Два в одном

Глава 7

      После чаепития прошла неделя. За это время Азирафель два раза виделся с Энтони и ни разу с леди Ашторет. С девушкой они лишь иногда переписывались. Фелл никак не показывал, что знает о главном секрете Кроули.       Но всё было слишком очевидным, и блондин даже упрекнул себя за свою невнимательность. Значит тогда, в больнице, это не было игрой его воображения.       Первое их свидание прошло в ресторане. И всё было идеально: еда, лёгкая музыка на фоне, интерьер зала. Рядом с блондином сидел самый обаятельный мужчина, и никто в мире не мог сравниться с Энтони Дж. Кроули. По крайне-мере, так казалось самому Феллу, и букинист не знал, чем мог заслужить такое внимание. Он всегда считал себя обычным, можно даже сказать среднестатистическим. Но Кроули всё равно проявлял к нему знаки внимания: открывал перед ним двери, мимолётно касался его руки, дарил свою улыбку и смеялся над шутками букиниста. И в тот момент Азирафелю ни коим образом не хотелось прерывать их первое свидание, а наоборот он желал продлить время, оттянуть их расставание.       В конце прекрасного вечера Кроули его поцеловал: не страстно, легко, неторопливо. От такой нежности у букиниста чуть не подкосились ноги, а внутри затрепетали бабочки. Он ощущал себя героем сказки, только всё это происходило с ним по-настоящему.       Спустя время, мужчины всё же отстранились и пожелали друг другу спокойной ночи. В тот вечер Азирафель не смог сосредоточится на чтении, ведь мысленно он возвращался к тонким губам и к такому пьянящему аромату вишни.       Второе свидание прошло в разговорах и прогулках по улочкам города. Мужчины просто болтали обо всём: о природе, искусстве и жизни. И букинист в который раз убедился, насколько же Кроули умный. Возможно, он не так сильно разбирался в живописи и театре, зато с увлечённостью рассказывал Феллу о звёздах, растениях и кинематографе. Уже на втором свидании они держались за руки. Азирафель сразу про себя отметил, насколько же у Энтони были горячие руки. И этот жар как будто передавался и блондину.       Они успели побывать и в парке, просто сидя на лавочке. Жаль только, что вечером уток уже не было. Но время, проведённое в компании друг друга, всё равно было волшебным.       Правда были и кое-какие странные моменты. Когда Азирафель пытался спросить о леди Ашторет, Кроули напрягался. И пускай волнение и проскальзывало на его лице всего несколько секунд, блондин всё равно замечал реакцию мужчины на чужое имя. Кроули подтвердил, что Ашторет – его сестра и они с ней внешне очень похожи, но дальше этот разговор никуда не зашёл. Фелл не давил. Не хотел этого делать, ведь если Кроули не говорит правду, значит он пока не готов её озвучить. Или просто букинист не заслуживает её знать. С другой стороны, у них ещё пока не такие отношения, верно? Как это люди называют? Букетно-конфетный период, точно. Они стараются узнать друг друга чуть ближе и Азирафель точно не будет давить на Кроули. Если Кроули захочет, то расскажет ему правду… ***       Наконец-то этот день настал! Азирафель ждал его очень долго, но всё-таки ожидания не были напрасны: сегодня ему снимут гипс!       Рентген показал, что его рука срослась как нужно, поэтому врач дал добро на снятие гипса. И хоть Фелл и привык к использованию только левой руки, до идеала было ещё очень далеко. Конечно, базовые действия он мог выполнять, но строчки выходили корявыми, а перестановка книг всегда затягивалась. В один из приездов Кроули в магазин, Азирафель заставил бедного мужчину переписывать все бумаги, поскольку ему совсем не нравились те «каракули», что он выводил на чистых листиках. Рыжеволосый тогда не жаловался, всё переписал, но заняли все эти действия около двух часов. Конечно, потом хозяин книжного угостил мужчину ужином и бутылочкой хорошего вина из его запасов в благодарность за помощь.       Энтони сказал, что заберёт Азирафеля из больницы, и вот тогда букинист сможет наконец-то сделать первый шаг… Ему так хотелось сжать в своих объятьях Кроули и поцеловать по-настоящему! Впиться в губы страстным поцелуем, не боясь при этом задеть больную руку. До этого они целовались нежно, аккуратно, но теперь ничто не будет им мешать! Больше никаких препятствий на их пути.       Фелл уже понял, какие чувства испытывает по отношению к Кроули. Это не просто симпатия, нет. Он влюблён. Действительно влюблён в мужчину с острыми скулами и огненными волосами. А ещё его не покидало желание увидеть глаза Энтони. Каждый раз, когда они встречались, тот не снимал очков. Кроули никогда с ними не расставался и Азирафель не понимал почему. Ему не важно, какого цвета будут глаза у рыжеволосого, но так хотелось заглянуть в них, хотя бы разок!       Гипс был снят. И в тот же момент Фелл ощутил себя «слишком» грязным. Не зря у него чесалась кожа под повязкой.       Всё, первым делом, букинист примет дома душ! А уже после сможет воплотить свои фантазии в жизнь…       ***       - Азирафель, ну как ты?       - Всё отлично. Наконец-то я смогу работать и правой рукой. Только у меня теперь огромное желание помыться дома.       - Не переживай, скоро ты сможешь это сделать. – Кроули ему улыбнулся. Сегодня рыжеволосый мужчина выглядел как само искушение: приталенная серая футболка, чёрные обтягивающие джинсы и кожаная куртка с ремешками идеально ему шли. Как только Фелл его увидел, то не удержался и облизнул сухие губы. Неужели у такого человека, как Энтони, до сих пор никого нет? Как можно оставаться в стороне, когда столь обаятельный мужчина свободен? Конечно, Фелл слышал о поговорке «Встречают по одёжке, а провожают по уму!», но даже характер у Кроули был безупречным: всё это время рыжеволосый проявлял к нему столько внимания… Или Энтони был таким только с ним? Неужели любовь вскружила голову Азирафелю настолько сильно?       - Я очень на это надеюсь, дорогой. Ты ведь сможешь сегодня остаться на ужин?       - Конечно. Этим вечером я полностью твой.       «Мой!» Как же потрясающе это звучит. Сегодня они смогут побыть вдвоём. И ничто не сможет им помешать…       Азирафелю уже давно хотелось поцеловать Энтони со всей той страстью, на какую он способен. Касаться каждого участка такого желанного тела, причём не только руками, но и пухлыми губами. У себя в голове букинист не раз представлял как произойдёт их первый момент близости и после каждой подобной фантазии приходилось идти в душ.       Даже сейчас, сидя в машине, воображение подкидывало ему красочные картины для проведения их совместного вечера. Член дёрнулся в штанах, немного натягивая ткань. Хоть бы Энтони этого сейчас не увидел!       Но в этот момент Кроули смотрел на дорогу, лишь искоса бросая взгляд на блондина.       - Наверное нам нужно будет заехать в ресторанчик и взять что-нибудь на вынос. – пролепетал букинист, смотря в окно. Ладони аккуратно покоились на его коленях.       - Думаю ты прав. Что бы тебе хотелось поесть?       - Может быть что-нибудь итальянского? Тут недалеко как раз есть неплохой ресторанчик. Блюда заказаны и оплачены и вот они уже мчатся в сторону магазина….       ***       Дверной колокольчик приветливо встречает своих гостей. Мужчины сразу же поднимаются на второй этаж и проходят на кухню. Кроули выгружает купленные в ресторанчике контейнеры с едой, а Фелл сразу же ставит чайник на плиту.       - Энтони, ты же не против, если я пока схожу принять душ?       - Конечно, а я пока всё здесь разложу. Ты же будешь чай?       - Именно его. Спасибо, дорогой. Я быстро.       Фелл убегает в сторону ванной комнаты, закрывая дверь на защёлку. Как хорошо, что у него появилась такая хорошая отмазка с рукой. Конечно, он ещё ощущает всю ту «грязь» на руке, которая скопилась под гипсом за несколько недель, но это лишь одна из причин, почему так важно принять душ. Ему нужно успокоиться. Всё это время фантазия подкидывала ему такие пикантные картинки с Кроули, что в какой-то момент Азирафелю стало даже стыдно за свои похотливые мысли. Душ точно должен отрезвить его.       Пиджак повис на одном из крючков, а белая рубашка с кремовыми брюками аккуратной стопочкой легли на стиральную машину. Бельё оказалось в корзине для грязной одежды.       Блондин шагнул в белоснежную ванну и повернул клапаны с горячей и холодной водой для настройки идеальной температуры. Мочалка приятно ласкала такое мягкое, но при этом сильное тело. Букинист намылил сначала руку, плавно спустился к области груди, потом живота, опускаясь всё ниже… Член от прикосновения чуть дернулся, вызвав у Азирафеля лёгкий вздох.       Если так пойдёт и дальше, то Фелл прямо в душе может кончить только от одних мыслей о возлюбленном. Нет, пока рано!       Ладонь резко берётся за клапан с холодной водой и сильно выкручивает. Резкий перепад температуры отврезляет букиниста, заставляя подскочить от такой перемены. Руки же сразу ложатся на плечи, пытаясь обнять и согреть, но подобный жест не сильно помогает. «Наверное, я перестарался. Ну, зато смог успокоиться».       Принимает Фелл душ довольно быстро, а после одевает на тело пушистый белый халат и такого же цвета тапочки. Быстрым шагом он возвращается на кухню к Энтони.       - Азирафель, как раз всё готово, я только… - слыша шаги из коридора, Кроули начинает что-то говорить, но сразу замолкает, увидев в чём именно его встречает блондин.       - Только, что? – Фелл делает вид, что ничего особенного не произошло и просто садиться на один из стульев, мило улыбаясь своему гостю.       - Кхм… - рыжеволосому приходиться сглотнуть образовавшийся в горле ком, а после продолжить. – Только я не нашёл, где у тебя лежит сахар.       - Ох, конечно, дорогой, он вон в том шкафчике. – с невозмутимым видом говорит Азирафель, указывая на дверцу одного из фасадов.       Ему нравится эффект, который он произвёл на мужчину. В голове у Фелла возникает мысль, что красные щёки Кроули – это самое милое, что он когда-либо видел в жизни. Пока Энтони достаёт сахарницу и кладёт пару ложек сахара в чай, Азирафель ставит локти на стол, а на ладони кладёт свою голову, не переставая следить за мужчиной.              Мужчина подсаживается к букинисту, подавая чашку с его тёплым чаем, а после отпивает из своей кружки кофе.       - Я бы хотел сказать тебе спасибо, Энтони.       - За что?       - За всё, что ты для меня сделал. Навещал меня в больнице, помогал с работой и даже подарил телефон. За столь короткий срок ты столько всего для меня сделал, что мне даже немного стыдно перед тобой.       - Не накручивай себя. Мне было приятно тебе помогать. - улыбка Энтони была такой естественной, такой искренней, что теперь настал черёд Азирафеля покраснеть.       - Знаешь… На самом деле есть кое-что, что я уже давно хотел тебя попросить.       - И что же это?       Какое-то мгновение Фелл колебался. Стоит ли задавать подобный вопрос? А не обидит ли он Кроули? Но так давно букинист хотел это сделать…       - Ты можешь снять свои очки? – почти шёпотом произнёс Азирафель. – Я так давно хочу увидеть твои глаза…       - Ты точно этого хочешь?       - На сто процентов.       Минуту Энтони колебался, но всё-таки снял с себя очки. Взору Азирафеля предстали глаза оттенка золота, с вертикальными тонкими зрачками.       - Дорогой, твои глаза… - рука коснулась полноватых губ, а глаза загорелись восторгом и восхищением.       - Да, я знаю, они ужасны. Это генетическая аномалия и…       - Они прекрасны!       Не дав Кроули договорить, Азирафель тянется к нему и касается своими губами чужих губ. Поцелуй выходит горячим, требовательным. Руки обвивают шею мужчины, притягивая к себе ближе. Язык Фелла скользит по нижней губе и проникает в такой желанный рот. Из губ Энтони вырывается стон, и он ещё сильнее пытается прижаться к Азирафелю.       Когда воздуха начинает не хватать, мужчины отстраняются друг от друга, переводя дыхание.       - Энтони, у тебя такие красивые глаза. Пожалуйста, больше не прячь их от меня. – большим пальцем Фелл поглаживает линию скулы мужчины перед собой.       - Хорошо, ангел. – голос становится более хриплым.       - Ты такой великолепный. Я так люблю тебя…       - Что? - Кроули смотрит на него удивлённым взглядом. Зрачки из вертикальных полосок превращаются в более круглые. – Повтори то, что ты сейчас сказал.       - Я так люблю тебя.       Кроули чуть ли не рычит от подобных слов. Он резко встаёт со стула и поднимает Азирафеля на руки.       - Дорогой, что ты делаешь? – испуганно спрашивает блондин, крепче хватаясь за основание шеи мужчины. Энтони на его действие только ухмыляется.       - Я слишком долго ждал этого момента и не хочу больше тебя отпускать. Сейчас я покажу тебе, как сильно я тебя люблю.