Горящий пепел | Burning Ashes

Муза проснулась от настойчивого шёпота за дверью. Текны в соседней кровати не было, а за тонкой перегородкой явственно слышался сдержанный, но горячий спор подруг. Она едва заметно ухмыльнулась и с наслаждением уткнулась лицом в прохладную наволочку, кутаясь в одеяло с головой. Взгляд её упал на бледно-лиловую флейту, лежавшую на прикроватном столике. Где-то на самом дне шкафа, в пыльном углу, хранилась ещё одна, почти её близнец, только гораздо старше и безмолвнее. Каждый раз, когда Муза замечала её краем глаза, в груди сжималось что-то тяжёлое и колючее, как ком промёрзшей земли. Минуту спустя, когда девушки, затаив дыхание и стараясь не скрипеть половицами, приоткрыли дверь, Муза уже лежала с закрытыми глазами, ровно дыша. Она почувствовала, как нежная, пахнущая мёдом и травами рука Флоры мягко легла ей на плечо. — Подъём, именинница! Её ласковый, певучий тон вызывал одно желание — закутаться в одеяло с головой и никогда не вылезать. Но Муза села. Улыбка сама, против воли, расплылась по её лицу, когда она увидела, как Блум, сосредоточенно сжав губы, осторожно вносит в комнату небольшой резной деревянный столик. — Завтрак в постели? Я могла бы к этому привыкнуть. Блум лишь выразительно закатила глаза и аккуратно поставила столик на край кровати. На нём дымились чашка кофе, паровые булочки, тарелка с пельменями и крошечный, но идеальный шоколадный торт. — Откуда вы всё это взяли? До конца их наказания оставалось всего два дня, и магия по-прежнему была для них закрыта. Блум сделала вид, что это ерунда. — Немного подкупили Сфоклию. Шеф-повар школы славилась своей непреклонностью в вопросах утреннего распорядка. — Спасибо, девочки. Правда, огромное. Муза даже не ожидала, что они запомнят. Стелла отпраздновала семнадцать ещё на летних каникулах, а вот для остальных из них шестнадцать — это был первый по-настоящему серьёзный рубеж. Подруги устроились на её кровати, и принялись за завтрак. Муза разделила торт на части и облизала пальцы, испачканные тёмным шоколадом. Они шутили и смеялись, пока Стелла ненадолго не исчезла, чтобы вернуться с охапкой завёрнутых в яркую бумагу подарков. Под дружные, одобрительные возгласы Муза принялась распаковывать коробки. Текна подарила ей небольшой металлический планшет с множеством мигающих кнопок — на нём были записаны библиотеки синтетических звуков, которые можно было загружать в компьютер для создания музыки. Муза чуть не задушила подругу в восторженных объятиях, но та, кажется, только этого и ждала. От Стеллы она получила целый арсенал косметики: подводки для глаз и тени всех мыслимых оттенков красного, фиолетового, синего и чёрного, а также блески для губ, на которые она заглядывалась в их последний поход в Магикс. Блум преподнесла ей кожаную юбку цвета спелой вишни с шикарной серебристой цепью на бедре. А Флора подарила собственноручно созданные духи, пахнущие ночным лесом, и изящный кожаный блокнот для записей. Они отправились на занятия и после двухчасового наблюдения за уроками Защиты с галёрки были перехвачены в коридоре суровой фигурой Гризельды. Девушки выстроились в ряд, нервно переминаясь с ноги на ногу. — Как вы знаете, сегодня вечером всех учениц повезут на концерт в город. Но в качестве завершающей части вашего наказания за проникновение в Облачную Башню вы останетесь здесь и будете убирать Алфею без применения магии. — Что?! — Стелла сделала резкий шаг вперёд, её лицо вспыхнуло от возмущения. — Вы не можете ожидать, что мы уберём всю Алфею без магии! Это же невозможно! — Не всю Алфею, — невозмутимо парировала Гризельда. — Только учебные классы и общие зоны. — Но… мисс Гризельда… у Музы сегодня день рождения, ну же… Гризельда бросила короткий взгляд на Музу и вздохнула, звук вышел сухим и усталым. — Простите, девочки, но вы прекрасно знаете, как строги правила Алфеи в подобных вопросах… Однако… — в её голосе мелькнула едва уловимая трещинка снисхождения, — если вы закончите раньше отведённого времени, то сможете устроить скромное празднование в своём общежитии. Она отпустила их взмахом руки, и девушки вернулись в комнату. Муза лишь пожала плечами. — Всё в порядке, я и не хотела устраивать из своего дня рождения что-то грандиозное. Подруги, однако, переглянулись, и на их лицах читалось явное несогласие.

***

Когда солнце начало клониться к закату, окрашивая башни Алфеи в медные тона, они наблюдали, как их одноклассницы с весёлым гамом рассаживаются по автобусам и уезжают на концерт. Переодевшись в самую простую и удобную одежду, девушки приступили к работе. Спустя несколько часов они прибрали несколько классов и теперь пытались подмести пол в огромном актовом зале, как вдруг Стелла громко, на весь зал, застонала. Она с силой поставила ведро с мыльной водой, не обращая внимания на то, как та расплескалась через край. — Это так несправедливо! Почему ты должна провести свой день рождения вот так, только потому что я уговорила вас всех пролезть в Облачную Башню… Мне ужасно, ужасно стыдно. — Стелла, я же сказала, что не против. — Нет! — Стелла выпрямилась во весь рост, и её лицо озарилось знакомой всем им решимостью. — Знаешь что? Я сейчас позвоню Брэндону и парням. Они помогут нам с уборкой, а потом мы устроим тебе настоящую, самую что ни на есть вечеринку! Муза фыркнула, но в уголках её глаз заплясали весёлые искорки. — Ты же понимаешь, что мы можем серьёзно влететь, если устроим тут полноценную вечеринку с парнями? — Мне всё равно. Ты это заслужила. А теперь — идите переодевайтесь, дамы, мы это делаем! Муза побежала в свою комнату, не в силах подавить лёгкое, щекочущее нервы волнение. Хотя она искренне не хотела, чтобы подруги чувствовали себя виноватыми, в глубине души она была рада, что Стелла с её неукротимой энергией взяла дело в свои руки. Она надела свою новую кожаную юбку с ажурными чёрными колготками и массивные чёрные платформы, дополнив образ объёмным коротким свитером и тонким красным чокером. Для макияжа она выбрала дымчатые тени, использовав свою любимую кроваво-красную подводку и новый, с перламутровым отливом, блеск для губ, а Флора уложила ей тёмные волосы в два игривых пучка. Она почти физически слышала, как отец ворчит: «Ну почему нельзя выбрать что-то более традиционное? Зачем нужно быть такой кричащей?». Муза тряхнула головой, будто отгоняя назойливую муху, и бросив короткий взгляд на кровать, под которую она, даже не открывая, сунула присланный отцом конверт. У неё было стойкое предчувствие, что внутри окажется что-то в его фирменном пассивно-агрессивном духе. Муза вышла из комнаты и направилась к главным воротам, где её уже поджидала сияющая Стелла. — И что же ты им сказала? Стелла ответила хитрой, довольной ухмылкой. — Сказала, что празднуем твой день рождения и нам срочно нужна их помощь с кое-чем перед самой вечеринкой. — И ты думаешь, они будут в восторге, когда выяснится, что это «кое-что» — уборка всей школы? — У тебя день рождения, им будет неловко отказать. Работает безотказно. Вскоре парни подъехали на своих ветроциклах, выглядя самоуверенно и небрежно, особенно Ривен. Скай снял шлем, широко улыбнулся Стелле, спрыгнул с транспорта и подошёл к Музе. — Эй, с днём рождения! К её удивлению, он обнял её легко и по-дружески, и она, улыбаясь, ответила на объятие. — Спасибо, дружище. Брэндон тоже обнял её, в то время как Тимми и Ривен лишь коротко, почти невежливо кивнули. Скай нервно переминался с ноги на ногу, обращаясь к Стелле. — Ну так… с чем вам нужна помощь? — Гризельда поставила нас на уборку, так что берите веник, швабру или тряпку — и вперёд, герои! Стелла величественно проигнорировала их ошарашенные взгляды и, гордо подняв голову, зашагала вперёд по пустынному коридору. Муза изо всех сил старалась не рассмеяться им вслед. Немного поворчав для вида, парни согласились, а Муза включила на полную громкость свой любимый бунтарский плейлист. Было очевидно, что Стелла и Брэндон в жизни не держали веника в руках. Любопытно, что Скай, принц Эраклиона, справлялся куда лучше своего оруженосца, но, по крайней мере, все они очень старались. Закончили они на удивление быстро, после чего вся компания шумной гурьбой отправилась в общежитие. Парни с видом заговорщиков сообщили, что им удалось раздобыть «кое-что покрепче». Похоже, ночь действительно предстояла весёлая. Собравшись вокруг небольшого стола в общей гостиной, ребята вручили Музе свой совместный подарок — толстую, пахнущую деревом и чернилами нотную тетрадь. Вскоре все уже беззлобно подшучивали друг над другом и дурачились, пока Ривен с сосредоточенным видом алхимика готовил у стойки какие-то напитки.

***

Прошло не так много времени, и компания была уже изрядно навеселе. Текна и Тимми сидели на одном конце дивана, увлечённо беседуя о чём-то своём, а остальные беззаботно танцевали в центре комнаты. Ривен устроился поодаль, возле небольшой кухонной зоны, и, нахмурившись, смешивал что-то в бокале. Никто из них не был заправским выпивохой, и даже Ривен делал это редко и без особого энтузиазма. Муза подсела к нему на один из высоких табуретов. — Так, я понимаю Текну и Тимми — они не хотят танцевать, потому что они… ну, они сами по себе. Но ты-то что тут киснешь в сторонке? — Во-первых, я не кисну. А во-вторых, это не танцы, а просто беспорядочные прыжки на месте. Кроме тебя, хоть какой-то ритм в теле чувствует только Флора. Муза фыркнула. — Она занимается балетом с пяти лет. Значит, ты слишком хорош для нашего примитивного уровня? — Я этого не говорил. — По сути — да. И ты определённо киснешь. — Было бы грубо хмуриться на дне рождения. Это скорее… задумчивость. Она рассмеялась, и звук вышел хрипловатым от выпитого. — А разве это не одно и то же? — Не совсем. Она наклонилась вперёд, положив предплечья на прохладную столешницу. Под переливающимся светом — благодаря хитро расставленным зеркалам и волшебным лампочкам Текны — её блеск для губ мягко поблёскивал, как мокрый леденец. Муза пристально смотрела на него, и он, слегка удивлённый, выдержал её взгляд. Это было похоже на молчаливый вызов, будто она изучала его, пытаясь разгадать. Спустя долгую минуту она наконец заговорила. — В чём твоя проблема, Ривен? Вопрос застал его врасплох. Похоже, с небольшой дозой алкоголя Муза становилась ещё более прямой и бесцеремонной, чем обычно. — В смысле? — Не хочу хвастаться, но у меня обычно хорошая интуиция насчёт людей. Я их чувствую. Но с тобой… с тобой я просто не могу разобраться. Он самодовольно ухмыльнулся и невольно отметил про себя, что под синим, призрачным светом она выглядит… впечатляюще. — Много думаешь обо мне, Муза? Она закатила глаза, но улыбка не сошла с её губ. — Не льсти себе. Мне просто не нравится, когда я не могу кого-то понять. — Что ж, если это тебя утешит, ты не единственная, кто не знает, что обо мне думать, — это была чистая правда. — Знаешь, что я думаю? У меня ощущение, что ты не любишь быть уязвимым… нет, ты просто ненавидишь показывать любую слабость. Любую. Он прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы не огрызнуться резко. — Ты пьяна. — Я слегка подшофе, и я сказала бы то же самое, будь абсолютно трезва. Ну, может, не сказала бы вслух, но точно подумала. — И с чего ты это взяла? Она пожала одним плечом и на секунду отвела взгляд в сторону, в тень. — Может, потому что я чувствую то же самое. Он не ожидал такого признания, но интуиция подсказывала, что она говорит искренне. Он придвинулся немного ближе, но прежде чем он успел понять, что собирался сказать дальше, пол под ними содрогнулся, и одна из чашек со звоном упала на ковёр. Муза инстинктивно нажала кнопку на пульте, и музыка резко оборвалась. Специалисты замерли, переглядываясь в наступившей тишине. Когда Муза попыталась что-то сказать, Ривен резким жестом велел ей молчать. Земля снова содрогнулась, на этот раз сильнее, и они услышали это — низкий, нарастающий, словно из самых недр, гул, доносившийся со стороны, противоположной их уютному общежитию. Парни моментально обнажили оружие. Тимми вытащил из аварийной сумки небольшой флакон, принял таблетку и протянул его Брэндону, который немедленно последовал его примеру. Таблетки были подарком от Джеймса — адреналин и что-то ещё, чтобы нейтрализовать действие алкоголя в крови. Он говорил, что в их жизни лучше быть готовым ко всему, но просил не злоупотреблять. Ривен без слов передал таблетки девушкам. Только Флора покачала головой — она ничего не пила. — Что это, как думаешь? — прошептала Блум, её глаза были широко раскрыты. — Понятия не имею, — так же тихо ответил Брэндон, приоткрыв дверь и вглядываясь в тёмный коридор. — Никого не видно. — Ребята, — Тимми привлёк их внимание, сжимая в потной ладони лазерный пистолет. — Алфея пуста. Если кто-то хотел проникнуть сюда… — …то сейчас идеальный момент, — мрачно закончил мысль Скай. Тимми резко втянул воздух и быстро прикрыл дверь, глаза его расширились от чистого, немого ужаса. Он приложил палец к губам. Все замерли, прислушиваясь. Тяжёлые, размеренные шаги, от которых дрожали стены, наполняли коридор. Тимми беззвучно шевельнул губами: «Химера». Стелла вцепилась в руку Ская, её ногти впились ему в кожу, а глаза были полны паники. Она беззвучно спросила: «Уверен?». Тимми, бледный, как полотно, кивнул. Химера… Огнедышащий монстр, спереди похожий на льва, в середине — на козла, а сзади — на дракона. Практически неуязвимый, легендарный своей слепой яростью и разрушительной силой. Вот чёрт, — промелькнуло у Музы в голове, пока холодная волна страха подкатывала к горлу. Сердце Ривена бешено колотилось, отдаваясь в висках ровным, тревожным гулом. Шаги внезапно замерли где-то совсем рядом, и теперь они не знали, насколько чудовище близко. Брэндон сжимал эфес меча так, что его костяшки побелели, и резким движением руки велел девушкам отойти глубже в комнату — на этот раз те не стали спорить. В следующее мгновение дверь с оглушительным треском вырвало с петель и швырнуло прямо в них. Едва удалось откатиться в сторону под прикрытие разбитого дивана. Ривен вскочил на ноги, мозг лихорадочно просеивал варианты. Единственный, у кого было оружие дальнего боя — Тимми с его лазерным пистолетом, а подбираться ближе без риска быть спалёнными заживо они не могли. Он бросил быстрый взгляд по комнате и с облегчением обнаружил, что девушек нигде не видно. Надеюсь, они спрятались в дальней спальне и не задумали какой-нибудь героической, но самоубийственной глупости. — Что будем делать? — прошипел Скай, его взгляд метался между Брэндоном и Ривеном. Ривен лихорадочно перебирал в памяти всё, что успел прочитать о химерах в архивных свитках. — Следите за хвостом, держитесь подальше от пасти. Её ахиллесова пята — козья часть посередине… Вопрос только в том, как до неё добраться, не став при этом жаркое. Брэндон перехватил меч поудобнее, его лицо было напряжённой маской. — Она выслеживает, — прошептал он. Химера пока не нападала, а лишь медленно поворачивала массивную голову, изучая помещение запавшими, горящими углями глазами. — Может, если не провоцировать её… Едва слова сорвались с его губ, химера с рыком, от которого задрожали стены, прыгнула на него. Брэндон выставил перед собой синий энергетический щит и присел, пытаясь использовать инерцию монстра против него самого. Ривен воспользовался моментом, чтобы метнуться к брошенной аварийной сумке, мысленно благодаря Сасахи за то, что тот вбил им в голову железное правило: носить её с собой всегда. Он нащупал и достал боласы, а Скаю сунул тяжёлый метательный нож, который тот немедленно запустил в тварь, всё ещё давившую щит Брэндона. Клинок с глухим стуком вонзился в спину чудища там, где козлиная шкура переходила в львиную гриву, но химера, кажется, была скорее раздражена, чем ранена. Она повернулась к ним со злобным, булькающим рыком, а Брэндон воспользовался этой микропаузой, чтобы откатиться, с трудом подняться на ноги и отступить к ним. Ривен старался загнать панику куда подальше, пока химера поворачивалась к ним всем телом, её драконий хвост яростно хлестал из стороны в сторону, оставляя глубокие вмятины в каменных стенах и круша оставшуюся мебель в щепки. — Эй, урод! К ужасу Специалистов, из-за поворота появились девушки. Впереди шла Текна, держа перед собой длинную, искрящуюся серебристую трубку с зелёным, пульсирующим светом на конце. Химера с рыком повернулась к феям, львиная пасть облизнулась, обнажая ряды острых зубов. Прежде чем парни успели что-то предпринять, трубка с шипящим звуком выпустила сгусток зелёной, живой энергии. Свет ударил химеру прямо в грудь, превратившись в сверкающую электрическую сеть, которая с треском сковала её конечности и повалила массивное тело на пол. Ривен помог Брэндону удержать равновесие, его взгляд прилип к дергающемуся в сетях монстру. — Надолго этого не хватит. Можете повторить? Текна покачала головой и отбросила дымящуюся трубку в сторону. — Это была вся её энергия. Один заряд. Ривен не пропустил, как Скай схватил Стеллу за руку, его пальцы быстро пробежались по её коже, проверяя, не ранена ли она. — Пошли, нам нужно убираться отсюда, пока она не очнулась! Все выбежали из разрушенного общежития в пустынный, тёмный коридор. Текна, запыхавшись, сказала на бегу: — Кто-то поставил мощную глушилку, я не могу послать даже экстренное сообщение Кэти. Тимми? — То же самое… — Тимми судорожно тряс свой коммуникатор. — Думаю, это та же магия, что чуть не сбила нас с неба над Чёрным Грязевым Болотом. — Чуть не сбила? — Нас тогда сбила не магическая атака, а обычная, хоть и очень мощная, молния, — пояснил он, спотыкаясь на неровном полу. Ривен проигнорировал ремарку Тимми. — Значит, связаться с внешним миром не можем? — Нет, — хором ответили технари. — Отлично. Просто замечательно. Флора тяжело дышала — бегать на высоких каблуках ей и Музе было явно нелегко. — Она… она что, уловила чей-то запах? Раз выслеживает? Специалисты переглянулись. Если химера уловит запах конкретной жертвы, она будет преследовать этот источник до самого конца, не обращая внимания ни на что. Ривен не думал, что это уже произошло, но оглушительный, яростный рёв, донёсшийся из конца коридора, заставил его усомниться. — Нам нужно разделиться, — быстро, почти без интонации сказал он. — Если она уловила чей-то запах, то пойдёт по следу. Вы, девушки, найдите способ выбраться и позвать помощь. — Мы не оставим вас здесь! — в голосе Стеллы слышалась чистая, детская паника. Её рука соскользнула с предплечья Ская и сплелась с его пальцами в мертвой хватке. — Должен быть другой выход! — Сейчас это лучшее и единственное решение, — Скай сжал её ладонь, его голос был твёрд, но взгляд мягок. — Идите. С нами всё будет в порядке. Я обещаю. Стелла на мгновение заколебалась, её губы дрогнули, но затем она резко кивнула, отпустила его руку и скрылась в тёмном боковом проходе, увлекая за собой остальных. Муза, отходя последней, на ходу взглянула на Ривена. В её глазах горел не страх, а какое-то лихое предостережение. — Только не подохни там, ясненько? — Постараюсь, — буркнул он в ответ. Специалисты бросились вперёд, несясь по холодному коридору на полной скорости и отчаянно пытаясь придумать хоть какой-то план. Скай вздрогнул, услышав, как тяжёлые, дробящие камень шахи участились — чудовище перешло на бег, и звук его приближения нарастал, как гром. — Уверен, она учуяла именно Брэндона. Ривен, думаешь, твои боласы её удержат? — Вряд ли надолго. Не могу захватить задние, драконьи ноги — чешуя, скорее всего, мгновенно перережет верёвки. А если бросить спереди… она может в панике начать дышать огнём во все стороны, и мы все поджаримся. — Значит, боласы не вариант… Можем попытаться атаковать сверху, со сводов. — Это может сработать, если отвлечь её. — Эй, парни? — Тимми вдруг замедлил шаг, прислушиваясь. — Кажется, химера… решает… Парни обернулись и увидели, что химера, высоко подняв свою уродливую голову, с шумом обнюхивает воздух в коридоре, по которому они только что бежали, затем медленно поворачивает голову налево, туда, где девушки скрылись в лабиринтах замка. Казалось, монстр разрывался между двумя импульсами: преследовать учуянную добычу здесь или следовать за феями по какой-то иной, более мощной приманке. — Почему она колеблется? — прошептал Брэндон, не опуская меча. — Возможно… — глаза Тимми за стеклами очков расширились от внезапной догадки. — Блум. Она — фея Огня Дракона. Химеры, по некоторым теориям, могут инстинктивно привлекаться к источникам сильной магической огненной энергии. — Но сейчас у них нет сил! — возразил Брэндон, переминаясь с ноги на ногу в нетерпении. — Неважно. Химера всё равно могла учуять сам след этой магии на ней, тем более что её сила, вроде как, должна быть мощнее, чем кажется на первый взгляд, верно? Все напряглись и замерли, наблюдая, как дёргается огромное, покрытое шрамами ухо химеры, пока та наконец не приняла решение. С низким, победным рыком она ринулась в тёмный коридор, куда скрылись феи. — ЧЁРТ ВОЗЬМИ, СТЕЛЛА! — Скай, забыв про всякую осторожность, помчался за чудовищем, и остальные Специалисты, выругавшись, рванули следом. Химера в беге была довольно медлительной — её чудовищные размеры делали движения неуклюжими, львиные и драконьи конечности разной длины не всегда действовали согласованно. Но обогнать тварь они не могли из-за её хвоста, который яростно, словно бич, хлестал из стороны в сторону, сметая со стен факелы и обрушивая карнизы. Ривен был уверен: если тот заденет его хотя бы по касательной, он либо сломает ребро, либо будет месяц ходить в синяках. А если чешуя впивется в плоть, то может и вспороть на месте. Тимми выстрелил в бок чудовища, но луч лишь оставил чёрную полосу на чешуе, не причинив вреда. Оно, кажется, даже не заметило. Оно уже выбрало свою добычу, и ничто не могло его отвлечь. Они бежали, и Ривен мысленно благодарил все те изнурительные тренировки на выносливость, которые когда-то казались бессмысленной жестокостью. Будь их меньше, они бы уже выбились из сил и отстали. Впереди, в арке ведущей в бальный зал, показались девушки. Те выглядели скорее ошеломлёнными, застигнутыми врасплох, чем испуганными, инстинктивно выставив руки вперёд в бесполезных защитных жестах. Без своих сил они были просто девочками перед разъярённым монстром. — Освободите путь! — Ривену пришлось рискнуть. Он раскрутил боласы над головой, чувствуя, как верёвки врезаются в ладони, и выждал момент. Скай, рискуя оказаться в зоне досягаемости когтей, подбежал к твари сбоку и ударил плазменным кинжалом по драконьим задним ногам. Химера с негодующим, оглушительным рёвом поднялась на дыбы, и Ривен воспользовался этим мгновением нестабильности. Он метнул боласы, которые со свистом опутали её передние, львиные конечности, стянув их вместе. Чудовище, потеряв равновесие, с грохотом рухнуло на бок и забилось в яростных судорогах, как они и предполагали. Ривен видел краем глаза, как Брэндон пытается вскарабкаться на высокую готическую колонну, чтобы оказаться достаточно высоко для эффективной атаки сверху. Ему нужно прикрытие, нужно, чтобы монстр не встал. Девушки метались, пытаясь уворачиваться от хаотичных, сокрушительных движений поваленной химеры. И тут к своему леденящему ужасу Ривен увидел, как драконий хвост, гибкий, как плеть, двинулся с невероятной, смертоносной скоростью. Удар пришёлся Музе прямо в грудь, отшвырнув её лёгкое тело, как тряпичную куклу, через весь зал. Он рванулся вперёд, едва успев подхватить её на лету. Импульс был чудовищным, он почти потерял равновесие, но каким-то чудом устоял на ногах. Отнёс её подальше от эпицентра боя и осторожно опустил за массивную колонну. Она, к его удивлению, оставалась в сознании, прислонив голову к холодному мрамору. Лицо её было бледным, как мел. — Ох, как же больно, чёрт возьми, — прохрипела она, и её голос сорвался на хрип. Она начала судорожно кашлять, и когда отняла руку ото рта, Ривен с ужасом увидел на рукаве её чёрного свитера яркий, алый отпечаток. Кровь. Он вскочил, чтобы одним взглядом оценить обстановку. Других девушек нигде не было видно, а Тимми изо всех сил, стреляя в морду твари, старался не дать химере разорвать путы и подняться. — СКАЙ! Иди сюда и приведи Флору! Быстро! Скай колебался, явно не желая оставлять Тимми одного в такой момент, но все видели, как химера ударила Музу. Ривен не был уверен, насколько Флора хороша в исцелении без своих магических сил, а Скай был единственным из них, кто хоть немного разбирался в полевой первой помощи. Муза выглядела всё хуже, её веки тяжелели, она с трудом боролась с накатывающей волной темноты и тошноты. Ривен осторожно встряхнул её за плечо, боясь причинить ещё больше боли, если приложит слишком много силы. — Держись. Не закрывай глаза. Флора, пытаясь подавить рыдания, опустилась рядом с Музой на колени, Скай — рядом с ней. Скай осторожно, почти боязно приподнял край свитера Музы и вздрогнул, увидев быстро темнеющие, страшные синяки, уже проступающие на её бледной коже. Затем он повернулся к Ривену, и в его глазах читалась та же тревожная решимость. — Иди, помоги Тимми и Брэндону. Мы с ней справимся. Ривен замешкался лишь на одно короткое, нерешительное мгновение, прежде чем сорваться с места и броситься обратно в пекло.

***

— Мы не можем просто стоять здесь! — Блум, Текна и Стелла прятались за одной из полуразрушенных колонн. Химера всё ещё яростно пыталась освободиться от опутывающих её верёвок, её рыки сотрясали воздух. — Что мы можем сделать? — спросила Текна, её голос был сдавленным. Она наблюдала за продвижением Брэндона, который с высоты своей колонны, как ястреб, следил за химерой, пытаясь определить лучший момент для смертельного прыжка, но та дёргалась слишком сильно и непредсказуемо. Блум закусила губу, её мозг работал на пределе. Брэндон сказал, что химера, возможно, охотится именно за ней, за её огненной сутью… Можно ли использовать это как приманку, чтобы обмануть монстра? Её взгляд упал на дальний угол зала, где всё ещё стояли забытые в спешке вёдра с мыльной водой для уборки, и в голове, словно вспышка, мелькнула безумная, отчаянная идея. — Текна… Стелла… скажите, что думаете об этом. Они быстро посовещались, поспорили горячим шёпотом меньше минуты, а затем химера с последним усилием разорвала путы, и стало ясно — сейчас или никогда. Блум, глотнув воздуха, прокралась на противоположную сторону зала, держась в тени. Поймав взгляд Брэндона высоко наверху, она жестом показала ему приготовиться. Ривен и Тимми изо всех сил старались заставить химеру оставаться на месте, но были слишком заняты, уворачиваясь от случайных, но не менее смертоносных огненных струй, чтобы добиться какого-либо реального результата. Блум поднесла сомкнутые пальцы ко рту и издала пронзительный, насвистывающий звук. Львиные уши химеры дёрнулись, словно у собаки на охоте, и чудовище медленно, с шипящим выдохом, повернулось к ней, оставив Ривена и Тимми с разинутыми от ужаса и непонимания ртами. — Ну что, хочешь меня, урод? — крикнула Блум, её голос эхом разнёсся по залу. Она выпрямилась во весь рост, хотя каждая клеточка тела кричала, чтобы она бежала. — Давай, попробуй догнать! Химера, забыв про всех остальных, с рёвом бросилась к ней. Удержаться на месте и не отпрыгнуть сразу было нечеловечески трудно, но Блум выждала, пружиня на носках, чувствуя, как жаркое дыхание чудовища уже обжигает лицо. Когда расстояние сократилось до критического, она резко махнула рукой. Текна и Стелла, как по команде, выскочили из укрытия и с силой выплеснули воду из вёдер прямо на пол перед несущейся химерой. Блум в тот же миг отпрыгнула в сторону, прижавшись к стене. Химера, не ожидавшая подлости, поскользнулась на мокром каменном полу и с размаху, с оглушительным грохотом врезалась в стену. Пока она, оглушённая, пыталась сориентироваться и подняться, Брэндон, словно падающая звезда, спрыгнул сверху. Всё его тело, весь вес и отчаяние вложились в удар, когда он вонзил синий плазменный меч глубоко в то самое место, где львиная шея переходила в козью спину. Химера издала пронзительный, нестерпимый для ушей вопль, снова поднявшись на дыбы и сбив Брэндона с ног мощным ударом головы, прежде чем окончательно рухнуть на бок, издав последний, хриплый выдох. И именно в этот момент в зал, озарённый теперь лишь лунным светом из высоких окон, влетели три ослепительные, тёплые сферы. Блум, ещё дрожащая от адреналина, помогла Брэндону подняться, когда в зал торжественной поступью вошли Фарагонда, Гризельда и Кэти, их лица были искажены изумлением и ужасом, пока они наблюдали, как тело химеры медленно рассыпается, превращаясь в золотистую, искрящуюся пыль. От неё осталось лишь несколько тёмных, переливающихся драконьих чешуек, упавших на камень с сухим стуком. Блум заговорила раньше, чем учителя успели открыть рты: — Муза ранена. Серьёзно. Кэти, не теряя ни секунды, быстро направилась к дальней колонне, где Скай и Флора склонились над Музой. Фарагонда же смотрела на Блум и Брэндона, и в её обычно невозмутимых глазах читалась буря эмоций. — Что произошло здесь? Кто-нибудь, объясните. К счастью, за связные объяснения взялась Текна — её логичный, чёткий ум как нельзя лучше подходил для этого. Через несколько минут они изложили всё по порядку, а Муза, бледная, но улыбающаяся, опираясь на Ская, медленно поднялась на ноги, демонстрируя Флоре, что та уже успела сделать с помощью подручных средств и своей скрытой магии растений. Фарагонда смотрела на девушек, а затем на парней, и в её глазах смешались беспокойство, укор и невольная гордость. — Что ж, девочки, мальчики… вы снова, против всяких правил и вопреки всякому здравому смыслу, удивили меня. Даже будучи лишёнными своих сил, вы нашли способ не просто выжить, но помочь друг другу и перехитрить опасность, перед которой отступили бы многие опытные маги. Пожалуй… — она сделала паузу, и в зале повисла напряжённая тишина, — пожалуй, пришло время вернуть вам то, что по праву принадлежит вам. Девушки переглянулись, и в их глазах вспыхнул такой чистый, детский восторг, что Ривен невольно усмехнулся в сторону. Фарагонда взмахом изящной руки вызвала из воздуха сияющий белый кристалл, в котором, словно в ловушке, переливались знакомые энергии. Она провела ладонью над его гранённой поверхностью, и кристалл лопнул, выпустив на волю пять разноцветных потоков света. Девушки почувствовали, как знакомое тепло, сила, сама суть их самих, с щемящей радостью вернулась к ним, заполнив каждую клеточку. Блум впервые за долгие недели ощутила внутри то самое глубинное, успокаивающее тепло Огня Дракона, почувствовала, как магия снова заструилась по венам, придавая сил и уверенности. Она едва сдержала дикое, первобытное желание прыгать до потолка и кричать от счастья во весь голос. Гризельда с выражением глубокого беспокойства и усталой покорности судьбе наблюдала за ними, когда они, поговорив ещё немного с директрисой о безопасности и необходимости усилить охрану, направились к главным воротам. Они прошли мимо групп сонных, но довольных учениц, возвращавшихся с концерта. Те, казалось, не были нисколько встревожены, лишь с любопытством поглядывали на потрёпанную компанию. Блум предположила, что руководство школы решило пока не сеять панику. Они проводили Специалистов до ворот, где ветроциклы ждали своих хозяев. Стелла простонала: — Мне так жаль, Муза. Из-за меня мы не попали на концерт, тебя чуть не убили, и вообще… Должно быть, это самый ужасный день рождения в истории. — Ты что, шутишь? — Муза хрипло рассмеялась, тут же поморщившись от боли в рёбрах, но глаза её сияли. — На нас напала легендарная химера, а мы выжили и даже победили! Нам вернули силы, и теперь все учителя будут чувствовать себя перед нами виноватыми и, наверное, разрешат сдавать домашку с опозданием в месяц. Это лучший. День. Рождения. В. Моей. Жизни! Ривен не смог сдержать короткую, хриплую усмешку. — У тебя очень, просто патологически своеобразная система приоритетов. Муза пожала плечами, и снова ахнула от резкой боли. — Может, это ещё адреналин говорит. Кстати о нём… я вдруг дико, невероятно хочу проколоть уши. Прямо сейчас. Знаешь, воспользоваться моментом, пока жизнь яркая. Флора засмеялась нервно, истерично, вытирая слезу. — Вряд ли в такой час, после всего этого, работают салоны красоты, дорогая. Блум ухмыльнулась, озорной огонёк мелькнул в её глазах. Она облокотилась на ветроцикл Брэндона. — Знаешь… а я могу это сделать. Проколоть. — Так, стоп, я тут провожу черту, — Флора широко раскрыла глаза в ужасе. — Мы не будем возиться с иглами и мочками ушей после такого дня, полного крови и боли! Текна, поддержи меня, ты же всегда за разум! Текна, которая уже проверяла показания на своём планшете, подняла бровь, оценивающе глянув на Блум. — Ты делала это раньше? Прокалывала? — Три раза. — Опыт есть. Стерильные иглы в медпункте взять можно. Я не вижу непреодолимой проблемы. Флора закрыла лицо руками и пробормотала что-то бессвязное о необходимости держать аптечку поближе и молиться всем известным богам. Скай рассмеялся, обнимая Стеллу, которая всё ещё выглядела виноватой. — Что ж, тогда мы, пожалуй, оставим вас, девочки, с этим ответственным делом. — Он крепко, почти до хруста, прижал Стеллу к себе, и та наконец расслабилась в его объятиях. Блум и Брэндон переглянулись — в их взгляде читалось полное понимание и усталая нежность. Все обменялись короткими, тёплыми прощаниями. Ривен, проходя мимо Музы, наклонился и что-то быстро, вполголоса прошептал ей на ухо. Муза фыркнула, и на её бледном лице появилась настоящая, широкая улыбка. Когда рокот ветроциклов окончательно затих в ночи, Стелла, потирая руки, повернулась к подругам. На её лице расцвела хитрая, сияющая улыбка. — У меня, кстати, есть идеальная пара серёжек для такого случая. Настоящие кристаллы Соларии. Пойдёмте, покажем этой призраку этой химеры, кто тут настоящая королева вечеринки.