Долгая дорога домой (The Long Road Home)

Бильбо решил поделиться новостью о приглашении во дворец только с Дори. Отчасти потому, что не хотел понапрасну волновать друзей, но в основном из-за опасений, что Нори сведет его с ума просьбами «позаимствовать» парочку дорогих вещей из дворца. Дори отреагировал лишь приподнятой бровью, говорившей красноречивее любых слов. — Прошу, давай не сейчас, — предупредительно произнес Бильбо, сняв куртку и повесив на крючок у двери. — Я и так весь извелся. Он подошел к столу и сел напротив Дори. Затем уронил голову на стол и пару раз стукнулся лбом о столешницу в тщетной надежде, что это поможет образумиться. Бровь Дори взлетела еще выше. — У тебя есть хоть что-нибудь подходящее для обеда с королем? — осведомился он, не отрываясь от вязания. Бильбо фыркнул и поднял голову, положив подбородок на стол. — А ты как думаешь? — Ты не захочешь знать, что я думаю. Это ранит твои чувства, — сухо ответил гном. — Полагаю, ты мог бы одолжить что-нибудь у Ори. Вы примерно одного роста. — Мне все равно, как я выгляжу, — буркнул Бильбо, наблюдая, как умелые руки Дори ловко управляются со спицами. — Я не стыжусь своей бедности. Но я знаю, как поведут себя эти надутые индюки. Печально, насколько предсказуемы они бывают, независимо от народа. — Снобизм не имеет границ, — согласился гном, кивнув. — Как и глупость. Бильбо проигнорировал колкость. — Я, в основном, иду ради еды, — заметил он. — Никогда не стоит отказываться от бесплатного угощения. Дори хмыкнул и, не отрываясь от работы, взглянул на него. — Кстати, о еде, — произнес он, — ты все еще прячешь остатки в карманах? Бильбо поморщился. Он надеялся, что никто этого не заметил. — Прости, — пробормотал он, — Дурацкая привычка. — Я не ругаю тебя, — успокоил его гном и качнул головой, отчего косы негромко зазвенели. — Я просто хочу, чтобы ты знал, что с нами тебе не нужно бояться голода. — Спасибо, Дори, — искренне поблагодарил Бильбо, чувствуя, как грудь заполняет тепло. Что он сделал в прошлой жизни, чтобы заслужить такого друга? — Не за что, — ровным голосом ответил гном, и на губах мелькнула легкая улыбка. — Кто еще приглашен? — Торин и его семья, я полагаю. Лорд Даин и леди Хафса тоже, — ответил Бильбо. Он попытался вспомнить, упоминал ли Фили кого-нибудь еще, но не смог. — Больше никого не могу вспомнить. — То есть все сливки Эребора, — резюмировал Дори, возвращаясь к своей работе. — Должно быть, весьма занимательное зрелище. Бильбо не мог решить, хорошо это или плохо. — Думаю, твой отец тоже будет там. Дори спокойно кивнул. — Весьма вероятно. Передавай ему привет. Бильбо удивленно поднял брови. — Серьезно? — Да, — Дори поджал губы, зеленые глаза стали неподвижными, словно гладь озера. — Я… подумал над твоими словами и решил… что, возможно, не будет… так уж плохо пообщаться с ним. При условии, что он поймет: я давно не ребенок и не нуждаюсь в назидательном отцовском покровительстве. — Уверен, он согласится на все, что ты предложишь, — заметил Бильбо, с трудом сдержав радостную улыбку. — А как насчет его сыновей? — Что насчет них? Бильбо закатил глаза так сильно, что едва не заработал головную боль. — Дори, ну же, — произнес он, выпрямившись и уперев локти в стол. — Я видел, как ты относился к Двалину, когда он гостил у нас. Ты уже считаешь его младшим братом. — Возможно, — губы Дори сжались так плотно, что грозили исчезнуть совсем. — Но это не значит, что они отнесутся ко мне так же, когда узнают. — Не узнаешь, пока не дашь им ша-а-а-анс, — парировал Бильбо, пропев последнее слово. Дори оторвался от работы и предупредительно глянул на хоббита. — Бильбо, хватит. Я дам Фундину шанс. Давай пока остановимся на этом? Хоббит примирительно поднял руки. — Ладно-ладно, молчу. Итак, будут советы, как вести себя с этими выскочками? — Только один: не доверяй никому, кто не носит имя Дурина. Удивительно практичный совет. — Почему? — Потому что они, скорее всего, попытаются использовать тебя в той или иной интриге, — просто объяснил гном, закрепив нить и отложив вязание. — Вполне вероятно. А что мешает потомкам Дурина? Дори глубоко вздохнул и посмотрел на Бильбо, как на последнего кретина. — Бильбо, король Торин к тебе благоволит, и вся его семья это знает. Это значит, что они примут тебя и будут тебе доверять. Как только остальные аристократы это увидят, они устремятся к тебе, чтобы подобраться к королевской семье и самому королю. Теперь понимаешь? — К сожалению, — признал Бильбо, скривившись от мысли, что придется тратить время на эти глупости. — Как же это утомительно. Ненавижу эти игры, где у всех по два лица и скрытые мотивы. Эльфы вообще по-другому не умеют, матушку это до белого каления доводило. — Некоторым нравится, — произнес Дори таким тоном, каким говорят о буйных и скандальных соседях. — Им нравится чувство превосходства, когда удается перехитрить остальных и стравить их между собой. — Ну, а у меня есть занятия поинтереснее, — заявил Бильбо, перебирая варианты в уме, но тут его отвлекла другая мысль. — Как считаешь, может, это следствие богатства? Когда не нужно беспокоиться о еде или крыше над головой, появляется куча свободного времени, вот и тратят его на всякую ерунду. — Вполне возможно, — согласился Дори с таким видом, будто его совершенно не волнуют подобные проблемы. — Наверное, когда тебя обслуживают, со временем становится скучно. — А ведь это и правда грустно, если подумать. Представь, тебе настолько скучно, что ты тратишь время на то, чтобы вредить тем, кто тебе хоть немного не нравится. — И правда, жалкая жизнь, — пробормотал Дори, свернув готовый темно-красный шарф. — К сожалению, тебе придется научиться этим премудростям, если хочешь проводить больше времени с королем и его семьей. Бильбо представил, как станет проводить время в обществе высокомерных гномов с фальшивыми улыбками, и почувствовал, как вскипает кровь. — Дори, кажется, я совершил ужасную ошибку. Дори посмотрел на Бильбо с бесконечным сочувствием и снисхождением. — Ты только сейчас это понял?

***

Следующий день настал слишком быстро, как показалось Бильбо, и вскоре он уже ждал Двалина у дверей лечебницы. Дори сдержал слово и раздобыл для него старую праздничную одежду Ори — белую тунику с коричневыми узорами на рукавах и подоле. На худощавой фигуре Бильбо она сидела мешковато, и ему пришлось дважды обвязать пояс, чтобы туника не болталась, но в целом жаловаться было не на что. Ведь у него и в помине не было ничего столь же красивого и чистого. Двалин, как и обещал, подошел как раз перед полуднем — одетый в парадный доспех капитана королевской стражи, от которого шарахались прохожие. В кои-то веки Бильбо порадовался, что они живут в горе; окажись они под открытым солнцем, сверкающие доспехи Двалина представляли бы серьезную опасность для зрения. — Сегодня без платья? — приветствовал хоббит, поднявшись со ступеньки лестницы. — Приберегу его для вечеринки поважнее, — парировал Двалин, окинув хоббита взглядом. — Ты сегодня на удивление чистый. Обычно тебя можно унюхать с другой части квартала. — Всегда рад угодить, — ответил Бильбо и подошел к гному. Двалин усмехнулся. — Тогда пойдем. Обед скоро начнется, и если зазеваемся - хорошего вина нам не достанется. Путь наверх прошел в тишине. Двалин провел Бильбо в незнакомую часть дворца. Они остановились перед массивными дверьми из камня нежно-персикового цвета с золотыми ручками. По обе стороны стояли, вытянувшись по струнке, два стражника; увидев Двалина, они отсалютовали и распахнули двери. Прежде чем войти, Двалин протянул Бильбо руку. Хоббит удивленно посмотрел на нее, затем на гнома. — Что это ты задумал? — Сопроводить тебя, — медленно проговорил Двалин, глядя на Бильбо как на деревенского дурачка. — Зачем? — сморщил нос Бильбо. — Ну… так принято, — пожал плечами один из стражников. Бильбо отнесся к этому скептически, но все же взял Двалина под локоть. Вместе они вошли в ярко освещенный зал, отделанный каким-то незнакомым белым камнем с серебристыми прожилками. Как и все во дворце, зал сверкал роскошью — от мебели с витиеватыми вензелями до восковых истуканов. При виде подобной безвкусицы у Бильбо зачесалось в носу, но он решил не подвергать сомнению художественные предпочтения гномов. Вместо этого он сосредоточил внимание на цели, ради которой, собственно, и пришел. — А где еда? — прошептал он своему провожатому, пытаясь заглянуть за спину слуги в изумрудно-зеленой ливрее. — В соседней зале, — ответил Двалин, сочувственно похлопав его по руке. — Сначала нужно пообщаться с гостями. Еще одна традиция. — Бессмысленная традиция, — пробурчал Бильбо. — Кажется, я вижу Торина, — заметил Двалин, не обратив внимания на его слова. — Пойдем, поздороваемся. У Бильбо не оставалось выбора, и Двалин повлек его к Королю-Под-Горой. Торин был облачен в великолепные сине-золотые одежды, а его густые волосы были заплетены в косы столь искусно, что Дори пришел бы в восторг. На голове у короля красовалась массивная золотая корона, от одного вида которой у Бильбо задергался глаз. Он старался даже не думать о том, сколько семей можно было бы прокормить за счет этой короны. Когда они подошли поближе, Двалин негромко прочистил горло, привлекая внимание Торина, и тот поспешно отпустил собеседника-вельможу. Повернувшись к Двалину, король сменил серьезное выражение лица на удивленное. — Бильбо! Что ты здесь делаешь? — воскликнул он, направляясь к ним. — Я тоже рад тебя видеть, Торин, — сухо отозвался Бильбо, пока Двалин рядом с ним хихикал в кулак. Торин поморщился и виновато улыбнулся. — Прошу прощения. Просто я несколько удивлен, — пояснил он, бросив на Двалина осуждающий взгляд. — Никто не говорил, что ты присоединишься к нам. Стражник поднял руку, опережая обвинения. — Эй, я не при чем. Это Фили его пригласил. Торин нахмурился. — Фили? С чего бы это? — Потому что общество господина Бэггинса привносит радость в мои серые дни, — ответил виновник переполоха, приближавшийся с братом на хвосте. Фили был одет в синий и серебро, волосы вернули свой естественный светлый оттенок и были заплетены в такие же замысловатые косы, как у Торина. Принц Кили, явно демонстрируя бунтарский дух, оставил волосы распущенными, и они обрамляли его лицо плотным занавесом. Его зелено-золотые одежды были столь же роскошны, как у брата, но вот украшений он носил куда меньше. Бильбо коротко поклонился обоим принцам. — Приветствую, Фили. Принц Кили. Рад снова видеть вас. Кили нахмурился и посмотрел сначала на брата, потом на Бильбо. — Почему это ему можно называть тебя по имени? — спросил он Фили, ткнув в плечо. — Я тоже хочу называть господина Боггинса по имени! — Нос не дорос, — усмехнулся Фили. — Можете называть меня по имени, Ваше Высочество, — поспешил вмешаться Бильбо, пока дело не приняло серьезный оборот. Лицо младшего принца просияло. — А ты можешь звать меня Кили! — прощебетал он. — Я так рад, что ты пришел! Честно говоря, я был почти уверен, что Фили врет. Фили странно на него посмотрел. — С чего бы мне врать? — Чтобы поразвлечься, глядя, как твой брат сходит с ума, — сухо ответил Торин, скрестив руки на груди. — Все знали, кроме меня? — Уверен, мой отец понятия не имеет, — некстати вставил Двалин. Торин лишь покачал головой и перевел взгляд на племянников. — Мальчики, найдите, пожалуйста, своих родителей, — вежливо распорядился он, кивнув в сторону другой двери. — Леди Хафса со свитой скоро прибудут. Оба брата закатили глаза, но послушно последовали приказу дяди. Когда они ушли, Торин повернулся к Двалину и кивнул на его локоть, за который все еще цеплялся Бильбо. — Я сам провожу Бильбо, Двалин. А ты ступай… покрутись вокруг двоюродной бабушки Олувы. И проследи, чтобы она не слишком донимала слуг. Двалин кивнул и отпустил хоббита, оглядев зал. — Будет сделано. Нужно найти вино… —Ей нельзя вино, — невозмутимо сказал Торин. — Это мне понадобится вино, чтобы пережить этот день, — парировал стражник, задрав нос, и зашагал прочь. — Ну и ладно, бесполезный ты гном, — пробормотал Торин, покачав головой. Он снова посмотрел на Бильбо и протянул руку. — Пойдем? Бильбо кивнул и медленно взял Торина под руку. Почему-то с Торином это было… совсем не то, что с Двалином. Не то чтобы плохо, просто… странно. Бильбо чувствовал каждую мелочь — от скольжения шелкового рукава до твердости и силы руки под своей ладонью. Он даже ощущал запах Торина — сандал и железо, самое странное сочетание, какое только можно себе представить. «Что, ради всего святого, со мной творится? — думал Бильбо, качая головой. — Это всего лишь Торин. Бильбо Бэггинс, возьми себя в руки!» — Ты сегодня прекрасно выглядишь, — заметил гном, повергнув Бильбо в еще большее смятение. — Не знал, что ты носишь наши одежды. — Вообще-то, это не совсем мое, — пояснил Бильбо. — Мне друг одолжил. Он настаивал, что следует прилично одеться по такому случаю. — У тебя такой тон, словно он склонял тебя к распутству. — Не понимаю, зачем притворяться тем, кем не являешься. Торин фыркнул и легонько потянул Бильбо за один из непослушных локонов. — Не волнуйся, твою натуру сложно скрыть. Бильбо притворно заворчал и отмахнулся, хотя по телу разлилось приятное тепло. Да, ему было неважно, как он выглядит, но он не мог отрицать, что комплимент Торина пришелся ему по душе. — Молчи уж! — поддразнил он гнома. — Ты последний, кому стоит бросаться камнями в чужие огороды, это с твоими-то волосами. Торин непринужденно усмехнулся и отбросил назад несколько кос. — Я рад, что ты здесь, Бильбо. С тобой это скучное мероприятие станет куда веселее, — произнес он, улыбнувшись хоббиту. Бильбо медленно поднял брови. — Не знаю, как именно, но постараюсь не разочаровать. — Просто будь собой, — посоветовал гном. — А теперь пойдем, пора познакомиться с остальными членами моей семьи. «А это обязательно?» — пробормотал Бильбо себе под нос, но позволил Торину отвести себя к пожилому гному в темно-серой одежде. У того были длинные седые волосы, собранные на затылке, и знакомый изгиб носа, который теперь повсюду преследовал Бильбо. — Доброго вечера, лорд Фундин, — поприветствовал он гнома раньше, чем Торин успел открыть рот. Бильбо коротко поклонился отцу Дори. — Господин хоббит, — ответил лорд Фундин, подняв бокал в приветствии. — Вот мы и снова встретились. — Приятно, что на этот раз без цепей. Лорд Фундин хмыкнул, отпив вина. — Поверьте, мне тоже так гораздо комфортнее. Торин так глубоко вздохнул, что Бильбо услышал, как у гнома загудело в груди. — Даже знать не хочу, о чем вы говорите, — заявил он, глядя то на одного, то на другого с таким видом, словно ответ ему и правда не нужен. — О пустяках, сынок, — успокоил его лорд Фундин, подмигнув. — Не стоит беспокойства. Бильбо кивнул и похлопал Торина по руке. — Просто у нас с лордом Фундином есть общий знакомый. Кстати, он передает вам привет. Лорд Фундин замер. — В самом деле? — Да, — Бильбо посмотрел на старого гнома, вглядываясь в утомленное лицо со знакомыми морщинками, и почувствовал прилив сострадания. — Он говорит, что, хорошо все обдумав, не отказался бы от еще одной встречи. Только на этот раз без нравоучений. — Я… приму это к сведению, — медленно проговорил лорд Фундин, закрыв глаза и глубоко вздохнув. Когда он снова открыл их, в них зародился какой-то далекий, робкий свет. — Благодарю вас, господин хоббит, — искренне произнес он, пристально глядя на Бильбо, а затем перевел взгляд на короля. — Торин, мне кажется, я вижу твою обожаемую тетушку. Почему бы тебе не представить ей нашего юного друга, пока не прибыли остальные гости? Торин нахмурился, но кивнул. — Пожалуй, сейчас самое время. Пойдем, Бильбо. — Мы еще поговорим позже, господин Бэггинс, — пообещал лорд Фундин, одарив его таинственной улыбкой, прежде чем Торин увлек Бильбо прочь. — И что это было? — понизив голос, осведомился Торин, когда они отошли достаточно далеко от лорда Фундина. Тот решительно мотнул головой: — Прости, но это касается кое-кого еще, так что ничего не могу сказать. — Понятно, — вздохнул Торин. В этот момент перед ними возникла пожилая гнаминна в оливково-зелёном платье с отделкой из белого меха и россыпью изумрудов. В седых волосах ещё виднелся рыжеватый оттенок, тонкие косы перехватывали серебряные цепочки с аметистами. Когда она подняла взгляд, хоббит обнаружил в ее лице знакомые черты, хоть и чуть приглушенные родинками и орехового цвета глазами под тяжелыми веками. — Тётушка Абрия, — произнёс Торин с натянутой улыбкой. — Позвольте представить вам моего хорошего друга. Это… — Бильбо Бэггинс, — перебила его гнаминна, отточенным движением раскрыв белый кружевной веер. Она принялась обмахиваться, оглядел хоббита с ног до головы. — Право же, Торин, неужели ты думаешь, я не знаю, кто это? Он единственный хоббит в королевстве. — Прошу прощения, — ответил Торин. — Не знал, что вы о нем наслышаны. — Я стара, мальчик, а не глупа, — протянула леди Абрия. Она приветственно кивнула Бильбо, но не более. — Рада наконец познакомиться, господин Бэггинс. Я леди Абрия, дочь Турита. Полагаю, вы знакомы с моими сыновьями, Оином и Глоином? Бильбо вдруг понял, почему её лицо показалось таким знакомым. — Д-да, госпожа, — пролепетал он, кланяясь. — Я очень хорошо знаю Оина и не раз встречался и с лордом Глоином, и с леди Суной. Лицо леди Абрии скривилось. — Ах, да. Жестянка-вертихвостка. Торин недовольно поджал губы. — Тётушка Абрия, прошу вас, перестаньте её так называть. Она ваша невестка. — И как это меняет её происхождение? — с ядовитой сладостью в голосе спросила леди Абрия, резким движением захлопнув веер. — Или то, кем она была? — Она всего лишь пела песни на улицах, — напомнил ей племянник. — Да и какое это всё имеет значение? Она подарила вам внука, которым можно гордиться. Чего ещё вы от неё хотите? — Развод был бы весьма кстати, — фыркнула леди Абрия. Торин нахмурился, на что гнаминна, дотянувшись, стукнула его веером по носу. — Ох, перестань хмуриться, не то лицо таким и останется. Право слово, как ты с такой миной рассчитываешь найти себе супругу? Торин ничего не ответил, но, судя по виду, принял твердое решение умереть в одиночестве. — Госпожа, кажется, вас искал лорд Фундин, — пришел на помощь Бильбо. — Мы только что встретили его в той стороне. — Искал? Хмф. И чего этому старому дураку опять понадобилось? — проворчала она и, не говоря больше ни слова, направилась прочь, тяжело ступая. Бильбо в смятении проводил ее глазами. — Вот поэтому Оин такой, — ответил Торин, почесав кончик носа. — Теперь понятно, почему он избегает подобных сборищ. — Это ради всеобщего благополучия, — признался король. — Они с тетушкой Арией слишком похожи и не могут ужиться в узком пространстве. — Удивительно, что лорд Глоин не стал таким же. — Поверь, у него свои сложности, — пробормотал гном, на мгновение нахмурившись, но тут же вернул лицу невозмутимое выражение. — Но довольно о них. Пойдём, познакомлю тебя с одним из почётных гостей — моим кузеном Даином. Бильбо проследовал за Торином к гному, стоявшему перед огромной картиной, изображавшей какого-то великана в кузнице. Гном —должно быть, это и был лорд Даин — был одного роста с Торином и мог похвастаться такими же широкими плечами. Талия у него, однако, была чуть стройнее, а бёдра и ноги — толще, чем у кузена. Лицо было округлым, с высокими скулами, широким лбом и резко очерченными, раскосыми бровями. Его кроваво-рыжие волосы были кудрявее, чем у гномов Эребора, и заплетены иначе, со множеством вплетённых бусин. Даже кожа его была на несколько тонов темнее, чем привык видеть Бильбо. Но глаза — хищные, как у принцессы Дис, — были точно такого же голубого оттенка, как у Торина и остальных потомков Дурина. — Даин, — позвал Торин, привлекая его внимание. — Хочу представить тебе нашего нового друга — господина Бильбо Бэггинса. Лорд Даин медленно поднял брови. — С каких это пор у тебя появились друзья? — спросил он; Бильбо уже слышал такой акцент в Эреборе, но тогда не смог определить. Похоже, это говор с Железных Холмов. — Примерно с тех же, что у тебя - чувство юмора, — парировал Торин, губы его растянулись в усмешке. Он повернулся к Бильбо и широким жестом указал на рыжеволосого гнома. — Бильбо, познакомься, это мой кузен, лорд Даин из Железных Холмов. Бильбо склонил голову в знак приветствия. — Приятно познакомиться, лорд Даин. — Взаимно, господин Бэггинс, — ответил гном, тоже кивнув. — Много лет прошло с тех пор, как я видел хоббита. Ваш народ обычно не забирается так далеко на восток. — Верно. Мы предпочитаем оставаться ближе к родным землям, — признал он, нервно пошевелив пальцами ног. — Бильбо прибыл сюда ради благого дела, — добавил Торин, бросив на кузена взгляд, который Бильбо не смог расшифровать. — Думаю, тебе будет интересно о нем услышать. — Не сомневаюсь, — заметил лорд Даин, хотя вид у него был какой угодно, только не заинтересованный. — Однако этому придётся подождать… — Даин! Троица разом обернулась на внезапный окрик и увидела принца Фрерина, стоявшего в дверях. Он был одет в светло-голубые с золотом одежды и, подобно Кили, распустил волосы, золотыми локонами спадавшие по плечам. Он окинул взглядом комнату и, заметив искомого гнома, просиял, словно восходящее солнце. — Наконец-то ты здесь! — воскликнул принц Фрерин, торопливо направившись к ним. — Я ждал столько недель! — Фрерин, — приветствовал лорд Даин и искренняя улыбка тронула его губы. Что-то в лице гнома расслабилось и посветлело. В нем проступил благоговейный восторг и умиление. — Прости, что не смог прийти раньше. Я был очень занят работой, — проговорил принц Фрерин, обвив руками шею лорда Даина и сжав с силой, какой позавидовал бы и медведь. — Как же давно мы не виделись, кузен! Лорд Даин ничего не ответил. Вместо этого он крепко обхватил принца за талию и мягко придержал его за затылок. Затем он наклонился и уткнулся лицом в волосы принца Фрерина, перебирая упругие кудри пальцами. Это ничуть не походило на те объятия, которыми Бильбо обменивался со своими кузенами. На самом деле, это больше напомнило встречу супругов после долгой разлуки. — Фрерин, — снова прошептал он низким голосом, и откровенная тоска в его тоне заставила Бильбо вздрогнуть и покраснеть от смущения. Ощутив, будто невольно подсмотрел нечто очень личное, он отвёл взгляд и понял, что не он один заметил реакцию лорда Даина. Лорд Фундин снова пил — вероятно, в надежде заглушить шум, производимый его семьёй. Двалин смотрел в потолок со страдальческим выражением лица. Лорд Глоин оживленно перешёптывался с женой. Леди Абрия откровенно скучала. А вот Торин… Торин, похоже, испытывал глубокую боль. — Даин, — произнёс он, и в его голосе безошибочно прозвучал приказ. Лорд Даин открыл глаза и поверх головы Фрерина посмотрел на старшего кузена. Его голубые глаза были полуприкрыты, и в них таилось нечто… нечто дикое, расчётливое и опасное. Поражённый силой этого взгляда, Бильбо не сразу сообразил, где видел подобные глаза раньше — у леди Галадриэль. Но затем он моргнул, взгляд исчез, и лорд Даин выпустил Фрерина из объятий. Однако он не отпустил его полностью; вместо этого он придержал Фрерина за талию и подтолкнул к ближайшему диванчику. — Идём, присядь со мной и расскажи, как поживал, — сказал он, одарив принца Фрерина очаровательной улыбкой. — Кили поведал мне о большой работе, которую вы проделали. Та еще морока была, как я понял. — Иногда мне кажется, ты забываешь, с кем говоришь, - лукаво отозвался Фрерин, явно довольной собой. Он окинул взглядом комнату, и, когда его голубые глаза остановились на Бильбо, он расплылся в улыбке. — Бильбо! Как замечательно, что ты к нам присоединился! — воскликнул Фрерин, жестом подзывая хоббита. — Иди сюда, садись рядом. Ты уже познакомился с Даином? — Нас представили, — заверил тот, не решаясь занять указанное место и взглянуть в глаза лорду Даину. — Бильбо теперь мой добрый друг и настоящий спаситель, — сообщил принц Фрерин лорду Даину, не замечая острых льдинок, вспыхнувших в глазах кузена. — Он дважды спас Кили, избавился от этого червя Мотвари и вынюхал банду разбойников в Свинцовом квартале. Он великолепен, я просто в восторге! — Поистине изумительные подвиги, — бесстрастно произнёс лорд Даин, впрочем, совершенно не впечатлённый. — Так он теперь твой новый ручной зверек? — Даин, не груби, — сухо бросил Торин. — Да, пожалуйста, обойдёмся без этого, ещё слишком рано для поножовщины, — протянула принцесса Дис, скользившая по залу, словно сонная львица. В одной руке она держала хрустальный кубок с красным вином, в другой — ладонь мужа. Оба были одеты в схожие наряды жёлтого и чёрного цветов, усыпанные таким количеством бриллиантов, что их хватило бы на основание небольшого королевства. Сыновья, семенившие следом, жались друг к другу и негромко переговаривались. — Дис, — приветствовал лорд Даин. — Я уж боялся, что ты не придёшь. Ты же не одобряешь этот «фарс, а не брак», насколько я помню? — Я передумала, когда узнала, кто почтил нас своим присутствием, — ответила принцесса Дис, её алые губы изогнулись в усмешке, способной разрубить железо. — Было бы невежливо проигнорировать нашего особого гостя, не так ли? Все взгляды тут же обратились к Бильбо. Он уставился в ответ, моргая, а потом решил, что спрятаться за массивной фигурой Торина будет самым мудрым решением. Торин окинул родных укоризненным взглядом. — Не втягивайте Бильбо в свои мелкие перепалки, — приказал он, переводя взгляд с сестры на кузена. — Он не имеет к этому никакого отношения. — Торин, я говорил со слугой леди Хафсы. Они прибудут в течение часа, — внезапно произнёс принц Вилин, привлекая всеобщее внимание. Он спокойно посмотрел на короля, затем на Бильбо и добавил: — Возможно, пока мы ждём, ты покажешь господину Бэггинсу галерею? Уверен, ему бы очень хотелось её увидеть. Торин медленно кивнул. — Хорошая мысль. Пойдём, Бильбо. Бильбо охотно последовал за королём. Весь путь до дверей он ощущал пристальный холодный взгляд, отсчитывавший каждый его шаг. Он наконец-то понял, что имел в виду Оин, когда предостерегал держаться подальше от принца Фрерина. «Теперь я знаю, за что Даин стал бы сражаться с Эребором», — мрачно подумал он, с облегчением оставив позади ревнивого лорда и блаженного в своем неведении принца.

***

Галерея, в которую привёл его Торин, напомнила Бильбо скорее мемориал, чем художественную выставку. Она была наполнена изображениями Семи Праотцев и их Создателя. Казалось, их лики были повсюду — вырезанные на стенах, нарисованные на потолках, выгравированные на мраморном полу. По всей комнате расставлены статуи, а в самом центре находился Махал с его огромным молотом и янтарными глазами. Зрелище, безусловно, впечатляющее, но Бильбо чувствовал себя слегка не к месту. — Прошу прощения за поведение Даина, — сказал Торин, как только за спиной сомкнулись тяжелые двери. — Обычно он не такой… колючий. Бильбо повел плечом, изучая выгравированные на полу карты гор. — Ничего страшного. Уверен, у него были на то свои… причины. — Ревность не считается уважительной причиной, — мрачно припечатал Торин, сомкнув руки за спиной и наблюдая за хоббитом. — Но, боюсь, ему всегда было тяжело делить внимание Фрерина с другими. —Давно это у них? — полюбопытствовал Бильбо, окинув взглядом нечто похожее на подземный путь, пронизывавший целую горную цепь. — Мы росли вместе, но Даин и Фрерин всегда уделяли друг другу особое внимание. Бильбо остановился и удивлённо поднял взгляд. — Ты с самого начала все понимал? Торин фыркнул. — Конечно. У меня ведь есть глаза, верно? И даже если бы их не было, это не то чтобы тщательно хранимый секрет. Все знают, что Даин влюблён во Фрерина — кроме, разумеется, самого Фрерина. Хоббит чуть не упал от потрясения. Он, конечно, слышал от Оина, что принц тугодум в делах сердечных, но это выходило на совершенно новый уровень. — Как он может не понимать? Даин вообще-то ведет себя весьма вызывающе и привлекает всеобщее внимание. Одним только взглядом он мог бы расплавить гранит! Торин только развел руками. — Фрерин никогда не умел распознавать подобные вещи. Он полагает, что это всего лишь отголоски детского обожания. Видишь ли, Даин — самый младший, и он всегда смотрел на Фрерина как на божество. Думаю, отчасти все так и осталось. — Ты не думал рассказать брату правду? — Нет, — неожиданно громко заявил Торин, качнув головой так, что корона едва не слетела на землю. — Я бы никогда не стал поощрять отношения между ними. — Почему нет? Я думал, ты любишь Даина, как родного брата, — полюбопытствовал Бильбо, присев на корточки, чтобы рассмотреть изображение Эребора. Из него выходили пять туннелей: два на восток, два на запад и один — на юг. — Я и вправду его люблю, — подтвердил король, и в голосе поубавилось стали. — Он мой любимый родич из Железных Холмов, и если бы не Фили и Кили, он — единственный, кому бы я доверил Эребор. Но брата своего я люблю больше, и именно из любви к нему я хочу держать их порознь. Бильбо закатил глаза, а затем уселся поудобнее на холодном полу. — Извини, но я пока не улавливаю ход твоих мыслей, — сказал он, расправив вокруг себя одеяния и сложив руки на коленях. — Почему ты пытаешься их разлучить? Из-за политики? Традиций? Страха? Торин покачал головой и тоже устроился рядом, прислонившись к одной из статуй. — Их союз и правда создал бы политический хаос, это не главная моя забота, — пояснил он, и синие глаза потемнели, став почти чёрными. — У Даина… есть недуг. Это распространённый недуг, что течёт в крови рода Дурина и поражает разум. Многие великие короли и принцы пострадали от него, включая моего деда в последние годы. Я тоже ему подвержен, и даже наши дальние родичи. Мы зовём это Проклятием Дурина, ибо с него всё и началось. Бильбо подался вперёд, заинтригованный. — Что за недуг? — Это… трудно объяснить, — медленно произнёс гном. — Некоторые назвали бы его безумием, но это слишком простое слово. Я бы сказал — одержимость. Мы сосредотачиваемся на чём-то одном: власти, богатстве, войне, определённом сорте вина - вариантов бесконечное множество — и нас поглощает желание обладать этим безраздельно. Для Дурина Бессмертного это было сохранение наследия. Для моего деда — особый камень, Аркенстон. Для Даина… это Фрерин. — И эта одержимость делает его опасным? — Отчасти. У всех она проявляется по-разному, от лёгкой формы до самой тяжёлой. Даин всегда умел крепко держать её под контролем, но это пока между ним и Фрерином нет настоящих отношений. Если они сблизятся, проклятье может развернуться во всю, — признал Торин, откинув несколько кос за плечо. — Теперь ты понимаешь? — Возможно, — признал хоббит, обхватив руками лодыжки и задумчиво потирая косточки. — Ты хочешь защитить их обоих, но не думаю, что с твоей стороны справедливо принимать решение за брата. Он должен выбрать сам. Торин покачал головой. — Бильбо, принимать решения за других — моя работа, — заметил он с мрачным весельем. — В том числе и за мою семью. — Ты обсуждал это с самим Даином? Может быть, он контролирует себя лучше, чем ты думаешь, — сказал он, глядя на гнома сквозь кудряшки. — Скорее всего, — согласился король, кивнув. — Но я всё равно не стану рисковать безопасностью единственного брата, понадеявшись на удачу. Лучше оставить всё как есть, и пусть Даин женится на леди Хафсе. — Но… он же её не любит, — напомнил целитель, чувствуя укол жалости к гномьему лорду. — Тебе не кажется это трагичным? Жениться на ком-то, кого не любишь? Торин покачал головой, очевидно, не тронутый. Бильбо не слишком удивился. Для короля жертвовать личными интересами было естественно. — Не все браки строятся на любви. Некоторые строятся на дружбе и взаимопонимании, — объяснил он. — Я считаю, что хоть Даин, возможно, никогда и не полюбит леди Хафсу, он, по крайней мере, оценит её помощь в управлении королевством. К тому же, Торину-младшему нужен второй родитель. — Торин-младший? Кто это? — Единственный сын и наследник Даина. Он был рождён… иным путём, — признал Торин, отводя взгляд. «Из камня», — понял Бильбо, но теперь уже был умнее и ничего не сказал. — А как же леди Хафса? Не думаю, что она захочет выйти замуж за того, кто уже влюблён в другого. — Я точно не знаю её личных мыслей на этот счёт, но предполагаю, что она, по крайней мере, смирилась с ситуацией. Иначе зачем бы ей приезжать? — резонно заметил гном. Бильбо не был так уверен. — Может, у неё тоже не было выбора, — пробормотал он. — Полагаю, ты планируешь жениться по любви? - с плохо скрытым ехидством уточнил Торин. — Конечно! — фыркнул хоббит, высоко вскинув подбородок. — Мои родители поженились по любви, и они были самой счастливой парой, которую я знал! Я поступлю так же, если представится возможность. А ты? — Признаться, никогда не видел рядом с собой кого-то. Полагаю, я просто не создан для брака, — невозмутимо ответил Торин. — Кроме того, брак обычно означает детей, а любые мои отпрыски стали бы угрозой для прав Фили на трон, а я никогда не смог бы так с ним поступить. — Ты бы поставил сына сестры выше собственных детей? — Да. Фили и Кили, может, мне не сыновья по рождению, но в некотором смысле я всё равно считаю их своими. Это… трудно объяснить. Они мне дороже жизни. — Тогда советую лучше следить за тем, какой камень используют для строительства их купален, — мягко напомнил Бильбо с лёгкой усмешкой. Торин фыркнул, и этот звук перешёл в тихий смешок. — Отныне буду лично следить за выбором, — поклялся он, поднявшись, и подошел к Бильбо. Он протянул хоббиту руку и сказал: — Вернёмся в зал? Уверен, Фрерин уже сумел успокоить Даина. Бильбо кивнул, взял короля за руку и обнаружил, что его с лёгкостью подняли на ноги. Он попытался высвободиться, но Торин даже не заметил этого, глядя на руку в своей ладони, а затем скользнул пальцами выше, к запястью Бильбо. — В обычной одежде ты выглядел... как-то крупнее, — заметил король, нахмурив брови и глядя в лицо хоббиту. — Правда? Наверное, я просто неудачно причесался, — пошутил он, высвободив руку. Торин склонил голову набок и быстрым взглядом окинул его с ног до головы. — Что ж, — задумчиво кивнул он. — В этом определённо что-то есть.