Повышая статус

Залетев в квартиру, Ульяна достала из шкафчика на кухне перекись и пластыри.  — Садись в гостиной, сейчас я обработаю тебе раны!  — Уль, какие тут могут быть раны? — Сергей прикоснулся к подбородку и шикнул от боли.  — Ну как какие? Сереж, я лучше знаю.  Костенко сел на диван, скрестив ноги по турецки. Он посмотрел на свое отражение через зеркало; нижняя губа разбита и опухла, подбородок также разбит, из носа текла кровь. Сергей закрыл нос рукой.  В комнату влетела Ульяна и уселась рядом с ним.  — Где у тебя раны?  — На подбородке, на губе и нос разбит.  Девушка со всей осторожностью обработала раны перекисью и приклеила пластыри на те места, куда это было нужно. Затем приступила к подбородку. Он был буквально рассечен. Ульяна смочила вату перекисью и начала аккуратно обрабатывать рану. Сергей, стиснув зубы, пытался скрыть свое неудержимое возбуждение, сопровождаемого к тому же болью в области подбородка, но это не так хорошо получалось, как казалось бы.  — Больно? — Даниленко поменяла кровавую вату на новую и снова смочила перекисью.  — Ну типо того, — капитан попытался скрестить ноги, тем самым оправдав мысли девушки.  — Из-за чего вы подрались? — спросила Ульяна, пытаясь отвлечь его внимание.  — С кем?  — Ну с тем парнем.  — Это… старый знакомый. Мы с ним не все рассудили в прошлом и теперь он так мне мстит.  — Ну жить будешь, ничего серьезного у тебя тут нет, не беспокойся.  Даниленко отложила вату, теперь пропитанную кровью, в сторону, взяла пластырь и заклеила подбородок Сергея. Закончив с этим, Ульяна отнесла перекись и вату обратно на кухню.  — Заживет все дня через два. А пока желательно рану не трогай.  Девушка вернулась в комнату, села напротив него и внимательно осмотрела лицо капитана. Затем осторожно провела подушечками пальцев по его щеке.  — Ты же больше не будешь драться со своими врагами?  — Не буду.  Не успела Ульяна еще кое-что сказать, как вдруг Сергей накрыл ее губы своими, вовлекая в поцелуй. Не удержавшись на мягкой поверхности кожаного дивана, капитан лег на него, а Даниленко приземлилась сверху, продолжая целовать его в губы. Его язык скользнул внутрь ее теплого рта, поглаживая десну и внутреннюю часть щек. Костенко погладил девушку по щеке, переместив руку на подбородок. Губы девушки на секунду отстранялись, а затем вновь целовали его губы, ощущая жар губ на своих. Отстранившись, Ульяна накрыла своей рукой его стояк через брюки и несколько раз надавила на него, получая приятные стоны от Сергея. Девушка улыбнулась и подвигала бедрами между его ног, сильнее надавливая рукой на член. Костенко непроизвольно дернулся, а его руки схватили ее за ягодицы.  — Уль, пожалуйста…  Она усмехнулась и очень медленно, специально медленно, сняла свои брюки, а затем и его. Спустила его боксеры вниз и посмотрела на налитый кровью член. Даниленко робко провела рукой по основанию члена. Услышав сладкий стон, девушка провела еще раз в быстром темпе. Отодвинула немного крайнюю плоть, провела пальцем по головке. Сергей еще раз застонал, дернув бедрами чуть вперед, как бы намекая. Ульяна посмотрела на него, встречаясь с его горящим взглядом. Неуверенно приблизила лицо, опаляя его своим горячим дыханием. Попыталась сфокусировать взгляд, а затем проходится языком по головке, собирая капельки смазки.  — Ульяна… — шумно выдыхает Костенко.  Даниленко вылизывает его член по всей длине и чувствует учащенное дыхание сверху. Капитан нетерпеливо двигает бедрами навстречу. Медленно она заглатывает головку. Ульяна двинула головой вперед, а левую руку положила на орган, и вслед за головой двинула и рукой. Не сказать чтобы длина его члена была большой, нет, может около восьми или десяти сантиметров, не больше. Но чтобы удовлетворить этим девушку этого было достаточно. Костенко намотал на кулак ее светлые волосы и сам начал направлять ее в нужный такт движений.  Капитан резко остановился, почувствовав, что скоро кончит, отпустил волосы Ульяны, поглаживая ее.  — Уль, я так тебя люблю, — признался Сергей, улыбнувшись.  Девушка легла рядом с ним на диван, облизнув губы, поцеловав его в щеку.  — И я тебя… Интересно, почему мы не встречались раньше?  — Даже не знаю, — натягивая боксеры и брюки отозвался Костенко, вновь вспомнив о словах начальника в его отделении, — Ну так что, завтра грабим Эрмитаж?  — Конечно, — Даниленко зевнула, но все же встала с дивана, — А сейчас пошли чай попьем. Чайник уже вскипел.