выбор без выбора.

Дойдя до внутреннего двора дома Тозиеров, – папа Ричи был на какой-то конференции в другом городе, а его мать поехала вместе с ним, – парни сели на недавно скошенный газон, который был почти ровным, но в некоторых участках, трава была длиннее. Это потому, что стриг этот газон Ричи, которому не хватало денег на кино неделю назад, из-за чего ему пришлось заниматься делами по дому. Парень с детства не особо брезговал любой работой, даже «женской», поэтому иногда помогал матери, за что так же получал деньги от родителей. – Ричи, ты такой рукожопый. Вон там, можно было и ровнее скосить, а там-.. – Эдди не успел договорить, как Ричи возмущённо его перебил: – А сам-то часто траву косишь? Это, знаешь ли, не так легко, как кажется. – он гордо задрал подбородок, сложив руки на груди. – Я то знаю, но ты в любом случае рукожопый. – только сказал Каспбрак, как Тозиер снова набросился на него с щекоткой, присев сверху. – Кто я там, повтори?! – он пытался говорить серьезно, но легкие смешки все равно вырывались у него изо рта. – Мудак.. Рукожопый мудак! – заливаясь громким смехом, беззлобно отвечал Эдди. – Ах так?! Дай руку. – Ричи резко встал с Каспбрака, – так, что его слегка повело, – перестав его щекотать, и подал другу свою ладонь. – Доверяешь мне, Эдди? – хищно ухмыльнулся Тозиер. Эдди с подозрением посмотрел на него, все еще посмеиваясь, но руку дал. – Ни капельки не доверяю, в таких ситуациях, но доверю жизнь, или умру ради тебя, если будет надо. – Ричи поднял его с травы и, не отпустив руки, потащил к внушительных размеров палатке, в которой при желании, могла поместится и вся компания Неудачников, но тогда им пришлось бы сидеть неподвижно, чтобы не пихнуть никого локтем, а так как способностью сидеть неподвижно, обладали только Стэн, ну, или, Билл, и при большом желании Майк, то сидеть в этой палатке вместе никто не хотел. Но раз там могло поместится столько человек, то для двоих парней там было очень много места, особенно, для Эдди, который был ростом ровно, чтобы растянуться на полу полностью, и не поджимать колени. Затащив Эдди в палатку, которая одной из своих частей так же прилегала к одной из стен дома Тозиеров, Ричи прислонил Каспбрака к этой самой стороне. Из-за этого, кстати, ту часть, которая была у стены, обложили подушками, напрочь прилепив их скотчем, а затем и вообще – супер клеем, поэтому она была довольно мягкой. (По скрипту: клея понадобилось много) Эдди не успел сказать и слова, как на него опять сели сверху, и начали щекотать длинные и тонкие пальцы, которые лёгкими и пощипывающими движениями перемещались по его торсу, шее и иногда залезали под майку. Громкий смех Каспбрака, заглушил любые звуки, а если что-то и было слышно кроме этого, то это был Ричи, который запрокинув голову так же смеялся. – Забирай слова назад, неблагодарный! *** – Да не понимаю я эту историю! Не интересная она! Еще и даты запоминать, это же ужас!! – раздался громкий голос Ричи, который уже вторую половину часа пытался рассказать параграф по истории, и вспомнить все даты, но безуспешно. – Тозиер, – прошипел Эдди, – не можешь понять – зазубри уже. Не интересно? Может быть. Даты плохо запоминаются? Но я же знаю. Я же понимаю! – Эдди активно жестикулировал руками, выказывая крайнюю степень недовольства. – Ну это не то.. Математика легче! – Ричи истерически пнул упавший карандаш, и сложил руки на груди. – Тебе напомнить, как долго ты мне объяснял все эти алгебраические выражения? – Каспбрак вопросительно изогнул бровь. – Да! То есть.. Нет! Ну, типа, математика, она же легкая, нужно просто знать алгоритмы и всё такое.. – невнятно промямлил Ричи. – Слушай. – голосом надавил Эдди. – Для меня учить все эти числовые выражения, так же скучно, как для тебя – читать исторические факты или учить законы для сдачи обществознания. – Вот именно! Точнее.. Короче, у меня в математике есть четкие границы, всё такое, мне так легче организовываться, а в твоей истории ни границ, ни рамок.. – парень откинулся на кровать, глядя в потолок. – Я безнадежен! Это нужно понимать, а не зубрить, а я не понимаю, зачем мне знать, как, когда и почему, в каком-то там году, Пипин Кроткий упал в лужу, или типа того. Ну это идиотизм полнейший!! – вскрикнул он, полностью ложась на кровать, и имитируя снежного ангела. – Я устал.. Сколько время? Я имею ввиду, тебе не пора домой, и все такое? – О, когда это ты начал обращать внимание на время? – Эдди сел на спинку кровати, и раскачивая ногами, через плечо посмотрел на Ричи, а затем хихикнув, ущипнул его за икру. А Ричи.. Он слегка выпал из реальности, потому что, ну, Каспбрак, знаете? Он существует, хотя может ли идеал существовать на этой планете? Вероятнее всего нет, но Эдди всегда был исключением в жизни Тозиера, о чем тот никогда не жалел. На самом деле, он так выпадал ещё лет с восьми, когда только познакомился с пареньком, что отстал от мамы в магазине, а Ричи решил учтиво спросить: почему такой красавчик ходит один? Можем ли мы упустить то, что это сопровождалось неумелым подмигиванием, а затем тупой шуткой про шорты Эдди? Естественно, можем, о чём вы вообще говорите, я такого не помню. В общем, лет до двенадцати Тозиер даже не осознавал, что как-то по особенному относится к Эдди. Но особенное отношение явно было. Стереотипная смена голоса, на более мягкий, при разговоре с Каспбраком? Ха, держите. Учащение дыхания, или потные ладошки? Получите, распишитесь! Еще больше стрёмных шуток, когда Эдди просто появляется в поле зрения? Дайте два!! И Ричи бы так и ходил в идиотах, если бы такое трепетное отношение(можно ли так называть шутки про мамок? Я думаю, да)к другу не заметила бы мама парня – Мэгги Тозиер. Именно она поговорила с сыном, и объяснила, что они с папой примут его любым, а на недоуменный взгляд, аккуратно расспросила про Эдди. Какого же было удивление мальчика, когда оказалось, что все его мимолётные желания коснуться друга, рассматривание угловатых коленок, и так далее по списку, было влюбленностью. То есть, ладно. Он знал, что такое влюбленность, его мать уже разговаривала с ним на эту тему, но влюбится в парня? Ричи о таком даже не думал, окей? Это было странно, и на первую неделю он даже отстранился от Эдди, который почти пускал пар из ушей, как в детстве, – топал ножкой, и почти плакал, умоляя друга сказать, что он сделал не так. Через неделю, Ричи вызвал друга на серьезный разговор. Может признание и не состоялось, – хотя не особо то оно и планировалось, – но он хотя бы объяснил Эдди, что его вины тут нет, а сам Тозиер просто запутался в чем-то, и как только будет готов – обязательно расскажет все, до единого слова. И Эдди отступил, но не как это бывает в фильмах, нет, это явно не было чем-то на подобии: «– О, конечно, Рич, я тебя понимаю.» Нет, с Каспбраком никогда не было просто, и Тозиер это знал. Поэтому он еще два месяца уверял Эдди в том, что тот не сделал ничего плохого, сам Ричи никого не убил, а их дружба не закончилась, и не закончится никогда. Ну только если перерастет во что-то большее, – про себя дополнял парень. За ту неделю, Ричи так же многое определил и для себя самого. Например, то что ему не нравятся другие мальчики. Так бы было намного легче, мол, ну Каспбрак парень, так ещё и лучший друг, потому и понравился. Но Тозиер просто поймал себя на мысли, что до Эдди, – да, его жизнь теперь измерялась именно в Эдди, – ему никто не нравился. Сначала он оправдывал себя маленьким возрастом, или чем-то на подобии, но затем понял, что даже не зная о своих чувствах, а затем все еще не утвердив их – он никогда не засматривался на других мальчиков, и тем более девочек. В общем, не особо горя желанием лезть в интернет по этой теме, – Мама, любовь – это чувства, а не наука!! – он просто определил для себя новую ориентацию. Каспбракосексуал. Ладно, название все ещё в разработке, но вы поняли. И вот, вроде все хорошо, Эдди – его лучший друг, с которым они были в максимально разном дерьме, даже если не считать стрёмного клоуна в канализации, но. Да-да, всегда есть это блядское но. Ричи не считал важным рушить их дружбу, ради не понятно чего. Ну, признается он, и что? Эдди даже навряд ли ответит взаимностью. Конечно, их дружба совершенно точно не рухнет, Эдди никогда не отзывался плохо о людях нетрадиционной сексуальной ориентации, но определенно, неловкость будет присутствовать в каждом прикосновении и взгляде. Поэтому, Ричи просто проверял границы дозволенного в их дружбе. Пролежать всю ночь в обнимку? Запросто. Массировать голову Эдди, пока они смотрят очередной фильм, на такой же очередной ночёвке? Ни каких возражений. Доверить другу самые страшные тайны, о которых не знает даже мама и остальные Неудачники? Десять раз да. Бен и Майк, какое-то время, после их знакомства и победы над злоебучим клоуном, даже думали, что ребята состоят в отношениях, и поверьте мне на слово: оправдано. Вы бы тоже так подумали. После стрёмного дома, и других ужасов жизни, и Эдди, и Ричи, не отлипали друг от друга, даже на уроках. Но оба были, не то что не против, а даже наоборот – вполне довольны таким вниманием к себе. Это выглядело буквально так: Эдди, который жалуется на любое неожиданное (выделить!!) прикосновение, сидит в кресле, а за ним стоит Ричи, медленно и почти неосознанно, опускающий свои руки на голову Эдди, аккуратно массирует её. И оба с максимально не вовлечённым в разговор видом, хотя Билл начал обсуждать возвращение Роберта Дауни Младшего во вселенную Марвел, а это офигеть какое событие, вообще-то. Или ещё. Эдди, лежащий на груди Ричи, который, в свою очередь, опёрся о изголовье кровати Бена, в полу-сидящей позе, совершенно невозмутимо выводит какие-то узоры на ладошке друга, положив свою голову ему на макушку, и рассеяно кивая на все вопросы. Хотя, ладно. Тозиер потом час верещал непонятные слова, расхаживая по своей кухне, пока Мэгги, посмеиваясь, готовила блинчики. В общем, так получилось, что в один день, Майк выдал слова о том, что Неудачники примут обоих парней, и совершенно не против их отношений, которые они, по какой-то причине, скрывают, на что Ричи впал в ступор, а Эдди громко рассмеялся, вызывая цепную реакцию у остальных. И вот, сейчас парням уже по шестнадцать, школа скоро закончится,  они оба выбрали один университет, – Ричи почти не участвовал, просто попросил направление с углубленной математикой, – а родители смирились с переездом обоих сыновей, и готовы были их спонсировать, если те поступят на бюджет. (Хотя смирилась скорей Соня Каспбрак, – родители Ричи были не особо против.) Но Тозиер все еще по глупому влюблён в Эдди, а тот в свою очередь, все еще не знает об этом, но..- – Алло, доброе утро!! Земля вызывает Ричарда Тозиера. – Эдди перебрался на кровать, присев рядом с Ричи, и помахал рукой перед его лицом, почти облокотившись о него второй. – Ты чё пялишься? У меня опять что-то на лице? – А? – Ричи нахмурил брови, бегая взглядом по комнате. – Чего? Нет? Нет, у тебя красивое лицо, все нормально. – Спасибо? Это сейчас перерастет в очередную шутку, или у тебя бред? – Эдди выгнул бровь, насмешливо тыкая Тозиера в бок. – Нет, я же вне шуток на неделю, так что это чистый комплимент. Считай, первый такой от меня, можешь гордиться. – сказал Ричи, слегка смущённо посматривая на Каспбрака, но не переставая от этого менее ехидно улыбаться. – Ой, иди ты! Дорогу знаешь, или показать? – наигранно хмуро спросил Эдди. – Эх, я бы пошутил, да нельзя. – грустно вздохнув, Тозиер хлопнул в ладоши. – Так, что мы решили? Мы что-то решили вообще, или я выпал на этом моменте? Кажется, да. Короче, ты останешься у меня или пойдешь домой? На улице, вроде как, дождь. И сильный. – Ричи неловко потер затылок рукой. На самом деле, он был совершенно не против того, чтобы Эдди остался на ночь, но хочется ли ему, чтобы Эдди остался на ночь? Естественно, Каспбрак до этого ночевал у Ричи, но, простите, когда это было в последний раз? Точнее, если не считать случай год назад, который почти не помнят парни, зато помнят родители Тозиера, подвергшиеся такому допросу от Сони Каспбрак, что любой отдел ФБР был бы в шоке. А все это ради того, чтобы мама Эдди не заподозрила, что её дорого сынок, – вместе с его другом, – пришёл в стельку пьяный, разнёс половину прихожей дома Тозиеров, и улёгся спать в обнимку с Ричи, предварительно разбудив и Мэгги, и Венворта. А так, без таких интересных подробностей, последний раз Эдди оставался на ночь у Ричи в четырнадцать лет. В остальное время, оба парня ночевали либо у Бена, либо у Билла, что, конечно, можно считать за ночёвку, но они были на разных кроватях, а то и в разных комнатах, а тут.. Нет, Ричи ни в коем случае не трусит, что вы, ему совершенно, блять, не страшно, и не неловко оставаться одному дома с человеком, который ему нравится так долго, ещё и на ночь. Серьёзно, ночью и днём – существуют два разных человека в одном теле. Днём – более взвешенная и закрытая версия, каким бы хаотичным экстравертом вы не были, ночью – более раскрепощённая и, чаще всего, мягкая, желающая рассказать все свои тайны, часть вас. И вот эта ночная версия себя, очень пугала Ричи, который боялся сболтнуть лишнего, особенно зная, что он и днем не отличается умением держать язык за зубами. Короче, дело к ночи явно идти не хочет, что Каспбрак невольно заметил. – А ты хочешь, чтобы я остался? Тебе это надо? – скептично осмотрел друга парень. – Я? Да, конечно, что за вопросы, Эдвард? Глупые вопросы.. Мы же самые крутые и лучшие друзья на всём свете, чё б не хотеть? – Ричи перевел застывший взгляд на Эдди, оживившись, и стал с кровати. – Я правда не знаю, поместимся ли мы теперь на моей кровати? Может, тебе в родительской постелить? – Может.. – Каспбрак с прищуром посмотрел на Тозиера. – Но я пока хочу полежать тут, знаешь. Потом постелишь, давай глянем что-нибудь на ноуте? – аккуратно спрашивает Эдди, не понимая состояния друга. Ричи, кажется пару дней ходил слегка туманным, что настораживало Эдди, так как, ну, ребят. Ричард Тозиер – синоним к словам болтливость и веселье, но никак не задумчивость и молчание. – Да, я- я не против, окей, нет проблем. – тараторит Ричи, и идёт к двери комнаты. – Ты, ээ, куда? Ноутбук в комнате. В этой комнате.  – Эдди моргает своими ебучими большими глазами и длинными ресницами, от непонимания, подходя ближе к Ричи на шаг. – Тозиер, ты меня пугаешь. Всё хорошо? Я могу уйти в любой момент, тут не то чтобы далеко, да и маме я ещё не звонил.. Каспбрак подходит ещё ближе к застывшему другу, и кладёт руку ему на плечо. Кажется, у Тозиера внутри взрывается феерверк. Но он не чувствует тех же эмоций, что и обычно посещают его при касаниях Эдди. Не-а, тут что-то другое, кажется, слишком много взаимодействий, взглядов и слов за последнее время. И вроде когда это Ричи был против? Но что-то не то, что-то не так, что-то происходит, и это заведомо не то, что хотел бы ощущать Ричи. Какая-то странная тоска, но ведь Каспбрак стоит прямо перед ним. Может, это просто переизбыток эмоций? Перенасыщение чувствами? Интересно.. Раньше такого не было. – Хэй, Рич? Я.. – И Ричи прорывает. Он пару раз моргает, смотря вверх, и хлюпает носом, а затем тихо мычит, и поворачиваясь спиной к двери, скатывается по ней вниз, закрывая глаза запястьями. – Да не могу я, не могу-у... – жалобно скулит Ричи, вздрагивая. Эдди медленно присаживается на пол, рядом, осторожно берёт лицо парня, закрытое руками, в ладошки, и поднимает на себя. Когда Ричи окончательно перестаёт пытаться вытереть поток нескончаемых слёз, он пристыжено смотрит на Каспбрака, но через пару секунд его силуэт становится мутным. – П-.. Про-ости, – заикаясь на единственном слове, выговаривает Тозиер, – я не хотел, чтобы ты видел.. это.. Что за «это», понятно и без слов, но Эдди всё равно легонько сжимает щеки Ричи, чтобы тот обратил на него внимание. Несколько секунд, он просто смотрит в помутневшие от слёз глаза, а затем без слов обнимает его, упираясь своей грудью – ему в колени. Ричи медленно опускает колени, раздвигая ноги на полу, и Эдди устраивается между них, и вместе с Ричи, они кладут головы на плечи друг другу. Эдди – зарываясь носом в мягкие, пахнущие цветочками кудри, Ричи – утыкаясь лицом в сгиб шеи друга. Каспбрак тихо смеётся, и просидев так пару минут, не выдерживает. – Нет, Ричи, не дыши мне в шею, Господи. – приглушенно хихикая, он ощущает, что Тозиер начинает дышать еще чаще, и легонько ухмыляется, почёсывая нос о край майки друга. – Ты вытер об меня свои сопли. – сухо констатирует Эдди, на что Ричи тихо угукает, продолжая дышать Каспбраку в шею, но уже более глубоко и размеренно. – Расскажешь? – уже спрашивает Эдди. Ричи отрицательно качает головой. Кажется, запах цветов исходит уже повсюду, не только от волос Ричи, и Эдди думает, что может и уснуть в таком положении, пока его теплый и длинный друг, – от чего ещё более удобный, –  сопит ему в шею, на фоне играет тихое соседское радио, тикают старые часы, а сверчки уже начали своё пение. Правда, на утро будет ужасно болеть спина, а у Ричи ещё и голова, но сейчас момент был слишком соблазнительным. Что, увы не сделало Эдди менее правильным, хоть и смягчило, что при Ричи, происходило всегда, собственно. – Хэй, Балабол, пошли на кровать? Пожалуйста, давай, с утра будет болеть спина. – Эдди фыркнул, и встал на ноги. – Давай, тут дойти два шага. – Я собирался тебе постелить, прости.. – скомкано промямлил Ричи, неуклюже встав на ноги. – Какая досада, придется спать с тобой, не я же делал этого стабильно.. сколько? Шесть, семь лет? Конечно, не считая последние два года, но они просто были.. Сложными. – Эдди поджал губы, и потянул друга за локоть, укладывая на кровать. «Сложными» последние два года были потому, что Беверли уехала к тёте на лето, и Неудачники неожиданно для себя стали отдаляться. Сказался ли на них уезд Бев, или ужасы, что они увидели в канализации – никто не знает, но точно понятно было лишь то, что если кто-то из ребят что-то не предпримет, то Неудачники распадутся, как Битлз. Как не странно, общаться продолжили Стэн, Билл, Эдди и Ричи. Но общением это назвать было трудно. Редкие перекидывания фразами, пожелания доброго утра в школе, и унылое «что задали» – в личке. Кем-то, кто сделал первый шаг к сплачиванию, стал Ричи. Неосознанно, к слову. Просто в один момент, он нашёл очень блеклый номер, на мятой и рваной бумажке, с подписью «Бев». Естественно в ту же секунду номер был набран. Беверли едва узнала его, а когда узнала, почти запищала от радости. В общем, слово за слово, Беверли сказала, что тётушке не так уж и нравится в Портленде, и она собирается переезжать в Дерри, а Ричи мельком упомянул отдаление Неудачников, на что Беверли обратила своё внимание, и подтолкнула его на общий сбор всех ребят, и так-то оказалось, что они все просто не знали, о чем говорить, и вот тогда они заново начали нормально общатся. А затем, под конец учебного года, приехала Беверли, и атмосфера в компании и вовсе наладилась. – Нет, Эдди, ты не.. может, я всё-таки постелю тебе? Пожалуйста..? – почти неслышно прошептал Ричи, постыдно сжавшись в комочек на кровати. – Нет, ты спи. Я сам себе постелю, хорошо? Я знаю твой дом лучше своего, уж с поисками постельного белья разберусь. – Эдди печально глянул на друга, неосознанно кусая губы. – Спокойной ночи, Ричи. – Спокойной ночи, Эдди.