Твоё счастье

Глава 7 Беспокойное счастье       «Инстинкты, сработавшие ночью, это конечно хорошо – размышляла я, сидя за столом за завтраком - А вот быть наблюдателем последствий проявления братской заботы с утра пораньше, да на похмельную голову – ну такое себе удовольствие – поморщилась я от громких возмущений Цзыцю».       А начиналось всё не так уж плохо.              Проснувшись и потянувшись, я оделась и выползла на завтрак. Братишка уже накрывал на стол, похмельные подружки тишком сидели рядышком и жевали тосты, стараясь не встречаться взглядом с суровым Лин Сяо.       А тот ничего и не говорил, просто пил кофе и посматривал на дверь. Когда я появилась в поле его зрения меня встретила сияющая улыбка, и я не могла не ответить на нее. Затем я села напротив и, смутившись под взглядами всё быстро смекнувших подружек, посмотрела в сторону. А там был не менее догадливый Цзыцю, который, заметив мою неловкость, тут же спросил: - Что такое, голова болит? Вот выпей, полегчает – поставил он передо мной стакан с какой-то мутной жидкостью и продолжил с усмешкой – Балбеска ты, знаешь же как на алкоголь реагируешь и всё равно пьешь. Ну и каковы последствия были? – задал он риторический вопрос, намекая на похмелье.       Девки, сидящие напротив и посматривающие то на меня, то на Лин Сяо, захихикали, а я, моментально поняв к чему этот смех, жутко покраснела. - А чего это ты такая красная, температура что ли? – забеспокоился внимательно наблюдающий за мной братишка и протянул руку к моему лбу. - Эм…нет, я в порядке – пробормотала я, уходя из-под его руки. - Ну да, а то я тебя не знаю – хмыкнул Цзыцю - Сама не своя, взгляд не поднимаешь. Так стыдно? Последний раз ты так себя вела после вашей свадьбы – закатил он глаза, видимо припоминая несвойственную мне робость после пьянок.       Девчонки захихикали громче переглянувшись, Лин Сяо счастливо усмехнулся, уткнувшись в кружку, видимо тоже вспоминая те моменты, а я покраснела кажется еще больше прежнего.       Братишка, оглядевший наши лица и оценивший реакции, хоть и не сразу, а допёр, что вчера могло случиться между супругами ночью. То же, что и после свадьбы, а именно близость брачной ночи. - Да ладно. Не может быть… – проговорил он, а потом вдруг накинулся на Лин Сяо в праведном гневе – Ты, блин, в своем уме? Она ж тока недавно из больницы! Что, не мог потерпеть? – прошипел он.       Лин Сяо вскинул голову на эти обвинения в несдержанности, но промолчал. Зато мои подружки, не отличавшиеся тактичностью, не преминули вставить свое замечание. - Она ж не после родов выписалась. Месяц восстановления не требуется – сказала Тань Цань в защиту Лин Сяо и, переглянувшись с Ци Мин Юэ, снова засмеялась. - Так – возмущенно глядя на девочек встал Цзыцю – Вы… - начал он, но затем неожиданно закончил вопросом - Поели уже? Кыш отсюда!       Он замахал на девчонок руками, как на куриц, забравшихся на грядки, прогоняя их из-за стола, а увидев прикрывающего рот от смеха Лин Сяо, буркнул - А ты чего усмехаешься, я еще с тобой не закончил. - Братишка, хватит – вздохнула я - Мы сами разберёмся. - Ты вообще почему его защищаешь? – взглянул на меня Цзыцю так будто был оскорблен в лучших чувствах – Ты обещала всегда быть при спорах на моей стороне? А… Ты, наверное, и это забыла… - А ты, негодяй, решил воспользоваться ее амнезией и перетянуть на свою сторону? – снова наехал на молчаливого Лин Сяо братишка. - Ну знаешь – не выдержала я этих несправедливых упрёков и начиная высказывать братишке - У нас уговор был по поводу взаимодействия «брат и парень», а теперь Лин Сяо мой муж. В тот момент как я согласилась стать его женой, я встала на одну сторону с ним. Как бы… - задумалась я над формулировкой и, мотнув головой, продолжила - Какие стороны вообще?? Мы же семья. - Вы с ним? А я? – уточнил Цзыцю с обидой в голосе. - И ты моя семья – кивнула я, беря братишку за руку, а ощутив, как напряглась рука моего мужа на моей талии, решила уточнить - То есть самый близкий человек… Родной, в смысле. Тьфу, не путай меня – досадливо прикусила я губу, глядя на ухмыляющегося в глаза Лин Сяо братишку.       Сбоку раздалось смешливое фырканье и я, глянув туда, увидела девчонок, остановившихся у двери выхода. - Чего ржёте? – бросила я им раздражённо - Вы почему еще здесь? Сказали же вам – кыш! – и махнула им рукой.       Подружки весело ухмыляясь быстро вымелись за дверь, и я обернулась к воинственно петушившемуся перед старшим братом Цзыцю. - И ты кышкуй отсюда… - взяла я его за локоть и стала подталкивать к выходу. - Куда? – уточнил он немного растерянно. - На работу, родной, на работу свою – ответила я ему ласково, подпихивая к двери и приговаривая - Как там они, твои сотрудники, без тебя, без твоего чуткого руководства.       Цзыцю заворчал что-то себе под нос, но начал обуваться у порога, а я еще и добавила: - Не ворчи, Цзыцю, а то состаришься раньше времени, а ты еще даже не женат – усмехнулась я ему на прощание, открывая для него дверь. - Не очень-то и хотелось – буркнул он, выходя и натыкаясь взглядом на Тань Цань, видимо дожидающуюся его выхода. - Чтооо? – протянула Тань Цань, скорее всего услышавшая и мою подначку, и его возмутительный ответ.       Не желая участвовать еще и в их перепалке, я просто закрыла дверь со своей стороны и, прислонившись к ней спиной, выдохнула, прикрывая глаза. - Прости за это – подошел ко мне Лин Сяо и провел ладонью по моей щеке. - Да ты-то в чём виноват – проговорила я, посмотрев на него – Это всё мой заботливый братишка и неугомонные подружки, подливающие масла в огонь его беспокойства обо мне.       Лин Сяо, усадив меня на диван, сел рядом и приобняв за плечи, покачал головой, не согласный с тем что невиновен: - Тебе не на пользу все эти споры и разборки, врач же сказал не нервничать и отдыхать. А в том, что ты так утомилась, разгоняя нас, есть и моя вина. Учитывая предпосылки и вчерашние события, приведшие к такому нервному утру – закончил он, невольно улыбнувшись, видно снова переживая эти самые события, и погладил меня по голове.       А я, улыбнувшись смущенно, словно прочитала и увидела его мысли-воспоминания, положила голову на его плечо и с улыбкой заключила: - Ну тогда я и сама виновата – хмыкнула я, припоминая, что именно по моей инициативе состоялась наша близость вчера - Ладно, соучастник преступления, будем нести ответственность и терпеть последствия вдвоём. Вместе мы точно со всем справимся. - Да – вздохнул Лин Сяо и, уткнувшись в мою макушку, довольно прошептал – Только вместе. ***       Проводив и своего супруга на работу, а он уже не мог продлить свой отпуск, я не спеша собралась и почапала в лапшичную отца. Только на этих условиях Лин Сяо согласился спокойно оставить меня - чтобы я была под присмотром.       В лапшичной папы было как всегда уютно и мирно, витали вкусные запахи, такие знакомые с детства, и тихо гудели посетители. Всё как всегда. Стабильность - это неплохо. И хорошо, что есть такое место, что почти не меняется с годами. Таким образом кусочек детства всегда остается рядом, стоит лишь зайти сюда, глубоко вдохнуть ароматы, доносившиеся с кухни, занять столик у окна и оглядеть зал.       Да, безусловно перемены были, такие как расширение, обновленная мебель и более современное оборудование, но главное – дух этого места – осталось неизменным. Сюда хотелось возвращаться, есть эту простую, но такую сытную и вкусную еду, сидеть за полированными столиками, смотреть в окно или на людей вокруг. А постоянных посетителей было не мало. Вот и тетушка Фэн снова здесь, раскланивающаяся со своими многочисленными знакомыми, поседевшая, но всё такая же улыбчивая и бодрая, уже оставившая свою стезю свахи, но по-прежнему дававшая советы всем, кто просит. А порою и тем, кто не спрашивает их. Но что поделать, привычка, пожилому человеку можно и простить. И понять. И принять. Иногда даже с благодарностью.       Именно она познакомила в свое время папу с Хэ Мэй на которой он теперь счастливо женат. Да и наш с Лин Сяо брак тетушка частенько ставит себе в заслугу, мол это она же говорила, что надо пожениться, мне и одному из братьев-воспитанников папы, и всё так и вышло. Вот только братишка всё еще не женился, и она, постоянно, только увидев его, сетует на это и всё порывается помочь найти хорошую девушку в невесты. Бедняга Цзыцю уже давно стал с опаской заходить в лапшичную, боясь снова нарваться на подобные разговоры.       Да уж… Братишка. Цзыцю натерпелся от меня и в детстве, да и потом после возвращения часто бывал обижен на меня и Лин Сяо. Особенно, когда узнал о наших отношениях. И не его блажь стать мне мужем была основной причиной его обиды, в том, что я выбрала не его, а то, что он остался не удел, не был посвящен и боялся остаться ненужным, брошенным.       А еще эта его привычка: скрывать всё в себе, не делиться проблемами, не просить о помощи.       Ну ничего, теперь Тань Цань присматривает за ним. Я конечно была весьма удивлена их начавшимися отношениями и, если честно, не ждала, что они продлятся долго, но уже год прошел, а они всё также вместе и вроде довольны друг другом. «Ну почти во всём – припомнила я сегодняшний конфликт - Эх братишка, сначала ляпнешь что-то, лелея свою гордость, а потом расхлёбываешь». Да и Тань Цань, если честно, тот еще подарочек.       Да уж, у них обоих своих комплексов и тараканов полно. Впрочем как и каждого человека. Разберутся.       В рамках нашего своеобразного девичника вчера я спросила Тань Цань, когда же у нее первые мысли симпатии появились к братишке и та ответила, что сама не заметила, как прониклась к нему.       Сначала это был интерес к новому человеку в их окружении. Правда на фоне предубеждения, из-за обиды из солидарности к «брошенной» подруге, она сперва гнала от себя эти мысли. А потом и Джуан Бэй был принят за субъект симпатии после их случайного столкновения. Потом…ей было весело подкалывать богатенького сынка, а затем, когда стало известно истинное положение вещей, она чувствовала вину, узнав, что Цзыцю вовсе не тот пижон каким его считали.       - А еще эти его семейные трагедии с матерью и отцом… - размышляла вслух Тань Цань - Наверное, мне стало его жаль.       - Ты только ему не ляпни такое – предупредила Цзянь-Цзянь подругу - Братишка терпеть не может когда его жалеют.       - Знаю – отозвалась та - Я и не показывала.       - Погоди-ка – встрепенулась вдруг Мин Юэ - Я только сейчас поняла… - и обратившись к Тань Цань проговорила - Помнишь он однажды, после звонка отца, психанув сбежал из дома, прям в футболке и тапках. Мы все его тогда искали. А ты еще плакала – обвиняюще припомнила этот момент Мин Юэ, указав на подругу пальцем, словно уличив в преступлении.       - Эм… - опешила от напора Тань Цань.       - Ну точно – продолжила осененная своей догадкой Мин Юэ - Ты тогда так странно сказала мне, когда я посочувствовала Цзыцю.              «Теперь ты его любишь? – вцепилась в локоть Мин Юэ Тань Цань, услышав подругу.       - Нет, конечно – отмахнулась от подобного предложения Мин Юэ (хоть она и была влюблена в Цзыцю в школе, но это давно прошло) – А ты чего вообще ревёшь? – спросила она, заметив слезы в глазах Тань Цань.       - Эх… Жизнь моя жестянка... – пробормотала Тань Цань, вздохнув и игнорируя этот вопрос».              - Значит уже тогда?? – воскликнула Мин Юэ, вспомнив тот момент и подозревая Тань Цань во влюбленности в Цзыцю еще с тех времён.       - Ну нет – смутилась Тань Цань - Я просто…       - Ну понятно всё с тобой – заявила Мин Юэ - А еще надо мной издевалась на тему моей тайной влюбленности в Лин Сяо со школы. А сама? Скрытница какая.       - Да я и от самой себя скрывала эти чувства до поры – оправдывалась Тань Цань - Не признавала себе эту симпатию – покачала головой она и продолжила задумчиво - А потом так случилось, что ты уехала в Пекин, Цзянь-Цзянь вышла замуж и переехала к мужу, а мы с Цзыцю остались на прежних местах, часто сталкивались у дверей, ведь жили напротив. Мы в то время оба были, как два неприкаянных и брошенных щенка. Вот и сошлись постепенно – закончила Тань Цань, вспоминая те времена, когда осталась одна в квартире, где раньше жила с двумя подругами.       Тогда Цзыцю еще не привык, что его сестра переехала и пару раз сонный приходил утром в ее квартиру готовить завтрак, как прежде бывало. Тань Цань удалось сгладить неловкость благодарностью и предложением есть вместе, если нет других планов. Цзыцю предложил распространять бесплатные билеты на ее спектакли в своем кафе, а она взяла на себя заботу напоминать соседу, что его жизнь - это не только забота о сестре и его ресторан, периодически вытаскивая его проветриться. Они взаимовыгодно делили обязанности по готовке и закупке продуктов, проводили вместе время и бурчали на своих друзей, которые оставили их, найдя своих половинок.       Однажды, после бессонной ночи, Тань Цань откровенно клевала носом во время перерыва на репетиции, и коллега спросила ее в чём дело, а та и ответила, что просто перемывала с другом кости друзьям-молодоженам, вот и не выспалась.       Коллега уточнила с хитрой улыбкой:       - Другом-парнем? Женат или есть девушка?       - Нет, нету – вяло ответила Тань Цань, зевая.       - Так почему же он просто друг? Может начнете уже свои отношения друг с другом? – спросила коллега.       Ошарашенная этим вопросом Тань Цань открыла рот для возражения, но та перебила ее продолжив:        - Всё лучше, чем завидуя ворчать на друзей, нашедших свое счастье. Попробуй найти свое. С этим соседом – подмигнула она.       Возможно именно тогда Тань Цань стала смотреть на Цзыцю иначе. Но…вести себя с ним так как она обычно вела себя, начиная отношения с парнем, было как-то нелепо и неуместно, ведь он ее уже всякую видел и знал ее недостатки, как и она его. Так что она просто продолжала общаться с ним как прежде и пыталась понять, как он относится к ней, ждала шанса выяснить это. Ну и однажды дождалась.       Они тогда много выпили и разоткровенничались, речь зашла и про их личную жизнь, точнее ее отсутствие. Так как-то и выяснилось, что Цзыцю тоже начал думать о ней как о девушке после похожего на ее разговор с коллегой разговора со своим другом, но тогда не был уверен, как та относится к нему и не решался на действия в этом направлении.       В тот вечер алкоголь помог им решиться и на разговор, и на действия, так что они смогли определиться со своими взаимоотношениями.       В целом они были счастливы вот только разговора о свадьбе еще не было. То ли оба боялись отказа, то ли просто опасались, что брак разрушит из отношения. А ведь были еще и родители, которые могли не принять их союза.              Выслушав Тань Цань (на вечеринке-девичнике) Ци Мин Юэ душераздирающе вздохнула и пробормотала, поглядев на своих пости замужних подруг:       - Одна я тут одинокий волк – икнула она и допила вино из бокала.       - Не делай вид, что тебя это печалит - заметила Тань Цань с усмешкой - Твоя мама больше переживает по этому поводу, чем ты.       - Ты даже не представляешь себе насколько – закатила глаза Мин Юэ и утомленно откинулась на диване - Я хожу на свидания вслепую, как на работу, каждые три дня. Я устала – простонала девушка, прикрыв глаза.       - Так выбери кого-нибудь – посоветовала Цзянь философски - Выйдешь замуж и всё это хождение по мукам закончится.       - Ну да – скривилась Мин Юэ – Не настолько я устала еще. К тому же, ты представь, дальше же начнутся вопросы о детях. Брр – вздрогнула Мин Юэ и, мотнув головой, как строптивая кобыла, заключила - Нет, не готова я на такие подвиги во имя покоя. И вообще, не хочу про это думать сейчас. Давайте лучше выпьем! – она подняла свой бокал, призывая нас присоединиться к ней.              Однако, терпение ее матери закончилось быстрее, чем терпению Мин Юэ. Та поставила ей ультиматум найти парня до конца года. Да еще и применила запрещенный приём – слёзы. Та хоть и понимала, что та просто манипулирует ей, всё же пришлось пообещать найти парня.       Пришлось начать искать и присматриваться к кандидатурам уже серьезно. Но на слепых свиданиях это не удавалось. Казалось туда все ходят для галочки. Ну или совсем уж ужасные варианты. Отчаявшись Ци Мин Юэ придумала план - договориться с одним из парней и изобразить перд ее матерью пару.       «Только найти бы адекватного. На свидания вслепую, в основном приглашались сыновья знакомых и родственников, таким не откроешься – могут донести или просто оскорбятся, а потом поведают о моем коварном плане и всё. Вот если бы имелся в компании хороший друг или знакомый, которого можно было попросить помочь».       - Цзыцю бы отлично подошел, но он занят –вздохнула Мин Юэ во время разговора о своем плане с подругами.       - Да, он занят мной – вскинула подбородок Тань Цань, а затем довольно прищурилась и продолжила - А вот его друг, Джуан Бэй, насколько мне известно, всё ещё свободен и, кстати, его матушка тоже очень переживает за него и истово ищет ему партию. Так что ты предложить свой план ему, так и поможете друг другу.       - А как он сейчас спасается от давления? – поинтересовалась Мин Юэ, ища способ отдалить решение своей судьбы.       - Пока то его работа спасает – поведала нам Тань Цань – «Мол занят, не могу на свидания часто ходить, некогда девушку заводить», но скоро у него отпуск, уже не отвертится.       - А ты откуда такие подробности знаешь? - спросила Мин Юэ - Вы так близко общаетесь, не боишься, что Цзыцю заревнует? – подколола та подругу.       - Да чего там бояться – фыркнула Тань Цань - Всем известно. что он просто мой бро. А общались так как он бывает в театре, заходит к другу своему режиссеру, там и пересекаемся иногда.       - Понятно – у Цзянь мелькнула мысль, что неспроста эти визиты в театр, как бы к другу, да и разговоры эти с Тань, про беспокойство матери, были явно с намёком. Джуан Бэй всё ещё симпатизировал Тань Цань, хоть вроде и смирился с их отношениями с Цзыцю. Однако, видно окончательно надежды еще терял. Всё же та не замужем еще.       Несчастный Джуан Бэй, твои намеки были поняты, но использованы совсем не так, как ты верно мечтал: надеялся видно, что Тань Цань предложит помочь и по старой памяти сыграет роль его девушки-невесты, а там кто знает, может как в некоторых фильмах и чувства возникнут. Но увы, тебе предложили подругу. ***       Итак, все были счастливы по-своему, хоть и не без беспокойства. Ну что же, безмятежного счастья не бывает, оно всегда такое - беспокойное. Это жизнь.       И я даже начала подумывать и вовсе забыть, что я не та Цзянь, учитывая, что почти слилась с ее памятью-жизнью, однако реальность напомнила мне, что абсолютного счастья не бывает, а я совсем не истинная Цзянь-Цзянь.