Предложение Уёна

      Сан подавил приступ дрожи, настигший его от якобы случайного прикосновения Уёна.       — Так ты пойдёшь? — промурлыкал мелкий ему в ухо, резко сокращая с таким трудом отвоёванное расстояние.       — Куда? — Чхве нахмурился, поняв, что суть вопроса упустил.       — На вечеринку к Хонджуну! Са-а-ан, ну ты что, не слушал меня?       — Шаг назад сделай, — с трудом, но непреклонно пророкотал парень, мягко отодвигая друга.       Уён бы и не подумал, но взгляд тёмных глаз предрёк ему страшную кару в случае неповиновения. Чон сделал заветный шаг… и не более. Он завёл руки за спину и сцепил их там, показывая, что готов быть покладистым милым котёнокм, выполняющим любые приказы.       Чхве только вздохнул и сам отошёл на безопасное расстояние, как бы намереваясь заняться своими делами.       — А ты что, пойдёшь? — невиннейше поинтересовался он, распахивая шкаф, чтобы достать оттуда свежую футболку и торопливо надеть её на только что хорошенько увлажнённое после душа тело.       Там, на коже, где-то в районе груди, горел след от ладони Уёна.       — В смысле?! Издеваешься? Будет круто, я помогал ему готовиться, так что знаю, о чём говорю! И ещё там будут все классные ребята с факультета, даже старшекурсники, затусим знатно! И я ещё заказал таких крутых закусок…       Быстрый говор Чона уже давно воспринимался организмом Сана как белый шум: успокаивающий, настраивающий на рабочий лад, улучшающий концентрацию. Только вот это не было белым шумом, его полагалось слушать внимательно, не занимаясь своими делами, вникая и поддакивая в нужные моменты. Этому парень так и не научился, ну или просто не мог сопротивляться монотонному счастливому лепету друга, пока тот не пихал его локтем или не взывал к нему особенно громко.       Сейчас ещё около минутки можно было подумать о своём, а точнее об ИХ. Они дружили. И точка. То, что Уён со всеми был очень тактильным — ну так это нормально, это же Уён. Но то, что он иногда пожирал Сана таким взглядом, что впору бросать его на койку — это уже было не очень нормально. Однако понять, серьёзен Чон или нет, без прямого вопроса было невозможно. Поэтому они дружили.       В последние пару дней, пока готовил вечеринку, он вообще сорвался с цепи. Можно было предположить, что мелкий что-то планировал. Что-то такое, что выходило за пределы его воображения и оттого сильно возбуждало возможностью реализации. И именно в эти дни Сан не чувствовал себя в безопасности от слова совсем. Уён вился вокруг него, постоянно прикасался, обнимал, чмокал в разные части тела, какие попадались ему под руку. И прижимался. У мелкого явно наступил период какой-то сдерживаемой сексуальной активности, потому что все эти действия невозможно было воспринимать как дружеские. Или просто Сан уже больше не мог видеть их иначе, чем явное желание.       — Ладно-ладно, стоп! Пойду я на твою вечеринку. Мне всё равно с ребятами надо переговорить.       И, уперев вытянутую руку в грудь рванувшего обниматься Уёна, Чхве вытолкал его из комнаты под громкое возмущение и закрыл дверь. Там ещё что-то скреблось несколько секунд, но быстро стихло.

***

      Внутри загородного частного дома гремела музыка. Чхве нерешительно остановился перед воротами. Почти все уже были на месте, а он слишком тщательно выбирал свой оборонительный костюм: подходящий для вечеринки, но не слишком броский. Чтобы не привлёк этого неуёмного любителя блёсток на лице и перьев в волосах. Простая белая футболка с широким и низким вырезом, чёрная куртка из тонкой кожи, чёрные брюки. Так себе вечериночный вариант, поэтому Сан всё же добавил немного блеска: загладил волосы назад и брызнул на кожу скул и ключиц каким-то спреем, обещавшим сияние. Боялся, что получится как в Сумерках с вампирьим сверканием на солнце, но вышло мягко и красиво.       Двери перед ним буквально распахнулись, стоило лишь появиться во дворе. Оттуда вылетел счастливый Уён: ну ни дать, ни взять хозяин вечеринки, приветствующий гостей. Он тоже был одет на удивление сдержанно, предпочтя всё черное. Только вот крой, конечно, выбрал весьма облегающий. Ну и зачем футболки, если есть кроп-топы. Ага, да, зачем.       Сан сжал кулаки, чтобы ненароком не тронуть парня как-то не так при дружеском объятии.       Тот, легко коснувшись губами щеки Чхве, сразу же потащил его внутрь, по дороге рассказывая что-то о закусках, выпивке и гостях, но Сан привычно отключился от потока информации. У него в руках уже была банка пива, а друзья и знакомые хлопали по плечам и махали из дальних углов зала, приветствуя.       — Я разберусь, иди, у тебя полно дел, — усмехнулся он, прерывая поток инструкций, и выпутываясь из цепких пальцев самопровозглашённого хоста.       Тот неуверенно улыбнулся, а затем вдруг резко прижался к Сану всем телом, положив ладони ему на грудь, под куртку, накрыв и стиснув разом отвердевшие соски, как бы само собой чмокнул в щёку, а затем незаметно, с силой прикусил мочку уха и чётко произнёс:       — Сегодня ты меня выебешь.       Чхве на короткое мгновение застыл. Вот куда привел их Чон Уён. В голове не осталось ни одной мысли, разве что только сделать то, что он просит, прямо тут, на глазах у всех. И как же оказалось сложно не поцеловать его немедленно!       — Выебу.       Сан не сказал это, он это буквально прорычал, крепко стискивая «друга» в объятиях, едва ли не отрывая его от пола, чтобы немедленно унести наверх, в одну из спален.       Наверное, Уён не ожидал такой реакции. Он выглядел немного испуганным. Его план явно сработал слишком хорошо. Ну что же, малыш, нужно было быть осторожнее.       Чон выскользнул из объятий, становившихся уже слишком откровенными и горячими, и, даже не улыбнувшись, сбивчиво бросил:       — Ну… я пойду, посмотрю, как там Хонджун справляется…       — Иди.       Сан видел, как заалели его щёки, как сжались пальцы. Как он пожалел, что нужно играть роль хозяина до конца и нельзя сорваться и утащить их обоих в укромное место.

***

      — Уён, иди к нам!       Юно призывно помахал пробегавшему мимо парню полупустым стаканом. Тот сначала с радостной улыбкой свернул к ним, а потом чуть притормозил, заметив Сана и единственное свободное место рядом с ним.       Чхве подло ухмыльнулся и решительно дёрнул мелкого к себе, усаживая на колени. Это было их обычным дружеским поведением, никто бы никогда не заподозрил ничего лишнего в этой милой сцене братской любви.       Но рука Сана легла на обнаженный участок спины Чона и заскользила вверх, под топ, прикрытая спинкой дивана. Он мог ощутить всю ту силу дрожи, пробежавшей по телу Уёна от нескромного прикосновения, его разом напрягшиеся мышцы.       Сан сжалился и сместил руку другу на талию, кончиками пальцев мазнув по коже над линией брюк, обнял и невинно чмокнул в щёчку.       — Ну как, всё хорошо? — поинтересовался он, с улыбкой заглядывая Уёну в глаза, чтобы найти там смятение и желание.       — Да, конечно! Старшекурсники немного буянят и пристают, но в целом всё отлично!       — Ты себя в зеркало видел? Конечно, они к тебе будут приставать! — Юно рассмеялся, думая, что по-доброму подшутил над явной привлекательностью друга.       Но Сан напрягся и сильнее сжал Уёна в своих руках. Тот успокаивающе обнял Чхве за плечи и ответил на дружеский поцелуй, потёршись носом о его щёку.       — Не переживай, — украдкой шепнул мелкий, а затем обратил своё внимание на сидевших на диване и запел птичкой про какую-то услышанную в кулуарах вечеринки историю.       Чхве действительно немного расслабился и даже вдруг проникся теплом и уютом, исходящим от объятий младшего. Усталость от головокружительной вечеринки и кучи народу брала своё. Ужасно хотелось закрыться с Уёном в тихой комнате, снова и снова целовать его, гладить, обнимать, вдыхать его запах. Сан отвернул голову от собравшихся, уткнулся носом в шею Чона, как бы пряча лицо — тоже довольно привычный жест с их стороны, а потому не вызывающий подозрений — и медленно втянул носом чудесный запах парфюма Уёна. Скрытый от глаз, он слегка коснулся губами кожи, чуть втянул её в рот и затем обвёл место касания языком. Главное — не оставить следов. Кончиком носа парень провёл вверх-вниз по шее мелкого, чувствуя, как бешено скачет его пульс.       Большего сейчас было нельзя. Сан снова повернулся ко всем с широкой и чуть усталой улыбкой, делая вид, что внимает разговору. Он не потрудился взглянуть на друга, чтобы отследить его реакцию, потому что и так слышал его непрерывный рассказ: голос мелкого нимало не дрогнул. Но его сердцебиение и усилившиеся объятия сказали всё.       С момента их первой сегодняшней встречи прошло уже довольно много времени. Они не так уж часто пересекались друг с другом в толпе, поэтому оба получили немного времени, чтобы всё обдумать. Но сейчас, когда праздник потиху подходил к концу, а между ними образовалось уютное тепло, оба вдруг поняли, что думать тут нечего.

***

      — Спасибо, что пришли! Завтра фотки скину! — Уён махал вслед последним гостям, самым близким ребятам, оставшимся даже немного помочь с уборкой.       Хонджун исчез ещё час назад, на правах реального хозяина утащив к себе в комнату на десерт кого-то. Кажется, кого-то знакомого, но Сан не разглядел, только юбки взметнулись, и не факт, что женские.       Он стоял, прислонившись к дверному косяку, сложив руки на груди. Куртка давно была где-то потеряна, белая футболка сияла в полумраке дверного проёма и, конечно же, привлекла маленького невинного мотылька. Чон Уён, будто уже больше не мог находиться под водой без кислорода, вынырнул и, убедившись, что ворота закрыты, и их не видно, подплыл к Сану и с протяжным выдохом повис на на нем, крепко обхватив за шею. Как-то случайно они пропустили момент признания и неловких объяснений. Сейчас они были друзьями, которые любили друг друга, и эту любовь оказалось сложно определить как платоническую.       Сан с пониманием обнял мелкого, тесно прижимая его к себе, поцеловал в макушку, погладил по спине, предлагая немного расслабиться после хорошо проделанной работы. Он не чувствовал никаких критических изменений между ними. Да, скоро им придётся переспать. Впервые так глубоко проникнуть друг друга во всех мыслимых смыслах. Но они никогда и не были особенно дистанцированы. Чхве мог поклясться, что если они завтра сообщат, что встречаются, у них все спросят: «А что, вы до этого не встречались?».       — Ну что, ты готов быть выебанным? — насмешливо прошептал парень Уёну в макушку, крепко сжав ладони на его ягодицах.       — Не-е-е-т, — мгновенно подобравшись, простонал тот и рассмеялся собственной реакции.       — Что так? А как же решительность, с которой ты пришёл ко мне пару часов назад?       — Кто знал, что организация вечеринки так выматывает?! Давай завтра, а?       Тут уж не выдержал Сан, расхохотался в голос, а затем, не удержавшись, наклонился, поднял голову Уёна за подбородок и поцеловал. Впервые по-настоящему завладел его губами. Это было так естественно, будто они только и занимались тем, что целовались по углам и шкафам весь предыдущий год их дружбы.       — Ну ладно, давай завтра, — с явной неохотой согласился Чхве, прерывая поцелуй. — Но чтобы точно!       — Ага, честное-пречестное слово завтра потрахаемся! — утвердительно кивнул мелкий, кладя голову на грудь Сану и сильнее прижимаясь к нему своим горячим и приятно материальным телом. — А сегодня спать.       — Но ты же останешься у меня? Я подвезу.       — Конечно!

***

      Сан выебал Уёна под утро. Они спали в обнимку всю ночь, провалившись в царство Морфея за доли секунды, окружённые мягким светом ночников в спальне Чхве. Но стоило появиться первому лучу солнца и коснуться лица Сана, как тот проснулся и, толком ещё не поняв разницу между сном и явью, вжал в себя уютно устроившегося спиной к нему мелкого. Тот протестующе застонал, что-то пробормотал и как-то так удачно подвигал бёдрами, что задел Санов утренний стояк, о котором тот пока не имел никакого представления. Но теперь осознал.       Он не стал даже пытаться остановить себя, когда аккуратно высвободил одну руку, отвёл её назад, дотягиваясь до прикроватной тумбочки и доставая оттуда бутылочку смазки. Больше у него никаких планов по упрощению процесса не было.       Уён, не подозревая о коварстве друга, тихо застонал, будто видел в полудрёме свои будущие 10 минут. Сану очень понравился этот звук, а уж его дрогнувшему возбуждению — и подавно.       Парень осторожно открыл бутылочку и щедро плеснул себе на руку, быстро провёл мокрой ладонью по члену, а затем, понимая, что всё волшебство утра заканчивается здесь, стянул боксеры с ягодиц Чона и с ощутимым нажимом решительно проник пальцами между ними, чтобы смазать и там.       Мелкий на удивление туго соображал или именно это сейчас и видел во сне, потому что не вздрогнул и не возмутился, а только протяжно всхлипнул и начал медленно двигать бёдрами назад-вперёд, чтобы помочь Сану распределить смазку. Даже осторожное проникновение пальца парня не заставило Уёна окончательно пробудиться. В отличие от члена мелкого, который топорщил бельё и требовал выпустить его наружу.       Сан чуть сдвинулся, чтобы прицельнее прижаться головкой к анусу Уёна. Тот спал, почти что прижав колени к груди, и эта поза оказалась невероятно удобной в смысле доступа к его заду. Да, о полноценной растяжке не зашло и речи: Чхве был слишком возбуждён и решил положиться на количество смазки и очень медленный темп. Он ещё чуть ниже сдвинул резинку боксеров Чона, чем полностью обнажил его ягодицы, и несильно толкнулся внутрь. Именно в этот момент глаза мелкого распахнулись, а изо рта вырвался вскрик удивления. Его рука метнулась назад, но только для того, чтобы сжаться на бедре Сана, придерживая его пыл.       — Доброе утро, — прорычал Чхве на ухо младшему, решительно кладя ладонь на его намокшую спереди ткань белья, а затем забираясь под резинку и касаясь влажной кожи.       — Са-а-ан, что ты делаешь! — взмолился Чон, однако уверенно, будто уже тысячу раз с ним трахался, опустил руку с бедра ниже, на ствол друга, удерживая его в нужном для проникновения положении и одновременно насаживаясь на него, совсем чуть-чуть, в попытке сохранить все неприятные ощущения в пределах напряжения.       Сан уткнулся носом в шею парня. Его рука задвигалась на окончательно окрепшем члене Уёна, а бёдра подались вперёд с чуть большим усилием. Затем он начал ритмично подмахивать ими туда-сюда, создавая нужную пульсацию и с каждым движением продвигаясь чуть глубже. Мелкий задрожал и застонал, убрал свою мешавшую сейчас руку и обхватил ею бицепс Чхве.       Они оба не очень-то были готовы к сексу. Но их тела, томившиеся в ожидании этого момента, оказались куда более возбуждёнными и оттого куда более податливыми и чувствительными. Обоих прошивало током от каждого толчка Сана.       Уён извернулся и требовательно потянулся к губам парня, мгновенно получая желанный поцелуй и соединяясь с ним ещё плотнее. Член Сана наконец-то вошёл полностью, и парень, сократив амплитуду, вжался в ягодицы мелкого пахом и начал жадно вбиваться в него, чуть меняя угол, чтобы добиться эффекта из всех тех порно-роликов, которые он пересмотрел в своей жизни. В какой-то момент стоны Уёна превратились во вскрикивания, их поцелуй разорвался, а ногти парня впились в руку Сана.       Чон вытянул ноги, поняв, что так получает куда больше неожиданно сильного удовольствия от стимуляции его простаты, а Сан забросил своё бедро поверх его и ускорил темп, сжав мелкого в объятиях и буквально рыча ему в шею при каждом проникновении.       Они оба не продержались и минуты. Сан вскрикнул и, особенно глубоко засадив своему младшему, кончил внутрь, всем телом вздрагивая от толчков высвобождавшейся спермы. Он не посчитал нужным пощадить Уёна, ничуть не тише стонавшего от перевозбуждения, и быстро задвигал ладонью по его члену, по наработанной инерции продолжая ритмично вбиваться в его зад, буквально выжимая себя и доводя Чона до яркого и щедрого оргазма.       У них между ног было очень мокро и горячо от спермы, смешанной со смазкой. Оба дышали громко и часто в попытке восстановиться. Сан, быстрее придя в себя, покрыл короткими лёгкими поцелуями плечо Уёна и заодно всмотрелся в его лицо. Глаза парня были закрыты, губы — наоборот. Он старался отдышаться и всё ещё тихо постанывал, переживая последствия внезапного посягательства на свою задницу. Всё его тело мелко дрожало, а руки скользили вверх-вниз по рукам Сана.       — Доброе утро, конечно, — наконец выдавил он, решительно поворачиваясь лицом к Сану и вжимаясь губами в его губы. — Это было охрененно. Хочу так два раза в день.       Чхве рассмеялся, обнимая своего младшего и размышляя, кто же из них быстрее запросит пощады, если они будут делать это два раза в день.       Но пока что им, судя по всему, хотелось одного и того же. И Сан был намерен исследовать все доступные им позы и виды ласк, а там и до игрушек недалеко.