Ты — золото, а я — железо

Мейгор нечасто приезжает в Королевскую Гавань, но когда приезжает, ему там нравится. Там всегда находится занятие. Часть замка, которую можно исследовать, кот, которого можно поймать, шут, над которым можно посмеяться, мальчишка, с которым можно подраться. А еще там Эйнис. В серебряно-золотых волосах Эйниса играет солнечный свет, а в глазах, когда он улыбается, блестят яркие искорки. Он красив, его брат, и очень мягок. Когда он обнимает Мейгора, это странным образом успокаивает. Мейгор редко чувствует себя спокойно. В его груди живет неутолимая жажда, побуждающая его действовать, делать что-нибудь — что угодно — днем и ночью. Кричать громче, драться яростнее, желать всего и сразу и делать все, что в его силах, чтобы это заполучить. Мейгор внезапно обнаруживает, что способен ничего не делать дольше, чем несколько минут, когда с ним Эйнис. Он слушает пение певцов, смех своего брата и не сходит с ума от скуки. Это приятно для разнообразия. Хотя бы ненадолго. Они не так уж близки, он и его брат. Мейгор живет на Драконьем Камне, а Эйнис всегда находится рядом с отцом, поэтому они не проводят много времени вместе. И все же, когда они встречаются, Мейгор чувствует, как теплая волна привязанности отгоняет тьму, которая порой сворачивается у него в груди. Любовь Эйниса кажется чем-то из другого мира. Матушка тоже его любит, конечно, так сильно, как только мать может любить свое дитя, но некая жесткость никогда не покидает ее полностью. Отец еще более отстранен. А Эйнис… Эйнис создан из солнечного света, в то время как родители Мейгора созданы из света луны, а он сам — из темного пламени, которое каждую ночь лижет его сны. Эйнис спокоен и весел. Он дарит Мейгору больше улыбок, чем отец и мать вместе взятые. Ему не все равно. И иногда это единственное, что имеет значение. *** — У тебя костяшки пальцев в крови! — ахает Эйнис. Мейгор смотрит на свои кулаки. И правда, в крови. — Ты поранился? Тебе нужно сходить к мейстеру. Что случилось? Так много слов, так мало смысла… Но Мейгору отчасти льстит тот факт, что брат поднимает такой шум из-за такой мелочи, как пораненные костяшки пальцев. Он ухмыляется. — Не нужно. Кое-кто сказал кое-что, что мне не понравилось, так что я его побил. Но мне не больно, нет. Эйнис смотрит на него широко раскрытыми глазами. — О чем ты… что он сказал? — Какую-то глупую чушь. Я не помню, — лжет Мейгор. Эйнис дергает его за рукав, как будто собирается силой отвести к мейстеру. Это была бы тщетная попытка — в свои восемь лет Мейгор так же силен, как его тринадцатилетний брат. — Не беспокойся об этом, брат. Кровь уже остановилась, видишь? Эйнис все еще выглядит встревоженным. Наконец он говорит: — Нельзя просто так бить людей, когда они говорят что-то неприятное. Не делай этого. — Не буду, — обещает Мейгор. Он говорит правду. Следующего, кто будет плохо отзываться о его брате, Мейгор убьет мечом.