Пять лет спустя

Катя стояла у окна, глядя в темноту. В глазах отражались огни города, но мысли были далеко отсюда. Телефон в её руке снова вибрировал. «Твой ход, Катя.» Она медленно стерла сообщение. Нет, теперь ход за ним. — Мы идём по плану, — раздался за спиной голос Миши. Катя кивнула. — Пора заканчивать это.

***

5 лет назад… — А знаешь, Кать… — задумчиво начал Даня, бросив взгляд на фонарь, что отбрасывал длинные тени на снег. Была зимняя ночь. Они шли по тихой улице, хруст снега под ногами нарушал тишину, но сам воздух казался звенящим. Лёгкий мороз красил щёки румянцем, но Катя почти не замечала холода. — Ты так похожа на мою сестру, — сказал он наконец, глядя куда-то вдаль. Катя удивлённо посмотрела на него. В свете фонаря его лицо казалось напряжённым, словно воспоминания накатывали тяжёлой волной. — Какая она? — спросила Катя с мягкой улыбкой, поправляя выбившуюся из косички прядь волос. Даня на мгновение замолчал, словно подбирая слова. — Она была понимающей, доброй. Такого же роста, как ты. У неё тоже были тёмные волосы, и когда она улыбалась, казалось, будто становится теплее. Она всегда верила в людей… даже в тех, кто этого не заслуживал. Катя внимательно всматривалась в его лицо. — Ты говоришь о ней в прошедшем времени… Что с ней случилось? Он резко вдохнул, и в глазах мелькнуло нечто странное — боль, злость или, может быть, сожаление. — Она… погибла в автокатастрофе. Десять лет назад… Катя замедлила шаг. Она почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось. — Десять лет…-прошептала она. — Достаточно , чтобы научиться жить без неё, — глухо ответил он, затем бросил на неё быстрый взгляд. — Ты мне её напоминаешь. Не только внешне… но и тем, как смотришь на людей. Катя не знала, что сказать. Она чувствовала, что за его словами кроется нечто большее, но не хотела лезть в чужие раны. — Ты её любил? — Любил. По-своему. Они свернули за угол, и перед ними открылась тропинка к озеру, покрытая искрящимся снегом. Катя вдохнула морозный воздух, надеясь, что он прояснит мысли. — Если бы она была жива… что бы ты ей сказал? Даня на секунду задержал дыхание. — Что я сожалею. Катя кивнула, и они пошли дальше, оставляя за собой длинные следы на свежем снегу.

***

Настоящее время Старый советский пятиэтажный дом, построенный в 1960-х, стоял среди серых, обветшавших зданий. Его облупившаяся краска и трещины на стенах говорили о десятилетиях забвения. В воздухе витал запах сырости, ржавчины и чего-то ещё — едва уловимого, но тревожного. Под тусклым светом фонаря, дрожащего в морозном воздухе, Катя и Миша двигались бесшумно. Их люди уже заняли позиции, скрываясь в темноте подъездов и за машинами. Внутри был Даня. Катя слышала его шаги — медленные, словно он не спешил, но всё же выдавшие его напряжение. Она уловила его голос — низкий, хрипловатый, звучащий будто сдержанная угроза. — Думаешь, я не ждал тебя, Катя? Она вышла из тени, давая ему увидеть себя. — Ты ждал, — её голос был ровным, холодным. — Ты знал, что это конец. Даня усмехнулся, но в уголках его глаз мелькнуло что-то похожее на страх. Уверенность, которой он всегда кичился, начала давать трещину. — Ты правда считаешь, что победила? Миша стоял рядом, чуть позади, но Катя не нуждалась в защите. Она держала ситуацию под контролем. — У тебя нет выхода, Даня, — спокойно, но твёрдо произнесла она. — Камеры зафиксировали тебя. Мы собрали достаточно доказательств. Ты можешь сдаться. Он засмеялся. Коротко. Нервно. — Сдаться? — его глаза сузились, голос наполнился ядом. — Ты всерьёз думаешь, что я пойду по этому пути? Катя молчала, её взгляд оставался непроницаемым. — Это единственный путь, который у тебя остался, — наконец сказала она. — Но выбор, как всегда, за тобой. Даня медленно качнул головой, а затем его рука потянулась к карману. Катя сделала шаг вперёд, в воздухе повисло напряжение. — Не глупи, — Миша тоже шагнул ближе, его голос был жёстким. Даня стиснул зубы. Он знал, что выхода действительно нет. Но что он выберет — пули, наручники или нечто третье? Катя посмотрела ему в глаза. — У тебя нет другого. Даня сделал шаг назад. — Нет, Катя. У меня есть ещё один выход. Она поняла это в тот же миг, когда он достал пистолет. — Даня! — крикнул Миша, но тот уже поднял оружие. Катя не отпрянула. Она просто смотрела. — Ты боишься тюрьмы? — спросила она тихо. — Я не боюсь ничего, — выдохнул он. Глаза метнулись по сторонам. Он загнан в угол. — Ты никогда не получишь меня, Катя, — прошептал он. Глухой выстрел. Даня пошатнулся, оружие выпало из его рук. Он сделал ещё шаг назад и осел на пол. Он совершил, то чего некоторые хотят, но бояться… Катя не шелохнулась. Миша медленно опустил пистолет. Тишина. Катя шагнула вперёд, склонилась над Даней. Он хрипло выдохнул, кровь стекала по его губам. — Ты… всё равно проиграла… Катя склонила голову, её голос был тихим, почти ласковым. — Нет, Даня. Это был твой последний ход. Его глаза остекленели. Миша положил руку ей на плечо. — Пора уходить. Катя встала, сделала глубокий вдох. Страх исчез. Эта игра закончена.