Подол ханьфу

      Тонкие пальцы успели сомкнуться на подоле чужого ханьфу до того, как его обладатель взмыл ввысь: они оба стояли на мечах, готовясь ринуться за барьер во спасение адептов. Владыка Цинцзин обернулся всё с тем же отстранённым выражением лица, с каким ходил последнюю вечность, и лишь слишком поспешно распахнутый веер свидетельствовал о его напряжении. Прекрасная копия.       — Шицзунь... — голос слегка осип, и ей пришлось прокашляться, прежде чем продолжить. — Пожалуйста, не говорите Ло-шиди того, о чём можете пожалеть.       Глаза напротив на мгновение ошеломлённо распахнулись, и Цзин Цзюянь взмыла к небу, отрываясь от потенциальной погони. За прошедшие годы сюжет однажды прочитанной новеллы изрядно истёрся в памяти, оставляя после себя блеклые, размытые воспоминания. Чувства, испытанные при прочтении, — единственное, что оставалось ярким. И будь проклят Шэнь Юань, если его диалог вновь разобьёт Ло Бинхэ сердце своей совершенно не к месту пришедшей игрой в злодея.       Учащённый пульс, сбитое дыхание и подрагивающая ладонь, крепко стискивающая рукоять меча, — ничего из этого не указывало на готовность к бою со ставкой в жизнь. Выиграет — спасёт чужие, проиграет — потеряет свою. Бой против полчища демонических тварей, о части которых не знали даже более опытные, в сравнении с ней, заклинатели, внушал священный трепет и ужас, сравнимые с испытанными много лет назад при бытии ещё младшим адептом: наказание от шифу.       Сморгнув выступившие против воли слёзы, Цзюянь взяла под контроль дыхание, плавно разгоняя ци по меридианам. Шифу бы не одобрил подступившую истерику. Обругал бы, велел оббежать весь пик и штудировать бестиарии до цветных пятен перед глазами, чтобы на эмоции банально не осталось сил — он ведь учил совсем не этому. Учил трезвому мышлению, рационализму и стратегическому подходу, коря за малейшую схожесть со «зверьми Байчжаня», денно и нощно вбивая в головы учеников собственные знания, порой абсолютно буквально. Шифу — самый образованный и подкованный в вопросах демонологии человек, встреченный ею за всю жизнь, и она приложила много усилий к своему обучению. Разумеется, часть монстров она опознать сможет. Учитель будет ею гордиться.       Последний медленный вздох сопровождал размеренный стук сердца. Ванъюэ плавно вышел из ножен — ей предстоит сложная битва.