Сияющий оникс

Ориону не приходится прилагать много усилий, чтобы привлечь внимание Абраксаса. Тот на удивление явно следует за ним после урока защиты. Орион бросает быстрый взгляд назад. Реддл занят тем, что дразнит Альфарда, младшего кузена Ориона, который подошел к классу профессора Вилкост безрассудно рано до начала урока. Орион немного морщится, но не вмешивается. Альфард сам справится. Орион надеется на это, по крайней мере. — И ты говорил, что Поттер понял, что ты можешь привести ему новых последователей? — спрашивает Абраксас шёпотом, когда они обходят толпу между занятиями и направляются к тайному проходу, скрытому за гобеленом с изображением смерти единорога. Орион кивает и тихо отвечает: — Он попросил меня шпионить за Вальпургиевыми Рыцарями и обсуждать с ним наше истинное положение только наедине. — Кто-то ещё обращался к тебе? — План действует меньше суток. Я бы обратился к тебе первым, но не считая Реддла ты всегда был самым умным из нас. Абраксас усмехается, и Орион улыбается в ответ. Он конечно льстит, но в этом есть и доля правды, и Абраксас это знает, и Орион знает, что Абраксас это знает, так что больше говорить не о чём. Они входят в библиотеку, и Орион ведёт Абраксаса к уединённому столу, за которым он сидел, когда хотел попросить Гарри о помощи по защите. Гарри уже ждёт, перед ним гора книг — почти все из них по истории магии, что удивляет Ориона. Гарри поднимает глаза. Орион замирает, рассматривая Гарри. На его лице полуулыбка, и хотя он напрягается при виде Абраксаса, руку к волшебной палочке не тянет. Значит, он доверяет Ориону, что тот приведёт кого-то, кто не подготовит для него ловушку. Доверяет. Это чувство разливается по венам Ориона, как игристое вино. Он никогда не испытывал ничего подобного, даже в первый раз, когда почувствовал силу своего отца или Реддла. Он улыбается Гарри, радуясь, что стоит спиной к Абраксасу и никто другой не видит его искреннюю улыбку. Затем говорит: — Думаю, ты уже встречал Абраксаса Малфоя. — Знаю о тебе больше, чем знаю тебя самого, — говорит Гарри, коротко кивая Абраксасу. — Можешь объяснить, почему ты хочешь работать со мной? Реддл всё ещё наш сокурсник и всё ещё сильнее и страшнее меня. Абраксас смотрит на Гарри, и Орион мельком поглядывает на него, не замечая в его взгляде страсти или чего-то, что могло бы поставить под угрозу претензии его самого на Гарри. Похоже, это скорее удивление, возможно, шок. И это может быть связано как с силой Гарри, так и с его отсутствием страха. — Я... я никогда не думал, что появится кто-то, кто сможет бросить вызов Реддлу. Но ты это сделал прошлой ночью. И Орион намекнул, что ты можешь обеспечить нам большую защиту. Включая защиту от Реддла. — Абраксас прочищает горло. — Я хочу присоединиться. — Один поединок не означает, что я могу защитить вас от Реддла. — Никто никогда не сбивал Реддла с ног, кроме нескольких старшекурсников еще на первом курсе, — говорит Орион. — И то те были на пять или шесть лет старше его. Он стал лидером среди всего нашего курса и в целом большей части Слизерина. Но ты пришёл и изменил баланс всего за несколько месяцев. Этого достаточно, Гарри. Гарри морщится. — Изменить баланс не значит победить. — Ты не понимаешь, насколько это важно, — говорит Абраксас. Он смотрит на Гарри, который смотрит на него с пустым выражением лица, затем указывает на кресло по другую сторону стола. Абраксас садится с благодарной улыбкой, а Орион занимает кресло справа от Гарри. — Никто никогда не мог сделать ничего подобного. Никто не осмеливался даже попробовать. — Звучит так, как будто ты его ненавидишь. — Он держал меня под Круциатусом в прошлом году. Глаза Гарри расширяются, и он смотрит на руки Абраксаса. Орион немного удивлён, что он знает, на что смотреть, чтобы обнаружить дрожь от заклинания, но многие вещи о Гарри удивляют. Он запоминает этот факт для дальнейшего использования. — Но я не смею действовать против него, — завершает Абраксас. — Он намного сильнее меня. — Он намного сильнее и меня тоже. Я готов бороться с ним, но ничто не мешает ему ударить меня в спину чем-то гораздо более тёмным, чем я знаю. Орион поглядывает на Абраксаса. Абраксас открывает рот от удивления — очевидно, он не верил, что Гарри не знает, насколько велика его сила, — но затем поднимает подбородок и решительно кивает. — Позволишь мне использовать заклинание, которое покажет наш относительный уровень силы? — шепчет Абраксас. О, очень хорошо. Орион знает только заклинание, которое показывает уровень силы одного человека и является невидимым для всех, кроме его создателя. Гарри явно достаточно упрям, чтобы потребовать визуальное доказательство этому, но это тоже имеет свои преимущества, поскольку после этого ему будет трудно игнорировать то, что они говорят. — Почему я должен позволить тебе наставлять на меня палочку? Орион не облизывает губы, видя недоверие на лице Гарри, потому что, честно говоря, такие явные сигналы в общественных местах вообще неуместны. И он считает это общественным местом — несколько другим, когда он шпионит за Реддлом. Глаза Гарри быстро скользят по нему. — Я обещаю, что буду использовать её только для заклинания, которое покажет наш относительный уровень силы, — шепчет Абраксас. — Хочешь, чтобы я поклялся на своей палочке или достаточно моего слова Малфоя? Гарри смотрит на него. Затем говорит: — Твоего слова, Малфой, будет достаточно. Надеюсь, ты понимаешь, что в противном случае я не постесняюсь рассказать об этом каждому, кто окажется рядом. О том, как ты нарушаешь свои обещания. Орион слегка улыбается. Гарри умеет использовать зубы и когти, когда хочет. Просто, похоже, он не заботится о слизеринских играх достаточно, чтобы действительно это делать. — Моё слово Малфоя, — говорит Абраксас, медленно взмахивая палочкой взад и вперёд, как будто используя её в качестве зонда. Он не произносит заклинание вслух, что разочаровывает, но не удивляет Ориона. Однако, если они станут союзниками, как Орион надеется, есть шанс, что Абраксас научит его этим чарам. Магия изливается через стол, распространяется по комнате, ненадолго охватывая всех присутствующих. Орион борется с неприятным ощущением металлических лент, прижимающих его руки к бокам, но замечает, как губы Гарри искажаются, а глаза темнеют. По какой-то причине это вызывает у него дискомфорт, что он не ожидал. Почему? Но вот внимание Ориона привлекает свет, исходящий от их кожи. Абраксас сверкает как яркая звезда, что Орион, возможно, и ожидал увидеть. Сила самого Ориона — тихая, тёмная, растекающаяся как скатерть под невидимой посудой. Глаза Ориона наполняются слезами, когда он смотрит на Гарри. — Святой Мерлин, — вздыхает Абраксас. Орион улыбается, даже пряча лицо одной рукой. Абраксас хочет, чтобы кто-то противостоял Реддлу и жаждет мести за Круциатус, но теперь ясно, что он поверил в то, что Гарри может стать средством достижения цели. — Это... это не могу быть я. Голос Гарри дрожит. Орион щурится в ярком серебряном свете, но он слишком яркий, и Орион не может разглядеть выражение лица Гарри. Он видит только, как его руки крепко сжали край стола, будто он может его сломать. — В чарах нет никакого подвоха, — говорит Абраксас, прочищая горло и завершив заклинание. Он кладёт палочку на стол и разводит руки в стороны, они слегка дрожат. — Поверьте, я был бы рад, если бы мог заставить себя сиять ярче и выглядеть сильнее, но у меня нет такой возможности. — Орион. Тот поворачивается к Гарри. — Да, — говорит он. — Это действительно был ты. Несколько недель назад я наложил на тебя похожие чары, которые показывали истинную силу только мне. Ты сияешь... ты сияешь ярче звезды, Гарри. Гарри выглядит совершенно потрясённым. Абраксас слегка вздрагивает, но Орион стучит ногой по его под столом, и Абраксас замолкает. Он, должно быть, удивляется, как Гарри позволяет себе проявлять такую слабость, но Орион уже понимает, что это не слабость. Глубина сострадания Гарри — вот причина, по которой он сможет стать тем лидером, за которым Орион мечтает следовать. Настоящим лордом. А со временем, возможно, и замечательным мужем. Если Орион добьётся своего. — Почему это никогда не помогало мне в прошлом? — восклицает Гарри. — Если я такой сильный, почему со мной происходили вещи, которые сила не остановила? Орион моргает. — Что с тобой случилось такого, что эта сила могла бы остановить? Гарри смотрит на него испуганными глазами. — Дуэли, которые не шли по моему сценарию, — говорит он. — Люди, которым я пытался помочь, но не смог их спасти. Люди, с которыми я вырос и которые дали мне... Он резко встряхивает головой и, похоже, выходит из транса. — Неважно. Всё равно это не то, что вы хотели бы услышать. — Возможно, это не то, что я хотел бы услышать, — тихо соглашается Орион. Он немного потрясён. Он думал, что Гарри вырос в среде, где его привыкли стыдить и игнорировать, учитывая его вероятное происхождение как незаконнорожденного Поттера, но не думал, что всё было настолько плохо. — Но я думаю, что это может быть важно для нас. Он должен помнить, что Абраксас тоже участвует в разговоре и не действовать так, будто хочет оставить его в стороне. — Тебе, черт возьми, шестнадцать лет, как и всем нам, — говорит Абраксас с недоверием. — Как ты мог... — Мне шестнадцать, — соглашается Гарри, резко скривив рот, чего Орион никогда раньше не видел. — Это не значит, что я такой же, как все вы. — Он снова поворачивается к Ориону. — Я всё ещё хочу получить ответы. Почему моя сила не помогала мне спастись или спасти других людей в прошлом, если я действительно обладаю ею в такой степени? — Я не могу сказать наверняка, не зная всех подробностей... Гарри усмехается. — Но, — продолжает Орион, немного раздражённый тем, что Гарри его не слушает, — я бы подумал, что хотя бы часть из этого произошла из-за недостатка тренировок. Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, что у тебя есть сила, и пытался научить тебя её использовать? Атакующие заклинания? Дуэльные заклинания? Он ещё не говорит о тёмных искусствах, потому что не знает, как Гарри отреагирует, но по блеску в глазах Абраксаса понимает, о чём тот думает. — Когда мне было тринадцать, со мной почти год занимался человек, чтобы научить меня вызывать патронуса. В остальном — нет. Орион не скрывает удивления. — Ты смог вызвать патронуса в тринадцать лет? — Да. — Гарри смотрит на него. — Я думаю, ты мог бы сделать всё, что захочешь, — горячо говорит Абраксас, а затем произносит нелепость. — Мой лорд. Гарри отскакивает так резко, что почти стукается головой о книжную полку позади них. Он вскакивает на ноги, дрожа всем телом, будто кто-то наложил на него заклинание листового тремора. — Нет, — говорит он. — Нет. Я не собираюсь быть таким, как он. Как Реддл. — Конечно, ты не собираешься, — говорит Орион и на этот раз сильно пинает Абраксаса в голень. Тот бросает на него сердитый взгляд, но Орион его игнорирует и снова обращается к Гарри. — Но думаю, я могу дать часть ответа на твой вопрос. Ты когда-нибудь хотел быть могущественным? Побеждать в дуэлях? Спасать людей от смерти? — Конечно! Но только последнее. — Но пытался ли ты использовать свою магию, чтобы сделать это, Гарри? — Орион смягчает голос, видя расстроенное выражение Гарри. — Прости. Я просто пытаюсь помочь. — Ну, один раз. Когда я призвал патронуса, чтобы спасти крестного от дементоров, — Гарри опускается обратно на стул, его лицо становится мрачным. — Но, похоже, не в остальных случаях. В основном я пытался их спасти или остановить кого-то. И несколько раз палочка всё равно не смогла бы помочь. Абраксас выглядит так, словно его только что поразили Ступефаем. Орион пинает его для уверенности. — Думаю, это и есть ответ, Гарри. Наша магия отражает то, что нам действительно важно, то, что мы хотим. Если бы ты хотел использовать патронуса для защиты от дементоров или для защиты себя от проклятий вроде тех, что Реддл наложил прошлой ночью, это бы сработало. Если ты не пытался использовать магию, чтобы стать лучшим в дуэлях... — Орион оставляет мысль недосказанной. Гарри тихо смеётся. — И всё? Хотеть чего-то достаточно сильно, и магия сделает это за тебя? — Не всегда, — отвечает Орион. — Но мы можем помочь тебе с тренировками. Если твоё желание — выжить после столкновения с Реддлом и защитить нас, думаю, твоя магия будет тебя поддерживать. — Я с радостью помогу, — говорит Абраксас как раз вовремя. — Я уже говорил, что хочу отомстить Реддлу. И мне было бы приятно, если такой сильный волшебник, как ты, когда-нибудь будет мне что-то должен. Гарри смотрит на Абраксаса с недоверием, что в общем-то разумно. По крайней мере, он не реагирует с паникой, как раньше, когда Абраксас пытался заставить его признать реальность. — Ладно. Попробуем. Мне нужно подучить больше атакующих заклинаний. Мой арсенал сейчас больше защитный. — Мне бы также пригодилось знать, как твои успехи в чарах и трансфигурации, — добавляет Орион. — Они тоже могут пригодиться в бою. — Средне, — твёрдо говорит Гарри. — Ты не сдерживался в классе? — Орион предполагал, что Гарри мог это делать на уроках защиты, хотя после того как Гарри согласился быть его наставником, его уверенность уменьшилась. Похоже, Гарри прав, и он не очень хорош в атакующей магии. Что мы можем легко изменить, думает Орион, обмениваясь взглядом с Абраксасом. Гарри качает головой. — Я никогда не... до появления в Хогвартсе я глубоко не изучал чары и трансфигурацию. Всегда было что-то более важное. — Тогда мы сможем помочь тебе подготовиться к ЖАБА одновременно с тренировками, — говорит Абраксас весело. — А пока тебе стоит беспокоиться о том, что Реддл попытается за спиной у тебя наложить проклятия. — Да, я знаю. Но как думаете, это будет проклятие или укус змеи? Орион моргает. Он не думал об этом. Но в Слизерине полно вырезанных и расписанных змей, и Реддл вполне способен ими управлять. Сам он предпочитает делать все волшебной палочкой или руками. Но если он действительно боится Гарри? Это может быть возможно. — У него здесь нет настоящей змеи, — говорит Абраксас. — И насколько я знаю, укусы змей на прикроватных столиках не могут быть ядовитыми. Они могут быть болезненными, но... — Они могут вызвать потерю крови. А значительная потеря крови может привести к смерти, Малфой. Орион удивлён, но приятно поражён тем, что Гарри первым делом подумал об этом. Это значит, что им придётся научить его не только магии, но и тому, как её применять в реальных ситуациях. Орион наблюдал, как некоторые юные слизеринцы боролись с этим годами. — Ах да, — Абраксас немного запинается, затем наклоняет голову. — У тебя есть способ предотвратить это? — Возможно. — Как? Гарри смотрит на Абраксаса с пустым взглядом, затем обращается к Ориону. Тот сидит прямо, стараясь выглядеть вежливо и внимательнее, чем Абраксас. — Думаю, нам нужно сосредоточиться на создании щитов, которые затруднят Реддлу наложение проклятий. — И на заклинаниях, которые заставят его дважды подумать перед тем, как это сделать. — Орион старается звучать уверенно, надеясь, что Гарри согласится и не будет думать, что он начинает изучать тёмные искусства. Гарри пристально смотрит на него, словно под его взглядом скрывается пламя. — Хорошая попытка, Блэк, — говорит он через мгновение. — Я могу быть заинтересован в изучении контрзаклятий, но думаю, оставим тёмные заклинания Реддлу, ладно? — А что если выяснится, что ты не сможешь? — спрашивает Орион тихо, наклоняясь вперёд. Глаза Гарри сосредоточены на нём, словно в мире остались только они вдвоем. Это чувство Орион любит и мог бы привыкнуть к нему. — Что если окажется, что Реддл будет использовать их против тебя быстрее, чем ты сможешь применить контрзаклятия? — Он лучше в тёмных искусствах, чем я, — отмахивается Гарри. — И если выяснится, что нам действительно нужно будет использовать их, тогда у меня есть вы двое, верно? — Он смотрит сначала на Ориона, потом на Абраксаса и выдает самую фальшивую улыбку, которую Орион когда-либо видел. — Вы сможете защитить бедного полугриффиндорца от злых тёмных проклятий, верно? — Полугриффиндорца? — Абраксас выглядит так, будто его душат. — Шляпа рассматривала этот вариант, — говорит Гарри, и его глаза становятся далекими и полными боли. — Но в конце концов решила по-другому. Гарри внезапно встаёт и кивает Ориону и Абраксасу. — Я буду в гостиной, если захотите поговорить со мной, — говорит он. — Но если знаете место, где мы могли бы попрактиковать щиты, буду признателен. Орион сомневался, затем раскрывает секрет, который его отец доверил ему. — На седьмом этаже есть комната, которая появляется только если ты действительно её ищешь. Я позабочусь о том, чтобы дверь появилась. В семь вечера? Глаза Гарри расширяются на мгновение. — Да, это подойдёт, Блэк. — Орион, пожалуйста. Гарри кивает, но не как будто забыл, а как будто Орион напомнил ему о чём-то. — Увидимся там, — говорит он, собирает книги и выходит из библиотеки, его шаг уверенный и размеренный. Абраксас смотрит ему вслед, затем поворачивается к Ориону. — Это тот лидер, за которым ты хочешь, чтобы я следовал? — Твое заклинание не обмануло насчёт его силы, Малфой. И ты видишь, какой он. — Да, именно поэтому я сомневаюсь, что он продержится ещё три дня рядом с Реддлом, не говоря уже о том, чтобы защитить нас! — Но ты также заметил, как он обращался с нами. Как с равными. — Орион постукивает пальцами по руке Абраксаса, касаясь кости, которую тот сломал, играя в квиддич пару лет назад. Абраксас отталкивает его руку с недовольством. — Он не вёл себя высокомерно. Не пытался показать, что у него есть какие-то секреты, которые мы не должны знать. Он никогда не станет накладывать на нас проклятия. Ему просто нужна дополнительная тренировка, вот и всё. — А если мы не добьёмся этого? Если он не будет изучать тёмные искусства вовсе? — Ну, тогда у него есть мы, как он и сказал. Можешь представить, каково это — изучать все тёмные искусства, которые нам интересны, без Реддла, который забирает книги и требует отчёт о том, что мы делаем, пытаясь стать более могущественными, чем он? Абраксас задумался. Орион видит, как он сомневается. Реддл завидует силе других людей до глубины души и скупает любые книги по тёмным искусствам, которые появляются в библиотеке или в Запретной секции, как ниффлер крадет золото. Лидерские качества Гарри могли бы помочь им в этом плане, если только его единственное возражение к тёмным искусствам — это нежелание использовать их самому. — Ладно. Но, Орион, гриффиндорец? — Полугриффиндорец. Он сам сказал. Шляпа всё равно отправила его на Слизерин. — Да. — Абраксас провожает взглядом Гарри, а затем собирается с мыслями. — Да. Ладно. — Он смотрит на Ориона и улыбается. — Может быть, это действительно сработает. Спасибо, что позвал меня, Блэк. Орион слегка улыбается в ответ и идёт искать книгу в библиотеке с защитными заклинаниями, которые Гарри никогда раньше не видел. И с другими заклинаниями, потому что всегда есть шанс, что Гарри может изменить своё мнение. Орион чувствует, как его сердце трепещет от волнения. Но он старается не показывать этого, пока спокойно перебирает книги на полках и выбирает том о сложных заклинаниях, включающий как защитные, так и атакующие. Он рад, что не выдал своего волнения, когда свернул за угол и врезался прямо в Реддла. — Мой лорд, — произносит Орион, слегка склоняясь. — Иди за мной, Блэк, — велит Реддл, направляясь к выходу из библиотеки. У Ориона нет другого выбора, кроме как следовать за ним.