Гаррус Вакариан
Два корабля висели над серо-сиреневым шаром планеты-снежка, расчерченной длинными тонкими росчерками ледяных каньонов. Подлёдные моря тут и там выступали на поверхность обширными сиренево-синими пятнами, а суша, словно татуировкой, была покрыта странными тёмными зигзагами, похожими то ли на древнекитайские иероглифы, то ли на пиктограммы раннего неолита.---
Панорама окружающего космоса завораживала дикой, необузданной красотой. Половину сферы занимало огромное полотно сиреневой туманности Карина, из-за широкой спины которой стыдливо выглядывал разлохмаченный диск Млечного Пути. – Мы на месте, капитан, – ровно и сухо доложила Плакса, – Жду дальнейших указаний. – Дай связь с рахни, пожалуйста, – сказал я, стараясь не обращать внимания на странные перепады её настроения. – Слышу тебя, Истинный…, – откликнулась королева практически мгновенно, – Песнь твоей души пахнет дымом разочарования… Рах’най скорбят о своих погибших детях… Их песни остались в Нас… Дети вернутся в новый дом… – Путь был долог и труден, – сказал я, – Если всё пойдёт как надо, в ближайшую тысячу лет ваши враги вряд ли сумеют сюда добраться. У тебя и твоих детей будет время, чтобы подготовиться. – Мы благодарны, Истинный… Имя Истинного будет звучать в наших песнях, как запах солнечного луча на холодных камнях… Мы помним клятвы и обещания… Истинный придёт и возьмёт то, что нужно… – Эта планета называется Кала-и-Мун, – вмешалась в наш разговор Плакса, – В коре её спутника достаточно нуль-элемента, чтобы вы могли спокойно перемещаться в соседние системы. Вам придётся потрудиться, но в этом мире ничего не достаётся задаром. – Мы понимаем, Обжигающая… Обжигающая – именно так назвала королева рахни мою спутницу в первый день нашего знакомства. До сих пор не могу забыть переданный мне мыслеобраз, в котором Плакса предстала в образе здоровенного ушастого и зубастого хищника, могучей когтистой лапой придавившего маленькую пчелу и с интересом её изучающего. Сходства между милым, пушистым кроликом и этим зверем было примерно столько же, сколько между игривым, домашним котиком и крадущимся по лесу тигром. – В одной из соседних систем есть спящий ретранслятор, – продолжила меж тем подруга, – Если вдруг потянет путешествовать, можете попробовать его активировать. Не советую, конечно. Вам сейчас не стоит привлекать к себе внимания, но кто вас, творческих личностей, знает? – Мы благодарны, Обжигающая… – Рядом со спящим ретранслятором есть Твердыня. Это большая станция, аналогичная Цитадели. Когда приживётесь на Кала-и-Мун, можете попробовать послать туда экспедицию. Если очень повезёт, станция вас примет. Вот, пожалуй, и всё, Пчёлка. Пользуйся и не благодари. – Твоя информация бесценна, Обжигающая… Плакса высокомерно промолчала, не сочтя нужным поддерживать беседу. – Мы проследим за высадкой и убедимся, что всё прошло нормально, – добавил я, – Я оставлю вам своего клона для связи. Его зовут Гамма. Постарайтесь его не обижать.---
Как и предполагалось, высадка прошла без эксцессов. Планета была из так называемого «Голубого ряда». Достаточно тёплая – средняя температура на экваторе не превышала минус пяти. С кислородосодержащей атмосферой, жидкой водой и, теоретически, вполне пригодная для терраформинга. Но мне было плевать на запреты Совета Цитадели. Не думаю, что кто-то из ныне существующих рас сумеет добраться до RS 8513-463 к началу Жатвы. Наличие же Твердыни – станции-близнеца Цитадели – давала этому конкретному улью неплохие шансы не увидеть Жнецов ещё как минимум пятьдесят две тысячи лет. Как объяснила моя зайка-всезнайка, в галактике было четыре не связанные друг с другом сети масс-ретрансляторов, каждая из которых управлялась своей «Цитаделью». Соответственно, было и четыре «банды» Жнецов, «окучивающих» каждая свою сеть. Лезть в зону действия «соседей» было сродни тому, как у людей начать копать картошку на чужом огороде – добро, если просто звиздюков навешают, а то, ведь, и убить могут вгорячах! После приземления многочисленная толпа рабочих-рахни практически мгновенно закопалась в километровую толщу ледника, стремясь как можно быстрее добраться до материкового основания. Чтобы уже там – с чувством, с толком, с расстановкой – начать горнопроходческие работы по поиску и обустройству места для закладки улья. Мы с Плаксой тоже приземлились – или, если точнее, прикалаимунились, – вслед за нашими поющими пчёлами. Девушке было всё равно, а мне, если честно, немного надоело непрерывное пребывание в «чреве» живого корабля. Хотелось немного размяться – если это слово применимо для энергетического тела – и пообщаться с королевой рахни напрямую, без плотной опеки моей верной, но очень ревнивой подруги. Да просто походить вокруг и оглядеться по сторонам. Да и что греха таить, не терпелось побывать на первой после Илоса планете, которую я посетил самостоятельно, а не по прихоти всемогущей Небесной Канцелярии. Правда посещение вышло немного разочаровывающим. Я и в той жизни не особо любил зиму, а тут и вовсе было уныло. Представьте себе Антарктиду, растянутую на всю планету. Жесткий, отшлифованный до зеркального блеска твёрдый наст, торчащие повсюду ледяные торосы, разломы и трещины, порой довольно глубокие, и непрекращающийся ни на секунду ветер, несущий миллионы колючих ледяных кристаллов. Ещё, наверное, было холодно. Но для меня холод – это лишь характеристика спектра, а не ощущение. Вот я его и не ощущал. Кислорода в атмосфере было реально много – процентов двадцать-восемь. Думаю, для рахни, привыкших к жёстким условиям родной планеты, это было как для алкоголика утонуть в цистерне с пивом. В общем, райское местечко. Познакомил Королеву с Гаммой, которого я отозвал из бункера под Одинокой горой. Во-первых, здесь он мне будет нужнее в качестве моего представителя, связного и разведчика. Во-вторых, я ведь всё равно планирую посетить Скопление Нинма хотя бы для того, чтобы реабилитировать нашу беглянку в глазах своей расы. Поэтому Гамме я не завидую. Ему предстоит трудная задача: в первую очередь научиться противостоять сокрушительному ментальному давлению рахни, а во вторую – как можно глубже изучить все эти «запахи мысли» и «коричневые ноты с желтоватым привкусом». По-хорошему, ему бы грибов каких – для расширения сознания и познания Дзена, но, к сожалению, для чистых разумов пока таких не придумали. Хотя, вдруг ему повезёт обнаружить здесь нечто забористое именно для духов. Будет смешно.---
Кстати, теперь я понимаю, почему никто, кроме кроганов, не смог остановить рахни. Даже протеане, если мне не изменяет моя абсолютная память, в своё время жёстко с ними погорели. Это когда они, по тупой имперской привычке вечных вояк, ставших политиками, задумали вывести суперсолдат. И не придумали ничего лучше, чем использовать для своих генетических экспериментов особей именно этой расы. Итогом стало более двухсот сожжённых орбитальной бомбардировкой миров, когда орды «поющих воинов» вышли из-под контроля и обернули оружие против экспериментаторов. Вообще, зря возможно кто-то считает пчёл безобидными созданиями, только и умеющими, что порхать с цветка на цветок в поисках пыльцы и гармонии мира. Даже на Земле водятся такие злобные создания, как пчёлы-убийцы. Говорят, в Южной Америке и Азии их полно. А связываться с ними не рискует ни один отморозок животного мира. Помните историю, как Маугли заманил стаю красных собак в ущелье с чёрными пчёлами? Так вот, это всё про тех самых что ни на есть пчёл-убийц. Пацан реально был молодец! Устроил, так сказать, рыжим тварям «медовую ловушку». Если же вернуться к нашим рахни, то в дополнение к физической мощи их многочисленных воинов существует такая штука, как чрезвычайно развитые ментальные способности королев. Судя по тому, что я испытал во время первого сеанса связи, одной королеве вполне под силу выжечь мозги экипажу крейсера или эсминца. Или одним мощным направленным ментальным ударом свести с ума дивизию пехотинцев. И защиты против такой атаки не существует. Теперь представьте, на что способна совокупная мощь нескольких таких правительниц! Думаю, в Рахнийских войнах Канона кроганы тупо завалили пчёл своим мясом – безо всяких премудростей, хитрых манёвров и прочего тактического гения. Судя по ощущениям, которые в последнее время редко меня подводят, размен происходил где-то в районе один к пяти-десяти. И, значит, воспроизводство и воспитание одного воина рахни занимает намного больше времени, чем воспроизводство и воспитание нескольких мужчин кроганов. Надо не забыть поручить Гамме, чтобы тот прояснил вопрос у нашей Пчёлки. Это важно! Ведь прежде, чем лезть в большую галактическую политику, мне необходимо заранее выяснить все расклады, определиться с инструментами воздействия, а также направлением и силой этого воздействия. Тут по-другому не получится, иначе таких дел можно наворотить, что Рахнийские войны покажутся мелкой бандитской стычкой на фоне разразившейся бойни галактического масштаба.---
Ещё один немаловажный вопрос, который необходимо будет провернуть как можно скорее, это легализация в мирах Цитадели. В игре Шепард вполне успешно решал вопросы с помощью кулака и харизмы, да и то, бюрократия нет-нет, да высовывала своё гнусное рыло в самый неподходящий момент. Здесь же не игра. Даже пираты имеют какую-никакую легальную крышу и платят налоги, пусть даже эти налоги и называются «долей в общак». Но название – названием, а денежки они заносят «кому надо» вполне реальные и немалые. И, самое главное, на любого пирата, начиная капитаном корабля и заканчивая чумазым, затурканным юнгой, у этого «кого надо» вполне себе материальное подробное досье – на тот случай, если «заносящий» задумает соскочить и попробует начать «с чистого листа». Примерно тоже самое, только в красочной обёртке защиты интересов рас Цитадели, мы наблюдаем и на, так сказать, законной стороне общества. Вот только данные собирают вполне себе легально, а не втихаря. И проверку личности, за попытку которой в пиратской среде могут и в утилизатор отправить, устраивают на вполне себе законных основаниях. Например, в досмотровой зоне космопорта. Здесь же я – нарисовался такой красивый, весь из себя. На первом же сканировании всё моё нематериальное нутро вылезет наружу и вызовет совершенно ненужное возбуждение среди облечённых официальной властью разумных. Нужен ли мне такой расклад? Такой расклад меня не устраивает от слова «совсем». Лишнее это, если честно. Не люблю, когда при виде меня кто-то возбуждается. Ещё ладно, если это окажется милая синекожая азаричка симпатичной трёхсотлетней наружности. А вдруг саларианец или, не приведи господи, волус?.. Б-р-р, к Жнецам такие расклады! Скрытное проникновение и дальнейшее нелегальное существование так же имеет свои существенные минусы. Прежде всего – это невозможность прямого выхода на правящие элиты. Никто не будет вести дел с посредником, если только это не связано с криминальной или теневой деятельностью правительства или отдельных его представителей. Или если посредник сам не будет обладать достаточными силой, влиянием и авторитетом, чтобы быть, как минимум, выслушанным и, главное, услышанным.---
И тут мы плавно подходим к вопросу о необходимости набора Команды. Спаянного коллектива соратников и единомышленников, действующих в рамках единого замысла и чётко понимающих поставленные перед ними задачи и пути их решения. В настоящее время список рас, выступающих игроками на галактической арене следующий: азари, саларианцы, волусы, батары, элкоры, ханары и кварри. Ни туриане, давным-давно вышедшие в космос и активно осваивающие свой сектор, ни кроганы, про которых знают саларианцы, но не спешат помогать в развитии, до Цитадели пока не добрались. И, дай бог, в моём варианте реальности не доберутся! Про людей и разговора нет. Человечество ещё «наслаждается» всеми прелестями античности и язычества. И даже Октавиан Август ещё не включил Египет в состав Империума, добив таким образом последний «оплот демократии бронзового века».---