Ярость и страсть

Переполох, которым встретил Малфоя Аврорат, вызвал почти искреннее восхищение. Авроры снуют из кабинета в кабинет, роняя на ходу папки и документы, повсюду летают совы и письма, и половина теряется по пути, столкнувшись с невообразимым количеством препятствий. Происходящее было похоже на конец света, и Малфой не припоминал, чтобы такой бардак тут был хотя бы раз. В него едва не влетает четыре аврора, и, заметив гостя, начинают светиться таким облегчением, что Малфою хочется проверить, не пролил ли он на себя одно из экспериментальных зелий. Но всё чисто, поэтому он спокойно уворачивается от бегущих на него авроров, чтобы оказаться в нужном кабинете. —Увидеть погром у тебя уже более повседневная вещь, — с ухмылкой обозначает своё прибытие Малфой. Рон на мгновение замирает, а затем быстро откидывает документы со стола на пол и едва не подбегает к Малфою, хватая его за плечи крепко и отчаянно. —Малфой! Как я рад, что ты пришёл! — с такой надеждой и счастьем в глазах заявляет Рон, что Драко теряется на мгновение, а затем убирает его руки и делает шаг назад. —Вот уж не думал, что до такого дойдет. Видимо, дело и правда худо, — отряхивая невидимую пыль с плеч, говорит он. — Чтобы ты с таким рвением бросался меня приветствовать. Лучше так больше не делай, иначе в следующий раз я не приду. Рон фыркает и отмахивается от него, вовсе не обижаясь. —Если ты успокоишь Гарри и помешаешь ему устроить тут армагеддон, я готов всю жизнь тебе на глаза не попадаться! —А вот это звучит очень заманчиво, — усмехнувшись, удовлетворенно кивнул Драко. — Надеюсь, ты это всерьез. —Но исключения... — заметил Рон. —Да, конечно, праздники, званые ужины, свадьбы, — перебил Драко. — Тогда я пойду, иначе могу не успеть до финального аккорда правления Поттера, — заключил Драко и развернулся к двери, но вспомнил что-то и остановился. — А в чём причина такой смуты? Рон тяжело вздохнул. —Понимаешь...

***

Едва оказавшись у нужного кабинета, Драко тут же услышал полные ярости крики. —Я тебя под потолок подвешу, если ещё хоть раз так накосячишь и посмеешь мне перечить! У вас всех что, мозги скисли и из ушей вытекли, какого черта дело стоит на месте, когда у нас все улики? А, точно, вы же всё продолбали, пока обсуждали новый наряд секретарши Министра! Пошли работать, и если я через час не получу все нужные отчеты и улики, я с вас всех кожу наживо сдерну и в рейд без подготовки отправлю! Затем раздался жуткий грохот, словно тот, кого угрожали повесить под потолок, всё-таки рухнул на пол без чувств. Затем дверь распахнулась и оттуда вылетело четыре аврора, таких бледных и напуганных, совсем не походивших сейчас на тех, кто красуется порою в газетах, раскрывая дела. Словно их всех крепко приложили об стену головой. Едва завидев Малфоя, они все ринулись в разные стороны, вероятно, боясь получить ещё одну причину злости их Главы. Как только авроры покинули кабинет, дверь сама по себе захлопнулась с такой силой, что где-то посыпалась штукатурка. Малфой выждал лишь пару минут. —А я всегда знал, что в твоём Аврорате работают сплошные идиоты, — распахнув дверь и нагло ворвавшись внутрь, заявил Драко. Гарри, сидящий на диване и что-то усердно заполнявший, поднял тяжелый взгляд на него, видимо, собираясь убить своей аурой нежданного гостя, но удивленно замер. Драко воспользовался паузой, чтобы захлопнуть дверь и осмотреть своего аврора с ног до головы, на которой, к сведению, лежало два белых перышка, на пальцах были следы от чернил, бордовая рубашка была измята и так же вымазана либо в чернилах, либо в кофе, пролитом на неё, на полу у его ног были разбросаны папки, а на коленях лежал какой-то отчет. Судя по всему, годовой. —Драко? — моргнув, всё же выдавил из себя Гарри. Голос у него был хриплый, словно он пробежал эстафету или же орал на своих тупых подчиненных примерно час. — Почему ты здесь? Разве ты не занят исследованиями новых... —Да. Занят. Был, — мягко перебил Драко, доставая палочку и взмахом руки устранив беспорядок на полу, заставив папки вернуться на свои места в шкафу, а затем подошел к столу и, взяв стакан, налил воды из графина. Вернувшись, он протянул его Поттеру, который до этого молча и неверяще следил за ним. — Появилась свободная минутка, и решил, что хочу навестить тебя. Судя по всему, не зря. Гарри заторможенно кивнул, и обхватил запястье Драко рукой, чтобы он поднес стакан к его губам. Жадно выпив всю воду, он облегченно выдохнул и откинулся на спинку дивана. —Я рад тебя видеть, — уже бодрым голосом произнес он, и Драко довольно улыбнулся. — Я был уверен, что ещё немного, и я кого-нибудь убью. —Поэтому я и запер дверь. Не хочу, чтобы нам мешали твои нерадивые подчиненные, — соблазнительно усмехнулся Драко, отлеветировав стакан на стол. — Конечно, за такую оплошность я бы тоже вздернул свой отдел, но, благо, у меня нет идиотов в подчинении. —Может... В следующий раз я позову тебя, принимая кого-то на службу, — шутливо хмыкнул Гарри, потянув Драко за запястье к себе. Малфой с удобством опустился ему на колени, обнимая руками шею. —Боюсь, тогда они будут мертвы гораздо быстрее, — шепнул Драко и на мгновение прижался к приоткрытым губам своими. — Но я не хочу больше об этом. У нас есть немного времени... — Драко опустил одну руку, чтобы ловким движением расстегнуть все пуговицы на рубашке Гарри разом, открывая себе вид на сильное, прекрасное тело. — Я проголодался... Драко стягивает рубашку с плеч, и Гарри помогает ему, чтобы тут же опустить свои руки на поясницу Малфоя, прижав ближе к себе. —Драко... — жарко выдохнул он, разом забывая обо всём, что его раздражало несколько минут назад. О проблеме с отчетами, документами, расследованием, которое зашло в тупик из-за некомпетентности его людей. Он видел перед собой лишь Драко. Драко самодовольно улыбается, упиваясь своей властью над Гарри. Он понимает, они оба знают, что стоит ему пожелать, и Гарри будет в его распоряжении в любой момент, даже в кабинете у Министра. Драко наклоняется, чтобы впиться в губы Гарри. Он чувствует, как руки на его талии смыкаются всё крепче, а к бедру прижимается возбужденный член. Он обожает такие моменты, когда они оба во власти страсти, и ничего в этом мире больше нет. Драко жадно толкается в рот Гарри языком, дрожа от того, как тот стонет под ним, слабо подрагивая. И руки с талии опускаются ниже, сжимая ягодицы, прижимая ближе к своему паху, чтобы жарко застонать в поцелуй. —Этого ты хотел? — прерывая поцелуй, тяжело выдыхает Драко, лаская руками грудь Гарри, заставляя его дрожать, чтобы затем резво опустить их вниз, накрывая член поверх брюк. Гарри выгибается, всхлипывает и хватает Драко за шею, желая притянуть его обратно в поцелуй, но тот упрямо не дает этого. —Драко, пожалуйста, — требующий тон никак не вяжется с тем отчаянием и мольбой, с которой Гарри смотрит на Малфоя. —Пожалуйста что, любимый? Но ответ не требуется, Драко сильнее сжимает член через брюки. Гарри откидывает голову и громко стонет, и Драко пользуется возможностью, чтобы припасть к его шее, вылизывая и кусая нежную кожу, оставляя свои метки. Гарри дрожит в его руках, и у Драко голова кругом от желания. Он расстегивает ремень и быстро выкидывает его, чтобы расстегнуть пуговицу и запустить руку в теплый жар, обхватывая влажную плоть. Гарри вновь впивается пальцами в его ягодицы, поплывшим взглядом рассматривая румянец на щеках Драко, когда тот начинает медленно проводить рукой по всей длине. И это чистое издевательство, но Гарри уже готов кончить, потому что Драко сидит на нем, дрочит ему, и выглядит таким возбужденным, увлеченным, страстным и жадным, что этого достаточно, чтобы сломать Гарри. Но Драко считает иначе, он резко отстраняется, убирая руку, игнорируя протестующий стон. —Раздевайся, — командует он хрипло, стягивая с себя рубашку и избавляясь от брюк. Гарри следует его приказу, нетерпеливо избавляясь от одежды, а затем послушно укладываясь спиной на диван. Драко оказывается сверху, облизывая покрасневшие губы. Он выглядит почти невменяемо. — Вот так, мой послушный аврор. Его губы касаются шеи, скользят по коже ниже, ласкают ключицы и соски, кусают кожу, оставляя метки и синяки. Руки свободно опускаются ниже, туда, где им самое место. Тонкие пальцы крепко обхватывают твердый ствол, резко скользя по нему, доводя до стона невыносимости. Гарри толкается бедрами, желая усилить контакт. У него темнеет перед глазами от жажды. —Быстрее, — грубо выдыхает он, приказывая, всё ещё чувствуя слабую злость. —Что ты сказал? — скалится Драко, отстраняясь и мгновенно убирая руку с члена. — Кто тебе сказал, что ты можешь мне указывать? Забыл, кто тут главный? — желание и любовь сменяются холодной надменностью и властностью. Гарри кусает губу и закрывает глаза. Он понимает, что сделал не так, и от потери контакта его разрывает. —Нет, нет, Драко, — жалобно выдыхает он, присмиряя под взглядом Малфоя. —Вот так, умница, — хвалит Малфой, возвращая руку на член, мягко, но крепко сжимая. — Ты можешь быть хоть тысячу раз дьяволом для своих подчиненных, но когда ты в моих руках, твой Бог и Демон — это я. Понимаешь? Гарри лихорадочно облизывает губы и несколько раз кивает, расслабляясь, слегка выгибая бедра, отчаянно пытаясь усилить контакт. Драко щурится, улыбается самодовольно и жадно, прикусывая губу. Гарри под ним сдаётся, забывается, и вот уже нет в его взгляде и жестах ничего властного, мощного, больше он не тот, кто может одним своим присутствием подавить целый легион чернокнижников. Для Драко он — лишь Гарри, обычный Гарри, любящий, когда он его подавляет, подчиняет, обожающий чувствовать тело Малфоя, его страсть и любовь, жадность и наглость. Для всего мира Гарри Поттер — непреодолимая сила. Но для Драко Поттер — это отчаянно добрый Гарри, имеющий слабость к животным и сладкому, любящий сидеть по вечерам у камина, облокотившись на ноги Драко, пока тот сидит в кресле и разминает его плечи. Драко любит видеть, как дрожит от возбуждения и желания Гарри, как он теряется в своих ощущениях, подстраиваясь под действия Драко, кусает губы, выгибается, стонет едва слышно, сквозь зубы — ещё есть силы сдерживаться. Наклонившись, Драко не может больше себя сдерживать. Он прижимается губами к шее, и Гарри откидывает голову и обнимает его за плечи, пытается прижаться к нему всем телом, потереться о крепкий живот членом, но может лишь рвано дышать, когда Драко целует шею, лижет от ключицы до уха и кусает мочку, опаляет горячим дыханием влажную кожу, заставляя безвольно течь, возбуждаясь и беспомощно дергаясь от каждого касания. Драко оставляет с десяток поцелуев на шее и ключицах, прежде чем поворачивает голову Гарри за подбородок для поцелуя. Рот у Поттера — влажный и горячий, отзывчивый и требовательный. Мгновение, и вот уже Малфой отчаянно борется за лидерство, потому что поцелуи — то, в чём Гарри видит особое значение. Как-то он сказал Драко, что то, как целуется человек, может многое о нём сказать. И Драко не знал о других, но с Гарри это было действительно так. Он словно одним языком и губами пытался поглотить Драко, признаться в самых сильных чувствах, потребовать гораздо большего, чем обычный секс. Нет, секс — не то слово. Для них это было что-то, сравнимое с возрождением, когда можно забыть обо всём, погрузиться лишь в удовольствие и чувство безопасности и нужности, чтобы потом вместе с экстазом взорваться яркой вспышкой и вернуться к мирской суете. Упираясь руками в диван, Драко заставляет себя оторваться от влажных губ, у него голова кругом, и взгляд Гарри — затуманенный, возбужденный — не помогает. Драко чувствует, как Гарри выгибается снова и обхватывает его ногами за бедра, прижимая так близко, как только возможно, и Малфой прикрывает глаза и тяжело выдыхает сквозь зубы — он чувствует, как член скользит по паху Гарри, как кровь бурлит в теле, и у него кончается терпение. Опустив руку, заставив Гарри слегка ослабить хватку на себе, он призывает смазку и вставляет в разработанный вход сразу два пальца. Он едва сдерживает тихое рычание. Утром он не смог как следует заняться Поттером, его срочно вызвали в лабораторию как раз тогда, когда он планировал как следует вылизать своего любимого. Всего. И сейчас им не нужна долгая подготовка, потому что Гарри уже готов, он стонет от пальцев и пытается насадиться на них сильнее, двигая бедрами, скользя членом по прессу Драко. Малфой прижимает губы к шее, сходя с ума от запаха и вкуса. Он снова медленно сдвигается, и Гарри опускает ноги, слегка хмурится от жесткости дивана, и Драко целует его в плечо, пристраиваясь между его ног, обхватывая себя рукой и прижимаясь истекающей головкой к сжимающемуся входу. Он жмурится, тяжело выдыхая, вжимаясь в тело Гарри сильнее, проникая в него дюйм за дюймом, до тех пор, пока цепкие руки не вопьются в его спину, а из горла Гарри не вырвется по-настоящему дикий стон. Он откидывает голову и снова оплетает талию Драко ногами, вжимая в себя, даже не пытаясь сдержать голос. Драко приходится завладеть его губами, чтобы его стоны не привлекли лишнее внимание. Гарри кусает его и снова двигает бедрами, напоминая, поторапливая. Драко не может больше ждать, он разрывает поцелуй и вырывается из рук Гарри, упираясь коленями в диван, хватает ноги Гарри и, закинув их себе на плечи, начинает двигаться, вбиваясь в раскрытое до невозможности тело. Нервы, как оголённый провод, он дышит, как загнанный зверь, даже не стараясь сбавить темп, зная, что Гарри нравится, когда он сходит с ума, теряет самоконтроль и берёт его так — на грани, быстро, глубоко и неумолимо, заставляя слезы катиться из глаз от слишком сильной стимуляции. Гарри закатывает глаза и раскрывает губы, впиваясь руками в диван, почти разрывая его сильными пальцами. Драко вбивается в него до основания, так, что тело сводит, член пачкает живот, а в голове нет ничего, кроме желания, дикого и неуправляемого. Гарри задыхается, он смотрит перед собой и не может сдержать дрожи. Драко над ним, его член входит так чертовски глубоко, доставая до всех чувствительных мест, тревожа его разбушевавшееся возбуждение и кровь. Движение внутри сводит с ума, и Гарри мечется, поджимает пальцы на ногах и тут же едва не рычит, когда Драко прикусывает его лодыжку, целует кожу, а затем опускает обе руки на бедра, чтобы входить ещё быстрее, и с каждым толчком внутри разливается раскаленная лава, перед глазами вспыхивают и гаснут звезды, и хочется, чтобы это не заканчивалось никогда. —Сильнее, сильнее, — сам того не осознавая, начинает шептать Гарри, выгибаясь на встречу каждому движению члена внутри него. — Так чертовски жарко... Драко... Имя, произнесённое этим хриплым, сорванным возбужденным голосом, едва не доводит Драко до края. Он вынужден резко остановиться и сжать себя у основания, чтобы не кончить так быстро. Дыхание быстрое и неглубокое. Он смотрит на Гарри широко распахнутыми глазами, и проваливается в то, как Гарри жалобно стонет, чувствуя невыносимую потерю от того, что Драко остановился. Он сжимает его внутри себя, и Драко матерится сквозь стиснутые зубы и опускает ладонь на бедро. Гарри возмущенно выдыхает, ощутив несильный удар. —Тише, хороший мой, — шепчет Драко, снова чуть резче опуская ладонь на покрасневшую после первого удара кожу. Гарри дрожит, его член дергается. — Я не разрешал тебе кончать, — хрипло бормочет Драко, выскальзывая из горячего сжимающегося тела полностью. От потери Гарри едва не задыхается, он пытается схватить Драко руками, но тот вмиг перехватывает запястья и прижимает их к дивану, наваливаясь сверху. —Давай же, — смиренно уговаривает Гарри, непроизвольно двигая бедрами, пытаясь потереться об тело Драко. — Я хочу тебя. Так сильно, Драко! Дай мне свой член, иначе я сам тебя... Возмущенный шепот прерывается стоном, когда Драко одним движением входит полностью, замирая в жарком сжимающемся теле. Крепче сжимая запястья, Драко шепчет заклинание и удовлетворенно убирает руки на бедра Гарри, когда тот осознает, что случилось и лишь ещё более требовательно стонет, пытаясь насадиться, заставить Драко двигаться. —Знаешь, Гарри, а такой ты мне до безумия нравишься. Распластанный подо мной, готовый отдаться и сгореть в том удовольствии, что я тебе дарю, пока за стенкой твои ничтожные подчиненные усиленно работают, боясь твоего гнева. Они знают, кто ты, и знают, кто я для тебя, верно? — Драко говорит тихо, соблазнительно хрипло, начиная медленно двигаться. Гарри жмурит глаза и задерживает дыхание. — Весь Магический мир знает, что ты принадлежишь мне, а я — тебе. Что только я могу видеть тебя таким — во власти возбуждения и желания, уступчивого и требовательного. Мне приносит невыносимое удовольствие то, что я имею достояние всей Магической Британии. Да, Гарри? — Драко прижался губами к покрасневшему уху, заставив Гарри резко вздохнуть полной грудью. — Я люблю тебя. То ли рык, то ли шипение вырвалось из горла Гарри, когда он снова дернул руками, пытаясь разорвать магические путы. Драко поспешил перехватить его запястья и одновременно с этим сделал резкий толчок, выбивая из Гарри все мысли. Прижавшись к шее, Драко укусил беснующуюся венку зубами, возвращаясь к прежнему темпу, не издеваясь и уверенно сводя Гарри с ума. Драко чувствовал, как с каждым движением трепещет тело под ним, как его член сжимают влажные стенки, и жадно кусал шею и плечо Гарри, не в силах укротить это желание. В один момент, не выдержав напряжения, Гарри всё же разорвал путы и обхватил Драко за лицо, впиваясь в его губы поцелуем, кусая и вылизывая. Чувство перенасыщения вновь разливалось в крови, и Гарри жарко простонал в губы Драко, впиваясь в его плечи до крови, когда от очередного глубокого толчка его тело содрогнулось и стало изливаться между их телами. Драко распахнул глаза и разорвал поцелуй, опустив взгляд ниже, на живот Гарри, покрытый белесой жидкостью. Он ощутил, как рвутся последние оковы. Гарри, всё ещё чувствуя твердый член внутри себя, двинул бедрами и застонал. —Давай же, Драко... Кончи в меня, ну же! Перед глазами что-то вспыхнуло, и Драко очнулся лишь через некоторое время, обнаружив себя над Гарри, который лежал теперь на животе, выгнувшись в пояснице, бесстыдно отдаваясь его неконтролируемым быстрым толчкам. Сделав несколько рывков, Драко окинул взглядом мокрую сильную спину и грубо застонал, вбиваясь в горячий жар и дрожа, изливаясь внутрь любовника. Гарри под ним, кажется, кончил второй раз, распластавшись на диване, придавленный телом Драко. На какое-то время воцарилась спокойная, удовлетворенная тишина. Драко так и лежал сверху, не потрудившись даже покинуть тело любовника. Гарри, плавающий на последних волнах оргазма, тяжело дышал, восстанавливая умение соображать и управлять телом. —Когда ты меня имеешь, ты кажешься тяжелее, — тихо выдохнул Гарри, и Драко спрятал улыбку у него на плече. —В эти моменты ты себя просто не контролируешь, — хмыкнул Драко самодовольно и поцеловал влажную кожу. — Хочешь в ресторан? Закажем себе кучу мяса и наедимся до отвала. М? —О, звучит восхитительно. Но для начала нам нужно встать и одеться. А ещё сходить в душ, хотя бы. —Я тебя помою и одену и даже аппарирую. Сделаем себе выходной? Мои ребята сами справятся, а твои уже на год вперед получили мотивацию от твоих угроз, — усмехнулся Драко, поцеловав мокрый затылок. —М-м... Хорошо, согласен. Но для начала... — Гарри пихнул Драко в бок и тот приподнялся. Повернувшись, Гарри прижался к улыбающимся губам Драко своими и спустя пару мгновений отстранился. — Всё, теперь можно собираться. Драко мысленно поблагодарил Уизли за такой чудесный день и, снова поцеловав Гарри в плечо, поднялся.