Ты — золото, а я — железо

— Когда мы поженимся… — начинает Мейгор с полной уверенностью, которой могут обладать только мальчики его возраста. Эйнис так удивлен, что даже не дает ему закончить: — О чем ты говоришь? Мы не поженимся. Становится тихо. Только ветер что-то шепчет за окнами Эйгонфорта. Что это? Шутка? Мейгор должен бы это знать. И все же он спрашивает: — Не поженимся? У него темно-фиолетовые глаза, цвета ночного неба сразу после заката. Теперь небо становится немного темнее. Эйнис качает головой: — Конечно нет! Мужчины не женятся на других мужчинах; по крайней мере, ты достаточно взрослый, чтобы об этом знать. Мейгор все еще выглядит озадаченным. «Он еще ребенок, — вынужден напомнить себе Эйнис. — Он не издевается надо мной, он действительно не понимает». Мейгор хмурится: — У обычных людей — да. Но мы же другие, верно? — Да, но это совсем другое дело. Эйнис отчаянно оглядывается по сторонам, но они все еще одни в комнате. Почему именно он должен это объяснять? Не отец, не королева Висенья… — Я бы женился на тебе, будь ты девочкой, но ты не девочка. Я должен жениться на какой-нибудь женщине, которая родит мне сильных сыновей, понимаешь? И, может быть, дочерей, чтобы они могли пожениться. Но у нас с тобой нет сестер, так что нам придется жениться на ком-нибудь не из нашей семьи. Мейгор смотрит на него большими темными глазами. — Так значит, — говорит он, — мы не будем сидеть на Железном Троне вместе? От этих слов по спине Эйниса пробегают мурашки. Он не обращает на них внимания. В вопросе Мейгора нет злого умысла, только любопытство. — Не как отец и наши матери, нет. Но ты будешь рядом со мной. Как брат и как друг, как мой ближайший союзник. Но не как… не так. Мейгор редко выглядит расстроенным. Он скор на гнев, но не из тех, кто пребывает в печали. — Но я думал… — Ты думал неправильно, — Эйнис пытается говорить мягко, но слова выходят необычно твердыми. — Понятно. И снова наступает проклятая тишина. Эйнис нервно теребит пряжку своего ремня. В этот момент ему просто хочется, чтобы Мейгор ушел, чтобы этот неловкий разговор закончился. Но Мейгор только смотрит в окно, где цветет на вечернем небе, медленно опускаясь за горизонт, большое красное солнце. Его брат так юн. Отстраненное и холодное выражение его лица выглядит неправильно и неуместно. Эйнис вдруг чувствует себя очень уставшим. — Возвращайся в свои комнаты, Мейгор, — предлагает он. — Час уже поздний. Впрочем, он не уверен, считает ли Мейгор своими комнаты, в которых живет во время коротких визитов в Королевскую Гавань. — Хорошо, — в голосе Мейгора нет особой холодности, но нет и теплоты. Он звучит… мрачно. Затем Мейгор уходит. Эйнис вздыхает с облегчением. И откуда только у Мейгора взялась эта странная идея? Что они будут сидеть на Железном Троне вместе? Может, отец что-то сказал? Эйнис внезапно начинает беспокоиться. Может быть, отец все-таки не считает его достойным наследником? Может быть, он считает, что его старший сын слишком мягок, чтобы править? Нет. Это неправда, ведь так? Эйнис все еще чувствует себя несчастным. Мейгор намного моложе, но намного больше подходит на роль преемника отца. Возможно, он сам этого не понимает — пока — но для всех вокруг это очевидно. И больше всего — для Эйниса. Он ненавидит такие мысли. Поэтому старается не думать об этом.