Ангел-хоронитель

Радиодемон оказывается по-настоящему ценным приобретением. Он хороший убийца и грамотный сотрудник. Он не спорит с приказами Люцифера, не пытается увильнуть от работы, берется за самые сложные задания и никогда их не проваливает. А еще он бесит Адама до зубовного скрежета. Бесит своим профессионализмом, повадками, историей попадания в семью. Но больше всего — внешним видом. Среди одетых в костюмы, аккуратно причесанных членов семьи Морнингстар Аластор выглядит белой (хотя скорее красной) вороной. Несмотря не все придирки Адама, тот не изменяет ни алому плащу в пол, в котором встретил Люцифера на восемнадцатом этаже высотки, ни алым же волосам, ни золотым грилзам. Каждый раз, когда Аластор улыбается Адаму, того передергивает, и от этого Аластор начинает улыбаться еще шире. Люцифер бы с удовольствием наблюдал за их противостоянием все свободное время, но свободного времени у него сейчас нет. После ликвидации группировки Вокса в городе волнения. Амбициозные новички хотят занять освободившееся место, главы семей стремятся сохранить равновесие. У Люцифера, взявшего на себя ответственность за происшествие в многоэтажке, дел невпроворот. Иногда ему даже приходится вставать раньше двенадцати, а после подобного он весь день чувствует себя злым и разбитым. Сегодняшнее утро именно такое. Люцифер спускается в столовую аж в девять тридцать утра. На столе — накрытый железной полусферой завтрак, за столом — Аластор с чашкой чёрного кофе в руках. Люцифер внутренне вздрагивает. Подсознательно он ждёт, что, оставшись с ним наедине, Аластор продолжит свои странные подкаты, и готовится жестко их пресекать. На деле Аластор едва поднимает на Люцифера глаза. Куда сильнее его интересует какая-то эксель-таблица в телефоне. А вот самому Люциферу никто разглядывать Аластора не запрещает. Он скользит взглядом по темным кончикам красных волос, по длинной шее, прячущейся в застегнутой на все пуговицы рубашке, по губам, тонким, но красивой формы. Аластор привлекателен. Красив опасной красотой дикого зверя, за которым приятно наблюдать, но лучше даже пальцем не касаться. Люцифер давно не засматривался на мужчин. То, что за ним ухаживает кто-то настолько симпатичный, довольно приятно. Хотя ухаживает ли? Завтрак проходит в молчании. Аластор допивает кофе, забирает с собой чашку, чтобы отнести её Ниффти на кухню. — Босс, — кивает он, перед тем как выйти из комнаты. Сам не понимая почему, Люцифер ощущает разочарование. Его неожиданно задевает, что так уверенно заявлявший о своём влечении Аластор потерял к нему всякий интерес, получив работу. От мысли, что при помощи флирта тот просто набивал себе цену, Люциферу почему-то становится неприятно. *** Ночью Люцифер опять не может заснуть. Утренняя встреча с Аластором никак не идет у него из головы. Люцифер ненавидит чего-то не понимать, а Аластора он не понимает. Хочется разобрать его на детали, как сломанный механизм, и заглянуть внутрь. Узнать, что творится в этой голове, прочитать мысли. Выяснить, наконец, почему тот так пытался привлечь внимание Люцифера, а, оказавшись с ним в одном доме, делает вид, что его не существует. Люцифер злится. Кажется, даже Адам волнует Аластора сильнее. Тот все время стремится оказаться рядом, ходит хвостом, всячески достает. Так же, как когда-то Лилит, Аластор сделал вид, будто увлечен Люцифером, но быстро переключился на кого-то другого. Словно ответом на его мысли о себе, жена врывается в сознание Люцифера криком. Громким, испуганным и очень-очень злым. Люцифер подскакивает на ноги и бежит в ее спальню. Даже несмотря на проблемы в отношениях и то, что дома Лилит ночует лишь пару ночей в неделю, давняя привычка заботиться о ней и защищать буквально въелась Люциферу под кожу. В спальню Лилит он вваливается чуть позже ее охранника. Лилит ему вовсе не рада. Напротив, на Люцифера она смотрит, как на личного врага. — Это ты! — выкрикивает она. — Ты это сделал! — Сделал что? — Не делай вид, что не знаешь! — Лилит кривится в отвращении. — Ревнивый кретин. Я с ним даже не встречалась. Подумаешь, трахнулись пару раз! Люцифер хмурится. Он понятия не имеет, о чем Лилит говорит. В поисках ответа ему приходится просканировать взглядом комнату. На этот раз картина не столь эпична — сказывается пристрастие Лилит к черным пижамам и черному же постельному белью. Люцифер и замечает-то все, лишь приглядевшись. Но все равно, это по-прежнему впечатляюще. А еще кроваво и отвратительно. На одной из подушек Лилит покоится мужская голова. Тела рядом нет. С губ Люцифера срывается смешок — судя по всему, Лилит не только в одежде и оформлении интерьера предпочитает черное. — Какой же ты ублюдок. — Лилит интерпретирует смех Люцифера по-своему. — Прости, дорогая, но ты прекрасно знала, за кого выходила. — Люцифер пожимает плечами и покидает спальню. В коридоре Аластор. Широко улыбающийся, счастливый, явно довольный собой. Он выглядит как кот, который принес хозяину мертвую крысу и теперь ждет, чтобы его похвалили. Люцифер внезапно для самого себя умиляется. Внутри него бурлит что-то подозрительно похожее на радость. — Зачем? — спрашивает он. — Мне показалось, ты заскучал по моему вниманию. — Аластор сверкает золотыми грилзами. — Мне показалось, ты жаждешь новых подарков. Люцифер качает головой. Радиодемон — настоящий псих. *** Наутро Лилит кажется еще злее. Она бросает обжигающие взгляды через стол, вонзает нож в глазунью так, будто представляет на месте куриных яиц яйца Люцифера. Люцифер из вредности нацепляет маску радушной доброжелательности: зовет за стол членов семьи во главе с Адамом, просит дворецкого подать десерт. Последним к завтраку присоединяется Аластор. Он игнорирует оладьи с мёдом и сливками, но разрешает Чарли, сидящей рядом, насыпать зефирок в свой черный кофе. Люцифер смотрит на них почти с нежностью. — И ты считаешь, что это нормально? — Лилит с громким звяком ставит чашку на блюдце. Парни за столом замирают. Чарли бросает на мать испуганный взгляд. — Что именно? — Люцифер отвечает с нарочитым спокойствием. — То, что твоя дочь проводит время с этим поехавшим попугаем! — Ты про Аластора? — Я без понятия, как зовут эту красноволосую крысу. — Аластор. Еще ты можешь звать его Радиодемон. — Я не собираюсь запоминать его имя. Я бы не хотела даже находиться с ним в одном доме, не то что сидеть за одним столом. — Приказать прислуге подать тебе завтрак в спальню? — Люцифер натягивает на лицо свою самую милую улыбку. За столом пробегают смешки. — Прикажи прислуге не подпускать эту тварь к нашей дочери! — Нет. — Что, прости? — Ты слышала. Чарли и Аластор неплохо ладят. — Люцифер не столько стремится защитить право Аластора на общение со своей дочерью, сколько мстит Лилит. — В последнее время она проводит с ним куда больше времени, чем с тобой. Ты ведь обычно компании дочери предпочитаешь общество любовников. За столом воцаряется тишина. Лилит медленно встает, подходит к Люциферу и отвешивает ему звонкую пощечину. — Мразь! — Покидая столовую, она громко хлопает дверью. Люцифер обеспокоенно смотрит на Чарли, но та, кажется, в ссоре родителей не заинтересована. Повинуясь указаниям Аластора, она сворачивает из салфетки фигурку оленя. Аластор же, несмотря на попытки отвлечь Чарли, слушал перепалку явно очень внимательно. Его ответный взгляд обжигает. Затягивает. Манит рухнуть в себя и просто сгореть. *** Лилит уезжает в очередной отпуск этим же вечером, и в доме наконец воцаряется спокойствие. Чарли знакомится с новым охранником — очень высоким парнем с женственными повадками и золотым клыком, которого рекомендовал лично Аластор, сам Аластор перестает собачиться с Адамом и даже меняет плащ на пиджак. Пиджак тоже красный, но Адам, кажется, прощает ему эту вольность. В городе тоже все утихает… Тем сильнее Люцифера поражает взрыв, который гремит во время очередной сделки по продаже микрочипов. На этот раз задеты люди Маммона, что делает ситуацию хреновее в миллион раз. А еще эту сделку лично курирует Аластор. Люцифер набирает его номер, ждет двадцать гудков, но ответа не дожидается. Адам, который вообще-то должен быть свободен, тоже не доступен. Люцифер берет пару людей и отправляется к месту взрыва. Логичнее было бы дождаться Адама, но Люцифер просто не выдерживает. Ему тревожно за Аластора. Он испытывает к нему слишком много противоречивых чувств — от благодарности до искреннего интереса. В заброшенном доке пахнет смертью, и от этого на Люцифера накатывают флешбеки его первого столкновения с Радиодемоном. В голову приходит, что за это он так его и не наказал, автоматом простив все за спасение Чарли. А что, если Аластор решил повторить дерзкую выходку? В его адекватности и способности удержаться от нелогичных поступков Люцифер все еще сомневается. За спиной раздается тихий щелчок взводимого курка. Люцифер не глядя кидает на звук метательный нож, который всегда носит в специальных ножнах на предплечье. В тот же момент откуда-то спереди грохочет выстрел. — Ложись! — гремит в пустом, выгоревшем доке голос Аластора. Люцифер повинуется. Аластор стреляет единственный раз. За спиной Люцифера кто-то или что-то падает. Рядом тихо стонут. Люцифер медленно встаёт и идёт на звук. Аластора он находит за ржавой, обгоревшей канистрой. Выглядит тот отвратительно. Волосы свернулись от жара, пиджак где-то потерялся, по красной рубашке растекается мокрое — видимо, тоже красное — пятно. Люцифер падает на колени, тянется к рубашке Аластора, чтобы обнаружить рану и зажать ее. — Не мельтеши, — откидывает его ладони тот. — Мне не впервой. Я буду в порядке. — Я вызову Адама. Мы отвезем тебя сразу к доктору. Аластор начинает смеяться. На его окровавленном, покрытом сажей лице безумная улыбка выглядит на удивление гармонично. Аластору одинаково идут и дикое веселье, и следы недавнего насилия. — Ты так и не понял? — выговаривает он между приступами хохота. — Это все — дело рук твоего драгоценного Адама. — Что ты имеешь в виду? — Это он сдал тебя Воксу, он мутил воду в городе, он прикрывал измены твоей жены. А еще он тебя обворовывал. Помнишь те семь трупов на складе? Адам и Би договорились о сделке в обход тебя. Если бы не я, они бы обставили все так, чтобы ты не получил ни чипов, ни денег. — Я тебе не верю… — Люцифер отшатывается от Аластора и инстинктивно нащупывает в ножнах на второй руке клинок. — Подумай о том, что произошло сегодня. Ты пришел без своего заместителя, да еще и в компании плохо знакомых парней. Почему? — Адам, он… — Не ответил на твой звонок? Тебе не кажется это подозрительным? Люциферу кажется, и все же он не может так просто согласиться, что человек, который работал на него восемь лет, хотел его подставить. — Ты тоже не отвечал. — Уж прости, что не сумел сберечь телефон во время взрыва… — Голос Аластора так и сочится сарказмом. Словно в ответ на их спор, мобильник одного из павших парней, пришедших с Люцифером, начинает проигрывать бодрую мелодию. Аластор, морщась, встает на колени, а затем поднимается на ноги. Его взгляд мутится от боли, заостренные зубы закусывают губу. Он, покачиваясь и оступаясь, доходит до тела, присаживается на корточки и деловито осматривает карманы. — Возьмем трубку? — Вытащив поющий телефон, Аластор показывает его Люциферу. На экране до боли знакомое лицо на фотографии и имя: “Адам”. Аластор жмет на кнопку ответить. — Пол, все прошло успешно? Наш сучий босс сдох? *** В сумрачном баре, как и в прошлый раз, нет клиентов. Бармен с витилиго, чье имя Люцифер уже благополучно забыл, переговаривается с новым охранником Чарли, чье имя Люцифер никогда и не спрашивал. Сама Чарли сидит на высоком стуле за стойкой, болтает ногами и складывает бумажных оленят. Новый охранник вывез ее из школы, едва услышал о прогремевшем взрыве. Работающий на Аластора, он приказа Адама даже не ждал. — Энджел только выглядит бестолковым. — заметив взгляд Люцифера, поясняет Аластор, — но с оружием он очень хорош. По словам Хаска, лучше, чем с пушками, он управляется только с членом. Чарли с ним в безопасности. Можешь даже не переживать. — Тебе помочь? — Люцифер тянется к бутылке водки и ватным дискам, которые лежат на не слишком чистой столешнице. — Не надо. — Аластор почти шипит. — Я уже сказал, что сам справлюсь. Люцифер отдергивает руки. Его взгляд прилипает к груди Аластора. Она широкая, украшенная рельефными мышцами и просто испещренная шрамами. Большинство из них уродливые и неровные. Судя по кривым стежкам, которые прямо сейчас оставляет Аластор поверх новой раны, скоро к ним прибавится еще один. Самый длинный шрам тянется от левой ключицы до косточки на бедре. У Люцифера перехватывает дыхание. Хочется проследить шрам пальцами, почувствовать бархатистость кожи, обхватить ладонями нереально тонкую для мужчины талию. Люцифер встряхивает головой, отгоняя наваждение, и переводит взгляд на экран ноутбука. Там — доказательства вины Адама. Фотографии, скрины переписок, целые таблицы левых транзакций. Люциферу становится понятно, почему Аластор не давал Адаму прохода, и от этого понимания желание прикоснуться к его коже становится только больше. Люцифер встает с места и шагает к Аластору. Он чуть наклоняется, — при их разнице в росте он даже его сидящего не настолько выше — тянется к губам. Аластор отстраняется. — Нет. — Почему? — Мне не нужна близость, предложенная из благодарности или жалости. Люцифер стискивает зубы. Он обескуражен, разочарован, практически зол. — Предложи еще раз, когда мы со всем этим покончим. — Аластор ловит его руку и слегка сжимает пальцы. Люцифер со странным чувством, близким к удовольствию, отмечает, что на коже остается чужая кровь. Это неожиданно расслабляет. Когда Люцифер возвращается на свое место, он уже практически не раздражен. — У тебя есть план? — спрашивает он, с сожалением глядя, как Аластор облачается в новую, теперь уже чистую, красную рубашку. — Зависит от того, насколько ты хорош в убийствах. Я толком не видел тебя в деле. Ты ведь не просто кабинетный глава семьи, правда? Люцифер усмехается. Этот вопрос с головой выдает то, что Аластор в городе совсем недавно. — Кое-что умею, — заявляет он скромно, — во всяком случае, постараюсь тебе не мешать. *** — Здесь. — Аластор указывает на ничем не примечательный участок забора. — Я перелезаю, вырубаю охранника, потом лезешь ты. Камеры нас не засекут — тут слепая зона. Люцифер не спорит. В компетентности Аластора он не сомневается. Тот забрался в его спальню, никому не попавшись на глаза, тот установил в саду кровавое сердце. Если кто-то и знает, как попасть в особняк Морнингстар в обход людей Адама, то только он. Люцифер прислушивается, дожидается тихого щелчка от выстрела пистолета с глушителем и лезет следом. Аластор поджидает его в кустах. — Дальше ползем через сад. Я снимаю двоих на северной дорожке, ты — одного на северо-западной. После главное — не попасться на глаза парню на балконе. Отсюда мы всех охранников в доме не достанем, а смерть одного вызовет у остальных переполох. — Этого нам не нужно. — Да, постараемся как можно дольше оставаться незамеченными. Обычно в твоей охране восемнадцать человек, но не удивлюсь, если сегодня Адам согнал сюда всех, кто ему верен. Люцифер кивает. В том, что Адам так и поступил, он не сомневается. Вдвоем с Аластором они легко расправляются с охранниками на дорожках и прячут их в густой живой изгороди. Приходится подождать, когда парень на балконе отойдет со своей позиции. Сначала тот долго курит, потом не менее долго мочится со второго этажа в сад. Люцифера передергивает. От мысли, что тот поступал подобным образом в каждое свое дежурство, руки в буквальном смысле чешутся парня пристрелить. Наконец тот заканчивает свои дела и отходит на новую позицию. Аластор делает Люциферу знак следовать за собой и подбирается к окну кухни. Он четыре раза ударяет в стекло быстро, два раза медленно. — Аластор? — В прямоугольнике окна появляется Ниффти. — Он самый, открывай. Створка распахивается. Они залезают внутрь. Ниффти отвешивает Люциферу шутливый книксен. В привычном платье и с пистолетом в руках крошечная горничная выглядит странно, но Люцифер уже даже не удивляется, а просто делает внутреннюю пометку узнать, как давно та работает на Аластора. — На первом этаже их только четверо. Все остальные на втором, в кабинете мистера Морнингстара. Втроем они выходят в темный коридор. Три выстрела и один точный удар ножом — и вот Люцифер, Аластор и Ниффти уже поднимаются по лестнице. Накладка случается в первом же пролете. Один из двух застреленных охранников при падении задевает большую вазу, и та разбивается с оглушительным в тишине грохотом. — Наверх, живо! — командует Люцифер, стреляя в человека, стоящего на вершине второго пролета. — Ниффти, ты в комнату Лилит, Аластор, идешь со мной в мою спальню. — М-м-м-м, разве у нас с тобой сейчас есть время на шалости? — Аластор сверкает золотозубой улыбкой. — Увы, нет. — Люцифер снимает еще пару человек в коридоре и ногой распахивает дверь. — Но мне надо попасть в мой тайник. Не пускай их сюда. — Будет сделано. Люцифер ныряет под кровать и отковыривает половицу. — Лови! — Он бросает Аластору Арс-девять. Второй пистолет-пулемет, парочку обычных гранат и одну со слезоточивым газом Люцифер оставляет себе. Оружие с глушителем хорошо, чтобы незаметно пробраться в дом. Чтобы убрать толпу приспешников Адама, требуется кое-что покруче. Аластор кувырком перекатывается из спальни Люцифера в спальню Чарли напротив. Расстреливая сразу с двух сторон, они убивают каждого, кто осмеливается сунуться в коридор. К несчастью, таких идиотов оказывается немного. Поняв, что снаружи их не ожидает ничего хорошего, Адам и его люди баррикадируются в кабинете. Люцифер знаком просит Ниффти сторожить лестницу, а сам указывает Аластору на пианино. Когда-то оно стояло в комнате Чарли, но та быстро потеряла интерес к урокам музыки. Теперь Чарли была увлечена идеей собственного отеля, так что громоздкому инструменту пришлось переехать, чтобы освободить место восьмиэтажному домику для Барби и ее друзей. Пианино стоит на колесиках, так что Аластору и Люциферу не составляет труда разогнать его и направить в дверь кабинета. Дверь слетает с петель. В образовавшийся проем отправляется граната со слезоточивым газом. Слышатся крики, мат, звук разбитого стекла. Кто-то выпрыгивает в окно, другие ломятся в дверь, чтобы тут же попасть под перекрестный огонь. — Минус восемь, — констатирует Аластор, когда поток желающих спастись под пулями иссякает. — Как думаешь, внутри кто-то еще остался? — Полагаю, теперь вся активность переместится к лестнице, ведь самые умные выбрали окно. Пошли поможем Ниффти. Долгое время не происходит вообще ничего, затем внизу хлопает входная дверь. Ковер приглушает шаги, но Люцифер все равно распознает, что людей немного. Очевидно, приспешники Адама оказались не готовы по-настоящему рисковать. Слезоточивый газ и полет со второго этажа быстро лишили их продажной верности. Люцифер успевает этому порадоваться, а затем шаги замирают прямо под местом, где они трое находятся, и пол взрывается летящими снизу пулями. — Сука! — Люцифер успевает отступить к провонявшему газом кабинету. Теперь идея покупки особняка прошлого века уже не кажется такой уж хорошей. Да, в деревянном полу несложно организовать тайник для хранения оружия, но и прострелить такой пол куда проще, чем бетонный. Выстрелы стихают. Люцифер оглядывает свою маленькую команду. Ниффти, кажется, не ранена, а вот левая рука Аластора висит вдоль тела плетью. Люцифер указывает ему пальцем за свою спину, но тот качает головой. Чертов упрямец даже со вторым ранением за день отказывается прятаться. Кто-то начинает подниматься по лестнице. Люцифер встречает его брошенной в пролёт гранатой. Звучит взрыв, мгновение спустя пол снова поливают градом пуль. — Хватит прятаться, Люцифер! — кричит Адам насмешливо. — Выйди к нам и прими бой. Люцифер не отвечает. Он не настолько глуп, чтобы выдавать себя звуком. Более того, он прикладывает палец к губам и поворачивается к своей команде. Рядом только Аластор. Ниффти исчезла. Осмыслить это он не успевает. Кто-то снова пытается преодолеть лестницу. Люцифер дожидается, когда этот кто-то достигает вершины, и убирает его выстрелом в лоб. — Как же ты затрахал! Будь мужиком и просто, блядь, сдохни! — Адам вновь разряжает магазин в потолок. На этот раз очередь короче. Адам явно бережёт кончающиеся патроны. Люцифер ожидает нового штурма лестницы, но его не происходит. Вместо этого под ногами раздаются три выстрела. И это выстрелы не в потолок. Судя по шуму от упавших тел, каждая из пуль попадает в человека. — Фух, наконец-то замолчал. — доносится с первого этажа голос Ниффти. — Меня от болтовни этого мальца с первого дня воротит. *** В просторной палате пахнет цветами и солнцем. На тумбочке букет ярко-розовых тюльпанов. Под ним целая стая розовых же бумажных оленят. Это единственное яркое пятно в палате. Стены, потолок, постельное белье, даже шторы — белые. Белая пижама надета и на Аласторе. Лишенный своего коронного алого и золотых грилзов, он нисколько не теряет в привлекательности. Хотя теперь он кажется Люциферу соблазнительным в любом виде. Ему хочется поцеловать Аластора настолько, что он едва дожидается ухода медсестры. На этот раз тот не сопротивляется. Он притягивает Люцифера к себе, запускает здоровую руку ему в волосы, нагло раскрывает губами губы и лезет языком в рот. Люциферу ничего не остается, как ответить. Никогда не целовавшемуся с мужчиной, ему неожиданно нравится этот напор. Хочется позволить затянуть себя на кровать, подмять, может быть, даже трахнуть. Из фантазий вырывает укоризненное покашливание. Приходится прерваться и высказать целую извинительную речь для медсестры. — Когда меня уже отсюда отпустят? — начинает Аластор, стоит им снова остаться одним. — Доктор сказал, что в конце недели. Хочешь что-нибудь особенное на выписку? Аластор смотрит долгим насмешливым взглядом, от которого по венам Люцифера распространяется жар, а по спине бегут мурашки. Он почти уверен, что сейчас услышит уже озвученное однажды “тебя”, и даже успевает придумать остроумный ответ. — Мой красный плащ, — говорит наконец Аластор. — Мой плащ, грилзы и пистолет. Люцифер озадаченно моргает. Все возможные ответы напрочь вылетают из его головы. — И тебя, конечно, — добавляет Аластор, вдоволь насладившись эффектом.