Долгая дорога домой (The Long Road Home)

За обсуждением известных Ори заблуждений насчет эльфов часы пролетели незаметно. Трудно поверить, но нашлись среди его скудных познаний и крупицы истины. Когда тема исчерпала себя, они единодушно решили сделать небольшой перерыв и выпить чаю. Им предстояло вернуться на кухню, где они оставили Дори и Нори вести задушевные беседы. Братья сидели за столом, на котором была разложена пестрая мешанина пряжи и нитей без начала и конца. — Так ты еще жив? — притворно округлил глаза Ори. Нори что-то невнятно проворчал, не отрываясь от своего занятия: он методично отделял ярко-зеленый моток от бордового. Дори поднял взгляд от синего клубка и тепло улыбнулся. — Решили составить нам компанию? Прекрасно. Господин Бэггинс, вы голодны? Не хотите перекусить? Или, может, чашечку чая? — предложил гном. — От чая не отказался бы, — признал Бильбо, растирая глаза ладонями. — От этой болтовни горло пересохло. — Бильбо помогает мне готовиться к экзамену, рассказывает об эльфах, — пояснил Ори, помогая накрывать на стол. — Он жил с ними какое-то время, так что неплохо изучил их обычаи. — Было бы что изучать, — буркнул Нори. — Знай себе, жрут траву да дерут арфам струны. Бильбо фыркнул, усевшись рядом с воришкой. — К твоему сведению, у них множество других занятий. Нори с готовностью кивнул: — Ну да, конечно. Иначе кто же будет писать печальные поэмы об их прическах и погоде. Бильбо не удержался и закатил глаза. — Ты вроде говорил, что собираешься искать работу? — перевел тему неудачливый карманник, принимаясь распутывать красно-желтый моток. Бильбо завороженно следил за его ловкими пальцами. — Да, нужно как можно скорее восполнить то, что я потратил. — Ты владеешь каким-нибудь ремеслом? — уточнил Дори. Бильбо поджал губы, перебирая в голове все свои умения, пока, наконец, не остановился на том, что пригождалось чаще прочих: — Полагаю, по роду деятельности я могу считаться целителем. Нори соизволил оторваться от пряжи, чтобы окинуть Бильбо оценивающим взглядом: — Как такой как ты мог сделаться целителем? Бильбо оскорбленно насупился. Обладатель подобных смехотворных бровей не имел права ставить под сомнение его способности! — Учился у опытного лекаря, как еще? — Полагаю, мой недалекий брат хотел спросить, почему ты стал целителем, — поспешно внес поправку Дори, залив в чайник кипятка. — На обучение требуется куча времени и труда. — Не говоря уж о деньгах, — вставил Нори. — Ну, моей матушке пришлось всему учиться самой, когда хоббиты лишились дома. Затем она передала свои знания мне, — пояснил Бильбо, принимаясь разбирать мешанину коричневых и белых нитей. — После я старался при любой возможности набираться опыта у местных лекарей, где бы мы ни останавливались. Я много чего умею, хоть и не получил должного образования. Дори задумчиво кивнул. Они с Ори как раз принесли чашки. — Понятно. Что ж, я знаю пару мест, куда ты мог бы обратиться, но сначала нужно наведаться в Ведомство по Чужеземным Делам. Там тебе выдадут свидетельство о временном проживании. С ним ты сможешь получить работу. Бильбо нахмурился, принимая чашку. — Странно, в Синих Горах подобного нет. — В Синих Горах пристанище беженцев и проходимцев, а Эребор — величайшашее из гномьих королевств, — уточнил Нори, уведя чашку у Дори из-под носа. — Разумеется, у нас все немного сложнее и строже. — Ладно, где это Ведомство? — сдался Бильбо. — На четвертом уровне, в Нефритовом квартале, — отозвался Ори. — Могу отвести тебя завтра утром. — А как же твое обучение? — До обеда я свободен, — пожал плечами юный гном, смущенно улыбнувшись. — К тому же, Дори нужно работать, а у Нори будут неприятности, если он там покажется. — Эй! — возмутился упомянутый нарушитель спокойствия. — Неужто я шагу не могу ступить без неприятностей? — Если тебя не поймали, то это еще ничего не значит, — Дори припечатал младшего брата знающим взглядом поверх чашки. Бильбо и Ори разом прыснули. — Вот уж не подумал бы, что ты целитель, — заметил Ори, пока Нори бормотал под нос проклятья, — скорее уж исследователь, как я. Хоббит помотал головой, сглотнув едкую горечь. — Нет, не исследователь. Всего лишь очередной целитель. — Что ж, тоже хорошее дело. Уверен, за работой дело не станет, — заверил его Дори, постукивая пальцами по кружке из красноватой глины. — А может, найдешь что-нибудь другое. Ничего, как-нибудь устроишься. Бильбо и не сомневался. Если уж чем-то он и владел в мастерстве, так это умением приживаться.

***

На следующий день Ори провел его по оживленным улочкам к лестнице — такой огромной и величественной, что лестницы Ривенделла рядом с ней показались бы грубой поделкой из завалявшихся булыжников. Широкие ступени из темного зеленого камня пронизывал узор бело-голубых жил. К несчастью, ступеней оказалось гораздо больше, чем Бильбо хотелось бы. Взобравшись на нужный уровень, они двинулись через лабиринт улиц к зданию из бурого камня. Двое стражников в массивных доспехах проводили их пристальными взглядами, но не остановили. Бильбо мельком отметил, что их форма отличалась от формы тех, кто задержал его днем ранее. «Должно быть, они из разных подразделений», — предположил он, следом за Ори миновав тяжелые двери и ступив на очередную лестницу. Наверху обнаружилась добротно обставленная круглая зала, полная гномов в дорогих одеждах. Никто не удостоил их внимания, пока Ори не обратился к одному из гномов на родном наречии. Незнакомец, чрезмерно увлекавшийся золотыми украшениями — по мнению Бильбо, — хмыкнул, и окинул Ори взглядом, не упустив ни потрепанную куртку, ни поношенные ботинки. По жирно поблескивавшему лицу расползлась мерзкая ухмылка. Гном что-то бросил на Кхуздуле и пренебрежительно отмахнулся, отчего плечи Ори опали. Бильбо нахмурился, нетерпеливо прожигая взглядом понурившегося ученого. — Ну, что? Что он сказал? — Сказал, что тебе нужно запросить аудиенцию, после чего они рассмотрят твой запрос, — ответил Ори, отводя глаза. — Еще он сказал, что на это уйдет один-два сезона, поскольку у них и без того хватает дел. У Бильбо отвисла челюсть. — Сколько?! Два сезона? У меня нет столько времени! Меня ждет мой клан, они на меня рассчитывают! Ори поморщился, спрятав лицо в складках серого шарфа. — Мне жаль, Бильбо. — Это не твоя вина, — вздохнул он, прожигая взглядом напыщенного гнома, стоявшего в нескольких шагах, — а его. Прежде, чем Ори успел ответить, Бильбо протопал к незнакомцу. В глубине души он понимал, что стоило бы взять себя в руки, но тревога нарастала с каждым часом, потраченным впустую. Он так далеко зашел, так близко подобрался к своей цели, что не мог отступить из-за какого-то высокомерного гнома. — Прошу прощения, — он прочистил горло, привлекая внимание. Своей цели он достиг с лихвой — сразу несколько лиц с удивлением обратились к нему. — Я здесь за разрешением на работу в вашем королевстве. К кому мне следует обратиться? Гном повел темной бровью, губы снова сложились в мерзкую ухмылку. — Я уже сказал твоему дружку, что твое прошение будет рассмотрено после более важных… — Оно тоже важное! — прервал его Бильбо, позабыв о манерах. Будь отец здесь, то под землю провалился бы со стыда, а вот мама поддержала бы. Иногда вежливостью можно и пренебречь. — Мне нужно работать, чтобы выжить. Жаль, что для вас, похоже, работа - это блажь и прихоть. К этому моменту почти все собравшиеся косились на посетителей и негромко перешептывались. Бильбо их не замечал, слишком увлеченный тем, как его собеседник из розового медленно становится пунцово-красным и затем насыщенно-пурпурным. Надо заметить, цвета совершенно не сочетались с его расшитым золотом изумрудным одеянием. — Ах ты, маленький паршивец!.. — взревел гном, но его оборвал звонкий голос. — Что здесь происходит? Гном бросил взгляд поверх головы Бильбо и так стремительно побледнел, что Бильбо испугался, как бы здоровяк не грохнулся в обморок. — Госпожа Суна! Обернувшись, Бильбо увидел новоприбывшую, скользившую через притихшую залу. На незнакомке было темно-красное платье, туго перехваченное широким серебряным поясом и усыпанное рубинами. Бильбо нашел ее очаровательной — как и почти каждую девушку любой расы — несмотря на густую бороду. Золотистые волосы кольцами лежали на затылке и спадали на спину пеленой утреннего света. На нежном лице выделялись большие карие глаза, окруженные пушистыми ресницами. Широкая челюсть и округлые бедра завершали образ классической гномьей красавицы. От внимания Бильбо не укрылось, что при ее появлении остальные гномы замерли как кролики при виде волчицы. Гнаминна скользнула по Бильбо взглядом, затем повернулась к гному и заговорила на Кхуздуле. К своему удивлению, он узнал певучие гласные и легкий акцент, присущие Синим Горам. В ответ напыщенный гном ткнул в Бильбо пальцем и что-то затараторил, добавив незнакомый жест. Когда он закончил, гнаминна вновь обратила темные глаза на полурослика. — Приветствую вас, — обратилась она на чистом всеобщем. — Я Суна, дочь Сунвы. Делами чужеземцев здесь ведаю я. Скажите, что привело хоббита в наш славный город? — Я пришел получить временное свидетельство о проживании, чтобы подыскать работу на время пребывания в Эреборе, — ответил Бильбо, подобравшись и выпрямив спину. Робость не делает никого краше в глазах гномов; тем более гномов с Синих Гор. Изящно подведенная бровь чуть приподнялась: — Вот как. Ваше ремесло? — Целитель. Бровь поднялась выше. — В самом деле? Кто вас обучал? — У меня было много учителей, — честно ответил он. — Среди них были и хоббиты, и люди, и эльфы, и гномы — я учился при любой возможности. Помимо приподнятой брови, ее лицо оставалось непроницаемо. Не сводя глаз с Бильбо, она снова заговорила на Кхуздуле. Он понятия не имел, о чем шла речь, но напыщенный гном приоткрыл рот, покрылся некрасивыми пятнами и почти заскулил в ответ. Гнаминна оторвала взгляд от Бильбо и уставилась на гнома. Что бы ни было написано на ее лице, гном захлопнул челюсти с громким щелчком. Когда напыщенный гном смолк, гнаминна коротко кивнула Бильбо. — Твое прошение принято. Мотар поможет тебе с договором и свидетельством. Желаю вам всего наилучшего, можете оставаться в Эреборе, сколько вам будет угодно. Повернувшись в вихре алого шелка и золотых кудрей, прекрасная гнаминна покинула залу в гробовой тишине. Бильбо ошеломленно уставился ей вслед вместе с подошедшим Ори. Остальные гномы бросали на их компанию удивленные взгляды и возбужденно шептались, поглядывая вслед удалившейся гнаминне. Хоббита не покидало ощущение, что он упустил что-то важное. — Что произошло? — спросил он у Ори, когда напыщенный гном — Мотар — удалился к выбитым в стенах полкам, заваленным свитками. Бильбо оставалось надеяться, что среди них не припрятан нож. — Это была леди Суна, жена лорда Глоина, близкая родственница короля, — тихо шепнул Ори. — Она заведует всеми делами, связанными с чужеземцами. — Вот оно что… Так она тут важная персона? — Давай-ка подумаем: принадлежит к роду Дурина, управляет одним из важнейших внутренних Ведомств, — Ори изобразил глубокую задумчивость, — ну, да, самую малость. Бильбо тяжело вздохнул. — Так и знал.

***

— Это у вас в порядке вещей? — поинтересовался Бильбо, закончив с бумагами и получив тяжелую мраморную пластину с выгравированной руной и шелковой серой кисточкой, продетой в специальное отверстие. По весу полученное свидетельство не уступало мечу и в драке вполне могло бы сослужить не меньшую службу. Даже большую, если правильно применить. — О чем ты? Бильбо махнул рукой на здание, из которого они только что вышли. — Ну, то, что всем управляет женщина. Впервые вижу, чтобы гнаминна занимала столь высокий пост. У вас это обычное дело? В Синих Горах совсем не так. Ори задумчиво поджал губы. — Вообще-то, по закону гномы имеют равные права вне зависимости от пола. Гнаминны могут занимать высокие посты, возглавлять род и даже вступать в армию. — Чувствую, сейчас будет «но». Ори вздохнул. — Но такое редко случается. Обычно гнаминны занимаются домом, детьми и каким-нибудь ремеслом. Видишь ли, девочки рождаются гораздо реже, потому их всячески защищают и берегут. Их стараются держать подальше от опасных занятий вроде работы в шахтах и всячески поощряют рукодельные специальности, к примеру, ювелирное или швейное мастерство. Родственники рьяно оберегают юных гнаминн от чужаков, поскольку похищение отчаявшимся поклонником — далеко не редкость. Большинство устраивает такое положение вещей, для них воспитание детей, забота о хозяйстве и ремесло — дань уважения давно сложившимся традициям. — То есть леди Суна — исключение, — подытожил Бильбо. — Наверное, ее назначение на пост вызвало бурю возмущений? В смысле… конечно, по закону все хорошо, но традиции велят… — Кое-какое недовольство было, но куда меньшее, чем если бы на ее месте оказалась другая, — признал юный ученый, энергично кивнув, так что косички подпрыгнули. — Все же она принадлежит к королевской семье и по праву обладает большой властью. Также ее активно поддерживает принцесса Дис, младшая сестра короля и мать наследного принца — кстати, вот тебе еще один пример гнаминны с огромным влиянием. — Не знал, что у вашего короля есть сестра, — признал Бильбо. — К слову, я и о наличии наследника не знал. — Фили, сын Вилина, — просветил его Ори, снисходительно улыбнувшись. — Какой же поднялся шум, когда его нарекли несколько лет назад. До того момента все думали, что наследным принцем станет Фрерин, младший брат короля. Никто и подумать не мог, что тот отречется в пользу племянников. Особенно учитывая, что их отец из простого народа. — Почему же король выбрал Фили, а не Фрерина? С Фрерином что-то не так? — поинтересовался Бильбо. Ори протестующе помотал головой, округлив зеленые глаза: — Нет, что ты! Он замечательный! Принц Фрерин — отважный и благородный, все его любят. Даже эльфы Лихолесья прониклись к нему симпатией, а им это от природы не свойственно! Бильбо согласно фыркнул. Ему не понаслышке было известно, как сложно заслужить у них хоть каплю приязни. Иногда ему казалось, что они даже друг друга не выносят. — Тогда почему король не выбрал его? Боится, что популярность наследника поставит его самого в опасное положение? — Сомневаюсь. Насколько мне известно, эти двое весьма близки, — пожал плечами юный гном. — Доподлинно не известно, почему король выбрал Фили, но принц Фрерин полностью поддержал это решение. Ни для кого не секрет, что он обожает племяников. — Похоже, он порядочный гном, — отметил Бильбо, по широкой дуге огибая стражников, болтавших на ходу и невозмутимо помахивавших молотами. — Так и есть, — решительно подтвердил Ори. — Что ж, свидетельство у тебя, теперь ты можешь получить работу. Куда бы ты хотел устроиться? — В лечебницу? — предположил Бильбо. Будущий исследователь закатил глаза: — Это понятно. Но где? На каждом уровне своя лечебница, но чужеземцев берут только на Четвертом уровне и ниже. Бильбо замычал, прикидывая варианты. — Где лучше всего платят? Гном задумчиво пожевал язык. — Точно не знаю, но лечебница в Янтарном квартале считается лучшей в городе. Начнем с нее? Бильбо повел плечом: — Почему бы и нет. Не то чтобы у меня много вариантов.

***

Янтарный квартал полностью оправдывал своё название и казался отлитым из жидкого пламени. Материал мостовой напоминал медь, дома переливались от белого и желтого до оранжевого и золотого. Яркие радостные цвета напоминали о солнечном свете, и потому Бильбо сразу решил, что отныне это его любимый квартал. Пусть он уже пообвыкся с жизнью под землей, но все же оставался хоббитом, а хоббиты всегда тянулись к свету. Никакие чудеса архитектуры не заменят теплых солнечных лучей. Лечебница располагалась у самой черты, разделяющей соседние кварталы. Просторное приземистое здание с множеством высоких окон было выполнено из шершавого белого камня, над распахнутыми дверями виднелись крупные символы на языке гномов. Лечебница обходилась без стражи, внутри оживленно сновали врачеватели и пациенты. Гном, встречавший посетителей, услужливо подсказал, где искать главного целителя. Тот занимался накладыванием повязки на запястье унылого паренька, сидевшего на кушетке. — Чего тебе? — спросил почтенный гном на всеобщем наречии, не отрываясь от своего занятия. Ори прочистил горло и заговорил на Кхуздуле. Бильбо в это время с любопытством рассматривал врачевателя. Как и полагалось его народу, он был приземист и широк в плечах, обладал крупным носом и тяжелым лбом. Но, в отличие от остальных, седые волосы торчали в полном беспорядке, лишь борода была собрана в две небрежные полукруглые косы, лежавшие на груди. Когда Ори смолк, лекарь как раз закончил с пациентом и повернулся к ним. — Итак, ты хочешь здесь работать? — светло-голубые глаза под широкими бровями вперились в полурослика. Бильбо кивнув, вздернув подбородок: — Да, это так. Меня зовут Бильбо Бэггинс, и я хотел бы работать в вашей лечебнице. Гном сощурился, обвел его внимательным взглядом, хмыкнул. — Какая мне польза от такой малявки? Что можешь сделать ты, чего мои лекари не сделают лучше? — Не знаю, — честно ответил он. — Мне не известно, чему обучались ваши лекари и с чем им приходилось сталкиваться. Могу лишь заверить вас, что в своих знаниях и умениях я не сомневаюсь и, если вы предоставите мне шанс, с радостью покажу, на что способен. Тогда вы сами составите мнение, будет от меня польза или нет. Кустистые брови скрылись под волосами. Кажется, его речь произвела некоторое впечатление, но Бильбо не мог утверждать наверняка. Пока гном молча на него глядел, Бильбо храбро смотрел в ответ, выпрямив спину. Бледное лицо старого лекаря испещряли морщины и родимые пятна, а по щекам и скулам виднелась россыпь веснушек. Назвать его красивым не повернулся бы язык, но какое-то своеобразное очарование все равно присутствовало. В чертах чувствовалась живость и смешливость, такое лицо говорило о доброй душе, и хоббит слегка расслабился. Наконец, гном пришел к какому-то решению. — Что ж, хорошо. Я дам тебе три поручения. Выполнишь — и я тебя возьму. Провалишь хоть одно — дверь найдешь сам. Договорились? Бильбо кивнул: — Согласен. Каково первое поручение? — Недавно в одной из шахт произошло обрушение, многие пострадали и еще не до конца оправились. Спустись к шахтерам и проверь, не нужна ли кому помощь, — распорядился целитель, сложив руки на груди. Бильбо моргнул и бросил вопросительный взгляд на Ори, который только беспомощно пожал плечами. — Как скажете. Где мне найти этих шахтеров? — Спроси в Медном квартале. Большинство живет там, — посоветовал гном. Бильбо нервно кивнул, стараясь скрыть недовольство очевидным недостатком информации. — Хорошо. Что-то еще? — Да, пожалуй, — усмехнулся лекарь. — Мое имя Оин, сын Гроина. Постарайся не забыть.