Глава 09
1 сентября 2024 г., 00:03
Дата: 31.12.0001
Планета: Илос
Система: Убежище
Сектор: Пространство Пангеи
Встань среди праха триллионов погибших и спроси у их теней, важна ли честь? Молчание — вот твой ответ.
Явик
Канун Нового года. Настроение светлой радости с лёгкой примесью грусти и печали.---
Преображённое Убежище сияет стерильной чистотой. Наконец-то заработали инженерные столы, репликаторы и наноботы, активно включившиеся в процесс восстановления и наведения порядка. Заработали системы климат-контроля, водоснабжения и утилизации. Начали восстанавливаться контуры слежения и охраны. Недалёк тот день, когда будут отремонтированы причальные доки и ангары для приёма техники. В складские ячейки поступили первые слитки нуль-элемента. В общем, море халявной энергии и сотни тысяч старательных рабочих, которым не надо платить зарплату, реально способны творить чудеса буквально из ничего!---
А ещё у меня наконец-то появился свой собственный инструметрон. Удивительно, но у изобретателей сего девайса на складах не обнаружилось ни единого функционирующего прибора. Так что пришлось за оставшиеся три дня срочно осваивать базовые навыки инженера-проектировщика под авторитарным руководством Ксада Ишана. К счастью, ни ему, ни мне не требовались сон и отдых, поэтому процесс в стиле «Нажми эту кнопку. Загрузи эту программу. Подтверди. Удали. Стой! Ты что наделал, долбоёб?!» не прерывался ни на секунду. В общем, с трудом, но справились. Правда Плакса, взглянув на это чудо протеанской инженерной мысли, скривилась и посетовала на моё «пристрастие к костылям». По её словам, имея духовно-энергетическую форму, мне нет нужды прибегать к «грубым и примитивным механизмам органиков». Ведь для моих мозгов не существует проблемы прямого подключения к электронным приборам любой сложности – от зажигалки до ИИ. И разве не эту функцию должен выполнять изготовленный нами прибор? Но проектирование…, попытался было заикнуться я. За что был осмеян в особо обидной и извращённой форме. Всё, что мне нужно в моём нынешнем состоянии, пояснила она, это уметь создавать виртуальную модель того, что требуется получить на выходе. И неважно, предмет это, программа или какой-то особо заковыристый процесс. А алгоритмизация и кодировка будет происходить автоматически – надо лишь изучить комплекс достаточно несложных мнемотехник, которым она пообещала обучить меня в вирте по пути на Ферос. Однако своё право на инструметрон я отстоял, заявив, что разумным будет непонятно и подозрительно моё умение контактировать со сложной электроникой просто «силой мысли». Плюс возможность связи и общения, а также хранилище контактов, аудио, видео и прочего контента, которым я вовсе не горю желанием засорять свою память. Против этих доводов у моей малышки аргументов не нашлось.---
Новый год я решил встретить, как и положено, с ёлкой. Перебросив Плаксе мыслеобраз, поинтересовался, возможно ли в сжатые сроки изготовить нечто подобное на имеющихся у нас мощностях? Без проблем, откликнулся живой корабль, и через пять минут репликатор распечатал мне копию пушистого деревца, буквально не отличимую от живого оригинала. Заодно, чтобы уж два раза не вставать, напечатали некоторое количество игрушек в виде маленьких светящихся снежинок, звёздочек и копий протеанских звездолётов, чьи чертежи обнаружились в бездонных архивах Хранилища. – И что это за инсталляция? – хмуро поинтересовался Ксад Ишан, когда внешне бесстрастный рабочий-дитакур, фоня глубоко скрываемым весельем, установил искусственное деревце перед призмой-постаментом голопроектора. – Новый год, – сказал я, начиная украшать пушистые ветви. – Новый год? – недоверчиво поинтересовался Верховный, – Что за дурацкая привычка праздновать дату в календаре? – Ты прав, Ксад, – грустно согласился я, – Привычка. Дурацкая. Но, ведь, иногда хочется. Где-то на задворках сознания тихонько хихикнула Плакса. – Не понимаю, – пожал плечами протеанин, – Ты потратил ресурсы и время, чтобы изготовить и притащить сюда это «растение» просто потому, что тебе хочется? – Ну да, – сказал я, закрепляя на ветке очередную игрушку, – Что в этом такого? – Не пониманию, – повторил он. – Улетаю я завтра, – пояснил я, – Новые приключения, новая жизнь, все дела… Хочется провести последний день с друзьями. – С друзьями, – задумчиво протянул Верховный. – Ну, мы же друзья, – ухмыльнулся я, водружая на верхушку великолепно исполненную копию «Симулякрума», – Или есть сомнения? – У протеан редко бывают друзья… из других рас. – Ага, – согласился я, – Таких «друзей» вы предпочитаете употреблять на ужин. В качестве аперитива к основному блюду. – Не преувеличивай, – поморщился он, – Мы не настолько кровожадны… – … Как нам приписывают, – покивал я, – Слышали. Знаем. Проходили. – Чего ты хочешь, Микаэль? – скрестив руки на груди, поинтересовался он. Ксад впервые назвал меня по имени, что было довольно… удивительно. Заложив руки за спину, я критически оглядел изрядно добавившую реалистичности и мелких деталей, голограмму существа, чьи соплеменники пятьдесят восемь тысяч лет безраздельно правили известной и, что уж говорить, наиболее легкодоступной частью Млечного пути. – Знаешь, как переводится моё имя с одного из древних языков одной далёкой расы? Он промолчал, внимательно глядя мне в глаза. – Тот, кто подобен Богу. Военачальник ангельского войска, архистратиг. Тебе это о чём-нибудь говорит? – Говорит, – бесстрастно отозвался мой собеседник, не спуская с меня внимательных глаз. – Так вот, чего хочу я, Ксад Ишан? – медленно повторил я, не сводя взгляда с напрягшегося протеанина, – Прежде, чем я улечу, хочу, чтобы ты понял одну вещь: жить ты будешь долго – по вашим меркам почти вечно. И всё это время ты будешь Верховным правителем своей расы – нравится тебе это или нет. Так вот, когда вся эта история с Возрождением начнётся, вы, ведомые своим Кодексом, захотите возродить утраченное величие. Вернуть Империю. Я прав? – Вернуть своё по праву сильного. Что тут такого? – пожал он плечами, – Пока ты не сказал ничего такого, что не отвечало бы чаяньям моего народа. – Знаешь, какие два основных критерия для начала Жатвы? – спросил я его и, в ответ на отрицательный взмах, продолжил, – Это общая масса потраченного в галактике нуль-элемента и военная совокупная сила существующих рас. Всех рас, Верховный, а не какой-то одной. В ответ на его непонимающий взгляд, я покачал головой и сказал: – Подумай сам. Как только Жнецы решат, что количество тёмной материи в галактике достигло некоей критической точки, начнётся Жатва. Как только они увидят, что военный потенциал всех рас галактики достиг некоей величины, когда они, объединившись, могут дать отпор… – … Начнётся Жатва, – хрипло закончил Верховный, – Кажется, я понял тебя, Истинный. Но, в таком случае, ответь на один вопрос: как так получилось, что твоя собственная раса – такая могучая, развитая и мудрая – погибла? Пала под натиском Врага, как и все её предшественники. – А кто тебе сказал, что она погибла? – ухмыльнулся я.---
