Сара
5 декабря 2024 г., 05:58
Сара
САРА ПРОБРАЛАСЬ сквозь хаос у здания больницы Ньютон-Уэллсли и поспешила к автоматическим дверям отделения неотложной помощи. Она как раз направлялась на станцию «Грейхаунд», чтобы забрать Сэма, когда услышала по радио сообщение об аварии. Через несколько минут у неё зазвонил телефон. Это была Тара, социальный работник, с которой она координировала переезд Сэма. — Привет, Сара, — тон Тары был спокойным, хотя Сара понимала, что она нервничает. — Не знаю, слышала ли ты… — Это был автобус Сэма? С ним всё в порядке? — Да, — ответила Тара. — Пока неизвестно, что стало причиной аварии, но, насколько я могу судить, с Сэмом всё в порядке. Он сильно ударился и сломал руку. Пострадавших направляют в разные больницы, в зависимости от степени тяжести травм. Сэма направили в Ньютон-Уэллсли в Ньютоне. — Понятно, — Сара поискала, где можно остановиться, чтобы внести координаты в свой GPS-навигатор. — Тебе известны ещё какие-то подробности? — Только то, что они разбились недалеко от Нью-Понда на шоссе I-95, — Тара прочистила горло. — Последнее, что я слышала, — пятеро погибших и несколько раненых. Сара вздохнула. — Что ж, хорошо, что с Сэмом всё в порядке. Ты в больнице? — Я пытаюсь найти место для парковки. Я буду наблюдать за тем, кого они сюда привозят, и как только появится Сэм, начну оформлять документы, — сообщила Тара. — Слушай, мне нужно идти, но увидимся, когда ты приедешь. Поездка заняла около тридцати минут, хотя Саре показалось, что это заняло гораздо больше времени. Честно говоря, она была удивлена растущим беспокойством по мере приближения к больнице. Она испытывала смешанные чувства, беря на себя роль опекуна Сэма. Она никогда не хотела иметь детей и боялась, что он это почувствует. Но сейчас, при мысли что он совсем один и ранен, она больше беспокоилась о его благополучии, чем о своих недостатках как опекуна. Осознание того, что он мог погибнуть, повергало в ужас. Машины скорой помощи выстроились в ряд под разными углами перед входом в больницу. Худощавая рыжеволосая женщина лет тридцати с небольшим, одетая в чёрное пальто с поясом, стояла прямо у дверей. На ярко-синем шнурке у неё на шее висели несколько ламинированных бейджей. Хотя Сара никогда не видела Тару лично, она поняла, что это она. — Тара? — Сара, — Тара кивнула и протянула руку. Её хватка была крепкой, а ладонь сухой. — Привет. Ты выглядишь точно так же, как на фотографии. Приятно познакомиться. Я ещё не видела Сэма. У меня с собой все документы, чтобы его госпитализировать. Тара протянула папку с документами. Сара кивнула. — Есть новости о том, что случилось? — Нет, — сказала Тара. — Я слышала, как несколько человек говорили, что водитель набирал сообщение в телефоне во время движения, но я не знаю точно, поэтому не повторяй этого. — Это… Звук сирен стал оглушительным, когда ко входу подъехала ещё одна машина скорой помощи. Они с Тарой обернулись и увидели, как она остановилась. Двери больницы распахнулись, и женщина в синей форме парамедика выскочила на улицу, подбежала к машине, вытянула конец каталки и разложила раздвижные ножки. Сара услышала, как мужской голос внутри «скорой» что-то сказал, когда водитель, грузный светловолосый мужчина, вышел из кабины. Все вместе они достали каталку из машины. Пациентка, судя по причёске женщина, была в сознании и попыталась приподняться. Они развернули каталку и покатили её к дверям больницы. Сара вытаращила глаза. Несмотря на кровь, вытекающую из раны на голове, и повреждения щеки, женщина на каталке была похожа на… Мэгги Энтони. Сара моргнула. Нет, этого не может быть. Мэгги никак не могла оказаться в одном автобусе с Сэмом. Должно быть, она ошиблась. Она поборола желание подойти ближе, но продолжала таращиться. Она вздрогнула от неожиданности, когда женщина, похожая на Мэгги, — женщина, воспоминания о которой преследовали её весь прошлый год, — встретилась с ней взглядом. На её лице отразились шок, боль и неуверенность. — Сара? Как ты узнала? Сара открыла было рот, чтобы спросить, как Мэгги оказалась в одном автобусе с Сэмом, но парамедики отвезли её в здание больницы, прежде чем она успела произнести хоть слово. Двери за ними автоматически закрылись. Не раздумывая, Сара повернулась, чтобы последовать за ней, но затем остановилась. Она находилась здесь ради Сэма. Это была её обязанность. Рядом с ней зазвонил телефон Тары. Сара повернулась и увидела, как Тара достаёт его из кармана и прикладывает к уху. — Алло, — Тара слушала несколько секунд. — Хорошо. Да. Спасибо. Она повернулась к Саре и сказала: — Это был мой друг. Сэм должен быть здесь с минуты на минуту. — Хорошо, — Сара посмотрела на закрытые двери и поборола желание пойти к Мэгги и выяснить степень её травм, а также причину, по которой она оказалась в автобусе, следующем в Бостон. — Ты её знаешь? — спросила Тара. — Я… — Сара в замешательстве покачала головой и снова повернулась к Таре. — Да. Вроде того. Она… Перед ними остановилась ещё одна машина скорой помощи. — Это он? Обе наклонились вперёд, пока парамедики вытаскивали каталку из машины. На этот раз пациентка, женщина, лежала на спине в полной неподвижности, её голова была зафиксирована шейным воротником. Несмотря на то, что Сара знала, что пялиться неприлично, она всё же взглянула на женщину, когда её везли мимо. Судя по всему, она была довольно привлекательной, со светлыми волосами длиной до плеч. Её глаза были открыты, взгляд лихорадочно метался между лицами, пока парамедики говорили с врачом, появившимся из дверей больницы. «…женщина тридцати лет… очевидно, потеря сознания… похоже, перелом левой ноги…» Остальные слова потонули в коротком гудке подъехавшей машины скорой помощи. — Думаю, это он, — сказала Тара, когда задние двери машины распахнулись и парамедики вытащили каталку. Это действительно был Сэм. Его глаза были красными и опухшими. Он плакал. Его лицо и одежда были испачканы кровью. Его правая рука была забинтовна. Сара бросилась к нему, забыв о Мэгги. — Сэмми! Милый, привет, — она положила руку ему на ногу. — Я здесь. Я никуда не уйду, и мы тебя вылечим. Хорошо? Сэм кивнул. Он выглядел так, как будто вот-вот разрыдаться. От его уязвимости и страха слёзы навернулись и на глаза Сары. Он выглядел таким хрупким. Саре казалось, что её сердце сейчас разорвётся. Всеми силами она хотела защитить его. И она это сделает, сказала она себе, когда они с Тарой вошли в здание больницы. Обязательно защитит. ПЯТЬ ЧАСОВ спустя Сара сидела в обитом винилом кресле в углу палаты, где предстояло провести ночь Сэму, и смотрела на небольшой громкости телевизионный репортаж об аварии. До сих пор было непонятно, что стало причиной аварии, хотя Тара подтвердила, что водитель писал СМС. Судя по всему, он вовремя поднял глаза и увидел, что машина перед ним внезапно затормозила, и резко повернул руль, чтобы избежать столкновения с ней. Помимо перелома руки, у Сэма было несколько порезов и ушибов, а также сотрясение мозга. По словам врачей ему повезло. Он был защищён перегородкой, отделяющей его от водителя. Однако, женщине, сидевшей рядом с ним, Мэрилин Шоу, повезло меньше. По словам парамедиков, когда они нашли его, он склонился над её телом, его взгляд был опустошённым, когда он сжимал её безжизненную руку. Потребовались усилия двоих из них, чтобы разжать его пальцы и оказать ему первую помощь. Сэм спал на кровати, его узкая грудь плавно поднималась и опускалась в ровном ритме. Сара воспользовалась тишиной, чтобы обдумать всё, что произошло с ней за последние несколько часов. Она не только чуть не потеряла племянника, даже не успев забрать его домой, но и встретила Мэгги в самом неожиданном месте. Впрочем, всё, что касалось Мэгги, было неожиданным. Встреча с ней в баре в тот первый вечер. Совершение страшного греха — измены Эмме. Секс на одну ночь, который перерос во вторую, а затем и в третью. Всё в её поведении, когда дело касалось Мэгги, казалась, было ей несвойственно. Она не могла объяснить это, но в их притяжении было что-то неотвратимое, что делало её бессильной. Она поняла это сразу, как только впервые увидела её в баре, пьющей мартини и флиртующей с барменшей. А потом они танцевали. То, как Мэгги прижималась к ней, опьяняло. С Эммой она никогда такого не испытывала. Даже близко. Это не было оправданием её неверности; то, что она сделала, было непростительно. Но это была правда. И она понимала, без сомнения, что если не воспльзуется возможностью побыть с Мэгги, то будет сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Они провели прекрасный уик-энд, — между ними возникла связь, которая, была уверена Сара, была взаимной. Она настолько в это поверила, что вернулась в Бостон, призналась в измене и прекратила отношения с Эммой. Она ждала, пока станет свободной, чтобы связаться с Мэгги. А потом… ничего. Никаких ответов на телефонные звонки или электронные письма, кроме пары коротких сообщений и одного длинного, явно пьяного голосового сообщения, в котором Мэгги говорила, что не может с ней встретиться из-за репутации в обществе, а тот факт, что кто-то по имени Рейчел доказывает, что любовь не вечна, поэтому лучше не искать её вообще. Мэгги просила Сару больше не беспокоить её. Сара осозновала, что это не совсем здраво — переживать за человека, который явно не испытывает к ней тех же чувств. Но даже сейчас, зная, что Мэгги ранена и находится рядом, где-то в этой больнице, её сердце начинало биться быстрее. «Как ты узнала?» — Сара всё ещё не понимала вопроса Мэгги. Как она узнала… что? Сара посмотрела на Сэма и встала. Она тихо вышла из палаты, прикрыв за собой дверь. Она размышляла о том, стоит ли ходить по коридорам этого этажа, чтобы попытаться найти палату Мэгги, но понимала, что шансы, что она найдёт её, не говоря о уже о том, что она находится на этом этаже, невелики. Вместо этого она направилась к сестринскому посту, где сидела одна из медсестёр, женщина спортивного телосложения с короткими светлыми волосами, и что-то усердно печатала на компьютере. До этого она мило улыбнулась ей, и Сара подумала, не использовать ли это в своих интересах. — Привет, — сказала она, прислонившись к стойке. — Я хотела поблагодарить Вас за то, что Вы делаете для Сэма. Он замечательный ребёнок. То, что случилось, просто ужасно. Она покачала головой. Медсестра — Джессика, судя по бейджу, — кивнула. — Ему повезло. — Да, — Сара расплылась в улыбке, которая, как она надеялась, была очаровательной и внушала доверие. — Я хотела бы попросить Вас об одолжении. Сэмми путешествовал с другом семьи. Я видела, как её привезли в больницу незадолго до Сэма, но у меня не было возможности поговорить с ней. Её зовут Мэгги Энтони. Вы не знаете, в какой палате она находится? Джессика несколько секунд смотрела на Сару, а затем улыбнулась. — Конечно… Формально мы не должны этого делать, но, думаю, всё в порядке, — сказала она и вернулась к экрану компьютера, набрав имя Мэгги. — Остаётся порадоваться, что она оказалась среди раненых. Несколько человек погибли. Сара понимающе кивнула. — Да, я знаю. Вам известно сколько погибших и раненых? — Пятеро погибли на месте, а двое — по дороге в больницу, — сообщила Джессика, взяв в руки оранжевый блокнот. — Двадцать восемь человек получили травмы. Прищурившись, она посмотрела на экран и записала номер палаты. Она вырвала лист из блокнота и передала его Саре. — Она находится в палате № 504. Поднимитесь на лифте, а когда выйдете, поверните налево от холла, а потом направо. — Спасибо, — Сара улыбнулась и оглянулась в сторону палаты Сэма. — С ним всё будет в порядке, да? Я не хочу, чтобы он проснулся и испугался или подумал, что остался один. — Не волнуйтесь, я присмотрю за ним, — сказала Джессика, а затем улыбнулась. — Вы могли бы оставить свой номер телефона, чтобы я позвонила в случае, если он проснётся. А может быть, поужинаем как-нибудь после того, как его выпишут? Сара улыбнулась в ответ, хотя у неё не было никакого желания встречаться с Джессикой. — Это было бы замечательно, но, боюсь, в ближайшие несколько месяцев я буду занята по горло обустройством Сэма и выяснением того, как стать родителем. Я забираю его к себе, потому что моя сестра… не в состоянии. Джессика некоторое время смотрела на неё, словно пытаясь понять, говорит ли она правду. Наконец она кивнула. — Я понимаю, это очень тяжело. Я выматываюсь, когда всего лишь полдня сижу с сыном моей сестры. — Точно, — Сара вздохнула. — Для меня это всё в новинку. Мне просто нужно сосредоточиться на нём. — Вы справитесь, — сказала Джессика и подмигнула. — А теперь идите и проведайте свою подругу, а я присмотрю за Сэмом. — Спасибо, — Сара улыбнулась. — Я быстро. — Не спешите, — Джессика откатила свой стул назад. — На самом деле, сходите выпейте кофе или что-нибудь перекусите. Сара кивнула, повернулась и пошла по коридору к лифтам. Мысль о том, что она действительно увидит Мэгги и поговорит с ней спустя столько времени, одновременно радовала и ошеломляла её. Она нажала на кнопку вызова лифта. Двери сразу же открылись, и она зашла внутрь. Она нажала кнопку пятого этажа — тот же номер, что и у их номера в Сиэтле, подумала она. Она вспомнила, как они договаривались о второй ночи вместе. — Послушай, я знаю, что у тебя свои правили и всё такое, — прошептала она, когда они стояли перед дверью номера Мэгги. — Но, может, тебе стоит забыть о них на одну ночь? — она улыбнулась и, прежде чем Мэгги успела запротестовать, добавила: — Я ничего не хочу больше, чем это. Я не ищу отношений. Она не сказала, что уже состояла в отношениях и что ничего большего, чем этот уик-энд, быть не может, пока она не будет честна с Эммой. Но Мэгги этого не знала. Вместо этого она приподняла брови, как будто удивляясь и слегка обижаясь. А потом улыбнулась. — Итак, для ясности, — сказала она. — Никаких обязательств. Никакой эмоциональной связи. Никаких звонков после. Только секс. Мэгги коснулась её щеки. Сара медленно кивнула, а потом сделала шаг назад. — Пригласи меня в свой номер. Спустя несколько часов после того, как Мэгги уснула, она вылезла из постели и тайком прокралась в свой номер. Всё было так, как они и договаривались. Ничего больше. Только секс. Она была уверена, что любое дальнейшее общение с Мэгги будет ограничиваться лишь вежливым приветствием, когда они пройдут по коридору мимо друг друга — вот почему она была крайне удивлена, когда увидела Мэгги, стоящую рядом с Эваном у дверей конференц-зала, где у неё было запланировано выступление. — Сегодня утром у тебя очень учёный вид, — сказала Мэгги с игривой улыбкой. — Очки — это приятный штрих. Сара вспомнила, что покраснела от комплимента. Она выбрала брючный костюм верблюжьего цвета, который подходил к кожаной сумке, висевшей у неё на плече. Волосы она собрала в пучок, который, по её мнению, выглядел более академично. Она пожала плечами и сказала: — Я спала в контактных линзах и не смогла надеть их утром, после того как их почистила. Мэгги протянула чашку кофе. — Я подумала, что тебе это может понадобится. Сара взглянула на Эвана, который с большим интересом наблюдал за происходящим. Как и Мэгги, а также остальные участники конференции, он был одет в тёмный костюм, хотя, как она заметила, когда наклонилась, чтобы приобнять его, он был в полоску. Первая пуговица его бледно-голубой рубашки была расстёгнута, и от него пахло мылом и пряным ароматом лосьона после бритья. — Привет, — сказала она. — Как спалось? — Примерно так, как и следовало ожидать, когда спишь в чужой постели, а за стеной в соседней комнате веселятся пьяные «похоронщики». А ты? — Я хорошо спала, — сказала Сара, не обращая внимания на его понимающую ухмылку. Она посмотрела на соседний столик с фруктами, кофе и выпечкой. — Но у меня не было возможности позавтракать. — Позволь мне, — Эван повернулся и подошёл к столику с едой. — Готова к презентации? — спросила Мэгги, поднесла чашку к губам и сделала глоток. — Думаю, да. Я бы хотела ещё раз всё просмотреть перед выступлением, но была занята другими делами, — Сара улыбнулась. — Должна признаться, что немного удивлена, что увидела тебя. Я думала, что после вчерашнего вечера мы будем видеться только мельком. Мэгги посмотрела на неё с серьёзным выражением лица. Казалось, она раздумывает, стоит ли озвучивать свои мысли. Через некоторое время она вздохнула и сказала: — Мне нравится быть с тобой. Ты мне кое-кого напоминаешь. Сара моргнула, не зная, что ответить. — Надеюсь, это не так уж и плохо. Мэгги покачала головой. — Вовсе нет. На самом деле… — Итак, я принёс фрукты, если ты хорошо себя чувствуешь, и датский сыр, если нет, — сказал Эван. В одной руке он держал яблоко Грэнни Смит, а в другой — пластиковую тарелку с огромным пирожным. Сара выбрала яблоко и откусила кусочек. — Спасибо. — Я так и думал, что ты выберешь именно это, — сказал Эван, взял в руки пирожное и откусил большой кусок. Он быстро прожевал и проглотил его. — Похоже, у тебя будет полный зал. Сара кивнула. — Мне, наверное, пора, — она протянула яблоко Мэгги и усмехнулась. — Это тебе, Ева. Ей потребовалась вся сила воли, чтобы не смотреть на Мэгги во время презентации. Тем не менее, она ощущала её внимание. Её энергию. Она чувствовала себя голодной. И хотя Мэгги придерживалась своих правил, через час они оказались в постели. Однако, по сравнению с предыдущим разом, что-то в их занятиях любовью изменилось. Между ними неожиданно возникла близость, знание того, как и к чему прикасаться, что сделало этот опыт более интимным. До конца конференции они практически не выходили из номера. Дзинь. Сару вывел из задумчивости звук лифта, остановившегося на пятом этаже. Двери медленно открылись, и она вышла. Она сразу же оказалась в застеклённом холле, в котором толпились люди, безучастно уткнувшись в телевизор, что-то нажимая в своих телефонах или тихо разговаривая. Она подумала, что, возможно, это были родственники тех, кто попал в аварию. Она повернула налево и дошла до коридора, где повернула направо. Как бы ей ни хотелось увидеть Мэгги, она шла не спеша, стараясь унять сердцебиение. Остановившись у палаты № 504, она заглянула внутрь. На ближайшей к двери кровати лежала женщина, которую привезли после Мэгги. Одна её нога, закованная в гипс, покоилась на подушках. Казалась, что она спит. Её лицо было расслаблено, а рот слегка приоткрыт. Обитательница другой кровати — как она предположила, Мэгги, — была скрыта от посторонних глаз занавеской, которая была плотно задёрнута. Сара глубоко вздохнула и как можно тише прошла мимо спящей соседки к краю занавески. Её сердце громко колотилось в груди и отдавалось в ушах, когда она протянула дрожащую руку к занавеске. Ты можешь сделать это. Она глубоко вздохнула и отодвинула занавеску. Мэгги спала на больничной койке полулёжа. Её лицо было в синяках, правая щека и челюсть распухли. Глубокая рана над бровью была аккуратно зашита, как и порез длиной в полдюйма, проходивший вдоль уха. Вокруг кровати гудели и щёлкали аппараты. Монитор слева показывал ровный и ритмичный пульс. Её кровяное давление тоже, казалось, было в порядке. Из подвешенного пакета с физраствором шла прозрачная трубка, заканчивающаяся иглой, введённой в тыльную сторону запястья Мэгги. Сара вспомнила эти руки. Она закрыла глаза. Прийти сюда было ошибкой. Встречаться с Мэгги сейчас, когда она прояснила свою позицию, было бесполезно. Всё уже было сказано. Открыв глаза, она с удивлением увидела, что Мэгги наблюдает за ней, её глаза остекленели от обезболивающего, которое, несомненно, дали ей врачи. Она моргнула. — Ты настоящая? Слова были произнесены очень тихо, и Сара подошла ближе к кровати, чтобы лучше слышать. Занавески, которые она держала открытыми, с шелестом закрылись за ней. — Думаю, да, — улыбнулась Сара. Она подошла вплотную к кровати и посмотрела на бледное лицо Мэгги. Несмотря на травмы и всё, что между ними произошло, она по-прежнему чувствовала необъяснимое влечение к ней. — Как ты узнала? — спросила Мэгги хриплым голосом. — Узнала что? — Сара нежно коснулась предплечья Мэгги. — Что я здесь? Что мы попали в аварию? Сара слегка наклонила голову и нахмурилась. — Я не знала. Мэгги нахмурилась. Казалось, она пыталась сосредоточиться. — Но ты здесь, ты пришла, — растерянно сказала она. — Я здесь, потому что в автобусе был мой племянник Сэм, — сказала Сара. — Он собирался переехать ко мне. В Бостон. Мэгги ненадолго прикрыла глаза, а затем пробормотала: — Несовершеннолетний без сопровождения взрослых. — Что? — не в силах разобрать, что Мэгги имеет в виду, Сара наклонилась к ней. — Я видела его. Он сидел впереди, — сказала Мэгги и облизнула сухие губы. — С ним всё в порядке? Сара кивнула. — Да, он в порядке. У него перелом руки, порезы и ушибы, сотрясение мозга, но он будет жить, — Сара посмотрела на приборы. — А как ты? Мэгги поморщилась. — Сломаны рёбра, пробито лёгкое, вывихнуто плечо, и болит спина. Но я тоже буду жить, — она замешкалась, как будто пыталась решить, что сказать или, учитывая действие обезболивающих, как сказать. Она прочистила горло. — Я могла умереть. Сара кивнула и осторожно сжала руку Мэгги. — Я знаю. Но… — Я совершила ошибку, — перебила Мэгги. — До того, как… Когда ты позвонила. Я ехала сюда, чтобы сказать тебе, почему я сбежала. Она пошевелилась, словно пытаясь сесть, и Сара мягко, но настойчиво уложила её обратно. — Тебе нужно постараться не шевелиться, — сказала она. У изголовья Мэгги один из аппаратов издал звук, похожий на жужжание. Должно быть он ввёл ей обезболивающее, потому что тело Мэгги, казалось, расслабилась. — Я была не права, Сара, — её голос стал хриплым. — И я это поняла. Когда мы были вместе, я чувствовала, что между нами есть связь. Обещай, что дашь мне шанс. Она попыталась поднять руку, но смогла лишь немного отвести её в сторону. Сара наклонилась и нежно коснулась здоровой щеки Мэгги. — Обещаю, — произнося эти слова, Сара понимала, что они в равной степени относятся как к ней, так и к Мэгги. Она смотрела, как Мэгги закрывает глаза и погружается в сон. На самом деле, она понимала, что данное обещание может оказаться большой ошибкой. Но так же, как она надеялась, что сможет исцелить боль и печаль маленького мальчика внизу, у неё была надежда, что и с Мэгги всё можно исправить. Она не знала, что случилось, что сделало Мэгги такой, но она была готова попытаться понять. Как для себя, так и для Мэгги. А Сэм… Сэму нужна была любовь. Ему нужны были стабильность, безопасность и чувство дома. Сара вздохнула. Они были чужими друг другу. Но, тем не менее, они были связаны. И всем, каждому из них, нужно было за что-то держаться. За кого-то держаться. Сара бесшумно покинула палату. Она отвезёт Сэма домой, и они будут вместе строить свою жизнь. А Мэгги… они поговорят и посмотрят, что из этого выйдет. Это не было каким-то решением, но это было началом. Она понятия не имела, что ждёт её в будущем, но надеялась. И, в конце концов, разве надежда — это не всё, что есть у человека?
Примечания:
Спасибо, что прочитали!
