открыл рот и высунул язык. Он ощутил неприятный вкус смазки от презерватива, но послушно начал сосать. Хёнджин положил руку на его затылок, быстро вколачиваясь в рот, не девая нормально дышать. Через несколько минут рот Феликса наполнился спермой. Она стекала по подбородку, пока он не сплюнул ее. Смесь из спермы, крови и слюней разбилась о пол. Хёнджин развязал галстук, что сковывал движения рук Ликса, сел в кресло и сказал: - Теперь можешь кончить. А я посмотрю, - ухмылка на его лице заставила вздрогнуть. Ёнбок осознал, что ему сейчас придется дрочить на глазах этого безумца. Он вдруг почувствовал себя беззащитным и маленьким. Ему стало неловко и страшно. Но глаза напротив ждали шоу — и ему придется сделать то, что приказано.