Поцелуи

Всю неделю Жан думал о Джереми, он не покидал его голову ни на секунду. Постоянно мечтая о том, чтобы эти мягкие губы целовали его, Жан забывал обо всем. Его внимание было лишь на Джереми. Он не мог тренироваться и заниматься, думая о его карих глазах. Такой глупый, но приятный сон, в который уж очень хотелось вернуться. — Эй, Моро, прекрати прожигать дыру в Джереми и соберись уже! — Прокричал кто-то из команды, но кажется, Жану было плевать. Он не мог, просто не мог собрать мысли. Джереми был повсюду, то улыбался, то шутил, то подбадривал, приобнимая за плечи, от чего Жан сгорал изнутри, вспоминая как эти сильные руки сжимали его бедра. Хотелось просто сказать ему, чтобы он прекратил быть таким, таким! Хотелось высказать ему все: что он безумно соблазнительный и горячий, что Жан устал видеть его голый торс после душа, (Джереми никогда не заворачивается в полотенце полностью, и Жан просто не может не смотреть на его идеальные бедра), или когда в задумчивости Джереми поджимал или прикусывал свои пухлые губы, или когда смеялся, игриво подмигивая, Жан просто сходил с ума, это все было просто невыносимо. Жить с ним и мечтать о нем и его поцелуях. А Джереми будто бы специально вертелся где-то поблизости, искушая Жана. Он уже просто не мог, не мог! Он расскажет все Джереми.Тем более, может, конечно, Жану и казалось, но Джереми сам флиртовал с ним, то прикасаясь к его рукам, то к плечам или талии, иногда гладил его по волосам, от чего мозг Жана просто плавился. Джереми, может, примет его чувства, может, нет, но он должен все рассказать. Сегодня он, как всегда прекрасен, разгоряченный после душа, и такой манящий. — Джереми, надо поговорить, — Подавлено сказал Жан, нервно вздохнув. — Конечно, что-то случилось? Ты такой растерянный последнее время, — Джереми улыбнулся и сел рядом с Жаном. — Случился.. Ты.. то есть, Джереми, я просто больше не могу, ты такой идеальный, и прекрасный. Постоянно шутишь, смеёшься и улыбаешься. Поддерживаешь меня и помогаешь, когда мне плохо, ты просто замечательный.. друг, но мне кажется, я не воспринимаю тебя как друга. Ты такой, соблазнительный, Джереми. Знал бы ты, что я хочу сделать с твоими губами, — Жан говорил серьёзно хоть ему и казалось, что все это звучит не убедительно. — Так сделай, — Джерми улыбнулся обманчиво невинно. Жан нервно сморщил брови, глядя на Джереми, будто бы проверяя не послышалось ли ему. Но рука Джереми легла ему на колено, а сам он придвинулся ближе, позволяя Жану действовать. Тот, конечно, растерялся, но не отступил. Он взял скулы Джереми в ладони, одним пальцем провел по его губам, раскрывая их и дотрагиваясь до зубов и мягкого, мокрого языка. Жан сбивчиво дышал, приближаясь в плотную и наконец целуя эти упругие, пухлые губы. Как же это было приятно, Жан забыл все, непонятная дрожь и восторг охватили его тело, это был самый прекрасный момент в его жизни Джереми целовал его, он, красивый и желанный целовался с ним. Что могло быть лучше этого? Когда они разделили губы, Джереми прошептал. — Знал бы ты, что я хотел сделать с тобой, — Он улыбался, но не невинно, а хитро и довольно. -Жан Моро, — Его шепот обжигал шею Жана, и он просто закрыл глаза, наслаждаясь моментом. Он целовал его родинки и мелкие шрамы. Скользил языком по венам и кадыку, пальцами проводил по выпирающим косточкам и изгибам. В какой-то момент Жан осознал, что на нем нет рубашки, что губы Джереми целуют его грудь и живот. А руки сжимают его ягодицы. Может все это было сном? Нет, Жан чувствовал, каждый поцелуй, каждое касание, каждый вздох. — Ты мне так нравишься, — Хрипло выдохнул Джереми, снова целуя Жана. — Toi aussi, — Промурлыкал Жан в ответ