Предисловие
1 сентября 2024 г., 02:13
Маленькие капли пота начинают стекать по его лбу. Жар открытого огня, кипятящий суп в большом котле, нагревает всю кухню. Пахнет настолько восхитительно, что его живот начинает невольно урчать, но он насытится маленькой порцией чуть позже – как только последние гости разойдутся по своим комнаткам. Сейчас в трапезной таверны всё еще сидит полдюжины проголодавшихся людей.
«Гости превыше всего» — эту мысль, словно семечко с крепкими корнями, засеял в его голову его отец. «Гости – приоритет» — вот что движет работу вперёд. И пока гости довольны и сыты, семья процветает. Его отец безусловно был прав. Он построил таверну практически с нуля с единственной целью — прокормить семью. Только из семьи никого не осталось, включая самого отца.
Шарль потряс головой. Нет времени думать о прошлом, хотя оно вплетено в каждый изгиб темного дерева, которым обшито здание. Он окунает большой медный половник в суп и наливает его в миску. Тепло от супа мгновенно наполняет посуду и словно проникает ему под кожу. Горячая миска обжигает, ему больно, но он привык носить такие блюда. В первый раз он обжёг свои руки в пять лет.
«Не зацикливайся на боли. Это всё в голове. Просто держись и отнеси тарелку вон тому мужчине», - сказал тогда его отец, указывая на мужчину с седой бородой. И Шарль, со слезами на глазах, добрался до стола и поставил горящую тарелку перед мужчиной. Гордость затмевала ощущение жжения в его руках. С того времени его ладони стали почти бесчувственными. После многих лет стояния перед открытым огнем с раскалённой посудой в руках, тепло, как ничто другое, стало для него родным домом. Он разливает суп еще в три тарелки и кладет сбоку ломтик свежеиспеченного хлеба. Шарль выносит еду в главную трапезную. Таверна залита мягким светом множества свечей, медленно отсчитывающих время. Гости держат в руках кувшины с пивом, приходя в себя после долгих дней путешествия.
Он расставляет блюда на столах перед ними, перекидывает полотенце через плечо и наполняет кувшины пивом. Пивная пена немного стекает по его рукам. Трое мужчин, сидящих за другим столом, подзывают его к себе.
— Сынок, ты не мог бы еще раз проверить наших лошадей сегодня вечером? — спросил лысый мужчина, когда группа людей начала расходиться на вечерний обход.
Шарль кивнул и спросил: «Когда вы планируете уезжать?».
— Мы хотим отправиться в путь рано утром. Говорят, что сегодня ночью выпадет еще больше снега, поэтому нам необходимо выехать на рассвете.
Шарль снова кивает.
— Я обо всём позабочусь и прослежу, чтобы ваши лошади были готовы к утру.
Мужчины одарили его довольными улыбками: «Спасибо, сынок. Спокойной ночи».
— Спасибо. Я надеюсь, вы хорошо отдохнете. Пожалуйста, если я могу еще что-нибудь сделать для вас, дайте мне знать, — отвечает Шарль.
Мужчины расходятся по своим комнатам. Вся таверна опустела. Теперь повсюду царит уютная тишина. Тем временем Шарль протирает все поверхности. Он наполняет пивные бочки, убирает на кухне. Каждое движение повторяется в тысячный раз, как заведенный ритуал. Он наслаждается ежевечерней рутиной закрытия таверны. С непонятным чувством удовлетворения он задувает свечи и зажигает маленькую масляную лампу. Тихие зимние ночи кажутся бесконечными в своей темноте. В такие моменты он чувствует себя необычно близким и в то же время бесконечно далеким от своей семьи. В его воображении их призраки уже собрались за самым большим столом, смеются, разговаривают, напевают старые мелодии.
Призраки его прошлого часто составляют ему компанию. Он берет масляную лампу и выходит на улицу. Его тело тут же пронизывает леденящий холод. При слабом свете лампы он направляется к конюшням. Лес, возвышающийся на небольшом расстоянии позади таверны, наполнен жуткими звуками и странным треском дерева. Однако Шарль не боится. Лес — его дом, и он знает, что его следует уважать и не заходить в него ночью.
Дверь в конюшню заперта на массивные металлические замки. В конце концов, лошади — самое ценное, что у них есть, — у гостей и у самого Шарля. Он входит в довольно большую постройку. Внутри тепло и темно. Он слышит, как животные жуют сено и тихо фырчат, приветствуя вошедшего. Шарль зажигает большую лампу у входа. Пахнет соломой и мехом. Этот аромат мгновенно успокаивает молодого хозяина таверны, здесь он чувствует себя в абсолютной безопасности.
Конюшня достаточно большая для того, чтобы вместить более двадцати пяти лошадей, но на данный момент занято только семь стойл. Шарль осторожно проскальзывает в первое стойло, где находится серая в яблоках тягловая лошадь, питомец лысого мужчины, которого он обслужил ранее. Он проверяет копыта, быстро расчесывает спину и бока животного, проверяет, достаточно ли у него воды и корма. То же самое он проделывает с двумя другими лошадьми, которые на рассвете продолжат путешествие со своими владельцами. Он достает застежку, чистит её кожу и прикрепляет к разделительным стенкам стойл. Теперь мужчинам останется только седлать своих животных утром.
Все должно быть идеально, Шарль не допускает ошибок. У каждого гостя должно быть идеальное пребывание от входа в таверну до отъезда.
Уже поздно, работа на сегодня закончена, обо всех посетителях и их животных позаботились. Но он не может удержаться и направляется в глубь конюшни, к стойлам в самом конце здания. Это стойло больше других, что позволяет лошади поворачиваться, поэтому она не привязана. Шарль быстро входит в будку.
Он — самое ценное, что есть у Шарля, его наследие, его свобода: конь, который тихо ржет, приветствуя его. Его каштановый мех красен, как лава, а грива золотиста, как солнце. Жеребец совсем не похож на смирных тягловых лошадей, которых гости оставляют в его конюшне. Это воплощение элегантности, его ноздри раздуваются, а длинные ноги несут быстрее ветра.
— Хэй, привет, — Шарль приветствует жеребца. Хозяин проводит рукой по мускулистой шее коня и похлопывает его пару раз. Он на секунду прислоняется к сильному животному. Это была самая ценная собственность его отца, один из самых быстрых коней во всей стране, которого Шарль вырастил из болезненного жеребца. Теперь конь полностью принадлежит ему, и между ними возникла связь, которую Шарль не может описать словами, только почувствовать.
Он желает питомцу спокойной ночи и покидает конюшню. Снова на улице и снова холодно. С мрачного неба уже мягко падают первые ночные снежинки, придавая тёмному пейзажу жутковатое сияние.
«Красная лошадь» — выбито деревянными буквами над входом в таверну. Более обветшалая надпись вверху гласит: «Семья Леклеров». Шарль поспешно входит в свою таверну и запирает дверь, чтобы как можно успешнее защититься от холода. Он поднимается по скрипучей лестнице на третий этаж в свою спальню, которая расположилась над всеми комнатами для гостей на втором этаже.
Несмотря на мороз на улице, в комнате довольно тепло. Он наливает в руки воду и умывается, ложится на льняную наволочку подушки на своей простенькой кровати. Изнеможение, приносящее удовлетворение, переходит из его мышц и костей в мозг. Его веки тяжелеют. Последняя мысль Шарля перед тем, как погрузиться в глубокий сон, была о его семье.
----
Ночное небо только что начало снимать с мира своё чёрное покрывало, освобождая место для тёмно-синего утра, которое ложится тенями на землю, когда Шарль открывает глаза. Его ноги нащупывают пол, и он встает с кровати. Усталость отдаётся эхом в его голове, разум всё ещё затуманен сном. Молодой человек потянулся и подошел к маленькому окну, из которого открывается вид на лес и конюшню. За ночь выпало еще больше снега, немного осветив сумрачное зимнее утро.
Он замечает отпечатки копыт множества лошадей, покинувших стойла, — его гости, должно быть, уже покинули таверну. Шарль устало зевает. Однако затем он быстро одевается, чтобы доказать самому себе, что готов к предстоящему дню. Хозяин таверны спускается на кухню. В главном зале прохладно несмотря на то, что здание, построенное из камня и обделанное деревом, может сохранять тепло, когда в нем много гостей. От пустоты холодной ночи трудно избавиться. Он заходит на кухню и разжигает огонь в дровяной печи. Пламя отражается в его зеленоватой радужной оболочке, золотисто-красный свет согревает немного продрогшие мышцы лица. Шарль ставит на огонь большую чугунную сковороду. Несмотря на то, что теперь холод пробирает его до костей, он обожает эти тихие утренние часы на кухне.
И снова его мысли посещают близкие из прошлого, заполняя кухню своими призрачными душами. Он слышит смех своей матери, как отец, гремя посудой, выходит из кухни, как его брат пытается украсть небольшой бочонок с пивом и хихикает. В его голове они окружают его, их призрачное присутствие успокаивает.
Шарль разбивает четыре яйца на сковородку. Два для него, два для Оскара. Рядом он кладет две тонкие полоски ветчины. Шипение наполняет кухню с массивными каменными стенами. Пока всё готовится, он выглядывает в единственное окно на кухне. Обычно Оскар уже был здесь в это время. Возможно, его лошадь барахтается в снегу.
Шарль решает сделать это утро немного особенным и разрезает ножом зеленое яблоко. Яйца приготовлены, но Оскара все еще нет. Хозяин раскладывает блюда по двум простым глиняным тарелкам. Он ставит их на один из столов поближе к камину. Подбрасывает несколько поленьев в огромный камин и разжигает его. И последнее — наливает два кувшина молока и ставит их на стол. Оскара нет. Шарль садится и начинает есть, медленно пережевывая, наслаждаясь теплом пищи, наполняющей его тело. Призраки не решают присоединиться к нему, и Шарль снова думает об Оскаре.
О бледном мальчике, который однажды постучался в дверь таверны и попросил ненадолго приютить его в обмен на работу. Шарль никогда не думал о том, что кто-то будет заправлять его таверной вместе с ним, ведь ему слишком нравилось уединение и размеренный распорядок дня. Но он никогда не был из тех, кто закрывает свои двери перед нуждающимся человеком, особенно перед тем, кто каким-то образом напомнил ему его самого, только чуть моложе. Итак, Оскар остался на несколько дней, помогая Шарлю на кухне. Затем он задержался на несколько недель, помогая ему убирать комнаты и поддерживать порядок в таверне. А потом прошло два года, и Оскар стал незаменимым. Он даже взял на себя управление всей таверной, когда Шарль заболел прошлой зимой. И все это в обмен на простое жилье. Благодаря небольшой сумме, которую Шарль выплатил Оскару за те годы, что он был рядом с ним, молодой человек накопил достаточно, чтобы купить собственную лошадь и сделаться независимым от работы в таверне.
Тогда Оскар взял на себя выполнение большинства задач, которые необходимо было выполнить за пределами округи: развесить вывески в окрестных лесах для того, чтобы люди знали о таверне, обеспечить оплату всем поставщикам продуктов, организовать договорённости в ближайших деревнях. Именно эти задачи Оскар и исполнял сейчас. Поскольку ближайший большой город находился в двух днях пути, Оскар путешествовал несколько ночей и собирался вернуться ранним утром этого дня. Шарль откусил кусок жирной ветчины и посмотрел в заснеженное окно, пытаясь разглядеть что-нибудь на движущимся белом фоне снегопада.
Вдруг он услышал тихий глухой стук копыт снаружи и чуть не подпрыгнул. Он распахнул большую дверь таверны. Оскар слезает со своего крупного коня, чья гнедая шерсть отливает оранжевым на фоне снежного покрова. Шарль уже открыл рот, чтобы поприветствовать молодого человека, но слова застревают у него в горле, когда он замечает непроницаемый взгляд Оскара.
Снег заледенел на его ресницах, голова покрыта большим шарфом с прилипшим снегом. Молодой человек выглядит необыкновенно обеспокоенным. Кончик его носа покраснел от мороза и резко контрастирует с бледностью его лица.
Оскар пристально смотрит на Шарля.
— Они... — начинает он, тяжело дыша, — издалека... со своими лошадьми... убежище...
Шарль пытается разобраться в этих бессвязных словах.
— Их много... Я видел их мельком. Они захотят остаться здесь, — Оскар тяжело дышит.
Шарль открывает рот, чтобы ответить, но Оскар снова перебивает его:
— Воины Ферстаппена. И он. Они приближаются.
