Часть 2
8 сентября 2024 г., 06:18
С той памятной встречи Незуко и Санеми в лесу прошёл месяц. За этот месяц много чего произошло, но, самое главное, Санеми стал приходить чаще. Нет, он не раскрыл душу Незуко, более того стал пресекать разговоры на эту тему. И всё же он был ласков с ней в каждый из тех немногих раз, когда они встречались. Она нервничала, болтала без умолку, нагружая его бесполезной информацией, а потом извинялась с раскрасневшимся горячим лицом. Он же обычно молчал и гладил по голове, позволяя чувствовать себя маленькой девочкой. И Незуко нравилось это чувство.
С каждой новой встречей в лесу, Незуко замечала, как между ними возникает невидимая нить доверия. Порой они сидели в тишине, окружённые шорохами деревьев и вечерним гомоном насекомых. Он слушал её восторженные рассказы о цветах, которые распускались в их окрестностях, и о том, как птицы вновь начали мигрировать. Иногда, когда она увлечённо говорила, Санеми ловил себя на мысли, что на его сердце становилось тепло.
В ответ на её бесконечные слова, он лишь кивал, но в его глазах читался интерес. И хотя они не обсуждали прошлого, их молчание стало для обоих неким утешением, в котором не требовались слова. Незуко чувствовала себя особенной, когда он, с лёгкой улыбкой, подправлял ей волосы, словно охраняя её от всего плохого.
Однажды, когда солнце закатилось за горизонт, и небо окрасилось в огненные цвета, он тихо произнес: «Ты сильнее, чем кажешься». Эти слова заставили её сердце трепетать. В этот момент она поняла, что их связь стала глубже, и в ней зародилась надежда на светлое будущее.
Незуко ощутила, как внутри неё что-то вспыхнуло при этих словах. Она поймала его взгляд, полный искренности и одобрения, и поняла, что этот момент стал для неё поворотным. Их встреча в лесу стала не просто уединением от мира, но и местом, где она могла быть настоящей, раскрывая свои чувства и страхи. Каждое слово, сказанное им, было как нежное прикосновение, окутывающее её теплом.
Сквозь густую тишину леса доносился лишь треск сухих веток под ногами, когда они медленно двигались к озеру. Вода отражала яркие цвета заката, и Незуко, глядя на это зрелище, понимала, что их связь напоминала этот зеркальный водоём — она была хрупкой, но невероятно прекрасной. Она всё больше осознавала, насколько ценен этот миг, и как много значат эти простые радости.
А Санеми, видя её улыбку, чувствовал удовлетворение. Ему было спокойно рядом с ней. Санеми, был полон боли и утраты, он сам не всегда понимал, почему эти встречи дарили ему какое-то облегчение.
Незуко никому не рассказывала о встречах с Санеми. Ни Танджиро, ни Иноске, ни тем более Зеницу ничего не знали о том, что они общаются. Незуко хранила секрет об этом. Почему она молчала она и сама толком не знала, ведь с братом Незуко всегда была предельно честна и откровенна, но эта маленькая тайна оставалась её секретом.
Иногда она задумывалась, что скажут её брат и друзья, если узнают. Ведь между ними и Санеми существовала давняя история. Зеницу, с его постоянными паническими атаками, было бы сложно понять, возможно только Танджиро, всегда ищущий справедливость, смог бы её понять, но Незуко даже любимому брату не хотела раскрывать эту тайну.
Чувствуя, что этот секрет — их тёплый укрытие, она порой опять же задумывалась: а может стоит всё же поделиться этим с Танджиро? Но каждый раз, когда их глаза встречались, она понимала, что эта маленькая тайна — часть её самой.
***
— Зеницу-кун! — Незуко помахала рукой пареньку с взлохмаченной рыжей шевелюрой, а второй прикрыла глаза от солнечных лучей. — Нам пора возвращаться! — Сейчас, Незуко-чан! Я только доделаю! — прокричал он в ответ, поднимаясь из высокой травы и что-то пряча за спиной. Незуко улыбнулась и опустила взгляд на корзину, уже наполненную разными травами, которые были необходимы, а когда подняла, Зеницу уже стоял рядом с ней, раскрасневшись от быстрого бега и протягивая ей красивый венок из полевых цветов. — Вот, смотри! Это для тебя, — с гордостью произнёс он. Незуко приняла венок с лёгкой робостью, ощущая, как теплота его жеста согревает её и наполняет радостью. Она надела цветочную гирлянду на свои волосы, и в тот же миг мир вокруг стал ярче, насыщеннее. Фиалки и ромашки, собранные Зеницу, оживили её образ. — Спасибо, Зеницу-кун! — мягко произнесла она. Зеницу сделал шаг к ней и, смущаясь, потянулся к её руке. Незуко неосознанно сделала шаг назад и, чтобы не обижать его, улыбнулась и произнесла: — Нам правда пора. Зеницу тут же скис: от его жизнерадостной улыбки не осталось и следа, но он всё же воскликнул: — Подожди… Я… хотел тебе сказать, что… — его голос дрожал от волнения, словно музыкант, который готовится к важному выступлению. — Я ценю наше время вместе. Ты для меня больше, чем просто друг. Незуко, слегка приподняв брови, снова сделала шаг назад. Слова Зеницу звучали как мелодия, но она не знала, как на них реагировать. — Ты всегда была такой храброй и сильной, и… — он замялся, искренне пытаясь подобрать правильные слова. — Я просто хотел, чтобы ты знала, что… — Зеницу-кун, — прервала она, пытаясь найти нужные слова. — Я тоже ценю это время. Но у нас действительно есть дела, и нам пора… Казалось, воздух стал ещё плотнее, и стало трудно дышать. Зеницу опустил голову, а щёки его горели от смущения, но он не мог отвести взгляд. — Я просто хочу быть с тобой, Незуко-чан. Пожалуйста, подожди… — его голос стал тихим, но срывающимся, полным надежды и тревоги. — Не отказывай мне. — Так я и не отказываю тебе, — пожала плечами Незуко. — Ведь мы много времени проводим вместе. Ты дорог мне так же как и Танджиро, и Иноске. — Нет, ты не поняла Незуко-чан… — почти прошептал Зеницу. — Я хотел бы чтобы в будущем ты стала моей женой. И… — Зеницу запнулся, а потом словно набравшись мужества громко прокричал: — Выходи за меня милая Незуко-чан! Незуко прерывисто вздохнула шокировано уставившись на Зеницу. Молчание затягивалось, а напряжение застывшее в воздухе, казалось, можно было резать ножом. — Зеницу-кун, — наконец проговорила она. Нервно теребя рукава своего хаори. — Я не знаю, что тебе ответить. Я правда не знаю, — повторила Незуко, избегая взгляда Зеницу, будто боясь, что её ответ будет неправилен. В её сердце заколебались чувства, смешанные с растерянностью и страхом. Как можно было ожидать от него столь серьёзного шага? Ведь Незуко не испытывала к Зеницу каких-то особых чувств. Она любила его только как брата, но как ему сказать об этом чтобы не обидеть? — Пожалуйста, просто подумай об этом! — настойчиво настаивал Зеницу, глядя на неё с надеждой. — Я знаю, что это невероятно, но я хочу защищать тебя, быть рядом с тобой, поддерживать, как Танджиро поддерживает нас. Её глаза блеснули слезами, и она глубоко вздохнула. — Ты действительно серьёзен, Зеницу-кун? — Да, я серьезен, как никогда! — его голос дрожал, но в нём была чёткая решимость. — Я мечтаю о том, чтобы проводить с тобой каждый день, делить с тобой радости и горести. Незуко прижала руки к груди, чувствуя, как её сердце колотится, и, наконец, решив, посмотрела в его глаза, полные надежды. — Но я же не нужна тебе так сильно, — тихо произнесла она, её голос дрожал от неуверенности. Она вновь отвела взгляд, обдумывая его слова. Сердце её колотилось, словно желая вырваться наружу. У неё не было опыта в таких вещах, и мысль о том, что может обидеть Зеницу, сжимала её грудь. — Ты не понимаешь! — почти с отчаянием произнёс он, делая шаг ближе. — Я не просто говорю это. Я чувствую, что смогу сделать тебя счастливой. Каждый миг, проведённый рядом с тобой, помогает мне забыть о страхах и переживаниях. Незуко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Она знала, что у Зеницу было доброе сердце. Но как объяснить ему, что её чувства не могут перерасти во что-то большее? Как разорвать нить привязанности, которая связывала их как семью, не разрушая самой основы их отношений? — Я не хочу потерять тебя, — прошептала она, и её голос стал ещё тише, словно передавал страх, который она не могла скрыть. — Незуко, — ответил Зеницу, его голос стал мягче. — Ты для меня больше, чем просто друг. Я хочу поддерживать тебя, разделять радости и горести, но не могу это сделать, если ты всё время отстраняешься от меня. Она закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на его словах, но в голове всё перемешалось. Как объяснить, что её привязанность была глубже дружбы, но в ней не было места для чувств, которые он настойчиво предлагал? — Я не могу быть той, кого ты хочешь, — произнесла она наконец, её голос дрожал, но в нём был укор. — Я не могу быть счастлива, если это будет означать потерю того, что у нас есть. Зеницу выглядел озадаченным, его глаза светились недоверием. Он шагнул ещё ближе, его ладонь коснулась её плеча. — Но ты не потеряешь меня, если мы будем вместе. Это может быть началом чего-то нового, — сказал он, и в его словах звучало обещание, которое она не знала, как принять. Незуко устало вздохнула. Она не знала как выпутаться из этой ситуации. Она не могла открыто сказать ему «нет». Не могла так ранить его чувства. Она не хотела причинять ему боль, но и давать ложные надежды тоже не хотела. Она попала словно в замкнутый круг. — Зеницу-кун, наконец проговорила она. — Я… — Подожди, Незуко-чан, — перебил её Зеницу. — Пожалуйста, не отвечай мне сразу. Тебе сейчас пятнадцать дай мне ответ через полгода. За эти полгода я докажу, что стану для тебя лучшим мужем на свете и если твои чувства изменятся, то мы поженимся аккурат в день твоего рождения! Пообещай мне, что ты подумаешь над моим предложением! Пожалуйста! Незуко почувствовала, как её сердце заколотилось в груди. Она смотрела на Зеницу, и в его глазах читалось такое искреннее желание, что ей стало не по себе. Полгода… думала она, уставившись в землю. Ей казалось, что за это время её чувства могут измениться, но в глубине души она знала, что решение не зависит от времени. — Пожалуйста, просто подумай, — продолжал Зеницу, словно читающий её мысли. — Я буду рядом, поддержу тебя в любой ситуации. Я знаю, что к жизни можно относиться по-разному, но именно ты… ты особенная. Незуко опустила взгляд, пытаясь собраться с мыслями. Вежливый отказ мог бы разрушить его мечты, но и обещание рассмотреть это предложение тоже влекло за собой свою тяжесть. Как она могла выдать себя за кого-то, кем не была? — Хорошо, — наконец произнесла она, несмотря на сжатие в груди. — Я подумаю. Но… — её голос дрогнул. — Я не обещаю, что что-то изменится. Зеницу улыбнулся, и эта улыбка слегка рассеяла её тревоги. Она знала, что он искренен, но что делать с собственными чувствами? Внутри неё бушевала буря сомнений. Она снова и снова прокручивала в голове его слова, словно стараясь найти среди них ключ к своему сердцу. — Спасибо, Незуко-чан, — тихо сказал он. — Я буду ждать. Я верю, что у нас есть шанс. И даже если ответ будет Нет, я всё равно буду рядом с тобой.***
Вернувшись чуть позже домой, Незуко привычно занялась домашними делами, но эти самые дела как назло не ладились, так как мысли Незуко были далеко и в голове она постоянно прокручивала разговор с Зеницу. Незуко терзали сомнения правильно ли она поступила, что пообещала Зеницу подумать, тем самым дав ему, возможно, ложную надежду на её положительный ответ в конце концов. Незуко не представляла себя в роли жены Зеницу. Несмотря на всю нервозность, она пыталась сосредоточиться на каждом движении — мытье посуды, разбор стирки, приготовление ужина; каждое дело становилось для неё настоящим испытанием. В голове продолжали звучать слова Зеницу: его надежда, его мечты. Незуко никогда не думала о будущем так, как сейчас, и это пугало её. Она не была готова к такой ответственности. Незуко остановилась на мгновение, прислонившись к стене, её сердце стучало в унисон с мыслями. Она вспомнила, как Зеницу смотрел на неё с надеждой, когда они обсуждали свою судьбу. Эти взгляды говорили о многом, о том, что он видел в ней не просто девушку, а сопартнёршу, с которой можно пройти через все невзгоды. Но чем больше она обдумывала его слова, тем сильнее чувствовала, как страх охватывает её. Собравшись с мыслями, она решила, что, возможно, стоит поговорить с Зеницу ещё раз. Это не значит, что она должна сразу ответить ему, скорее, это возможность прояснить свои чувства. Незуко понимала, что важно быть честной не только с ним, но и с самой собой, чтобы не создать иллюзии, которые могут причинить обоим боль. За этими домашними хлопотами и раздумьями Незуко не заметила на своём пути деревянную балку, когда с корзиной свежестиранного белья наперевес чуть не ударилась лбом об неё. И она обязательно ушиблась бы если бы не предварительно подставленная чья-то рука, которая спасла её от удара. Незуко резко развернулась и тут же расплылась в улыбке. — Гию-сан! — радостно воскликнула она, увидев позади себя Бывшего Столпа Воды. В ответ на её голос Гию слегка улыбнулся, его всегда спокойное выражение лица немного смягчилось. Он выпрямился и слегка наклонил голову. — Осторожнее, Незуко, — сказал он тихо, но с лёгким укором в голосе. — В этой суете можно сломать не только лоб, но и что-то более ценное. Он метнул взгляд на её корзину с бельём, затем снова на неё. — Ты не должна так спешить. Незуко кивнула, осознавая, что он прав. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь листву деревьев, отражались в её глазах, наполняя их мягким светом. Она всегда чувствовала себя в безопасности рядом с Гию, как будто даже самые тяжёлые заботы могли быть отложены в сторону. — Я просто хотела помочь, — тихо произнесла она, снова всматриваясь в его лицо. — Здесь столько работы, и я… не хочу, чтобы Танджиро снова уставал. Гию лишь слегка приподнял уголки губ в ответ, зная, что забота о других — это неотъемлемая часть жизни Незуко. — Вы так давно не навещали нас! — снова заговорила Незуко. — Танджиро будет очень рад видеть вас! Они скоро с Иноске вернутся домой. Они на рыбалке с утра! Гию не успел ответить, как на шум из дома выглянул Зеницу и, тут же поздоровавшись с Томиокой, насупился. Он не долюбливал Томиоку из-за глупой ревности, чем ставил в неловкое положение как саму Незуко, так и Гию. Гию усмехнулся и покачал головой, ему не было никакого дела до ревности парня, причём необоснованной, ведь к Незуко Гию относился лишь как к сестре. Зеницу же принял его усмешку на свой счёт и разозлился. Его раздражало, что Незуко так ласково улыбается Томиоке, да и сам Томиока по его мнению тоже был хорош. Очень редко он, когда навещал их, не привозил Незуко горы подарков. Это злило Зеницу, и он вскоре не выдержал. Он открыл было рот, чтобы брякнуть явно что-то глупое, но ситуацию спасли весёлые голоса послышившеся на тропинке ведущей к дому, а через пару минут показались и обладатели этих голосов. Танджиро и Иноске шли домой, неся полные вёдра только что выловленной рыбы, и судя по их голосам, они явно были довольны собой. Первым Томиоку заприметил Танджиро и поспешно, отдав ведро с рыбой другу, бросился к дому. — Гию-сан! — воскликнул он. — Какими судьбами? Гию, слегка удивлённый внезапным наплывом радости, ответил с лёгкой улыбкой: — Да так. Прсто решил проведать вас. А вы, похоже, решили устроить себе пиршество. Иноске, задыхаясь от смеха, резко подбежал к ним, выставляя ведро напоказ. — Посмотри на этот улов! Я король рыбалки! Это лучшее, что мы когда-либо ловили! — Я думаю, что нам не помешает немного поработать над искусством рыбалки, — с улыбкой заметил Танджиро, его глаза светились радостью. — Мы устроим настоящий банкет! — воскликнул Иноске, перевернув ведро и высыпав улов на землю. Рыба блестела на солнце, словно драгоценности, и Танджиро с восторгом начал её рассматривать. — Учитывая размер этой, — заметил он, указывая на одну из крупных ры. — Мы сможем накормить всех. Даже Незуко будет в восторге! Гию, наблюдая за стремлением друзей, ощутил лёгкость и радость, незнакомые для него в последнее время. Он подошёл ближе и, скрестив руки на груди, с деланным строгим видом произнёс: — Но сначала вам нужно научиться её готовить, иначе весь улов испортится. Иноске лишь усмехнулся в ответ, явно не воспринимая слова Гию всерьёз. Они с Танджиро стали обсуждать, какие блюда можно приготовить, в то время как Гию махнул рукой и отойдя чуть в сторону приготовился к шутливым комментариям. Лес наполнялся смехом и оживлённой болтовнёй, словно сама природа была частью этого момента, устраивая маленький праздник для своих жителей. Так, весело переговариваясь, все вошли дом и Незуко тут же бросилась к печи спеша подогреть подостывший ужин, а с рыбой она решила разобраться позже. Через полчаса, когда все сидели за столом уплетая вкусный и сытный ужин приготовленный Незуко, Танджиро, взглянув на Гию, снова задал вопрос: — Гию-сан, так что вас сегодня привело к нам? Вы обычно предупреждаете когда приезжаете к нам. Нет, я не то что не рад вам, — поспешно добавил он. — Просто меня это немного удивило. Ничего же не случилось? За столом повисло неловкое молчание нарушаемое только мерным чавканьем Иноске, который уплетал тонкацу с овощами за обе щёки. Наконец Гию ответил: — Танджиро не беспокойся, ничего не случилось. Я правда пришёл навестить вас, чтобы убедиться, что у вас всё хорошо и вам на данный момент ничего не нужно. Просто меня не будет какое-то время. Я уезжаю с Шинадзугавой по одному делу. Возможно нас не будет месяца три, а там… кто знает. Танджиро внимательно посмотрел на Гию. В его голосе было что-то серьёзное, и дружелюбная атмосфера ужина внезапно сделалась тягостной. Он почувствовал, как внутри него зреет беспокойство: «Три месяца — это долго. Надеюсь, ничего страшного не случилось…» — Гию-сан, — осторожно начал он, — если вам понадобится помощь, ты знаешь, что всегда можешь на нас рассчитывать. Мы с Незуко готовы помочь в любом деле. Иноске, отрываясь от своей пищи, предвкушающе ухмыльнулся. — Да, если что-то пойдет не так, мы тут же бросим всё и придём! Человек против нежити — это настоящая битва, — с энтузиазмом заявил он. Гию кивнул. Спасибо, конечно, мне это важно слышать. Но я просто хочу, чтобы вы ни в чём не нуждались. И да, Иноске, похоже ты забыл, что демонов больше не существует, — усмехнулся он. На что Иноске только хмыкнул. — Гию-сан, — снова задал вопрос Танджиро. — А вы не расскажите по какому делу вы с Шинадзугава-саном уезжаете? Гию только покачал головой и Танджиро понял, что расспрашивать нет смысла Томиока не признается. — Как вы можете ехать с этим дьяволом? — вдруг завопил Зеницу. — он же настоящий демон в человечком обличье! — Зеницу не говори так о Шинадзугаве-сан! — одёрнул его Танджиро. Но Зеницу не собирался успокаиваться, он с новой силой заголосил о том, какой Шинадзугава ужасный человек, не забывая переругиваться по этому поводу с Иноске и Танджиро, а Гию только посмеивался. И только Незуко сидела молча, пряча под столом сжатые ладошки. Она изо всех сил пыталась не показывать, как эта новость расстроила её. То, что Гию-сан уезжает на длительное время было печально, но то, что она не увидит перед отъездом Санеми огорчало сильнее. — Гию-сан, — наконец, заговорила она. — Вы вернётесь? Гию на мгновение замер, его глаза потемнели. Почему-то он был уверен, что вопрос Незуко касался не только его возвращения. — Я… — начал он. — Мы обязательно вернёмся, Незуко, — быстро поправился он. И Незуко оставалось довольствоваться лишь этим.***
Ужин продлился почти до полуночи, а разошлись все ещё позже. Дойдя до своего футона, Незуко рухнула на него практически без сил. Закутавшись в одеяло, она лежала на спине и смотрела в потолок. Сон не шёл, а мысли не оставляли в покое. Стыдно было признать, но Незуко даже немного злилась, что о предстоящем отъезде Шинадзугавы и Гию узнала от Гию-сана, а не от Санеми. Почему Санеми не сказал ей об этом в последнюю их встречу? Неужели посчитал нужным скрыть? Это расстраивало. И хотя она пыталась уговорить себя, что не стоит зацикливаться, внутри зрела обида. Незуко глубоко вздохнула и обратила внимание на звуки ночи: ветер, шуршащий за окном, тихие отголоски смеха, доносившиеся из дальних помещений дома. В этой тишине её мысли снова вернулись к Санеми. Самые простые слова могли бы развеять её сомнения, но он так и не обмолвился ни словом. Словно между ними всё ещё висела невидимая преграда, которую ей хотелось преодолеть. Промучившись полчаса, Незуко откинула одеяло и встала с футона, поняв, что сейчас она точно не уснёт. Прокравшись к выходу, она осторожно, чтобы никого не разбудить, распахнула сёдзи и вышла в прохладную ночь. Завернув за угол дома, Незуко привалилась спиной к стене и подняла голову к звёздному небу. Мириады светил мерцали, словно бесконечный океан, усыпанный драгоценными камнями. Легкий ветер шептал между деревьями, принося с собой ароматы ночных цветов и свежей зелени. Но Незуко это всё не особо волновало. В душе ещё зрела обида в перемешку с беспокойством. Она понимала, что Шинадзугава не обязан был предупреждать её о своём отъезде. В сущности, она ему никто, но сердце отказывалось это понимать. Тени деревьев плясали под светом луны, и она вглядывалась в каждую из них, словно в поисках его образа. В её памяти были ещё свежи воспоминания о тех мгновениях, когда они вместе пробирались сквозь лес, болтая о пустяках, точнее болтала она, а он только слушал. А теперь тишина лишь подчеркивала пустоту, оставленную его отсутствием. Ветер усилился, и Незуко обняла себя руками, пытаясь согреться. Она знала, что обида лишь крепче связывает её с этой ночью, но как избавиться от страха утраты? Она подняла голову к звёздам, ищя ответа в их безмолвии. Ответа естественно не было. Незуко вздохнула и тут же насторожилась; тихий шум в глубине леса привлёк её внимание. Хрустнула ветка, и Незуко уже приготовилась бежать, как на тропинку, освещённую лунным светом, вышел он. Увидя её, Санеми замер, а Незуко боялась даже дышать, думая, что неосторожным дыханием развеет этот мираж. Лунный свет, пробиваясь сквозь густую листву, играл на его лице, придавая его чертам необычайную выразительность. Она затаила дыхание, пересиливая волнение, как будто оказалась в самом центре волшебства. Он шагнул ближе, и как-то немного нервно провёл искалеченной рукой по волосам. — Я пришёл попрощаться.
