Меж двух огней

Дин с трудом разлепил глаза и потёр свободной рукой затылок. Голова болела так, будто по ней проехались дубиной. Хотя, почему будто? По ней, определённо, чем-то приложили. Не факт, что дубиной, но чем-то тяжёлым точно. Посмотрев на свою ладонь, он хмыкнул. Хорошо хоть не разбили. Крови нет. Но в голове звенит и до безобразия мерзко подташнивает. Осмотрев окружающую обстановку, Дин поморщился. К своему удивлению, он обнаружил себя сидящим на полу какого-то старого развалившегося дома прикованным наручниками за одну руку к трубе. Перед глазами понеслись воспоминания. Вот он проснулся и соскочил с постели. Сразу смутила обстановка: грязная, захламлённая комната, поломанная мебель и рваное испачканное тряпьё на жалком подобии кровати. В разбитое окно со свистом врывался ветер, мешаясь со стрекочущими звуками автоматных очередей и глухими рёвами моторов. Дин подошёл к окну и посмотрел в ощетинившуюся острыми краями дыру. Странный, полностью разрушенный город глядел на него зияющими дырами окон. Полный хаос, столбы поднимающегося дыма и звуки стрельбы вдалеке. Хорошо бы понять где он. Но скудный поток информации, получаемой из окна, не давал такой возможности. Ни вывесок на разрушенных домах, ни названий того, что когда-то было улицами… Дин вышел на улицу и огляделся. Что за зона отчуждения? Как декорации плохого фильма ужасов про Апокалипсис. Чуть поодаль он заметил девочку лет десяти, сидящую на корточках и тихо всхлипывающую. Намереваясь помочь ребёнку, Дин подошёл ближе… Острое стекло едва не воткнулось ему в грудь: ребёнок, с совершенно шальными глазами и каким-то нереальным рыком набросился на него. Дин резко оттолкнул девочку, уворачиваясь от стекла, и быстро зашагал по улице… А дальше — полный кошмар. Он убегает от толпы совершенно осатанелых людей, прячется от стрельбы и наконец, погрузившись в Импалу, едет в дом Бобби. Полная разруха вышибает из равновесия. Валяющееся на полу инвалидное кресло, изрешёченное пулями и со следами запёкшейся крови заставляет вздрогнуть. Бобби. Видимо, он погиб. Дин достаёт из тайника большой блокнот и находит в нём странную чёрно-белую фотографию. Группа людей, вооружённых до зубов, на фоне щитка с надписью «Лагерь Читакуа». Бобби, Кастиэль и ещё четверо парней с автоматами. Он едет искать странный лагерь с фотографии. Затем ему является Захария и популярно объясняет, что Дин сейчас — временный пленник будущего. Того будущего, которое случится, если он откажет Михаилу. И сейчас ему предстоит три дня «наслаждаться» видами созданного им Апокалипсиса в 2014 году. Ну а дальше… Его детка, разбитая и засыпанная мусором. Удар по голове. И свет погас… Напрасно подёргав руку, Дин посмотрел перед собой и увидел… себя. Того себя, которым он стал в этом времени. — Что за чёрт?! — довольно странно смотреть на самого себя. Да ещё и будучи прикованным. — Этот вопрос должен задавать я! — Дин из будущего резко передёрнул затвор ружья и направил его на «себя». — Назови мне хоть одну причину не прикончить тебя прямо сейчас. — Ну тогда ты повредишь себе. Послушай, я не демон, не оборотень и ничего такого… — Я проверил, пока ты был в отключке. Соль, серебро, святая вода… Но вот что странно. У тебя есть все отмычки, ножи и прочие мелочи, которые я ношу с собой. Как ты объяснишь это? И заодно наше сходство. — Захария, — вздохнул Дин 09 — Я — это ты из конца 2009. Зак вытащил меня из постели и забросил в будущее на пять лет вперёд. — Где он? Я хочу с ним поговорить! — Дин 14 резко встал. — Я не знаю. Я просто хочу вернуться в своё время, понятно? — Ах, не знаешь! Если ты — я, скажи мне то, что знаю только я! — Дин 14 присел на корточки и проницательно посмотрел в лицо оппонента. — Ронда Херли, — чуть усмехнулся Дин 09 и облизнулся. — Нам было 19. Она заставила нас надеть её трусики. Они были розовые и атласные. И знаешь, что? Нам это понравилось! — Тише! Значит, Зак забросил тебя сюда, чтобы посмотреть, как всё будет? — Дин 14 встал и взял в руки автомат. — Вирус Кроатон, да? — спросил Дин 09 и получил согласный кивок. — Это их эншпиль? — Эффективно, неизлечимо и чертовски страшно, — Дин 14 открыл большую сумку и стал укладывать в неё оружие. — Превращает людей в монстров. Началось всё два года назад с крупных городов. — А где Сэм? — Дин 09 напряжённо всматривался в лицо визави. — Была большая разборка в Детройте, — Дин 14 немного помедлил с ответом. — Как я понял, Сэм не спасся. — Ты не был с ним? И не пытался его найти? — в голосе мелькнул страх. — Нет! Мы не общались. Все пять лет, — Дин 14 повесил сумку на плечо и развернулся, чтобы уйти. — Постой! Ты куда? — У меня есть дела. У меня полный лагерь напуганных людей, над которыми висит Апокалипсис. И им совсем неинтересна наша версия ловушки для родителей. А ты останешься здесь. — Ладно, пусть так. Но не надо меня приковывать! Да брось! Ты не доверяешь себе? — Дин 09 с усмешкой посмотрел вслед уходящему. — Нет! Абсолютно нет! — ухмыльнулся Дин 14 и вышел за дверь, плотно закрыв её. — Козёл! — возмутился Дин 09 и стал свободной рукой выковыривать гвоздик из валявшейся рядом доски. Через несколько минут он был свободен. Первый, с кем он столкнулся, был никто иной как Чак. — Дин, постой! Мне нужна помощь. У нас заканчиваются лекарства, продукты и средства гигиены. Что нам делать? — Чак нервно крутил в руках ручку. — Я не знаю, — Дин осматривал пророка с неким непониманием. Он-то что тут делает? Работает волонтёром? — Но, может, просто поделиться? В это время к нему подошла симпатичная брюнетка и залепила замечательную оплеуху. — Козёл! — возмутилась девушка и, сложив руки на груди, уставилась на него пронзительным взглядом. — Ты провёл ночь в палатке Джейн! А я думала, что у нас взаимопонимание. Она красноречиво сделала в воздухе «кавычки». — Это Риса, — тихо сказал Чак, наблюдавший эту сцену со стороны. — Привет, Риса. — Риса, я в этом уверен! — хмыкнул Дин и плотоядно осмотрел стройную фирурку девушки. Она, однако, не удостоила его ответом и быстро пошла дальше. — Чёрт! Я получаю за то, чего даже не совершал! Чак, а Кас здесь? — Конечно! А где ж ему быть! — воскликнул Чак. Он указал Дину на большой деревянный дом. Дин двинулся туда, но остановился на резкий звук моторов. Прямо к дому подкатили два здоровых джипа. Из них выскочили несколько парней, вооружённых до зубов и… Дин 14. Распечатав на ходу пиво, он окликнул шедшего впереди товарища и, ни секунды не колеблясь, всадил в него пулю. Парень свалился замертво. — Ты вконец охренел?! — Выскочил из-за кустов Дин 09. — Ты только что прикончил человека на глазах у своих ребят?! Другие парни, приехавшие в джипах, удивлённо уставились на ещё одного Дина. Похоже, их больше смутило его появление, чем поступок их Вождя. Видимо, в этом мире прикончить товарища — дело обыденное. — Да! — рявкнул тот и повернулся к ним. — Я вам позже всё объясню. Сейчас не место и не время. Да, Дин. Я прикончил своего. Мы делали опасную вылазку в зону, и он заразился. Симптомы проявились час назад. И если бы я этого не сделал, ещё через час он превратился бы в монстра, понятно? — Но ты сделал это на глазах у всех! — Дин 09 был просто возмущён. — Да, я не хотел портить хорошему парню настроение сообщением о том, что он скоро озвереет. Поэтому просто прикончил. И вообще! Не тебе диктовать мне условия. Я в своём времени. И здесь убить крота — обычное дело! — Да, конечно, — Дин слегка поумерил свой пыл. В конце концов, он прав. Он, Дин из прошлого, здесь лишь гость, заброшенный на три дня. А эти люди живут в этом кошмаре постоянно. И им, определённо, виднее, как надо действовать. Да и вообще, он собирался к Касу. Чем ему в такой ситуации мог помочь Ангел, Дин не знал, но он просто не мог не увидеть его. Он махнул рукой и направился к большому деревянному дому. — А ты, значит, собрался навестить Кастиэля? — крикнул ему вслед Дин 14. — Интересно, зачем? Что ж. Я провожу тебя. И заодно расскажу кое-что. Ребят, вы свободны. До вечера. Парни, улыбаясь, покосились на него и, вытащив из багажника ящик пива, пошли по дороге. «До вечера», скорее всего станет «до завтра». Когда Вождь уходил в дом их провидца-Ангела, его не стоило ждать до утра. Так что ящик пива, добытый ими на вылазке, будет очень кстати. Впрочем, парни никогда не обсуждали этого момента. В этом мире, где жизнь висит на волоске, каждый расслаблялся как умел и желал. И если их Вождь предпочитал ночь в обществе Ангела, значит так тому и быть. Даже если в это время он просто читал Библию. Дин 14 подошёл близко и внимательно всмотрелся в глаза визави. — Интересно, готов ли ты? — и протянул банку крепкого тёмного пива. — К чему? — Дин 09 как-то напрягся от этих слов. Что-то не так? С Ангелом непорядок? Он распечатал банку и почти залпом осушил её. Потом с силой сжал в руке, сплющив, и швырнул куда-то в сторону. Вообще, он не любил такой сорт пива. Но тут выбирать не приходится. Он не у себя в баре. А выпить, определённо, хотелось. Потому что всё это порядком нервировало. — Знаешь, с момента как началась вся эта заварушка, Кас сильно изменился, — Дин 14 чуть подтолкнул оппонента и направился к дому. — Наш Ангел уже не тот. Он не лишился силы в полной мере, но приобрёл взамен массу пороков. Впрочем, сейчас сам всё увидишь. Единственное, о чём я попрошу тебя — стой на пороге и не показывайся ему. До поры до времени. Я покажу тебе истинного Кастиэля образца 2014. Они поднялись по деревянным ступеням и вошли в дом. Чуть приоткрыв болтающиеся в проёме шторы в виде бусинок на лесках, Дин 14 жестом остановил на пороге «себя» и вошёл в большую тёмную комнату. Дин 09 замер на пороге, прячась за ленточками штор, и стал внимательно смотреть, стараясь не выдать себя. Почему он послушал Дина из будущего? Наверное, он просто хотел увидеть, что же такого стало с Кастиэлем. Комната своим интерьером напоминала избу зажиточного буржуа. Всё здесь когда-то было подобрано под вычурный, но совершенно безвкусный стиль «дорого-богато». Коврики и плетёные циновки на полу, огромная бронзовая статуя, возможно, Будды, и не менее помпезно-безвкусное тяжёлое творение в виде канделябров на потолке, изображающее люстру. Огромный, но совершенно захламлённый кожаный диван. И просто уйма свечей, расставленных в хаотичном порядке, а вернее, беспорядке — на столе, стульях, комоде и даже на полу. Тяжёлые и грязные шторы непонятного цвета, некогда бывшие красивыми бархатными портьерами с ламбрекенами, плотно закрывали окно, начисто лишая комнату солнечного света. Большой чёрный комод, заставленный всякой мелочью, припирал своей массой висевшее на стене зеркало в тяжёлой чёрной раме. По всей видимости, бывшие хозяева этого дома очень старались создать видимость богатого интерьера, но при полнейшем отсутствии вкуса и наличии приличных денег, просто напичкали гостиную всем, что по их мнению, дорого стоит и богато смотрится. Впрочем, по цене всё это варварское великолепие явно обошлось им недёшево. Что же касательно «смотрится»… Однако сейчас все это было совершенно неважно. В мире, где правит Апокалипсис, ценным считаются еда и лекарства. Но, по каким-то известным лишь ему причинам, Кастиэль не стал трогать интерьер этого дома и облюбовал его в качестве своего жилья. Кас, в свободной льняной рубахе грязно-голубого цвета и просторных чёрных джинсах, сидел в позе лотоса на коврике. Его тёмные волосы порядком отросли, создавая «шапочку» на голове. Они блестели в свете свечей, отливая черным серебром. Дин, посмотрев на этот мило прилизаный «горшок» с чёлкой, прикрывавшей лоб, совершенно внезапно подумал, что вечно взъерошенная и торчащая прядками шевелюра Каса шла ему куда больше, и переместил взгляд на лицо. Оно, покрытое колкой щетиной примерно недельной давности, выражало полнейшее умиротворение и спокойствие. Зелёный взгляд невольно задержался на глазах. Всё такие же бездонно-синие. Вот только в них нет былой уверенности. Сейчас они, подёрнутые странной чуть мутной дымкой и прикрытые веками, слегка блаженно плыли, будто Кас был под кайфом. Вокруг него на ковре сидели четыре миловидных девушки, внимательно слушая его плавную речь о смысле бытия. Кас говорил спокойно, тихо, будто намереваясь убаюкать. Голос плыл мягко, завораживающе. И Дин 09 невольно заслушался, попадая под его очарование. — О, а вот и наш великий Вождь! — воскликнул Кас, завидев вошедшего Дина 14. — Леди, я прошу вас оставить нас. Нам нужно поговорить с Вождём. И не забудьте омыться перед оргией. — Он изящно поднялся и осмотрел уходящих караваном девушек. — Они прекрасны, не правда ли, Дин? — Безусловно, Ангел! — Дин 14 стоял чуть поотдаль от него и колко осматривал с головы до ног. — Оргия? Ты в своём репертуаре. А не многовато ли тебе их? Кас отошёл к стоящему у стены высокому комоду, открыл коробочку и, вынув оттуда самокрутку, изящно покрутил её меж пальцев. Всё так же не поворачиваясь. — Я думаю, в самый раз, — томно протянул он и странно изогнулся. — Ведь ты, мой Вождь, нечасто балуешь меня своим вниманием. Он бросил томный взгляд в большое зеркало. Дин 14 быстро подошёл к нему и, чуть приобняв, схватил с комода зажигалку и высек огонь, помогая Ангелу прикурить. — А тебе, ненасытная утроба, явно хотелось бы чаще! — скорее как факт, нежели как вопрос. И факт железобетонный. Дин 14 смотрел в отражение зеркала, ловя, в нём чуть подернутый поволокой кайфа синий взгляд. — Ты знаешь ответ, Дин, — расплывчато улыбнулся Ангел и втянул ноздрями сладковатый дымок, струящийся к потолку. — Снова наркота, Кас? — пальцы прошлись по плечу, чуть оттягивая полурасстёгнутую рубашку и обнажая часть плеча. — А почему нет? Это жизнь, Дин, — философски изрек Кас, затянулся и, задрав голову вверх, выпустил в потолок сизую струйку дыма. Его глаза поймали в отражении уже загоравшийся искрами зелёный взгляд. О, он точно знал, что это хорошие предвестники. Да, Дин не употребляет наркоту, предпочитая алкоголь. Но у Каса в комнате были особые «ловушки». Аромасвечи и благовония с добавлением специальных трав не просто наполняли комнату нежными ароматами, но и распространяли тонкие, незаметные флюиды кайфа. Иными словами, под их воздействием можно было незаметно «накурить» человека. — Знаешь, возможно нам осталось жить совсем недолго. Так почему не получить от жизни всё, что можно? — И это говоришь ты — правильный Ангел, который ещё пять лет назад даже признаться не смел, чего хочет? — Дин 14 довольно резко повернул голову Каса вбок и впился губами в его шею. Губы плавно заскользили по коже, чередуясь с лёгкими покусываниями зубами. Он знал, зачем шёл сюда. Он соскучился. Бешеный ритм жизни в условиях хаоса, постоянная угроза опасности и бесконечная охота на кротов изматывали. Да, он иногда проводил ночи в палатках разных девушек. Но если ему был нужен воистину расслабляюще-разрушающий, опустощающий тело и мозг оргазм, он точно знал, где может это получить. Никто и никогда не давал ему такого очешуенно-прекрасного восторга, как его Ангел. Но сейчас он пришёл сюда ещё и с другой целью. Дин из прошлого должен знать правду. Чтобы там, где всё ещё хорошо, сделать нужный шаг. И тогда, возможно, он сможет обрести нечто большее. — Я был идиотом, Дин, — выдохнул Кас и, выгнувшись, сладко застонал. — Вернись я в то время, я бы давно признался тебе, как хочу тебя. Ди-и-ин. Я соскучился. Эта чёртова охота на кротов совсем поглотила твоё внимание. Четыре бабы? Ты думаешь, они могут заменить тебя? — Судя по всему — нет! — хмыкнул Дин 14 и, резко развернув Кастиэля лицом к двери и прижав его к себе, довольно ухмыльнулся, смотря исподлобья прямо в глаза совершенно опешившего Дина 09, всё так же прятавшегося за шторой. — Значит, Кас, если бы мы могли вернуться на пять лет назад, ты бы признался? Его губы заскользили по небритой щеке. Руки резво нырнули под просторную рубашку, оглаживая тело. Кас закрыл глаза и, снова затянувшись, выгнулся навстречу этим ласкающим его рукам и простонал: — Да, Дин. Если бы это было возможно, я бы не стал больше прятать чувства и желания. — Тогда закрой глаза и представь, что ты сейчас там. Скажи мне, чего ты хочешь, Кастиэль? — Дин 14 вытянул из его пальцев самокрутку и, швырнув на пол, потушил ботинком. — Хочу тебя, Дин, — Кас зажмурился, хватая воздух губами. — Так давно и так сильно. Хочу чтобы ты трахал меня всеми мыслимыми и немыслимыми способами, подчинял, покорял, заставлял, причинял боль. — Послушный, хороший Ангел, — Дин 14 поднял его руки и потянул вверх рубашку, освобождая тело. — Значит, ты желал оргию? О, я устрою тебе оргию, падшее создание! Он снова метнул горящий взгляд на Дина 09. И в его темных глазах так явно читалось: «Смотри, Дин! Как ты был слеп все эти годы. А ведь Ангел жаждал тебя давно». — Кас, — Дин 14 быстрым движением стянул висевший на стуле тонкий шарф, видимо, оставленный кем-то из девушек, и повязал его на глаза Ангела, лишая его возможности видеть. — Я не бог, но я лишу тебя зрения. Ненадолго. — Дин, ты — Бог! Мой Бог! Делай что хочешь! — И для него это истина! Нерушимая и несгибаемая! Когда-то он верой и правдой служил Небесам, почитая Отца своего и принимая на веру его приказы. Но сейчас, смотря на то, что происходит вокруг, он думал, как Он — тот, кому он верил беспрекословно, мог допустить такое?! Разруха и хаос, тысячи смертей невинных людей, горе и страдания. И сейчас, в этом разрушенном мире, для него, некогда Воина Господня, был лишь один Бог — Его Вождь! Человек, которого он любил. Дин Винчестер. Да, Кастиэль не сбросил крылья. Да и благодать ещё была при нём. Правда, она стала совсем тёмной, как смола, растекаясь по его венам чёрной нефтью. Он впитал в себя всю силу людских пороков, познав запретные плоды. Алкоголь, табак, наркотики, убийства и абсолютно беспорядочный секс… Но лишь когда он впервые под воздействием очередной дряни не сдержал чувства и признался Дину, чего хочет, лишь познав его довольно грубые и своенравные руки, обжигающе-сладкие губы и каменно-твердый ствол в себе, и лишь с ним познав, как это — улетать от накрывающего похлеще наркоты кайфа, только тогда он понял, кто для него Бог! Больше он не мог без этого. Каждый день, терпеливо ожидая, что его Вождь, возможно сегодня, вернувшись с охоты, снизойдёт до него. Просто придёт, не церемонясь и, не даря ласк, загонит горячий ствол в его ноющую в восторге течной сучки дырочку, будет трахать жёстко и сильно. И убьёт. Мощным толчками спермы по точке. Заставив его, порочного Ангела, задохнуться в восторге, стонать как шлюха и рассыпаться на куски, сгорая в невозможном экстазе. А в конце подарит такой сладкий поцелуй в губы. Как награду. За послушание. За доставленное удовольствие. — Мой Вождь! Моё Божество! — Кас попытался развернуться к нему, но был остановлен стальным сжатием рук. Они скользили по его обнажённому торсу, заставляя дрожать. А потом правая, погладив пах, отточенным движением расстегнула пуговицу и молнию, нырнула в просторные штаны и сжала напряжённое естество. Кас выгнул бёдра навстречу руке и дёрнул тазом. — О, да! — Ты в моей власти, Ангел! — Дин 14 рывком стянул с него джинсы, под которыми ничего более не было, и убрал руку, коварно усмехаясь. Будто демонстрируя, что он может заставить Ангела так сильно желать его. Кас прижался сильнее обнажёнными ягодицами, обхватил одной рукой его шею, заставив прикоснуться к ней губами, и стал медленно и до одури сексуально потираться об него. Его уже полностью возбуждённый член свободно покачивался в такт движениям. И сейчас Ангел всецело погружался в эти редкие для него минуты удовольствия. Его Вождь нечасто баловал его даже сексом, а уж ласками и того реже. Сейчас же он, снизойдя до покорного ему Ангела, не просто грубо сжимал его податливое тело, стараясь поскорее освободить от одежды и взять. Он ласкал, целовал и гладил. Дин 09 всё это время стоял молча, будто прилипнув к полу. Степень его шока не поддавалась оценке и градации. И он не знал, что его шокировало больше: что Ангел вот так распутно, укутавшись наркотическим кайфом, отдавался «его» рукам, или то, что он сам, пусть и другой он из будущего, вот так спокойно целовал и соблазнял мужика. Винчестер — правильная гетеросексуальная натура, никогда в принципе не смотрел на мужчин. Правда, следует сказать, что на Ангела он порой кидал недвусмысленные взгляды. Но тут же переводил их в шутку, потому как не мужское это дело — таращиться на мужиков. Сейчас же, наблюдая эту картину, Дин вдруг со всей отчётливостью понимал, что это были не просто шуточки. Чёрт возьми! Ему нравилось то, что он сейчас видел. Тайный червячок зависти к самому себе из будущего вдруг зашевелился в его мыслях. А ведь он, там, в своём времени, мог бы так же. Мог бы? Да, чёрт побери! Он же сейчас ясно услышал признание Ангела. Получается, что они, как два идиота, ходили вокруг да около. Один не решался открыть чувства, другой даже не хотел их видеть, не то что принять! Он смотрел неотрывно, жадно, внимая каждому движению. И со всей ясностью понимал, что хочет этого. Хочет вот так же набраться окаянства и, сжимая в руках стонущего в экстазе наркотического и плотского кайфа Ангела, целовать его такие горячие губы, прижиматься к его обнажённому телу и делать с ним всё! Всё!!! Дин 14, не прекращая ласкать Ангела, вперил суровый взгляд в мечущиеся по телу Каса зелёные глаза. Он чуть повернул к себе голову Каса и прижался губами к краешку его губ, получив в ответ удовлетворённый стон. — Хочешь поцелуя? — язык скользил по уголку рта, заставляя Каса всё сильнее поворачивать голову ему навстречу. — Ты знаешь условия. Таких плохих мальчиков не целуют в губы. Их только трахают. В рот. Но, может быть, если ты очень постараешься, я удостою тебя такой чести. Хотя… Внезапно в голове мелькнула шальная мысль. Он пальцем поманил к себе Дина 09. Да, сначала он хотел лишь показать, каким он открыл для себя Ангела. Но, увидев горящие явным возбуждением зелёные глаза самого себя из прошлого, он изменил это решение. Сейчас! Пусть он всё узнает сейчас. И, может быть, когда вернётся домой… «Ну? Решишься? Или будешь стоять вот так, как истукан?» Его рука снова легла на член Ангела, с силой потянула нежную кожицу, полностью открывая сочащуюся смазкой головку и чуть потрясла тяжёлый ствол. — Я буду, Дин. Буду таким, какими захочешь меня видеть ты! — Кас снова дёрнул бёдрами, насаживаясь членом на кольцо его пальцев. — И, может быть, ты наградишь меня лаской твоих губ. Твоим поцелуем. Это стало последней каплей. Послав к херам сомнения, здравомыслие и крупицы прятавшегося отрицания, яростно клюющие его правильный мозг, Дин 09 раздвинул ленточки штор и шагнул в комнату. Голова тут же поплыла. Благовония и аромалампы, расставленные по всей комнате и источающие немыслимые, но такие пьянящие ароматы, в сочетании с уже вовсю бродившим в лабиринтах мозга крепким пивом, выпитым им залпом и на пустой желудок, вмиг завладели сознанием, погружая в эйфорию и лёгкий гипноз. Дин 09 неспеша подошёл к комоду. Он встал совсем близко, наблюдая за движениями рук и губ Дина 14. А тот, будто специально, обцеловывал и облизывал шею Каса, не переставая плавно поглаживать его член. И будто специально поглядывал на стоящего рядом Дина 09, незримо приглашая к действию. — Давай, — тихо прошептал он, оторвавшись от выцеловывания плеча, — Смотри, какой он податливый. Он готов на всё. Дин 09 несмело потянулся к губам Каса, но был остановлен. — Нет! Поцелуй в губы нужно заслужить! Да ведь, малыш? — Дин 14 снова легко облизал уголок губ Ангела, вырвав у него всхлип и тихое: «Да». Кас замотал головой и потянулся руками к шарфу, закрывшему ему глаза с явным намерением снять. За что тут же был наказан. Резким захватом Дин 14 обвил его запястья, лишая возможности двигаться, и крепко сжал их за спиной. — Бунтаришь? Я же сказал, ты не будешь видеть. Только когда я разрешу. — Да, конечно, — Кас покорно расслабил руки, прекратив попытки сопротивляться. — Но Дин. Я чувствую. Здесь есть кто-то ещё. Ты не один? — Какой проницательный Ангел! Да, я не один. Со мной ещё кое-кто. И он тоже желает попробовать тебя на вкус, — он повернулся и посмотрел на оппонента, знаком показав, что тот должен молчать. — Так ведь? Ты хочешь его вкусить? Только не произноси ни слова. Для Ангела ты будешь сюрпризом. Дин 09 кивнул и осторожно коснулся груди Каса, проведя пальцем по рельефной мышце. Кас вздрогнул от этого прикосновения. — Он… Или нет. Ты, Дин! Эти пальцы так похожи на твои. Почему? Дин 09 меж тем, просто не устояв, прижался губами к его груди. Они запорхали лёгкими поцелуями, оставляя влажные отметины, добрались до соска и, обцеловав его, крепко сжали горошинку и втянули, пощекотав языком. Кас выпятил грудь навстречу этому поцелую. — О, Господи! Дин! Это же ты! Это твои губы. Я чувствую их… Одновременно в двух местах. Так невозможно. Я схожу с ума? — Я же сказал, ты узнаешь всё позже. А пока расслабься, Ангел. Мы желаем насладиться тобой сполна. И если ты будешь послушным мальчиком, ты получишь сразу два поцелуя и два члена в твою похотливую задницу. Он довольно сурово посмотрел на Винчестера. — Не увлекайся! Это он должен доставить тебе удовольствие. И только потом, если он всё сделает правильно, ты можешь его отблагодарить. Кас задрожал и заткнулся. О, Дин обещал ему оргию. И, походу, сегодня ему достанется горячее меню. Смущало только одно. Он давно научился чувствовать Дина. Его прикосновения, запах, голос, стук сердца. И сейчас он был слегка сбит с толку, ощущая это вдвойне. Будто их было два. Но так быть не могло. И это смущало и интриговало одновременно. Однако плывущий от кайфа и желания мозг не хотел анализировать факты при столь скудном потоке информации. А тело хотело лишь одного. И совсем неважно, кто этот второй. Главное, что его Вождь с ним. А два члена в задницу — почему бы и нет, если один из них принадлежит Ему? — Ты позволишь раздеть вас, Дин? — Кас таки урвал себе момент получить поцелуй, быстро чмокнув Дина в щёку. — Приступай. Сперва меня. Я займусь тобой, пока ты будешь раздевать его, — Дин 14 повернул Каса к себе и предоставил ему полную свободу действий. Тот не преминул воспользоваться этим и довольно быстро высвободил его из рубашки и джинсов. Чувствуя, как тяжёлый ствол Дина «стучится», запертый в плену тугих боксеров, Кас нежно провёл по нему рукой и прижался грудью к его груди, отставив зад. Пальцы порхали нежно, проходясь по всей длине, и замерли на головке, чуть сжимая её. Капелька предэякулята, выступив наружу, просочилась через светло-серую ткань боксеров, окрасив её и сделав тёмной. Кас задышал чаще, почувствовав на пальцах эту влажность. Он не видел этого, но мысленно уже представил, как окрасились боксеры, и его прошибло разрядом тока. Пальцы затрепетали на головке, будто стараясь ещё сильнее размазать этот сок по ткани. Дин 09 не смог этого проигнорировать. Его руки сами побежали по телу, гладя бока, спину и крепкие ягодицы. Он уткнулся носом в тёмные волосы, втянул такой пьянящий аромат полевых трав и терпкого гречишного меда и, зарычав, впился зубами в плечо, прижимаясь всё сильнее к такой потрясающе соблазнительной заднице. Он сам себя сейчас боялся и не понимал. Он, чёрт возьми, правильный до мозга костей охотник, с истинным восторгом сжимая в объятиях мужское тело, прижимается к аппетитным округлостям. И он хочет, надавив на поясницу, загнуть покорно-возбуждённого Ангела и засадить ему так, чтоб искры из глаз посыпались! От этой мысли стало жарко. Охотник, сжав зубами нежную кожу на плече, с силой прошёлся пахом по упругим холмам и сжал пальцы на его бёдрах. Рука задрожала, пройдясь вперёд и, чуть помедлив, решилась. Сперва лёгкий обхват пальцами, потом сильное сжатие. Кожа горит, ощущая совершенно невозможную влажную нежность возбуждённой плоти. Чувствуя, как довольно нехилое достоинство Ангела, наполняясь кровью, подпрыгивает в его руке, Дин 09 чуть движет рукой, открывая крупную влажную головку. И, словив страстно-подрагивающий всхлип Ангела, отбрасывает осторожность. Резкие, размашистые движения руки на ангельском члене, свой собственный ствол, ноющий от возбуждения и спрятанный в одежде… Он с рыком сжимает губами кожу на плече. Кас, почти полностью улёгшись на широкой груди своего Вождя и бесстыдно расставив ноги, плавно движет бёдрами в такт ласкающей его член руке. Он утыкается носом в уголок шеи Дина 14 и стонет. Это удивительно! Тот второй, кто бы он ни был, он… Чёрт побери, это руки и губы его Дина, но они ласковые. Страстные, горячие, но ласковые. Они не действуют грубо, как он привык. Они хотят подарить ему наслаждение. Кас теряется в этих метаморфозах. — Стоп! — Дин 14 решил, что его образец из прошлого, пожалуй, зашёл слишком далеко. Его Ангел не приучен к столь сильным проявлениям чувств и ласке. Он недобро ухмыльнулся. Мир меняет людей. Ещё пять лет назад он мог чувствовать многое. И да, он поступил бы так же. А сейчас он — Дин Винчестер 2014 — больше не способен на излишние нежности. Ну или он просто забыл, как это. — Теперь его, Кас! Раздень его! — он развернул Ангела и, слегка повалив его на себя, вжался стояком в его округлости. Кас, почувствовав сильные толчки члена прямо меж его ягодиц, затрясся ещё сильнее. Его пальцы стремительно расстёгивали и отбрасывали на пол один за одним предметы одежды Винчестера, коих было слишком много. Наконец, энергично стянув с него джинсы, он тоже провёл пальцами по возбуждённому члену через боксеры и, почувствовав такую же влажность и растерев капельку по мягкой ткани боксеров, улыбнулся. — Такой же? Как это возможно? Дин, не бывает двух одинаковых чл… — Цыц! — Дин 14 прижал палец к его губам. — Тебе лучше прекратить размышлять, Ангел! Займись-ка делом, — руки резко надавили на плечи, заставив Каса опуститься на колени. — Как скажешь, Вождь, — Кас решительно стянул боксеры и уткнулся носом в пах. — Нет, я точно съезжаю с катушек. Он даже пахнет как ты, Дин. Видно, трава оказалась забористой. Дин 09, почувствовав пухлые влажные губы Ангела совсем близко от напряжённого члена, ухватил его за волосы и прижал голову сильнее. В голове, обгоняя и перегоняя друг друга, неслись самые пошлые слова, но он молчал. Таков уговор. Пальцы прошлись по колючему подбородку, надавливая и оттягивая челюсть вниз. И безумно хотелось только одного: чтобы эти коварно-соблазнительные губы Ангела обхватили его член. — Молодец! — хохотнул Дин 14, увидев это действие. — Натяни-ка его ротик поглубже. И не бойся. Он это умеет. А ты, Кас, хорош размышлять, открывай рот. И отсоси нашему гостю. Да так, чтоб у него фляга засвистела. Кас резво пробежался языком по яичкам и, добравшись до члена, стал старательно описывать спирали, пробираясь к головке. И вот он на месте. Рот, просто текущий от обилия слюны, захватывает член и втягивает в самое горло. Кас замирает с ним во рту, не в силах состыковать ещё один кусок информации. Вкус. Этот член такой же и на вкус! Но выяснять он не собирается, дабы не навлечь на себя гнев его Вождя, и просто приступает к делу. Его губы умелые, ласковые и настойчивые. Они гладят, целуют, дразнят, обхватывают и втягивают. А язык во рту добавляет ощущений. Скользя и извиваясь, он помогает губам и рту создавать особое напряжение. Начисто лишённый рвотного рефлекса, Ангел вдыхает и втягивает член настолько глубоко, насколько он помещается во рту. В его голове картинки рисуют жёсткое порно. И как ему сейчас хорошо, он даже не в состоянии описать. Его трясёт от испытываемых ощущений и того, что ему ещё предстоит. Дин 09, жадно ероша его волосы, движет бёдрами навстречу, насаживая этот умелый рот на свой член. Он теряется в ощущениях, потому что их, сука, так много! Глубинный горловой захват выбивает почву из-под ног. Он открывает было рот, чтобы просто, на волне несдержанности сказать то, что так хочется. Но его прерывают грубые пальцы, пережимая рот. — Ни слова! Мы же договорились. Не следует раскрывать ему все карты, — Дин 14 чуть тянет Каса на себя, заставляя выпустить член. — А теперь займись мной, Ангел. Кас разворачивается на коленях и с нескрываемым восторгом впивается в член своего Вождя. — О, да! Умница. Эти губы великолепны, ты не находишь? — Дин 14 смотрит на совершенно шальные глаза напротив. — Прости, но его нужно было остановить. Иначе это порочное существо высосет тебя до капли. Ты даже не представляешь себе, на что способно его горло. Но мы же ещё не закончили. Иди сюда поближе. Хочешь узнать, как он будет обрабатывать сразу два члена? Дин 09 кивает и подходит совсем близко. Кас отрывается от своего кайфа и поднимает голову. Да, он ни черта не видит, но зато может чувствовать. Его руки гладят оба пружиняще-твёрдых ствола, а губы, перепрыгивая с одного на другой, облизывают и обцеловывают их по очереди. И снова его настигает мысль, что они слишком идентичны. Но он отгоняет её, потому что то, что он ощущает сейчас, возбуждает его настолько, что думать решительно нет желания. Он обхватывает руками бёдра обоих мужчин, придвигая их ближе друг к другу, чтобы их члены соприкоснулись и, почувствовав это, радостно стонет и обхватывает ртом сразу обе головки, стараясь погрузить их поглубже в рот. Он сосёт с придыханием и срывающимся стоном, захлёбываясь в слюне, которая, просто не вмещаясь во рту, стекает по подбородку и капает на его торс. Однако такое положение тел его любовников не даёт ему возможности вкусить их максимально глубоко. И это слегка злит. Но Кас старается компенсировать это максимальными действиями. Но тут ему приходит на ум, что можно действовать по-другому. Он снова надавливает на их бёдра руками, разворачивая их друг к другу, и обхватывает рукой сразу оба стоящих вертикально члена. Затем поднимается на коленях и накрывает их ртом сверху. Оба сразу. Так лучше. Так они входят гораздо глубже. Он практически «надевает» себя на них и, сжав рот в вакуум, с пошлым хлюпом засасывает их в глубину. — Ну разве он не прекрасен? — Дин 14 следит за его движениями, чуть подталкивая голову и заставляя действовать интенсивнее. — Ну просто сучка. Страстная, горячая. Поверь мне, никакая, шлюха не сравнится с ним. Впрочем, ты легко можешь сравнить сам. Дин 09 молча кивает и, запрокинув голову, выпускает чуть слышный стон в потолок. Ему всё сложнее себя сдерживать, ведь он, в отличие от своего будущего аналога, не обладает таким здоровым похуизмом. И его даже не смущает тот факт, что он сейчас стоит, фактически прижавшись к самому себе. Так ужасно близко. Но он не замечает этого. Все его мысли сосредоточены внизу. Там, где порочно-сексуальный рот Ангела старательно втягивает его член в горячую и влажную глубину. Да уж. Это точно. Ни одна шлюха не сравнится с ним. Один только его вид, покорно стоящего на коленях и страстно и вожделенно заглатывающего сразу два ствола, будоражит настолько, что Дин 09 сам подхватывает собственные яйца, пережимая основание члена, чтобы тупо не кончить прямо сейчас. Дин 14 видит это. Значит, пора переходить к основной части программы. — Вставай, пойдем в кровать. Пришло время заняться тобой посерьёзнее, — он отступает и тянет за собой Дина 09. Кас поднимается с пола. Его тут же хватают под руки и ведут в комнату, что скрывается за большой дубовой дверью. Там, в полном сумраке, огромная деревянная кровать, покрытая мягким ворсистым пледом. Эти руки роняют его на неё. И вот уже рядом с ним два крепких тела. Две пары рук гладят его во всех возможных местах, две пары губ обцеловывают его. Два мощных и влажных члена вжимаются в его бёдра. Кас дрожит от этих ласк, извиваясь как уж на сковородке. Он подставляет себя под этот каскад ласк, обрушившихся на него, и его мозг, пришибленный наркотой и кайфом от происходящего, рассыпается на нейроны. Он стонет бесконечно, выдавая в промежутках меж стонами и рваными вздохами совершено сумбурные вскрики и фразы. — Его надо как следует растянуть, — Дин 14 смотрит на оппонента. — Но чтобы всё пошло хорошо, тебе следует помочь ему. Осилишь? Я всё сделаю сам, но тебе придется… хм, немного уделить внимание его члену, иначе он не расслабится до нужной степени. Дин 09 кивает. Он прекрасно понимает, что от него требуется. И да! Он никогда этого не делал. Но, совершенно непонятным образом, его это не смущает. Он ложится на постели ниже и сходу затягивает в рот нехилое такое достоинство Ангела. Его движения глубокие и несколько грубоватые, но для первого раза он вполне сносно работает ртом. Пытаясь повторить всё то, что ещё несколько минут назад с ним делал Кас, Дин 09 сжимает губы, плотнее обхватывая член и втягивает его в глубину. Однако он, в отличие от Ангела, не обладает невозмутимым горлом. Рвотный рефлекс срабатывает моментально. Он давится и выплёвывает член. Дин 14 с ухмылкой поглядывает на него. Всё понятно. Уж он-то точно знает себя. Тогда, в далёком для него сейчас 2009, абсолютно натуральный Дин Винчестер представлял себе минет лишь в одной вариации: когда это делает с ним женщина. Сейчас всё изменилось. Нет, он по-прежнему предоставляет это право женщинам и Касу. Но сам делает это лишь для одного. Его Ангела. И вовсе не с целью доставить удовольствие ему, нет! Скорее, себе. Как это ни странно, но он научился ловить кайф от ангельского члена во рту. А ещё его Кас так эффективнее расслабляется. После сочетания оральных ласк и растяжки его задница становится мягкой, влажной и горячей. И тогда трахать его становится невообразимо приятно. — Дыши глубже, — Дин 14 придвигается ближе. — Смотри. Совсем необязательно засовывать по самые гланды, если ты этого не можешь. А ты, увы и ах, не можешь. Поверь. Всё гораздо проще. Он мягко обхватывает головку и, чуть посасывая, втягивает её в рот. Его движения спокойные и плавные. Член не проникает очень глубоко, но это и не нужно. Потому что язык, губы и щёки обрабатывают его так эффективно, что Ангел, изгибаясь всем телом, начинает уже не просто стонать и нести всякий бред. Он всхлипывает и, захватив полную грудь воздуха, выплёскивает какой-то набор фраз на енохианском. Дин 14 отстраняется. Ему надо заняться другим, пока его самого с головой не затянуло в пучину кайфа. Он кивает, предоставляя право заняться ангельскими стволом своему визави. Дин 09 вновь прижимается к члену. Но теперь его рот действует увереннее. Просто поняв, что тут не нужна сила и дерзость, он делает всё медленно и нежно. Настолько нежно, что сам начинает ловить странные волны кайфа от этого процесса. Кас вскрикивает и сжимает дрожащими пальцами плед. Он подтягивает ноги к животу и разводит их шире, раскрывая себя. Он прекрасно знает, что ждёт его сейчас. Дин всегда очень старательно растягивает его, прежде чем взять. И это умиляет. Его Вождь не хочет причинить ему боли. Хотя, если разобраться, то скорее он не хочет причинять боль себе. Ведь слишком тугие мышцы замкнутого прохода не дадут свободно лавировать в нём, а значит, и не дадут ощутить кайф в полной мере. Но Кас всё же предпочитает первый вариант. Ему приятнее думать, что Дин так старательно с ним работает, чтобы не причинять боль именно ему, Ангелу. Но сегодня всё по-другому. И ему помогают расслабиться удивительно мягкие и нежные губы ещё одного мужчины. Да, он несколько неумело, иногда болезненно задевает зубами чувствительную плоть, но он правда старается. Это чувствуется. И более того, он явно получает удовольствие от своего первого минета. Дин 14 сползает на пол у кровати и, подобравшись ближе, старательно вылизывает его, смачивая складочки. Его язык то проходится по краям, то ныряет кончиком вглубь. Одновременно с этим его пальцы, смоченные слюной, по одному вторгаются внутрь, растягивая. И вот тут Кас действительно съезжает с рельсов. Сразу два рта, вылизывая его с двух сторон, уводят его в мир сумасшествия. Он мечется по постели, с трудом сдерживая слёзы восторга, и всхлипывает: — Я… О, боже! Я сейчас сойду с ума. Вы такие… Дин 09 обалдело смотрит за тем, как пальцы по одному проскальзывают в глубину. Их уже четыре. Почти вся рука. И, походу, это не предел. Сам же он, войдя в азарт и словив какой-то нереальный кайф, обрабатывает ангельский член не хуже заправской шлюхи. И его просто сводят с ума стоны и вскрики Ангела. — Стой! — Дин 14 отвлекается от своего занятия и останавливает Винчестера. — Лучше сейчас прекратить. Ты просто не знаешь эту бестию. Он так быстро воспламеняется, что не сможет удержаться. А нам пока не надо, чтобы он кончил. Займись-ка его ртом. Да пожёстче! Но увидев слегка недоумённый и всё ещё плывущий в эйфории взгляд, поясняет: — Просто оттрахай его в рот. Не дай отсосать, а именно оттрахай. Чуешь разницу? Дин 09 переползает на край кровати, чуть стягивает Каса на себя, свесив его голову и, встав на полу на колени, тянет его подбородок. О, ему сейчас так хочется это сказать! Но уговор удерживает его. И за него это делает Вождь. — Открывай рот, Ангел. Ты был вполне послушен. И сейчас ты получишь два члена. В разные дырки. А потом в одну. Дин 09 проводит членом по мокрым опухшим губам и аккуратно вводит его в рот. Несколько движений — и его крышу рвёт как ураганом. Он сжимает челюсть двумя руками, фиксируя голову, и просто сходит с ума от вида влажных опухших губ, обхвативших его член. В груди горит дикое пламя. Чёрт побери! Оттрахать? О, да! Глубже! Так, чтобы проникнуть в горло. Пальцы стекают по щекам и вцепляются в волосы. Он тянет голову на себя, врываясь в рот до основания. Потом вытаскивает, отбирает рукой влажные губы и, снова проведя по ним головкой, вгоняет ствол до предела. Взгляд перемещается на Дина 14. Господи, неужели это он? Стоя на коленях и закрыв глаза, Дин 14 сладострастно вбивает пальцы в раскрытое отверстие, вылизывая всё вокруг. Чёртов Винчестер! Пытается создать вид безнадёжно окаменелого похуиста? А сам! Да он плавно съезжает с катушек от того, что сейчас делает. И это разве что не горит красными фонариками на его покрытом испариной лбу. Дин 09 снова освобождает рот и, помня о запрете на поцелуй в губы, обцеловывает всё вокруг них, вырвав к Каса такой стон, что ноги подкашиваются. Снова резко в глубину. Захват челюсти. Резкие толчки. «Чёрт, Кастиэль! Как же очешуенно трахать тебя! — вопит его перевозбуждённый мозг, а член все глубже и интенсивнее вторгается в глубину рта. — Ты и правда сучка. Похотливая сучка!» Кас, не переставая стонать, принимает его член в рот. Из глаз текут слёзы, а горло саднит. Но он кайфует только от осознания того, как сильно сейчас таранит его рот этот восхитительный болт. И тут он буквально подскакивает, потому что в его задницу с силой врывается другой и такой же нехилый и не менее восхитительный болт. Вот это восторг! Он дрожит как под током, атакуемый с двух сторон. Тело, мокрое и покрытое засосами, укусами и царапинами, работает как сверхмощный передатчик, принимая импульсы, несущиеся через него навстречу друг другу. Они собираются где-то в животе, сплетаясь в тугой ком желания. — Пожалуй, он достаточно готов. Ну что? Желаешь узнать, каков Ангел внутри? Хочешь проникнуть в самую глубину порока? — Дин 14 указывает на кровать. — Знаешь, когда он такой раскрытый для меня, мне хочется двух вещей: вылизать его до полной отключки или же затрахать до неё же. Но сегодня его ждёт нечто более интересное. Ты готов? Дин 09 кивает и моментально перебирается на постель и ложится на спину. Ну ещё бы! Больше, чем отыметь этот блядски сексуальный рот, он сейчас хочет иметь эту не менее блядски сексуальную задницу. — Кас, сейчас ты оседлаешь нашего гостя. Но не смей приближаться к его губам. Ты получишь поцелуй в конце, когда доставишь ему максимум удовольствий. Ну а если угодишь и мне, то получишь и мой поцелуй, — Дин 14 легко выскальзывает из уже порядком растраханной дырочки и, довольно посмотрев плоды своих стараний, достаёт из стоящей рядом тумбочки тюбик со смазкой и обильно выдавливает прозрачный гель на пальцы. Смазав как следует всё вокруг и внутри, он молча протягивает тюбик Винчестеру. Тот понимает, что от него требуется. Гель на пальцах перекочёвывает на уже просто распирающий член. — Давай, Кас, — Дин 14, убедившись, что всё готово, легко подталкивает его. Кас кивает и, перекатившись на живот, аккуратно залезает сверху. Встав на колени, он подхватывает рукой дергающийся в нетерпении член и медленно усаживается на него. Полностью. И замирает так. — О… хх! — стонет он и начинает медленно двигаться. Его руки упираются в постель. Он пытается держать себя на них, но так хочется прижаться плотно к груди. — Мой Вождь, позволь мне хотя бы целовать его плечи и шею. — Всё, что угодно, Кас. Только не губы! — отвечает Дин 14. Его пальцы, обильно смазанные гелем, проскальзывают в дырочку, ещё больше растягивая. Кас ложится на грудь Дина 09 и, прижавшись губами к его шее, плавно скользит поцелуями вверх. Остановившись у уха, он шумно и порывисто дышит и стонет при каждом глубоком проникновении. Он чувствует, как в его глубине плавно движется крупная головка и как пальцы, помогая ей усилить эффект, будто по клавишам ударяют по стенкам. Он движется вслед за ними, ловя в себе эти импульсы. Дин 09 от восторга просто зажмуривается. То, что он чувствует в этой глубине, заставляет его сходить с ума. А горячее дыхание и сладкие стоны у его уха всклокоченно несутся по всем его слуховым анализаторам, выводя возбуждение на нереальный уровень. Он нервно подёргивается под Касом, потому что жутко хочется двигаться. Что он, собственно, и начинает делать. Стараясь синхронизироваться с движениями Каса на нём, Дин 09 то почти выскальзывает из него, то скользко влетает в самую глубину. — Не спешите. Оба! Сейчас мы сделаем наши ощущения очешуенными, — Дин 14, поняв, что Кас уже прилично возбуждён и достаточно растянут, убирает пальцы, пристраивается сзади и очень медленно вводит ствол. Кас вскрикивает. Это больно. Но практически сразу боль сменяется невообразимыми ощущениями. Чёрт побери! Два горячих самца с совершенно невозможными болтами сейчас одновременно таранят его, зажав как колбасу в сэндвиче меж их упругими крепкими телами. Он чувствует себя меж двух огней. — О, боже! Дин! И ты — очумительный незнакомец! Как же это… Господи, ещё! Двигайтесь. Оба! — Кас, не в силах сдержать эмоций, дёргается и извивается всем тазом на двух стволах, потому что это непередаваемо. В его глубине всё горит, а его самого просто распирает от чувства такой заполненности. Дин 14, имея гораздо больше свободы для движений, вторгается интенсивнее. Его ствол не только прохаживается по огненным влажным стенкам, но и скользит по стволу Винчестера, отчего тот, просто не в состоянии сдержаться, тоже старается двигаться внутри. Эти сумасшедшие двойные толчки доводят Каса до предела. — Дин, я больше не выдержу. Вы такие обалденные! — Тогда сейчас ты получишь главный приз, детка! — Дин 14 стягивает с Каса повязку. — Посмотри, кто ещё сегодня с тобой, Кас. Кас распахивает глаза. Первые секунды он не видит ничего. Темнота и долгое нахождение в повязке не сразу дают возможность зрению восстановиться. Постепенно картинка прорисовывается. Он замирает, как громом поражённый. — Дин? Постой… Но ты другой Дин. Не из этого времени. Нет, не сейчас. Я не могу сейчас разбираться в коллизиях временных петель. Чёрт бы вас побрал, Винчестеры! Ещё немного. Пожалуйста. Охренеть! Господи, мечта в двойном размере! Глубже! Да-а-а!!! Прошу вас. Ещё… — Кас задыхается в стоне восторга и выпускает на волю весь воздух, что есть у него в лёгких. Он запрокидывает голову и кричит, выплёскивая сперму на живот Дина. Его колотит так, что они оба не в силах его сдержать. Волна экстаза прокатывается по его телу. Он прижимается к груди Дина и, вцепившись зубами в его ключицу, истерично плачет, захлёбываясь в слезах. И они чёрные. Ангельская благодать, уже давно ставшая черной, сейчас выливается такими же грязными слезами. Одновременно с ним, не выдержав таких мощных разрядов ангельского тока, оба Винчестера взрываются в экстазе, наполняя его своим семенем с двух сторон. Полностью. Заполняя его как цистерну с цементом. Кас чувствует горячие толчки внутри. Они, как автоматные очереди, поливают его разящими колкими штрихами. И это действует совершенно неожиданно. Он, резко изогнувшись, будто взлетает заново, подстёгиваемый как ударами хлыста, каждым таким вплеском. Он вскрикивает от каждого из них, вновь поднимаясь к вершине наслаждения. Они, как волшебные пендели, подстёгивают его. К чему? О, он ещё не знает. Да и не соображает. Резкий, одновременный последний толчок, синхронный с двойным выстрелом семени, разит наповал. Кас, закатив глаза, странно изгибается и… Раскрывает за спиной крылья, чуть было не сбросив ими Дина 14. — ГосподилюблютебяДин — единым выдохом, вскрывая как гнойник самую сокровенную тайну своей души. Тот, видя такую странную реакцию, вцепляется руками в жёсткие остовы перьев, не давая ни малейшего шанса сдвинуться, насаживая максимально. И держит это бьющееся, в восторге бешеного оргазма тело. Ощущение крыльев в его руках совсем сносит планку. Его Ангел никогда ещё не раскрывал их во время оргазма. И никогда он не говорил о чувствах. Видимо, сегодня это было и впрямь чем-то из ряда вон выходящим. Кас, напрочь лишившись сил, бесформенной биомассой стекает на грудь Дина 09 и прижимается губами к его шее. Он что-то тихо шепчет, но разобрать ни слова невозможно. Дин 14 скатывается с него и расслабленно падает на спину, потянув на себя Каса. Тот сползает рядом и просто в отключке тоже валится на спину. Его крылья растекаются на них обоих, укрывая будто одеялом. Какое-то время они просто отдышиваются и приходят в себя. Дин 14 приподнимается на локте и, оглядев Ангела, всё ещё находящегося в отключке, осторожно приподнимает с себя крыло и поглаживает его. Оно медленно собирается и прячется где-то под спиной. То же самое происходит и со вторым. — Дин? Как ты считаешь, наш Ангел заслужил поцелуй? — Дин 14 проводит пальцем по совершенно пересохшим губам. Его пальцы обтирают с лица грязные слёзы. Где-то в глубине его порядком очерствевшей души просыпается нежность. Нежность к этому небесному созданию, которое он, как ни крути, любит. Да, он никогда не показывает ему своих чувств, никогда не говорит слов любви, но его сердце не совсем черство. И в нём есть любовь. — Конечно, — хрипит Винчестер. У него просто пропал голос. Может оттого, что слишком долго молчал. А может потому, что орал как сумасшедший, но про себя. Беззвучно. Но это сейчас неважно. Получив Ангела во всех возможных и невозможных ракурсах, он мечтает лишь об одной вещи — его поцелуе. Губы Ангела, совершенно измученные и истерзанные, манят его как магнитом. И он так хочет поцеловать их. Он приподнимается и прижимается к ним. Нежно. Проходясь по ним влажным языком, лаская губами, сжимая и посасывая. — Кас, — хрипит он в поцелуй. — Твои губы. Это самое невозможное из всего невозможного, что я видел на свете. Я бы целовал их бесконечно. Он отстраняется и смотрит на Дина 14. — Согласен, — улыбается тот. — Как бы не был прекрасен Ангел во всех местах, самое сексуальное, что есть в нём — его губы. Он тоже наклоняется и так же нежно обцеловывает и облизывает губы Ангела… Обняв его с двух сторон, они оба переглядываются и совсем тихо, прижавшись к его ушам, одновременно шепчут: — Люблю тебя, Ангел. Только он этого не слышит. Он парит где-то в родной стихии, идя по облакам и тая в восторге от переполняющих его чувств. Они сказали это для себя. Чтобы прочувствовать. Один — чтобы понять, что так и есть. Второй — чтобы не дать своему сердцу потухнуть…

***

Хмурое утро неспешно заползает сквозь грязные стекла. Дин проснулся и оглядел пейзаж. Разметавшись по постели на животе спит Кастиэль. Он уткнулся в подушку и тихо сопит, как младенец. Его круглые ягодицы и стройные бёдра всё ещё покрыты засохшими следами семени. Рядом, собственнически закинув на него руку и ногу с совершенно серьёзным выражением на лице спит он, Дин из будущего. Весь его вид показывает, что он уже давно и прочно заклеймил этого Ангела. Как и подобает истинному Вождю. Винчестер улыбается, оглядев эту картину. Какой же он дурак! Пять лет! Он мог бы наслаждаться своим Ангелом пять лет, если бы там, в своём времени, просто решился. Впрочем, у него есть шанс всё исправить. Через два дня Захария вернёт его обратно. И первое, что он сделает — это сожмёт в объятиях своего Ангела и, уронив на постель, зацелует до потери сознания. Там, в его мире, ещё нет войны и Апокалипсиса, нет Кроатона и нет необходимости быть жёстким, как здесь. А значит, он может пойти другим путём, познавая своего Ангела нежно. Он соскочил с постели и вышел в большую комнату. Найдя свою одежду, он быстро оделся и вышел на крыльцо. Промозглый утренний воздух, окутанный серым туманом, пробрался под одежду. На елях голубоватыми искрами сверкал иней. — Зак! — сказал он, — Захария! Поговорить надо! — Неужели ты дозрел так быстро, Дин? — Зак, расплываясь довольной улыбкой, появился рядом. — Что ж. Давай поговорим. Интересно, что сподвигло тебя так быстро принять решение? — А вот это тебя не касается. Возвращай меня домой. У меня есть важное дело, не терпящее отлагательств! — Дин пошёл к большой ели и уселся на скамейку под ней. — Конечно, не терпит! — Зак опустился рядом. — Михаил ждёт не дождётся твоего согласия, пока ещё не стало слишком поздно. Как тебе мир Кроатона? — Обычный Апокалипсис. Не удивил, Зак. — Дин запрокинул голову и подставил довольное лицо тёплым лучами солнца, пробивавшимся сквозь серые тучи. — Это ты просто финала не видел. А тебе предстояло незабываемое зрелище — встреча с самим Люцифером! — Зак уже мысленно довольно потирал руки. Он выполнил поручение. Михаил будет доволен. — Послушай, Зак. Ты, конечно, будешь удивлён, но я плевать хотел на Апокалипсис, Кроатон и даже на Люцифера с Михаилом. — Не понял! Мы что, не договорились? — Захария удивлённо уставился на Дина. — Нет. Ты можешь мариновать меня здесь ещё два запланированных дня или вернуть домой сейчас. Это вообще неважно. Михаил всё равно получит в ответ «нет». И Люцифер тоже. Поверь, я знаю брата. А Кроатон? Зак, ты идиот. Это искусственно созданный вирус. И пока он ещё не вышел на свободу и хранится запечатанным в ампулах с вакциной. И ты думаешь, зная, какой вред он может причинить, я позволю этим вакцинам даже выехать к людям? Не будет Кроатона, Зак! И не будет согласия. А теперь, просто верни меня домой, ладно? — Это ты идиот, Винчестер! Ты считаешь себя всесильным? Думаешь справиться с мощной корпорацией, что создала Кроатон? — Да! И я это сделаю. А знаешь, почему? Потому что я — Бэтмен! Потому что на этом свете есть сила, во сто крат превосходящая самого Дьявола. Потому что ради неё я горы сверну и поставлю вверх тормашками. И потому что у меня есть нечто, вернее некто… — Дин мечтательно закрыл глаза и представил перед собой своего Ангела. Его растрёпанные тёмные волосы, лучистые синие глаза и такие красивые губы. Он уже мысленно обнял его, прижался к его груди и целовал эти губы, не отпуская. Любовь, наполняя его сердце, струилась по венам. Это его двойник из будущего довольно сдержан и груб в эмоциях. Он, Дин из 2009, ещё не успел стать холодным камнем. Он будет просто любить Каса, нежно и страстно, горячо и неистово, даря ему ласки и тепло поцелуев. Потому что любит его. — Бэтмен? — Зак похлопал глазами. Он вообще ничего не понимал. Мир, разрушенный и практически безлюдный, Люцифер у власти — все это должно было напугать Винчестера. Он должен был после этого согласиться! А он? Сидит с совершенно довольным видом и рассуждает о высоких материях. И, судя по его выражению лица, ему реально наплевать. Что же случилось? На крыльце появился Дин 14. Он потянулся и окинул суровым взглядом Захарию. Зак слегка стушевался. Вот именно с этим образцом Винчестера ему встречаться ну никак не хотелось. Это машина! Чёрствая, бездушная машина для убийств. Как жаль, что он не знал, что это неправда. Но в следующую секунду его челюсть отвисла. На крыльцо вышел Кастиэль. Он осторожно встал сзади, обнял Дина за плечи и легко поцеловал в небритую щёку. Дин чуть поморщился, но в зелёных глазах полыхнуло чувство. Как бы он не пытался вести себя жёстко, устоять против нежности Ангела он не мог. Никогда. И даже беря его грубо он точно знал, что непременно подарит ему поцелуй в конце, потому что целовать эти губы было для него высшим наслаждением. Потому что, несмотря ни на что, он любил своего Ангела. Два зелёных взгляда встретились. Они поняли друг друга. Им не нужно ничего объяснять, потому что они — один и тот же человек. Дин 09 окинул нежным взглядом Каса, прижимавшегося к Дину 14. А тот в ответ легко улыбнулся и кивнул, будто благодаря. Он и правда благодарил. За чудесную ночь в объятиях сразу двух его любимых мужчин, за нежность, которую ещё не растерял Дин из прошлого и за будущее. Ведь теперь он точно знал, что их соединение произойдёт гораздо раньше. Там, в 2009. И незачем будет ждать и прятать чувства ещё три долгих года, пока землю не захватит Кроатон. — Ну, чего смотришь, пернатая напыщенная задница? — засмеялся Дин 09. — Зак, Зак… Ты даже не представляешь себе своим тупым заточенным под ангелькую службу мозгом, на что способен человек, когда рядом с ним любимый Ангел! Лёгкий ветерок зашуршал в кронах деревьев. Дин огляделся. Он сидел на кровати в номере мотеля. Мобильник тихо тренькнул. Дин взял его и, обратив внимание на дату, довольно улыбнулся. Он дома. И его Ангел ждёт его. — Знаешь, Зак. Я должен сказать тебе спасибо за это путешествие в будущее. Потому что теперь я не только предупреждён, но и вооружён. Я и Сэм справимся. Вместе. А сейчас… Он решительно поднялся. Его Ангел. Он ещё не знает. Но Дин больше не будет медлить. И сегодня он обнимет его, чтобы, покрывая поцелуями, сказать ему такие важные слова. Он любит своего Ангела! Чёрт возьми, любит! А всё остальное неважно…

«Меж двух огней ещё один огонь пылает

Сливаясь в пламени бущующей стихии

И Ангел в этом пламени сгорает

Себя отдав двоим его любимым

В петле времен их закрутило небо

Соединив в одном лихом моменте

Один, из прошлого. Он из того отрезка

Где всё ещё живо. Где солнце светит

Лучами тёплыми всю землю согревая

Пока ещё наполненную жизнью

Там страшный вирус ещё не гуляет

И Апокалипсис — лишь миф из книги

Второй, уже прошёл сквозь бремя

Став чёрствым и холодным, словно камень

Он в этом мире — Вождь. И его племя

Ждёт от него защиты от страданий.

И они оба, пряча в сердце тайну

Так глубоко, чтобы никто не видел

Открыться не посмели б. И случайно

В порыве страсти ду́ши обнажили.

Две пары рук его ласкали смело

Две пары губ так страстно целовали

В их бешеном огне до тла горел он

Для них в экстазе крылья расправляя

Когда волна их затопившей страсти

В едином звёздном вихре закружила

На пике обжигающего счастья

Они сказали то, что в сердце живо.

И Ангел, между двух огней сгорая

В ответ сказал: «Люблю». И умер в неге

Их было двое. Два огня... Два Рая…

Едины, но два разных человека…»

Кайя Кларенс.