👼Во имя будущего, во имя любви⏳

☆ ГАРРИ ПОТТЕР ☆ Две недели в Австралии пролетели мгновенно. Только мы успели вернуться из тёплой Австралии в холодный и заснеженный Лондон, как на следующую ночь активировался маховик времени. Я успел лишь разбудить Драко, схватить телефон, да мы поцеловали Скорпиуса. Я обнял Малфоя, прокрутил ось маховика семь раз вперёд и два назад. Драко обнял меня, и прошептал: «Я люблю тебя, Поттер!» Вдруг мы, девятнадцатилетние, отделились от нас двадцатипятилетних, и нас начало закручивать словно в спираль. Те мы, из мира будущего, и не заметили словно нашего исчезновения и не произошло, но мы из прошлого хорошо запомнили, как исчезли, как оставили взрослых себя и сына в мире будущего. Я обнимал Драко, пока нас сжимало и разжимало, словно мы попали в автобус «Ночной рыцарь» для волшебников и ведьм, попавших в беду. — Дыши, любимый, дыши! — кричал я, когда мы были в пути. Драко обнял меня за шею и плечи, и плакал навзрыд, плакал безутешно. О, да! Он, да и я тоже, мы безумно привязались к нашему сыну Скорпиусу, попривыкли к жизни вместе, к горячему сексу по ночам, в которые Драко раскусил сладость ласк и безудержной страсти. Мой Малфой в Австралии был ненасытен. Оставив сына на деда с бабушкой, мы уединялись с Драко и не могли насытиться друг другом. А сейчас нам пришлось вернуться в стены Хогвартса, в школьную жизнь, к подготовке к сдаче ТРИТОНов, к своим друзьям и обыденной среде выпускного курса. Мне придётся завоевать сердце моего Дракона снова, а ему набраться смелости и признаться мне в любви. Вот только будем ли мы помнить всё, что с нами произошло в этом мистическом и магическом путешествии во времени. Для этого я успел взять телефона у Гарри — у себя из будущего. От него не убудет, а нам с Малфоем пригодится. ☆•☆•☆•☆•☆ От Автора ☆•☆•☆•☆•☆ Парни благополучно вернулись из путешествия в Хогвартс, очутившись не в кабинете Зельеварения, откуда зелья и маховик времени перенёс их в мир будущего, с залетом на призрачный Кингс-кросс. Конечно, как сказал покойный Альбус Дамблдор, Гарри с Драко бы погибли, потому что маховик завертелся с бешеной скоростью. Он унёс бы их в дали неведомые, откуда бы они точно не вернулись, ведь ось маховика может и сломаться в процессе ускорения, да под влиянием атмосферного давления на маховик; силы, сжимающей в процессе скоростного полёта. Однако Рябиновый отвар, да и магия духа профессора Дамблдора, который, как думается, и по смерти своей бдит над школой, её студентами и непосредственно за Гарри Поттером. Только чудом мальчики не погибли, а теперь вот вернулись, но очутились в больничном крыле Хогвартса — у Поппи Помфри. Она как раз разливала по бутылочкам Бодроперцовое зелье, а её медведьмочки занимались разливом зелья «Успокоение нервов», которое нужно студентам пятых и седьмым курсов непосредственно, так одни сдают СОВ, а другие — ТРИТОНы. В общем, дел у колодомедика Поппи и её медведьм хватает. На днях ещё зимняя встреча Пуффендуя с Когтевраном в квиддич, а потому нужны будут мази от ушибов, Костеросты, лекарства и зелья. Драко потерял сознание, когда его ноги только коснулись каменных плит замка; Гарри же едва не провалился в забытье, когда мадам Помфри и её коллеги помогли парням. — Виолетта, — произнесла Поппи, — бегите скорее за директором, мальчики вернулись. Мерлин, да бегите же скорее, бегите. — Быстрее послать Снейпу Патронуса, мадам Помфри, — проговорил Гарри и вырубился. — Тебя-то я и не спросила, Герой, — хмыкнула колодомедик и покачала головой. — Но ты на этот раз прав, Поттер. Эспекто Патронум… Северус прибежал немедленно, как только Патронус Бурундук, присущий Поппи, появился в кабинете директора. — Где они? — произнёс мужчина. — Как они? — Мистер Малфой потерял сознание, как только его ноги коснулись пола больничного крыла, директор, — ответила колодомедик, — а мистер Поттер — десять минут назад. Он посоветовал мне не посылать мою помощницу за вами, сэр, а отправить вам Патронус — так быстрее, мол, будет. Сказав это, он следом за Драко потерял сознание. Сейчас мы прокапываем им Укрепляющее зелье, сделали уколы витаминов группы «Б». Давление было сначала критически низким, сейчас поднялось высоко, мы сделали уколы, нормализующие давление, а также для поддержания сердца. Директор, я думаю они проспят как минимум пару часов. Их организм должен нормализоваться. — Конечно, мадам Помфри, я побуду здесь, посижу с ребятами, а вы принесите мне, пожалуйста, чай горячий, — кивнул Снейп. — И ещё, Поппи, никого из студентов пока не впускать к Поттеру и Малфою. Сначала я поговорю с ними. — Конечно, директор, я всё поняла! — улыбнулась колодомедик. — Чай мы сейчас заварим, сэр. Первым пришёл в себя Гарри. Он немедленно кинулся к кровати блондина. Северус не мешал, ожидая, когда гриффиндорец увидит его сам. Драко спал. Его губы больше не были синими, они порозовели, как и всё тело стало теплым и живым. Насмотревшись на парня, Поттер, наконец, заметил Снейпа. — Директор? — удивился грифф. — И давно вы здесь? — Три часа, Поттер! — нахмурился мужчина. — У тебя, Поттер, как и прежде, абсолютно нет манер. Где, спрашивается, твоё «Здравствуйте», а? — О! Конечно, директор, прошу прощения! — кивнул студент. — Здравствуйте, сэр! Мы вот вернулись. — Рас-сс-казывай! — прошипел, словно Нагайна, Снейп. — Всё до мелочей. Расскажи мне всё. И Гарри всё рассказал. Ну, кроме их с Драко постельных забав и сексуальных игр. И о встрече с Альбусом Дамблдором рассказал, о их беседе насчёт Горация Слизнорта; о странных призрачных поездах и душах в них — вечных скитальцах. И о том, как они попали в самим себя в будущее, на шесть лет вперёд. И что у них с Драко сын. — Значит, вы воспользовались моим зельем? — возмутился Северус. — Но я его только начал разрабатывать. — Мы назовём нашего второго сына вашем именем, сэр, — решил подмазаться Поттер, едва не проклиная себя за то, что проговорился про зелье. «Язык мой — враг мой!» — ругал гриффиндорец себя. — Я клянусь! Но с другой стороны, Гарри давно уже стал доверять Снейпу — после того, как тот доверил свои слезы-воспоминания перед смертью, чтобы Избранный узнал правду и не осуждал его. — Посмотрим! — рыкнул директор. Минут через пятнадцать глаза открыл и Малфой. Он некоторое время лежал и видел лишь потолок больничного крыла Хогвартса, а не дом, где они с Гарри и сыном были так счастливы. «Сын? — встрепенулся слизеринец. — Скорпиус!» Блондин сел на кровати, потом спустился ногами на пол и… заметался в поисках своего ребёнка. — Скорпиус! — произнёс он. — Малыш? Сынок! В этот момент он не видел перед собой ни директора, ни любимого Поттера. — Скорпиус! — закричал он и заплакал. Гарри подошёл к нему и обнял. Малфой вздрогнул, и вот теперь его глаза будто прозрели. — Поттер, его нет! Больше нет ничего! Наш сын, Гарри?! — заплакал он в отчаянии, как когда-то в туалете от ужаса, данного Волдемортом задания убить Дамблдора. Тогда он рыдал также горько и отчаянно, ведь иначе Тёмный Лорд убьёт его мать… и отца. — Мой Скорпиус! И наш малыш… — слизеринец положил ладони на свой живот. — Его тоже нет. Ты слышишь меня, Поттер, слышишь? — закричал он и принялся лупить кулачками по груди гриффиндорца. — Всё было миражом! Гарри обнял парня и крепко прижал к себе. — Драко, нам показали будущее, — ответил брюнет. — Далекое будущее, где мы с тобой — семья, где у нас есть сын. То будущее, которое мы можем создать в настоящем. У нас все ещё впереди. — Но мой Скорпиус, он ещё такой маленький… — С ним остались мы из того мира, а сюда вернулись мы из здешнего мира. Там я — Главный Аврор, а ты — колдомедик, здесь же мы пока ещё выпускники Хогвартса. Мы — студенты, Драко, все ещё школьники. Я клянусь, что если мы вступим в брак, Скорпиус у нас появится. — Крёстный? — воскликнул Драко и рванул к Снейпу. Он затряс директора будто грушевое дерево — Твоё зелье, крестный, дай его мне! Немедленно! — Оно ещё не готово, Драко, — ответил сконфужено Северус, а Гарри отметил для себя, что он, пожалуй, впервые видит вот таким Снейпа — без сарказма, холодности и надменности. Человечный директор Хогвартса, — но я им занимаюсь. — Мой сын! Мой Ангел… — кричал Драко и безутешно рыдал. Мадам Помфри едва смогла силой влить ему рот Успокоительное зелье и сделала в руку укол со снотворным. — Директор, мистеру Малфою надо ещё отдохнуть, — проговорила Поппи. — Возможно, придётся поработать с его памятью… — С памятью? Обливиэйт хотите? Нет! — возмутился Гарри. — Драко никогда не простит меня, если я это допущу. Директор, он возненавидит вас и мадам Помфри, потому что его воспоминания о том, что мы видели, очень светлые и дивные. Он переболеет, я с ним буду рядом, тоска отступит. Мы пройдем вместе путь реабилитации после перемещения во времени. Не надо применять к Драко Обливиэйт. Северус кивнул одобрительно, Поппи же покачала головой, мол, хлопот с Малфоем мы не оберемся. Когда Драко уснул, Гарри тихо произнёс, вытирая слезы с глаз слизеринца: — Он был так счастлив рядом со Скорпиусом. Видели бы вы, директор, как они вместе спали ночью. Драко, словно орёл, обнимал, будто Ангел какой-то укрывал нашего сына. Он так привязался к мальчику. Я знал, что реакция будет, но не мог и подумать, что такая бурная. Но рецидив пройдёт. — Всё понятно, Поттер, но его родители уже рассылают приглашения на свадьбу Драко и Астории… — возразил Снейп. — Они будут завтра здесь. — Какая свадьба? Мы поженимся с Драко, сэр! Никакой Астории больше и никакой Джинни. Нельзя! — воскликнул Поттер. — Я сам поговорю с противным Люциусом. — Поттер, следите за выражениями! — фыркнул Северус. — Я и сам постараюсь поговорить с ними, а вы займитесь учебной, Гарри. И ещё — пока никого не принимайте у себя, никому ничего не болтайте, понятно? ☆ • ☆ • ☆ Естественно, вся школа просто гудела сенсацией, ведь ещё никому не удавалось сделать такой пространственно-временной прыжок. Ни Драко, ни Поттер не рассказывали никому ничего, зато Малфой предупредил Асторию, чтобы ни она, ни Пэнси, ни Дафна, ни Пенелопа с Милисентой не рассчитывали на брак с ним. Пэнси с Тори, до того ругавшиеся за внимание Драко, ушли из лазарета вместе и в слезах. Поттер также поговорил с Джинни, сказав, что у них тоже не будет никакой свадьбы. Рон едва не набил морду другу за то, что Гарри бросил его сестру. Ну, а Гермиона, как и в былые времена, осталась рядом с Поттером, будучи верной подругой. Через день приехали в Хогвартс родители Малфоя. Гарри был рядом с Драко и не дал того в обиду. Люциус было начал возникать, мол, породниться с Поттером — смерти подобно, ведь он — полукровка, а не чистокровный маг. Его грязнокровую мать Лили он всё ещё помнит. И хоть Малфой-старший произнёс «магглорожденная Лили Поттер», но Гарри научился видеть и слышать истинный смысл сказанного или прочитанного. Он расслышал именно «грязнокровка Лили Поттер». Гарри не мог не возразить: — Мистер Малфой, если бы не полукровка Поттер, то вы сейчас были бы в Азкабане или глубоко зацелованным дементорами. Вы давно лишились права слова в своей семье после того, как поселили в имении Тома Риддла… — Не произносите его имя… — Вы боитесь имя Тома? Волдеморта? — удивился Гарри. — А вот я не боюсь! Вы же едва не погубили жену и сына, сэр, поэтому не можете иметь право голоса. Глава рода теперь Драко, ему уже есть восемнадцать лет. И, как глава рода, он имеет право всё сам решать. Это не мои слова, а постановление Визенгамота на суде, когда рассматривали ваше дело. Разве не вы подписали документ о том что теперь только будете замаливать грехи — молча, сидя на попе ровно. Я ведь могу и отказаться от вас. Одно моё слово и вас зацелует дементор Азкабана. Я пощадил вас ради леди Нарциссы и Драко. Люциус сощурился, но промолчал, кивнув согласно. Ему нечем было крыть. С сыном поговорила и леди Малфой. — Драко, ты уверен, что хочешь свою жизнь связать с Поттером? — спросила она. — Уверен, мама! — ответил Малфой-младший. — Во имя увиденного счастливого будущего! Во имя нашего с Гарри сына! Во имя моей… нашей любви — даю я согласен на всё! Я уверен, мама! Да и отец изменится после того, как впервые возьмёт на руки внука Скорпиуса, — Скорпиус? Какое красивое имя, сынок! — удивилась Нарцисса. — Давай, собери нам часть твоих воспоминаний сюда… — и леди протянула пузырек Драко. Мы с отцом посмотрим. Возможно, Люциус оттает после увиденного. Да, он не выносит твоего Гарри, но я уверена, что твой отец смирится с Поттером-зятем. — А ты не против Гарри, мама? — поинтересовался слизеринец. — Главное для меня — твоё счастье с ним, Драко, а большего мне и не надо. К тому же, сынок, я давно не против Гарри, — ответила женщина. Проводив родителей Малфоя, Гарри приобнял Драко и они прошлись в Черному озеру. Была зима и оно немного по краям покрылось льдом. — Как мы будем общаться в будущем, Поттер? — тихо спросил Малфой. — Ну, завтра у нас Сочельник и я собираюсь пригласить тебя на бал, Драко, — улыбнулся Гарри. — Начну с ухаживания за тобой, ведь мне надо добиться твоего внимания. Мы начнём с сегодняшнего дня воплощать наше будущее в жизнь. А Скорпиус… Драко судорожно вздохнул, а на глаза его навернулись слезы. Гарри обнял парня. — Да, я знаю... Мне тоже не хватает нашего мальчика, Драко. Не ты один прикипел к нему всем сердцем и всей душой, но и я тоже, Малфой, — добавил гриффиндорец. — Не плачь. Мы сделаем всё, чтобы наш сын родился.