Противоположности

      Феликс стоял в ступоре, после того как Хёнджин отстранился от него. Он не слышал буквально ничего, словно в ушах был ультразвук, а сердце билось со скоростью света.       — …так что ищи себе другого парня, которым можно поиграться и выбросить, — закончил говорить Хёнджин и вышел на улицу, не показав ни единой мышцей на лице то, что творилось у него внутри.       — Феликс, это правда? — спросила Сона, не желая в это верить. — Вы… Вы правда встречаетесь?       — А? — Ликс посмотрел на подругу, возвращаясь в реальность. — Да. Прости, — ответил он и вышел следом за Джином, а когда догнал его, развернул к себе.       — Пока ты не начал кричать на меня, обвинять и говорить прочие гадости… Прости, что так поступил. Сона — моя бывшая девушка, и я ничего умного не мог придумать. Если тебе неприятно до такой степени, что ты перестанешь общаться… Что ж, поделом мне будет, — выговорился Хёнджин и собирался уже продолжить путь, но рука Ликса, которую тот так и не убрал с запястья, остановила его.       — Я подтвердил, что мы встречаемся. Не переживай, больше не должна приставать, — сказал Феликс, отпустил запястье Джина и зашёл обратно в здание, оставляя его в полном шоке.       Прошло несколько дней. Хёнджин не ходил в университет, делая вид перед родителями, что болеет, а на телефонные звонки и сообщения друзей не отвечал. Единственным человеком, с кем Джин общался, был Феликс, которого он попросил ни при каких условиях никому ничего не рассказывать.       — Кого там принесло? — сам себе задал риторический вопрос Хёнджин и отложил свою гитару на кровать, после чего встал и пошёл к входной двери. Он был один дома: родители на работе. — Феликс? Как ты… Что ты тут делаешь? — удивился он, так как ожидал увидеть кого угодно, но не Ликса.       — Проходил мимо, решил зайти. — Он слегка подвинул Джина и протиснулся в квартиру. В его руках был пакет, и Феликс направился на кухню, ориентируясь в незнакомом пространстве.       Хёнджин закрыл дверь и пошёл следом за Ликсом.       — Тебя кто-то послал из ребят? Или ты сам проявил инициативу? — Джин сел на стул и наблюдал за действиями Феликса. Тот выкладывал небольшое количество продуктов на стол.       — Частично. Просто ты ничего не отвечаешь ребятам, и они волнуются. Даже Крис, — тише произнёс последнюю фразу Феликс. — Поэтому я спросил, где ты живёшь, у Чанбина, а он отвёз меня к тебе. А перед этим мы ещё заехали в магазин и купили те продукты, которые ты любишь, чтобы сейчас приготовить покушать. Кстати… Не думал, что ты такой привереда в еде. То не любишь, то не ешь, от того тошнит… Я в шоке, — возмутился он, делая это слишком мило, отчего Хёнджин не смог сдержать улыбки.       — С первой нашей встречи ты изменился. Стал таким… Открытым, общительным… Мне нравится. — Джин задержал взгляд на Ликсе, но после отвёл в сторону. — Прости за поцелуй.       — Не бойся, «жена» простила уже, — хихикнул Феликс и присел рядом, повернул голову Хёнджина к себе и посмотрел ему в глаза. — Если мне было бы противно, поверь… Я бы сейчас тут не находился. Кстати, ты с этим хвостиком похож на Тревожность из мультика «Головоломка». — Он кивнул на причёску Джина, и тот собрался привести волосы в порядок, так как забыл об этом, но Ликс успел его остановить.       — Ты мне нравишься, Ликс-и, — произнёс Хёнджин и вновь отвёл взгляд. — Впервые я чувствую что-то подобное к парню. Возможно, это пройдёт когда-нибудь. Возможно, это из-за тяжёлого расставания. А возможно, что ты мне просто очень нравишься. Я не знаю, как это объяснить. После того как мы гуляли с тобой, когда съездили в то место, попали под дождь… Я убедился в своих чувствах на сто процентов. А после поцелуя… — Хёнджин задумался, словно боясь продолжать говорить дальше.       — Захотелось ещё? — спросил Феликс и увидел положительный ответ в виде кивка. — Джин-и, прости. Я не могу тебе ничего сказать на это. Но ты не подумай, что я перестану с тобой общаться и гулять. От меня так просто не избавишься, — улыбнулся он. — Дай мне время, пожалуйста. Хорошо?       — Хорошо, — ответил Хёнджин и, пересилив неловкость, поднял взгляд на Феликса. — А ещё… Я буду рад, если ты присоединишься к главному составу нашей группы.       — Какая честь, — посмеялся Ликс и обнял Джина, положив голову ему на грудь. — Это будет сложно, так как моя семья… В общем, это будет сложно, но не невозможно. Я согласен. — Он отстранился от Хёнджина, встал со стула и хлопнул в ладоши. — Давай готовить.       Закатив рукава свитера, Феликс совсем забыл о ранах и шрамах. Хёнджин встал следом и собрался приступить к готовке, но заметил то, что было на руках Ликса.       — Стоп, — остановил он Феликса и аккуратно взял его за запястье, рассматривая руку. — Что это? Кто это сделал? Тебя в университете обижают? Почему не сказал? — Он переживал, так как раны были не только старые, но и свежие.       — Неважно. — Феликс опустил рукава, мысленно ругая себя за невнимательность.       — Нет, это важно. У тебя руки все в шрамах и ранах, а ты предлагаешь мне хер забить. Рассказывай, кто это сделал? — Джин старался сдерживать порывы злости.       — Когда я буду готов, то всё тебе расскажу. Сейчас ещё нет, но я обещаю тебе, Джин-и, — улыбнулся Ликс и, получив согласие от Хёнджина, решил начать разговор на отвлечённую тему.

ੈ✩‧₊˚༺☆༻*ੈ✩‧₊˚

      Джисон стоял около двери в здание, где находилась студия Минхо. После первого раза, когда Ли позвал Хана к себе, тому понравилось наблюдать за хореографией. Минхо танцевал действительно намного лучше, чем тогда, и Джисон подметил это сразу. Его движения стали более чёткими и завораживающими.       — О, Хан-и. Долго ждёшь? — спросил Минхо, подойдя ближе. Он достал ключи из кармана и открыл дверь.       — Нет, только что подошёл, — ответил Джисон, зашёл в помещение и включил свет.       — Присаживайся пока что, а я переоденусь.       Ли зашёл в раздевалку, а Хан присел на диван и достал блокнот, где уже была практически полностью готовая песня. На соседей странице был написан перевод, и Джисон вчитывался в слова.       С каждым словом он буквально погружался с головой в текст. Стал чувствовать, что дышать становилось труднее, а сделать полный вдох — невозможно.       «Нет, только не паническая атака», — подумал Джисон, понимая, что это она и есть. Сердце стало стучать быстрее, а тревожность росла в геометрической прогрессии. Он старался успокоиться, но ничего из этого не получалось.       — Хан-и, а ты… — Минхо вышел из раздевалки и, увидев, что Хану плохо, быстро подошёл к нему. — Эй, солнце, что с тобой? — Он присел на диван рядом с ним и обнял его, поглаживая по спине. — Всё хорошо. — Ли прижимал его к себе, а когда почувствовал, что Джисон расслабился, отстранился от него.       — Прости… Они вновь начались, — виновато произнёс Хан, опустив взгляд в пол. — Я так надеялся, что они больше не побеспокоят меня.       — Тебе нужно обратиться к психологу, я скоро буду очень далеко, Хан-и. Я не смогу позаботиться о тебе на расстоянии. — Минхо не сразу понял, что сказал, но спустя пару секунд осознал.       — В каком смысле? — Джисон поднял взгляд на Ли, слегка нахмурившись. — Ты уезжаешь?       — Хан-и, я живу в Японии, а сюда приезжаю пару раз в год. А в следующем году я вообще сюда редко буду ездить. Учёба заканчивается, и смысла приезжать… Разве что к Феликсу, — нехотя сообщил информацию Минхо. Он хотел подготовить Хана к этому разговору, так как ему самому не хотелось прекращать с ним общение и встречи.       — Я понял. Спасибо, что помог с песней. Остальное я сам как-нибудь допишу, — произнёс Джисон, встал с дивана и спрятал блокнот в рюкзак. — Прощай, Минхо, — добавил он и вышел из студии, оставляя Ли наедине с самим собой.       — Я совершенно по-другому представлял этот разговор, — вздохнул Минхо и, посидев так пару минут, начал разминку, а после — тренировку.       Вечером Минхо вышел из студии и направился к дому Хана, желая с ним поговорить. Ему не хотелось прекращать общение с Джисоном и уезжать на плохой ноте, поэтому он решил сделать шаг первым, понимая, что тот может не сделать его вообще. Минхо много раз звонил Хану, но тот не брал трубку, а на сообщения не отвечал.       Подойдя к дому, Ли успел проскочить в подъезд, когда из него выходили люди, и поднялся на этаж. Он знал, где находилась квартира Джисона, так как один раз приходил к нему в гости. Минхо позвонил в дверь, но никто не открыл. Чутьё подсказывало, что что-то явно случилось, и на свой страх и риск он ввёл пароль, после чего дверь издала щелчок и послышался приятный звук.       — Надеюсь, что меня не привлекут за проникновение в чужую собственность, — сказал сам себе Минхо и сделал шаг вперёд.

ੈ✩‧₊˚༺☆༻*ੈ✩‧₊˚

      Хёнджин пришёл в зал, где уже были ребята в неполном составе. Они обсуждали что-то, а когда он подошёл ближе, замолчали.       — Зачем пришёл? — спросил Крис, слегка нахмурившись.       — Извините меня, пожалуйста. Как я уже говорил, был не прав и беру свои слова обратно. Я согласен на все… — осёкся Хёнджин, стараясь следить за своими словами. — Почти все условия, — поправил себя он. — Ещё же не поздно подать заявку? — спросил Джин, а в ответ услышал тишину. Она сильно давила, отчего казалось, что сердце выскочит из грудной клетке.       — Ты меня тоже прости. Повёлся на эмоции, совершенно забывая, что существуют ещё чувства, — вздохнул Крис и встал с места, после чего подошёл к Хёнджину. — Но у меня… Хотя нет, у нас. Да, у нас есть условие. Ты всегда будешь советоваться и считаться с нашим мнением. Понятно?       — Это даже не обсуждается, — улыбнулся Хёнджин и крепко обнял друга. К ним присоединились остальные, обнимая друг друга в одной большой куче.       — Кстати, а где Джисон? — спросил Крис, осмотревшись. — Его на занятиях не было.       — Я его тоже не видел сегодня, и на сообщения он не отвечал с самого утра, — подтвердил Чонин.       Хёнджин взял телефон и набрал Джисона. На том конце взяли трубку, и как только гудки закончились, Джин начал говорить:       — Где тебя носит? Репетиция для всех! — возмутился он.       — Это Минхо, — представился Ли. — Джисон в больнице.       — Что? — удивился Джин и поставил звонок на громкую связь, чтобы остальным тоже было слышно.       — Джисон в больнице, — повторил Минхо и сделал паузу. — Попытка суицида, — нехотя добавил он.       Вокруг повисла тишина, которую нарушил грохот упавших барабанных палочек из рук Чанбина. Ребята переглядывались друг с другом, желая понять, послышалось им или нет.       — Скоро будем, — найдя в себе силы, ответил Хёнджин и положил трубку, после чего все направились в больницу.