Вернись со мной в Гусу

      Цзян Чэн, все ещё мрачный, рассказывал обо всём случившемся сестре. Цзян Яньли только вздохнула. — А-Чэн, но чего ты ожидал? Долг долгом, но даже меня порой изумляет терпение Вэй Ина к твоей брани и тычкам, а если вспомнить, что с ним творила наша мать… И потом, А-Чэн, неужели тебе мало той жертвы, что принес Вэй Ин? Я теперь жалею лишь о том, что не могу поблагодарить Вэнь Цин. После сделанного ею, я бы с радостью считала её своей сестрой. Цзян Чэн усмехнулся. — Ты можешь и поблагодарить ее, и заключить с ней сестринский союз. Уже повсюду известно, что Вэнь Цин стала невестой Лань Цижэня, как и Вэй Усянь намерен вступить в брак с Лань Ванцзи. — Кстати, о браке, А-Чэн, — заметила Цзян Яньли. — Ты бы мог отвезти меня в Ланьлин? Угрозы безопасному путешествию больше нет, а ты вполне можешь справиться здесь и один. А-Сюань ведь ждёт, что я отвечу ему согласием. Но прежде я бы действительно хотела поблагодарить Вэнь Цин и назвать ее своей сестрой. — Хорошо, — кивнул Цзян Чэн. — Я отвезу тебя сначала в Облачные Глубины, а после — в Башню Золотого Карпа. * Оказавшись в Облачных Глубинах, Яньли узнала от счастливого Вэй Усяня, теперь уже супруга Лань Ванцзи, все — он уже в который раз повторил историю передачи своего золотого ядра Цзян Чэну, рассказал и о том, как его принял Лань Цижэнь, сделавший Вэнь Цин своей невестой, а затем и супругой (их брачные церемонии прошли в один день), и как они вместе доставили в Гусу мирных Вэней. Лань Цижэнь с Лань Ванцзи прежде всего применили особую магию, дабы удостовериться, что среди тех, кто был с бабушкой Вэнь, не спрятался кто-нибудь, причастный к преступлениям главной ветви семейства Вэнь, но таковых не нашлось. Все, кто заслуживал осуждения, к тому времени либо погибли в боях, либо были казнены, либо изгнаны из Поднебесной. Среди мирных Вэней, принятых в клан Лань, были лишь скромные земледельцы, помогавшие Ланям с благодарностью. Вэй Усянь и Лань Ванцзи полюбили маленького Юаня и растили его, как родного. Вэнь Цин же вместе с лекарями Лань долго трудилась над созданием снадобья для Вэй Усяня, могущего хотя бы частично компенсировать утрату золотого ядра, и однажды преуспела в этом. Вэй Усяня прежде всего огорчала невозможность наслаждаться долгой жизнью и крепким здоровьем рядом с Лань Ванцзи после потери золотого ядра и отказа от темных практик, но теперь, когда ему не страшны были недомогания, а жизнь могла бы продлиться сотни лет при условии, что он будет принимать снадобье Вэнь Цин регулярно до конца своих дней, не пренебрегая медитацией, невозможность заклинать его более не огорчала. Конечно, Цижэню пришлось выдержать серьёзное объяснение с главами кланов Цзинь и Не (Цзян Чэн после разговора с Вэнь Цин счёл за лучшее махнуть рукой на остатки клана Вэнь, тем более, что все виновные в гибели его родителей уже поплатились жизнью), но в конце концов те уступили ему, сочтя недостойным марать руки о крестьян. Теперь Вэнь Цин и Вэнь Нин были вполне счастливы. — Вэнь Цин спасла и А-Чэна, и А-Ина, — улыбнулась Цзян Яньли. — Мне бы так хотелось, чтобы Вэнь Цин стала моей сестрой… — Что ж, я буду только рада, — улыбнулась Вэнь Цин в ответ.